Radio Healed the Video Star

Физзаролли полулежит на столе и наблюдает за тем, как последние сотрудники наконец занимают свои места. Некоторые сотрудники работали прошлой ночью, а поскольку «У Оззи» закрывается только в два часа, они, понятное дело, не в восторге от того, что им приходится здесь находиться. Что ж.. Когда Большой босс созывает совещание, вы приходите на это совещание. Кстати, об Оззи. Физза спрашивают, когда придёт демон. Он сказал, что тот будет с минуты на минуту, потому что нужно убедиться, что "драгоценный груз" достаточно хорошо упакован для путешествия. Имп пожимает плечами и берёт себе маффин. — Доброе утро, все, — здоровается Оззи, входя в комнату. — Прошу прощения за внезапность этой встречи, но мне нужно, чтобы вы все были здесь. В связи с недавними непредвиденными обстоятельствами мы с Физз отправляемся на Кольцо Гордости. — Он ждёт, пока стихнет ропот, и продолжает— Поэтому мне нужно выбрать одного из вас, кто останется за главного и будет следить за тем, чтобы в моё отсутствие всё шло гладко. Раздаётся стон, и не один стон. — Няньку, — слышит он бормотание одного из Бафометов. — Почему он всегда назначает нам няньку? Асмодей был сам не в восторге от этой мысли. — Тебе назначат "няньку", Викарио, — он изображает кавычки пальцами, — потому что каждый раз, когда я ухожу, вы решаете запереть коллективом свои мозги в сундучке и теряете от него хренов ключ! Бафомет, который это сказал, опускается на своё место. Кивнув, Оззи поворачивается и тянется за свернутым в трубочку пергаментом. — А теперь позвольте мне свериться со списком и посмотреть, кто из вас еще не подорвал мое доверие к вам или вашим умственным способностям. В толпе поднимается рука. Асмодей не столько видит, сколько чувствует это. — Левон, если я обернусь, лучше бы тебе быть с поднитой рукой. Потому что, насколько я помню, мне пришлось прервать свой последний отпуск, из-за того что твоя тупенькая головочка пыталась заставить людей построить тебе золотую статую! Рука опускается. Оззи разворачивает свиток. На свитке список имён, отсортированный по старшинству в компании. Имя Физза стоит первым, и оно не только несколько раз зачёркнуто, но и сбоку от него почерком Оззи написаны слова "Нет" и "Никогда больше" (гораздо более мелким шрифтом кто-то нацарапал «Обидно» и стрелки, указывающие на предыдущие слова). Чем дальше по списку, тем больше имён зачёркнуто. Оззи стучит пальцем по первому попавшемуся имени без пометки. — Сирения, поднимайся! Сирения, гибрид суккуба и беса, взвизгивает и вскакивает со своего места. Асмодей улыбается ей сверху вниз. Она работает в компании уже три года и очень трудолюбива. В основном она держится особняком, но с коллегами достаточно дружелюбна. У Оззи к ней хорошее отношение. Сирения смотрит на Воплощение Похоти, пока тот достаёт из кармана пальто связку ключей. Её глаза затуманиваются, когда он опускает ключи в её протянутые руки. Сирения задерживает дыхание: — Да, — шепчет она. — Да! С этой новообретённой силой вы все наконец-то будете исполнять мои приказы! О, блеск. — Ух ты, — комментирует Физз, развалившись на столе. — Это, должно быть, рекорд. Если бы Оззи был в лучшем настроении, он бы, наверное, согласился, но сейчас он уже был слишком зол. — Сирения, верни мне ключи. — Он вскрикивает, когда она с проворством беса уносится прочь. — Сирения! — Я буду прекрасной королевой, — кричит Сирения, продолжая ускользать от поимки. В её глазах горит безумный огонёк. — Все будут платить мне дань, а я буду ссылать им благословения в виде дополнительных выходных и предпочтительных графиков смен! — Она взбирается на стену, используя шторы в качестве лестницы. — Девочка моя, если ты сейчас же не спустишься! Сирения бежит вдоль осветительной мачты. — Да! Вы заплатите мне дань! — кричит она. Асмодей удваивается в размерах и тянется к ней. Она добегает до конца мачты и начинает кричать на людей, собравшихся внизу. Она так занята этим, что не замечает, как гигантская рука Оззи приближается. — Печенье! Пироги! Выпечка всех форм и размеров! Приданное для вашей новой королевы! Оззи моргает: — Подожди, — говорит он. — Это всё, что тебе нужно? Выпечка? Никаких статуй? Никаких жертвоприношений с девственницами? Никакого контрактного труда? Никаких оргий? — Нет! — вопит Сирения. — Мне это не нужно! Я хочу самый воздушный десерт и самое сладкое пирожное! Оззи смотрит на неё. Есть ли у него смысл надеяться? — А что, если кто-то не умеет печь? — спрашивает он. Лучше перестраховаться, чем потом жалеть. — Купленный в магазине – приемлимо! Но не из пекарни на 11-й улице, потому что у их сотрудников просто отвратительная гигиена! Оззи уменьшается. Он хватает Физзаролли и сажает его себе на плечи. — Так. Сирения будет за главную, пока я не вернусь. Сирения, не забудь объявить о продаже напитков по сниженной цене, чтобы вернуть клиентов, которых мы теряем, когда Физз не работает. Кроме того, позаботься о том, чтобы Уолли получил дополнительную помощь, пока мы не вернёмся. Если нужно, найми временных сотрудников. — Да, сэр, мистер Асмодей, — говорит Сирения и отдаёт честь. — Я буду хорошей и справедливой королевой. Нищие не выбирают. И, честно говоря, если всё, чего она хочет – это хреновы лимонные тортики и всё такое, то Оззи мог бы найти себе кого-нибудь и похуже. Гораздо хуже.   Вокс выходит из лифта в “Vox Media" и пытается пройти в свой кабинет, но путь ему преграждает Веста. Демоница-летучая мышь одета в ярко-красное платье-свитер, туфли в тон макияжа. Она даже дополнила свой образ искусственной красной розой, воткнутой в волосы. Вокс чуть было не делает ей комплимент, но суровое выражение её лица останавливает его. — Веста, что случилось? — Я просто хотела сказать, что меня здесь не было, когда это случилось, — хмурится она. — Потому что я бы ни за что этого не допустила. Брайар тоже здесь не было. За стойкой новая девушка. — Она делает паузу. Вокс вздрагивает: — Хорошо, — медленно произносит он. Внезапно он чувствует себя не в своей тарелке. Веста не из тех, кто оправдывается. Кто или что ждало его в кабинете? — Веста, кто здесь? — Йоханнес Килзниб. Медиамагнат фыркает от смеха. — Боже правый, Веста! Ты заставила меня понервничать ни за что ни про что. Слушай, этот парень полный кретин, но я могу с ним справиться. — С Валентино. Нет. У Вокса кровь стынет в жилах: — Что? — спрашивает он едва слышно. — Что? Веста разводит руками. — Я понятия не имею, что он здесь делает, но он пришёл с Килзнибом. — Мне плевать, даже если бы он пришёл с самим Люцифером, — начинает Вокс с рычащими нотками в голосе. Ему требуется мгновение, чтобы успокоиться. Глубокий вдох, Вокс. Вдох и выдох. — Ладно, сначала... Уволь ту тупую сучку, которая его впустила. — Он сглатывает и на мгновение замирает, чтобы прийти в себя. — Я могу это сделать, — шепчет Вокс. Он проводит рукой по лицу. — Я могу это сделать, — повторяет он. — Я, блять, профессионал. Чтобы вывести меня из себя, нужен кто-то посерьёзнее этого крысомордого ублюдка. Это моя компания! Не он здесь главный, а я! —Телевизионный демон выпрямляется и направляется в свой кабинет. Веста идёт за ним, не отставая, и, хотя Вокс не говорит об этом вслух, он благодарен ей за присутствие. Вокс заходит в свой кабинет и даже не смотрит на двух других демонов, пока не сядет за стол. Это чудовище из полированного чёрного камня с высокой спинкой, стоящее перед стеной с компьютерными мониторами и телевизорами. Вокс держит кабинет в прохладе ради своих многочисленных вышек и модемов. Он садится и смотрит на двух мужчин, точнее, на одного из них. — Мистер Килзниб, я всегда рад вас видеть, но я бы предпочёл, чтобы вы записывались на приём заранее. — Вокс морщится. — Вам повезло, что я вообще был в здании. — Он неохотно переводит взгляд на Валентино, который ухмыляется.— Мистер Валентино, — он старается говорить вежливо. — Я удивлён видеть вас здесь. Что вы делаете в "Vox Media"? Глаза Валентино расширяются, а затем сужаются. — О, так теперь я "Мистер Валентино"? — Он усмехается. — Как официально, Вокси. Раньше ты умолял меня навестить тебя на работе. Теперь ты ведёшь себя так, будто я тебе мешаю. Вокс смотрит на него. Он не попадётся на эту уловку. Валентино ухмыляется. Он наклоняется вперёд и кладёт руку на плечо Килзниба. — Если хочешь знать, это Йоханнес меня пригласил. Мы встретились вчера вечером в моём клубе и поладили. — Поздравляю, — говорит ему Вокс. — Не понимаю, почему... Валентино поднимает руку. — Видите ли, ему очень понравились мои танцовщицы. Он предложил нанять некоторых из них для танцевальной сцены в его фильме. Вокс отводит взгляд от Валентино и смотрит на Йоханнеса Килзниба. Килзниб не был высоким демоном, но у него была мускулистая фигура. К несчастью для него, это были бесполезные мышцы, которые не приносили никакой пользы, кроме того, что делали его привлекательным. У демона-грешника были зачёсанные назад зеленовато-чёрные волосы, кожа цвета лесной зелени и круглые жёлтые глаза совы. Всё в Килзнибе было тщательно продумано, чтобы он всегда выглядел властным. Ни одна прядь не выбивается из причёски, на одежде ни складочки, на ботинках ни пятнышка. — Мистер Килзниб, — строго говорит Вокс. — Зачем вам нанимать танцоров? Там нет музыкального номера. Мы его убрали. Губы Килзниба сжимаются в тонкую линию, и он хмурится. Более высоким, чем можно было ожидать, голосом он говорит: — Ты отказался от этого, но после разговора с Валентино я решил вернуть это. Не за что. Вокс переводит взгляд с Валентино на Килзниба. — Что? Мистер Килзниб, при всём уважении, здесь нет места для музыкального номера. Это было бы полным диссонансом с остальной частью фильма. — Послушай меня, тупой идиот!думает Вокс, надеясь, что эти слова каким-то образом дойдут до Килзниба. Килзниб пренебрежительно машет рукой. — Об этом мы можем поговорить позже. Вокс сдерживает крик, потому что, чёрт возьми, они не могут этого сделать! — Мистер Килзниб, в бюджете нет средств... — И я тут подумал, — говорит Килзниб, выступая перед Воксом. — Думаю, мне стоит внести некоторые изменения в сценарий. Зачем нам зелёный экран для сцены погони по океану? Почему бы не снять на пляже? Практические эффекты! И я думаю, нам стоит заменить сцену, где я дерусь с лордом Роботикусом Дьяволом в поезде, на сцену с дирижаблем! Дирижабли намного круче, к тому же это будет выглядеть гораздо впечатляюще, когда во время моего музыкального номера позади меня будет взрываться фейерверк! Сколько, блять, музыкальных номеров ему нужно? Нет. Ни в коем случае. Пора пресечь это в зародыше. — Мистер Килзниб, — цедит Вокс. — У нас не может быть музыкального номера, и мы не можем заменить сцену с поездом на сцену с дирижаблем. Специалисты по визуальным эффектам неустанно работали над сценой с поездом, а вы хотите, чтобы они начали работать над сценой с дирижаблем? — Нет! — Килзниб смотрит на Вокса как на дурака. — Я говорю, что нам нужен дирижабль. Настоящий! С плёнкой на борту! Никакой компьютерной графики! Это уже перебор! Только практические эффекты, детка! Вокс не знает, смеяться ему или плакать. Он просто вздыхает. — Мистер Килзниб, я не думаю, что в нашем бюджете хватит средств на дирижабль. К тому же это не впишется в сцену. Вы должны пройти через туннель. Помните? Вы используете внезапную темноту, чтобы получить преимущество в бою. — Ого, — внезапно произносит Валентино. Он молчал на протяжении всего разговора, но тут подал голос. — Мне кажется, что Вокс недостаточно креативен, чтобы воплотить твою идею, поэтому он пытается её обесценить. — Сутенёр-мотылёк качает головой и цокает языком. — Ты позволишь ему так кастрировать твою креативность? У Демона-ТВ отвисает челюсть. Какого хуя он творил? Он рискует взглянуть на Весту, чтобы увидеть, что она такая же озлобленная , как и он. — Мистер Валентино, пожалуйста, держите свое мнение при себе. — Щелкает Вокс. — Нет, — вмешивается Килзниб. — Он прав! Я постоянно предлагаю потрясающие идеи, а ты их просто отвергаешь! У тебя нет видения, Вокс! Я плачу за этот фильм... — Половина, — выпаливает Вокс, прежде чем успевает остановиться. — Ты платишь за половину фильма, а я – за остальное! — Ого, — усмехается Валентино. — Он всегда так делает? Так демонстративно швыряет деньги тебе в лицо? Вот это неуважение! Вокс уже сыт по горло. Он хлопает ладонью по столу. — Схуяли ты вообще здесь сидишь, Валентино?! — спрашивает он. — Он что, даёт тебе роль в фильме? Так вот в чём дело, да? Валентино злобно скалится. — О нет, Вокси. Ты неправильно понял. В фильме будут только мои танцоры. Меня даже в титрах не будет. Я такой скромный. Вокс прищуривается. Скромность и Валентино в одном предложении. Что-то здесь не так. Килзниб щёлкает пальцами, чтобы снова привлечь внимание медиамагната. — Ты вечно отвергаешь мои гениальные идеи, — ноет он. — Так вот, слушай. Ты больше не будешь давать мне творческие указания. Теперь всё зависит от меня. У Вокса отвисает челюсть. Позади него Веста тихо ахает от ужаса. Килзниб достаёт три толстых папочки и кладёт их на стол Вокса. — Это все изменения, которые я хочу внести. Валентино посмотрел на них и сказал, что они звучат отлично. — Он ухмыляется. Он открывает одну из папок и начинает читать, что он хочет сделать. Пока Йоханнес Килзниб читает, Вокс оборачивается и в оцепенении смотрит на демона-мотылька. Валентино самодовольно улыбается. Он не просто съел канарейку.. он съел всю хренову клетку. Пока Килзниб зачитывает всё более нелепые изменения, а Валентино ухмыляется и не сводит глаз с Вокса, до него постепенно начинает доходить, зачем здесь демон-мотылёк.   Аластор снимает обувь и закидывает ноги на диван. Он был готов вытерпеть ещё несколько интервью, но Чарли, которая выглядела измотанной, встретилась с ними за обедом, всплеснула руками и заявила, что переносит встречу, потому что "у неё нет настроения". Они с Вэгги переглянулись, но ничего не сказали. Это был редкий момент, когда они согласились не смотреть дарёному коню в зубы. Демон-олень бросает взгляд на сейф. Может, ему стоит написать Воксу? Как только Аластор поднимается, чтобы пойти и сделать это, в дверь начинают стучать. Он вздыхает. Должно быть, Чарли передумала. Ну что ж. Он знал, что это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Аластор открывает дверь и видит перед собой не кого иного, как Весту Инкувэлл и Брайара. — Мистер Аластор, — всхлипывает Веста, и Аластор отступает, чтобы не попасть под её чернильные слёзы. — Мне так жаль! — Ну-ну, мисс Инкувэлл, — пытается успокоить её Аластор. — Расскажите, что случилось, и, возможно, я смогу помочь. — Вокс пропал! У Аластора пересыхает в горле. — Что он сделал? Веста плачет ещё сильнее, и тогда за дело берётся Брайар. — У него был ахуеть какой дерьмовый день. Он попал в засаду, устроенную Йоханнесом Килзнибом, и... — И этот Килзниб напал на него? Брайар моргает. — Что? Нет! Нет, не такая "засада", я просто имел в виду, что он появился без предупреждения и... — И он привёл с собой Валентино! — перебивает Веста. — Вокс был совершенно ошеломлён! — Но он хорошо с этим справился, — вставляет Брайар. Веста энергично кивает. — О да! Он был суперпрофессионалом! Но, — и тут её нижняя губа начинает дрожать. — Это было так ужасно! Аластор слушает, как два помощника по административным вопросам подробно описывают события, приведшие к исчезновению Вокса. Килзниб требовал нелепых и чрезмерных изменений в и без того сильно изменённом сценарии и постановке. Воксу приходилось сидеть и смотреть, как его попытки внести свой вклад полностью игнорируются, а Валентино сидел рядом и поддакивал Килзнибу. Демон-мотылёк поощрял каждую абсурдную идею, которую высказывал другой демон, и подстрекал его к ещё большим выходкам. — Я не понимаю, — говорит Аластор. — Что Валентино выиграет от поддержки этого парня, Килзниба? Разве его танцоры не будут сниматься в фильме? Похоже, этот фильм будет полным барахлом. Можно подумать, он не захочет в этом участвовать. Веста хмурится. — В том-то и дело. Он не... По крайней мере, не на бумаге. Он не просит указать его в титрах, поэтому его имя не указано. Имя Вокса будет на каждом клочке этого горяченького мусора, и в этом проблема! Брайар кивает. — Этот фильм провалится так сильно, что для него придумают новый термин! Валентино знает это и поэтому соглашается на любую чушь, которую несёт Килзниб! Вокс не только потеряет деньги на этом фиаско, но и запятнает свою репутацию. Веста кивает. — Я хочу сказать, что это не значит, что за всю его карьеру не было ни одной бомбы, но такой масштабной никогда. Это сделает его посмешищем! Подорвет его репутацию на десятилетия! Аластор внезапно всё понимает. Валентино не может причинить Медиа-Оверлорду физический вред, но ему удалось найти способ, который наносит почти такой же ущерб. — Вы сказали, что потеряли его? Веста кивает. В уголках её глаз наворачиваются слёзы. — После того как эти два гоблина ушли, он просто сидел. Я никогда не видела его таким тихим. Он выглядел таким подавленным. А потом он просто встал и пошёл. Я пыталась идти за ним. Я пыталась окликнуть его, но он не останавливался. Он не смотрел на меня. Аластор, он не берёт трубку. Он ушёл в свою башню и не открывает дверь! В последний раз, когда он так себя вёл... Аластор стискивает зубы. — В последний раз? Брайар и Веста переглядываются. — Это было давно, — объясняет Брайар. — После его первого серьёзного разрыва с Валентино, — он сглатывает. — Из-за этого у него треснул экран… — Мы не получали от него вестей несколько дней, — шепчет Веста. — Он просто замолк и исчез. — Она вытирает лицо. — Мы думали.. мы думали, что в прошлый раз, когда он исчез, он просто занимался своими обычными делами, но потом мы узнали, что Валентино чуть не убил его... — она начинает плакать. — А что, если этот ублюдок вернулся? Аластор услышал достаточно. Он кладёт руку им на плечо. — Я найду Вокса, — обещает он. — А вы оба идите домой. Я обо всём позабочусь. — Он ободряюще улыбается им. Когда они уходят, Аластор закрывает дверь. Он прижимается лбом к прохладному дереву и размышляет. В нём кипит кровь, и он может думать только о том, как бы вцепиться зубами в горло Валентино. Уëбок! Он выпускает когти и проводит ими по дереву двери. Убейте его! Убейте его! Его кости хрустят и ломаются. О, как же он хочет найти Валентино. О, как же он хочет заставить его страдать! Его тень щёлкает пальцами у Аластора перед носом. Он неодобрительно чирикает.             Мы нужны Воксу, а не Создателю Вокса, напоминает он Аластору. Он прав. Аластор на время подавляет свой гнев. Ему нужно мыслить ясно. — Сигнал рядом с Воксом? Его тень закрывает глаза. Он снова открывает глаза. Да, но не в прямом смвсле. Они находятся в непосредственной близости друг от друга. Его тень издаёт жалобное чириканье и добавляет, Сигнал молчит. С Воксом что-то не так. Что ж, Аластору больше ничего не нужно слышать. Он хватает свою тень за руку, и они вдвоём, не теряя времени, направляются к башне Вокса. Они видят, как Сигнал бежит вдоль стены, громко визжа. Увидев их, тень останавливается и подлетает к ним. Аластор терпеливо наблюдает за тем, как две тени разговаривают. Его тень выглядит растерянной. Сигнал сообщает, что Вокс отправился в своё тихое место. Аластор смотрит на Сигнала. — Что это значит? Сигнал подплывает к стене, у которой он был раньше, и указывает на неё. Сигнал выпрямляется и встаёт в точности так, как это сделал бы Вокс. Он проводит рукой по стене и прижимает ладонь к участку чуть выше головы, открывая переключатель. Стена раздвигается, открывая дверь. Сигнал снова указывает вперёд и скользит по воздуху. Аластор следует за ним. Дверь ведёт в приземистый, тускло освещённый коридор. Он не похож на остальные помещения здания Вокса. Кирпичные стены выглядят старыми и покрыты скользким мхом. Здесь так холодно. Пока они едут, Сигнал трещит и щёлкает. Его тень переводит то, что говорит другая тень. Вокс уходит в "Тихое место", когда расстраивается. Сигналу это не нравится. "Тихое место" – жестокое место. — Подожди, каким образом место может быть жестоким? — шепчет Аластор. Его тень пожимает плечами. Странно. Сигнал резко обрывается. Он внезапно издает низкое чириканье и перемещается, чтобы спрятаться за тенью Аластора. Тень Аластора успокаивающе обнимает другого призрака. Таким образом, говорит он Аластору. Радиодемон идёт вперёд. Он останавливается перед тем, что можно описать только как дыру. Он пригибается и проползает в отверстие. Ледяной воздух бьёт демону-оленю в лицо, и у него начинает течь из носа. Он не обращает на это внимания и продолжает двигаться. Проползя несколько метров по туннелю, он снова может стоять. Аластор оглядывается. Он не видит Вокса в этой зоне, но замечает слабое свечение вдалеке, за углом. О, ему это не нравится. Аластор идёт дальше. Приближаясь к свету, Аластор начинает слышать странный шум. Он напоминает статические помехи, но это не те помехи, к которым он привык в радиоприёмнике. Аластор выходит из-за угла, и от увиденного у него невольно вырывается крик ужаса. Перед Аластором возвышается массивная стена из телеэкранов. Они являются источником статического электричества и свечения. Вокс неподвижно сидит на полу, прислонившись спиной к кирпичной стене слева. — О, Вокс... — шепчет он. — Что всё это значит? Вокс не отвечает, да Аластор и не ждёт от него ответа в его нынешнем состоянии. Телевизионный демон полностью обнажён. Его одежда валяется вокруг него, брошенная без всякой мысли. Из кирпичных стен позади Вокса торчат толстые серебристые металлические кабели, которые обвивают его, словно удерживая. Аластор подходит ближе и понимает, что кабели не только обвивают другого Оверлорда, но и вросли в его спину, руки и бёдра. К затылку Вокса прикреплён более длинный кабель, который, кажется, идёт от потолка. Сначала демон-олень думает, что они нужны для того, чтобы сдерживать Вокса, но Аластор замечает, что они методично сжимаются и разжимаются, как будто что-то в него закачивают. Нет. Нет, это неправильно. Похоже, что только некоторые из них что-то в него закачивают... Остальные высасывают из него силы... Аластор чувствует кислый привкус желчи и борется с позывами к рвоте. Он подходит к Воксу и опускается на колени, чтобы рассмотреть его поближе. Аластор не знает, как кабели прикрепились к Воксу, но, похоже, они вошли глубоко. Аластор видит, как из мест их прикрепления сочится кровь. — Вокс? Вокс, ты меня слышишь? — Он пытается приподнять голову Телевизионного Демона. На лице Вокса такая же статичная картинка, как и на других экранах. Он не реагирует на прикосновения Аластора. — Вокс? — Аластор даже не пытается скрыть панику в голосе. Вся эта ситуация выше его понимания. — Вокс, ты там? [Привет.] Аластор резко оборачивается. Он ищет источник звука. — Алло? Здесь кто-нибудь есть? [О да. Я здесь, с тобой. Кто ты? Ты новенький. Кажется, мы не знакомы.] Аластор оглядывает комнату. Здесь недостаточно места, чтобы кто-то мог спрятаться в углу. — Где ты? [Я здесь.] Сердце Аластора бешено колотится в груди. Нет. Нет. Нет. Он смотрит на стену с телевизорами. Он вглядывается в экраны, напрягая зрение до боли. Вот там! Он различает что-то длинное и гибкое, извивающееся в статическом электричестве. — Ты там? Голос смеётся. [О, ты очень умный. Ты мне нравишься. Да, я здесь. Здравствуй. Что привело тебя сюда?] Аластор облизывает губы. Он понятия не имеет, что это за штука, но ему нужно правильно разыграть свои карты. — Я пришёл сюда за Воксом. Он там? [Да, это так. Он передвигается. Ему нравится тишина и оцепенение. Вокс проводит здесь время, когда расстроен.] — Понятно… ——Аластор опускает взгляд на безвольное тело своего возлюбленного. До него доходит одна мысль, и он вздрагивает. Он снова поворачивается к экранам. — Вокс знает, что ты там с ним? Снова смех. [О, ты мне нравишься! Ты очень умный! Нет, он не знает, что я здесь, с ним.]голос усмехается. [Я сейчас слежу за ним. Я остаюсь вне поля зрения. В углу его поля зрения. Всегда слежу.] Аластора тошнит: — Пожалуйста, отпусти его. [Он уйдёт. В конце концов.] — Ты не можешь оставить его там! Бестелесный голос фыркает. [Я не держу его здесь. Он приходит сюда по собственной воле. Когда внешний мир становится слишком шумным, он приходит сюда и наслаждается тишиной и одиночеством.] В его голосе слышится веселье. [Ну, то, что он считает одиночеством. Вокс добровольно приходит сюда, когда хочет отключиться.] — Кто ты такой? [Я – результат постоянного смешения технологий и магии.] Аластор слышит его смех. [Думаю, можно сказать, что меня создал Вокс, даже если он об этом не подозревает.] Сигнал и тень Аластора вплывают в комнату. Тень Вокса шипит на телевизоры. [Фу. Ты притащил с собой эту мерзкую тварь. Что за ужасное существо.] Аластор в отчаянии. — Пожалуйста. Отпусти Вокса. Я могу заставить его пообещать, что он больше сюда не придёт. Он тебя не побеспокоит. Голос вздыхает. [А я-то думал, что ты умный. Я же тебе говорил. Я не держу Вокса здесь. Он сам сюда приходит. В конце концов, он уходит. Когда он уйдёт, зависит только от него. И с чего бы мне хотеть, чтобы он держался от меня подальше? Его горе и боль питают меня.] Аластор рычит в ответ. — Я так и знал! Ты паразит! Существо цокает языком. [Не нужно грубить. Возможно, я и паразит, но если это так, то винить в этом стоит только Вокса. Хотя,] он слышит улыбку в его голосе. [Готов поспорить, что ты сам создал паразитов. Наверняка в затерянных уголках Ада бегают какие-нибудь порождения твоей неосторожности. Ты, должно быть, гордишься собой.] Аластору это надоело. Он подходит к Воксу. Он вырвет эти кабели и вынесет Телевизионного Демона из этого проклятого места. [О, я бы так не поступил. Я не знаю, что произойдёт, если Вокса принудительно отключат. Может, с ним всё будет в порядке, а может, ты превратишь его в овощ. Этот кабель подключен в его голове.] Аластор опускает руки. — Чего ты хочешь? — шипит он. [Я же тебе говорил. Вокс меня кормит. Он уже давно не возвращался. Я боялся, что ему больше не нужно это место.] Олений демон оглядывается по сторонам. — Что это за место? [Вокс называет это место своим "Тихим Местом". Он приходит сюда, когда чувствует себя подавленным или испытывает боль. Должно быть, случилось что-то, что его сильно расстроило.] — Можно мне его увидеть? Ему больно? [Нет и ещё раз нет. Тебе можно заходить только в том случае, если ты привязан, а ты не привязан. Но я могу это исправить.] Из стены опускается кабель. На его конце появляется трёхдюймовая игла. Она зависает перед лицом Аластора. [Впусти меня.] Аластор делает несколько шагов назад. — Ни в коем случае. Это твоих рук дело? — он указывает на кабели, удерживающие Вокса. [Мм. И да, и нет. Первоначальный дизайн был разработан самим Воксом. Бедняга считает, что заслуживает дополнительной боли. Между нами говоря, у него есть некоторые проблемы. Когда я появился, я просто решил присвоить их себе. Я избавляю его от боли, а он наслаждается Пустотой. Это выгодная сделка.] Аластор подходит к Воксу. — Как долго он обычно здесь бывает? [Это зависит от обстоятельств. Самое долгое это неделя. Это был хороший обед.] Аластор садится рядом с Воксом. Он берёт демона за руку и сплетает их пальцы. — Я знаю, что ты меня не слышишь, но знай: я не позволю тебе остаться здесь одному. Я буду ждать здесь. [Фу. Я и не знал, что ты такой сентиментальный. Как скучно!] Аластор сверлит его взглядом. — Я расскажу о тебе Воксу, тварь. — рычит он. Вместо того чтобы испугаться, существо издаёт радостные звуки. [О! Как интересно! Да, расскажи ему обо мне! Мне бы хотелось посмотреть, что будет дальше. Позволит ли он моему присутствию отпугнуть себя или желание заглушить боль и чувства заставит его вернуться за добавкой?] — Следующего раза не будет. [О, всегда есть следующий раз. Уверяю тебя...о. Что он делает? Он возвращается на край? Уже? Он здесь так давно. Он тебя чувствует? Должно быть, чувствует. Это скучно. Вы оба такие скучные.] Вокс начинает шевелиться. Кабели вытаскивают из него, и Аластор с недоверием смотрит на оставшиеся раны. Когда иглы вытаскивают, из них начинает сочиться кровь, и Аластор чувствует боль от сопереживания. Кабель в голове Вокса со щелчком отсоединяется и втягивается. Вокс поднимает голову и поворачивается к Аластору. Его лицо заливает румянец. — О, Аластор, — шепчет он. — Я бы очень хотел, чтобы ты не видел меня таким. Аластор не знает, обнять его или встряхнуть. — Мы поговорим об этом позже. — Он оглядывается на Вокса. —Нам пора идти. Вокс выглядит удивлённым. — Почему? — Он оглядывается на экраны. — А, не обращай внимания. Они всё равно рано или поздно отключатся. — Он встаёт. Аластор видит, как его шатает, и предлагает свою помощь. — Спасибо. — Вокс, — осторожно произносит Аластор. — Там что-то было? С тобой? — Там, со мной? — повторяет Вокс. По его лицу пробегает тень. Воспоминание о чём-то, что было и исчезло в мгновение ока, сменяется отрешённым выражением. — Нет, Аластор, — говорит он тусклым, почти механическим голосом. — Я хожу туда, чтобы побыть один. Там никого нет. Я хожу туда, чтобы побыть один. Аластор видит, как тот корчится от статического электричества, и у него внутри всё сжимается. — Конечно. Пойдём. Сигнал? Не мог бы ты принести одежду Вокса? Спасибо. — Он уводит Вокса. Аластор замечает, насколько слаб другой Оверлорд. Он чувствует, как по телу Вокса пробегает дрожь, и слышит его затруднённое дыхание. Когда Аластор благополучно возвращает Вокса в основную часть пентхауса, он уже собирается отнести его на диван, но останавливается. Нет. Воксу нужна другая локация, подальше отсюда. — Как насчёт того, чтобы провести немного времени в отеле? — Аластор говорит бодрым голосом. — Звучит неплохо, не так ли? Вокс выглядит так, будто хочет что-то сказать, но у него нет сил спорить. Аластор с радостью пользуется этим. Он открывает портал и проводит их через него. Они оказываются в спальне Аластора. Он осторожно подводит Вокса к кровати и укладывает его. — Я обработаю твои раны, — тихо говорит Аластор. Вокс качает головой. — Нет, нужно. Они закроются. — Эти кабели проходили прямо сквозь тебя! Вокс снова качает головой. Он берёт руку Аластора и прикладывает её к одной из ран. Аластор хмурится, почувствовав что-то под кожей Вокса. — Вокс, что это? — Порты, — объясняет Вокс. Он сонно улыбается. — У меня они тоже на спине. Когда я ими не пользуюсь, они как бы погружаются? Наверное? Они уходят глубже в моё тело, а кожа восстанавливается. Представь, что это пирсинг, который мне приходится постоянно обновлять. — Он смеётся. — Клянусь, выглядят они хуже, чем на самом деле. Аластор смотрит на него: — Вокс, расскажи мне о том месте, куда ты ходишь. Я хочу понять, почему ты решил отправиться туда. Помоги мне понять. Вокс пожимает плечами. Появляются Сигнал и тень Аластора с тазом воды и полотенцами. Сигнал окунает полотенце в воду и прижимает его к одной из ран Вокса. — Ай! Сигнал! Слишком горячо! Вода горячий! — Когда Сигнал съёживается и опускает голову, Вокс понижает голос. — Прости. Я не хотел кричать. Вода просто немного горячая. Послушай, Ал. Я знаю, что с точки зрения стороннего наблюдателя то, что ты увидел, было немного… странным. — Он морщится. — Но это не так уж плохо, клянусь! — Вокс замечает выражение лица Аластора. — Ладно, после того как я подключаюсь, меня заносит внутрь, и это здорово. Там ничего нет. Там никого нет. Тишина и уединение. Я и мои мысли. Я просто иду и… ну, может, "иду" это не то слово. Я знаю, что технически я не хожу, потому что не устаю и не двигаюсь, но я называю это ходьбой. Поэтому я хожу и хожу, пока не исчезнут все плохие чувства, которые я испытываю. Аластор оглядывается, когда Сигнал всплывает на поверхность. Он опускает руку в воду. — Так лучше, — говорит он Сигналу. — Вокс, послушай меня, — говорит он, снова обращая внимание на демона с головой телевизора. — Это место неправильное. Оно… — он останавливается. Стоит ли ему говорить? — Вокс, там небезопасно. — Аластор, это совершенно безопасно. Я бываю там время от времени уже много лет. При упоминании об этом Радиодемон испытывает вспышку гнева: — Давай поговорим об этом, хорошо? Вокс в изумлении поворачивается к демону-оленю: — Погоди. Аластор, ты на меня злишься? — Да! Ну, может, и не злюсь, но я на тебя расстроен! Я понимаю, что ты был расстроен, Вокс, но ты не можешь просто взять и исчезнуть! Тебя не было несколько дней, и никто из нас – ни я, ни Веста, ни Брайар – не знали где ты. Ты не можешь так поступать! — Аластор кладёт руки на плечи Вокса. — Мы обещали разговаривать, Вокс. Помнишь? Мы обещали поговорить, когда у нас возникнут проблемы. Пожалуйста, не убегай от меня. Вокс кивает. — Прости, Аластор. Я не хотел тебя беспокоить. — Не только я волновался. Тебе нужно извиниться перед Вестой и Брайар. Ты же понимаешь, что произошло в прошлый раз, когда ты пропал на несколько дней без предупреждения? — Он кивает, видя ужас на лице Вокса. — Именно. Так что позвони им, извинись и выслушай заслуженную отповедь от мисс Инкувэлл. Завтра, — добавляет он. — Потому что сегодня тебе нужно отдохнуть. Сигнал чирикает и заканчивает вытирать кровь. Он обеспокоенно смотрит на Вокса. Демон-ТВ похлопывает тень по руке. — Я в порядке. Просто дай мне немного поспать. Аластор начинает вставать, но чувствует, как чья-то рука обхватывает его запястье. Вокс умоляюще смотрит на него. — Я знаю, что прошу о многом, но не мог бы ты остаться? Я знаю, что ещё рано. — Он хмурится. — Неважно. Я забыл, что у тебя собеседование. — Вообще-то, — Аластор начинает снимать галстук и пиджак. — Наши интервью перенесли на завтра. У меня сегодня выходной. — Он сбрасывает обувь и ложится в постель рядом с Воксом. Он обнимает другого Оверлорда. Проснувшись позже той же ночью, Аластор обнаруживает, что он один. Вокс исчез, а на его месте осталась записка. Аластор садится и разворачивает письмо. Встретимся в столовой. Он выгибает бровь, но делает именно это. Аластор находит Вокса стоящим у обеденного стола рядом с горой подарков в обёрточной бумаге. Медиамагнат полностью одет и выглядит намного лучше. Он улыбается Аластору и машет рукой. — Привет, Аластор! Иди сюда. Аластор молча подходит к столу. Он осматривает упакованные подарки. Вокс указывает на них и говорит демону-оленю, что можно их открыть. Аластор открывает одну. Затем другую и ещё одну. Вокс хмурится, видя, что демон-олень не отвечает. — Что-то не так? Аластор разворачивается на каблуках и выходит из комнаты. Он не обращает внимания на то, что Вокс зовёт его по имени. Он не обращает внимания на обеспокоенное выражение лица Чарли. Он выходит из отеля через главный вход и не оглядывается. Когда он проходит мимо магазина электроники «Сумасшедший Кэл», телевизоры в витрине переключаются с ток-шоу на сердитое лицо Вокса. Его лицо увеличивается, пока не заполняет все экраны. Демоны, которые собрались посмотреть шоу, взвизгивают и отступают. Аластор уже видел этот трюк и остался при том же мнении, что и в первый раз. — Нет, — кричит Вокс. — Нет! Ты не можешь так поступить. Ты сказал, что мы поговорим! Мы договорились общаться, а ты просто уходишь? Аластор фыркает. — Ты немного лицемеришь, злясь на меня за то, что я ушёл, не сказав ни слова, — замечает он. Вокс морщится. — Чёрт возьми, Аластор! Я пытался извиниться перед тобой. Грешники переглядываются, стоя между Воксом и Аластором. — Боже мой, — шепчет одна из них. — Они дерутся ! — Она в ужасе. — Каждый демон сам за себя! Она толкает другого демона и бьёт его. Остальные Грешники кричат и в панике разбегаются. Аластор и Вокс не обращают на них внимания. — Аластор, — Вокс прищуривается. — Ты сказал, что мы поговорим. Я знаю, что не разговаривал с тобой, когда был расстроен, и мне жаль. — Я понимаю, что ты сожалеешь, — перебивает Аластор. Его взгляд становится жёстче. — Скажи мне, ты знаешь, почему я злюсь? Лицо Вокса искажается от замешательства. — Нет, — признаётся он. — Я бы спросил, но ты, черт, ушёл раньше, чем я успел спросить! — Скажи мне, Вокс. Когда вы с Валентино ссорились, как ты перед ним извинялся? Аластор наблюдает за тем, как к нему наконец приходит осознание. — Я покупал ему подарки, — тихо говорит Вокс. Аластор кивает. — А я похож на Валентино? Вокс качает головой. — Нет. — Он съёживается, и кажется, что он обращается к Аластору из окна, а не с экрана телевизора. — Прости. — Всё в порядке, — Аластор мягко улыбается ему. — Я уверен, что за время отношений с этим человеком у тебя появилось много нездоровых привычек и способов справляться с трудностями, но мы будем действовать по-другому. Никакие подарки не решат твоих проблем, Вокс. Вокс кивает. — Я могу их вернуть, — предлагает он — Ах, — начинает Аластор, но замолкает. Он смущённо откашливается и отводит взгляд. Телевизионный демон на мгновение замирает, глядя на него. На лице Вокса появляется ухмылка. — Какие из них ты хочешь оставить? У Аластора краснеют щёки: — Электрический разделочный нож, — говорит он. Его уши прижимаются к голове. — И слайсер для мяса. Вокс усмехается. — Хорошо. Что-нибудь ещё? — …кофеварка для эспрессо. Вокс улыбается: — А как насчёт оригинального саундтрека "Ragtime", который я нашёл для тебя на виниле? У Аластора отвисла челюсть. Он такого даже не видел. Вокс смеётся: — Всё в порядке. Вот что я тебе скажу. Как насчёт того, чтобы я приберёг то, что ты не открыл, до Крампуснахта? Звучит справедливо? Аластор делает вид, что размышляет. — Хм. Хорошо. Вокс с облегчением вздыхает. Аластор наблюдает за тем, как Телевизионный Демон потирает руки, прежде чем толкнуть экраны. Они вздуваются, как целлофан, и Вокс высвобождается. Телевизионный Демон мерцает, а затем обретает форму. Он разглаживает одежду и поправляет шляпу. — Аластор, — приветствует он. Радиодемон усмехается. — Вокс, — отвечает он. Аластор наклоняет голову. Олений демон протягивает руку. Вокс берёт Аластора под руку. — Давай вернёмся домой. — С радостью, — ухмыляется Вокс. Пока они идут, Аластор молчит. Он не может перестать думать о той потайной комнате. О существе за экранами и статикой. Аластор рассеянно проводит пальцами по руке Вокса. Он чувствует что-то под кожей. — Порты, — объясняет Вокс. Он закатывает рукав и показывает Аластору свою голую руку. Кожа в местах проколов от игл не только зажила, но и покрылась едва заметными рубцами. Аластор прижимает палец к одному из шрамов. Конечно же, там есть углубление. — Потрясающе, — шепчет он. — И они просто появляются и исчезают? Вокс кивает. — Это сложно объяснить, но да. Они просто исчезают, пока не понадобятся мне снова. При этих словах Аластор убирает руку. — Когда ты начал использовать своё… "Тихое место"?— спрашивает он. Вокс смотрит вниз. — Мой первый бой с Тино. Ну, первый бой, в результате которого я получил разбитый экран. Я сидел там, кипя от злости, в своей башне. Все, о чем я мог думать, было "Почему?’ и ‘Как он мог это сделать?’ Потом я сильно напился. Тогда я возненавидел себя, потому что все еще был несчастен, но теперь я был пьян и несчастен. Я открыл одну из своих стен и просто освободил место, в котором мог бы спрятаться. — Вокс на мгновение звучит грустно. — Я сказал себе, что это был единичный случай. Мгновение слабости, но потом я понял: была ли это действительно слабость, если никто об этом не знал? Я мог просто исчезнуть на какое-то время и ничего не чувствовать, пока мне не станет лучше. Аластор слушает, но молчит. Он сжимает руку медиамагната. — Ты говорил с Вестой и Брайаром? — Нет, — отвечает Вокс без особого энтузиазма. —Не стоит медлить. Вы только даёте им время, чтобы они могли как следует разозлиться. Особенно мисс Инкуэлл. — Ты прав. Ты прав. — вздыхает Вокс. — Я просто фу ! Я не хочу иметь дело с той чушью, которую они будут мне впаривать. Аластор бросает на него удивлённый взгляд. — И всё потому, что... Вокс бросает на возлюбленного раздражённый взгляд, а затем снова вздыхает. — Потому что я это заслуживаю, — бормочет он. Аластор кивает: — Потому что ты это заслуживаешь. — Он ухмыляется. — Но не волнуйся. Когда всё закончится, ты сможешь найти меня, и я тебя утешу. Вместо того чтобы разозлиться на его поддразнивания, Вокс, похоже, предвкушает такой исход. К счастью для Аластора, они добираются до отеля до того, как он успевает сделать что-то неловкое, например стереть это выражение с лица телевизионного демона. — Привет всем! — Аластор, — кричит Чарли. Она подбегает к ним. — Что случилось? Ты в порядке? Ты так быстро убежал! — Я не бежал, — фыркает Аластор. — Я шёл быстрым шагом. — Он закатывает глаза. — И вообще, я в порядке. Мы с Воксом... — Он смотрит на теледемона. Вокс делает шаг вперёд. Он берёт Аластора за руку. — Мы с Аластором впервые поссорились. — Он смеётся. — Ну, думаю, это была наша первая ссора как пары. — Что?! — кричит Чарли так громко, что Аластор вздрагивает от боли. — О нет! О нет! Вы что, расстались? Вокс и Аластор смотрят друг на друга. Вокс поднимает руку, в которой всё ещё держит ладонь Аластора. Чарли краснеет как рак. — Да, — запинаясь, отвечает она. — Думаю, вы бы не держались за руки, если бы расстались. — Она неловко стоит на месте. — Что ж, это хорошо! На самом деле, это здорово! Я рада, что ваши отношения такие крепкие. — Принцесса, это была всего лишь драка, — раздражённо говорит Аластор. — Ты правда думала, что мы расстанемся из-за чего-то подобного? Чарли нервно смеётся. — Прости, наверное, ты права, но разве можно меня винить? Я имею в виду, учитывая историю Вокса… — Она закрывает рот руками. — О боже,— шепчет Чарли. Вокс замолкает, а Аластор рядом с ним напрягается. Два Оверлорда стоят и смотрят на принцессу Ада. Чарли внезапно оборачивается и прижимает руку к уху. — Что такое, Вэгги? Я уже иду! — Она выбегает из комнаты. Аластор смотрит ей вслед. — Прошу прощения, — говорит он Воксу. — Судя по всему, королевских особ Ада не учат не болтать лишнего. Ты в порядке? — Я в порядке. Давай просто поднимемся к тебе в комнату. Аластор ведёт Вокса наверх. Как только они оказываются в безопасности в покоях Аластора, Демон-Телевизор падает на диван. Аластор закрывает дверь и запирает её. Он садится рядом с Воксом. — Вокс, можно тебя кое о чём спросить? — Конечно. — Я хотел спросить о кабелях. Есть ли причина, по которой они должны так сильно вас прокалывать? Есть ли причина, по которой они должны вызывать у вас кровотечение? Вокс замолкает. Он проводит руками по предплечьям. — Может, ты и прав, говоря, что мне нужно обратиться к психотерапевту,— пытается пошутить он. Он серьёзнеет. — Я знаю, что это ненормально, но раньше я думал, что наказываю себя. И прежде чем ты спросишь, нет. Я не знаю, за что я себя наказывал. Может, я не мог смириться с тем, что позволил Валентино проникнуть мне под кожу. Может быть, я наказывал себя, потому что считал, что заслуживаю этого. В конце концов, должна же быть причина, по которой он причинял мне боль. Продолжал причинять мне боль… Аластор обнимает Вокса. Он прижимает к себе телевизионного демона так крепко, как только может. Когда они возвращаются в постель, Аластор ещё немного нежится в постели и смотрит на демона с экрана телевизора. Он видит ещё несколько поблекших шрамов на спине демона, в верхней части позвоночника и на лопатках, а также два шрама чуть выше пояса пижамных штанов. Аластор проводит кончиками пальцев по шраму в верхней части позвоночника Вокса. Он наклоняется ближе и целует его. Аластор поднимает взгляд, почувствовав движение в углу. Его тень и Сигнал пристально наблюдают за ним. — А, вы двое, — говорит Аластор, стараясь говорить тихо, чтобы не разбудить Вокса. — Нам действительно нужно присматривать за этим парнем. Он такой дурак. Милый, очаровательный дурак. Демон-олень нежно улыбается спящему Телевизионному демону и целует его в щёку.     На следующий день Вокс возвращается в "Vox Media" с подносом, на котором стоят три чашки кофе, а также пакет с бейглами и копчёной рыбой из ресторана, который, как он знает, нравится его помощнице. Он делает глубокий вдох и выходит из лифта За стойкой регистрации сидит новый демон. Он кивает Воксу и тихо приветствует его, прежде чем вернуться к тому, чем он занимался за компьютером. Вокс едва замечает его. Он находит Весту и Брайар в конференц-зале, где они склонились над документом. Услышав, как открывается дверь, они поднимают головы и сердито смотрят на Вокса. Они поворачиваются к нему спиной. Вокс вздыхает. Они не собирались облегчать нам задачу. — Доброе утро, ребята! — весело говорит Вокс. Он ставит кофе на стол. — Как у вас... — Прости, — перебивает его Веста. — Но я не говорю на языке гигантского хуя, который сам является хуем! А ты, Бри? Брайар фыркает. — Боюсь, что нет. Вокс тяжело вздыхает. — Ребята, да ладно вам. Простите. Послушайте, с моей стороны было неправильно вот так уйти. Вы правы, что злитесь. Веста резко оборачивается. — О, пиздец, мы правы, что злимся! Ты собирался исчезнуть! Снова! И мы бы не знали, где ты! — Веста подходит к нему. Она хватает его за плечи и слегка встряхивает. — Ты такой бесчувственный придурок! — Послушай— — Нет! — демоница-летучая мышь резко оборачивается. Она скрещивает руки на груди и сверлит его взглядом. — Я с тобой не разговариваю! — Проходит несколько секунд, и Веста снова поворачивается. — И ещё кое-что! Не могу поверить, что ты позволил этому ничтожеству и этому крысоподобному ублюдку довести тебя до такого состояния! — Ну что ж... Веста оборачивается. — Я с тобой не разговариваю, — визжит она. Вокс раздражённо смотрит на Брайар, которая лишь пожимает плечами. Вокс вздыхает. 3-2-1… — И еще кое-что! — Чёрт возьми, Веста, определись уже! — рявкает Вокс. — Ты со мной не разговариваешь или хочешь ещё покричать на меня?! У нас не весь день впереди, чтобы стоять здесь! — Не смей говорить со мной в таком тоне, Вокс! После того, как ты довел меня до слёз! Я понятия не имела, куда ты пропал и случилось ли с тобой что-нибудь! А теперь ты приходишь с кофе и… и что это такое? — Бублики и лосось. Веста замолкает. Брайар, стоящий позади неё, оживляется. — Откуда? — спрашивает конный демон. — Сегодня намазал на халу. Веста выглядит заинтригованной. Почти. — О, так ты думаешь, что сможешь купить наше прощение какими-то дорогущими бейглами и кофе? Что ж, Брайар, отойди от этих бейглов, ублюдок с лошадиной мордой! — Но я голоден, — хнычет Брайар. Он начинает открывать пакет. — Я ушёл из дома, не поев! — Мне плевать! Веста хлопает его по рукам. — Положи это! Положи это... Сука, Брайар! — Вкусно, но не очень, — говорит Брайар, откусывая большой кусок. Веста фыркает. — Что ж, меня не так-то просто купить. — Она сердито смотрит на Брайара. — Ты не можешь просто взять и исчезнуть, Вокс! Особенно после того, как ты чуть не... чуть не... — её губы дрожат. — Веста, прости. — Вокс большим пальцем смахивает слезу, выступившую в уголке глаза демоницы-летучей мыши. — Клянусь, я заглажу свою вину, но сейчас вы мне нужны, потому что у меня есть идея, как пригвоздить этого ублюдка Килзниба к чёртовой стене. — Вокс пожимает плечами. — Мне нужно начать работу над контрактом, связаться с юристами и поставить их на ожидание. Когда всё будет готово, нам нужно будет встретиться с Йоханнесом. Веста выгибает бровь. — Что творится в твоей пустой голове? — спрашивает она с подозрением. Вокс лишь подмигивает ей и широко улыбается. — Вот увидишь, — говорит он, подмигивая. Два часа спустя Йоханнес Килзниб сидит напротив Вокса. Веста и Брайар стоят рядом с ним, как два хорошо одетых солдата. — Мистер Килзниб, — улыбается Вокс. — Спасибо, что согласились встретиться в такой короткий срок. Я очень ценю это. Килзниб ухмыляется. — Должен признаться, я был удивлён, получив от тебя весточку, Вокс. После нашей последней встречи ты выглядел немного, как бы это сказать?Подавленным? — Он усмехается. К его удивлению, Вокс просто смеётся. — Полагаю, ты прав. К счастью, у меня было немного времени, чтобы всё обдумать, и я понял, что ты был прав. Килзниб моргает. — Что? Вокс кивает. — Ты был прав. Я был так занят глупыми вещами вроде того, чтобы фильм вышел вовремя и чтобы мы уложились в бюджет, — он корчит гримасу, прежде чем продолжить, — что совсем не думал о твоём творческом видении. И, чёрт возьми, какое это видение! Я только что просмотрел некоторые из твоих правок, и.. ого! У тебя столько идей! Йоханнес Килзниб прихорашивается. — Ну да, — ухмыляется он. — Я всегда говорил, что могу стать следующим Кубриком. — Конечно, конечно, — соглашается Вокс. Он кладёт на стол только что напечатанный, проверенный и одобренный контракт. Килзниб смотрит на него. — Что это? — Это, мистер Килзниб, всего лишь кое-что из того, над чем я работал. Видите ли, вы были правы, когда лишили меня всех прав на авторство. Я не должен был этим заниматься. А вы должны были! Я слишком погрузился в свои мысли. Теперь этот малыш говорит, что вы получаете все права на эту картину. Глаза Килзниба загораются, как у ребёнка в Рождество. — Серьёзно? — он чуть ли не ёрзает на стуле. — М-м-м. К сожалению, там также говорится, что в сценарий или постановку не должно вноситься никаких изменений, дополнений и/или правок. То, что вы мне дали в виде этих трёх папок, — это всё. Больше ничего. Килзниб яростно кивает. — Да! Да! Это заработает! Ух ты! Я так рад! Глаза Вокса блестят: — Да, готов поспорить, что так и есть. — Он складывает пальцы домиком и наблюдает, как Килзниб просматривает контракт. — Мисс Инкувэлл? Не могли бы вы передать мистеру Килзабу ручку? — Сейчас, мистер Вокс, — с улыбкой говорит Веста. Она подходит с ручкой к другому Грешнику и протягивает её ему. — Держите, мистер Килзниб. — Спасибо, красавица. — Йоханнес подмигивает ей. Когда она поворачивается, он шлёпает её по заднице. Она стоит к нему спиной, поэтому он не видит, как её лицо на мгновение искажается от ярости, прежде чем она берёт себя в руки. — У тебя тут симпатичный объект для разглядывания, Вокс. А теперь без шуток. Всё это кажется мне довольно милым. А тебе что с этого? Вокс улыбается. — Что ж, в обмен на всё это я хочу получить полный контроль над продвижением фильма. Для меня это очень важно. Всё остальное — ваше. — То есть я могу снимать свой фильм так, как хочу, а ты просто хочешь отвечать за всю эту маркетинговую чушь? — Что я могу сказать? Я люблю рекламу. Я действительно хорошо умею продвигать продукт. Килзниб не колеблется. Он ставит подпись на пунктирной линии. — Отлично, — Вокс хлопает в ладоши. — Я отправлю вам копию контракта. — Он широко улыбается и добавляет: — Брайар? Не могли бы вы проводить мистера Килзниба? — Конечно, мистер Вокс. Веста и Вокс смотрят им вслед. — Спасибо, что не обернулась и не расцарапала ему лицо, когда он шлёпнул тебя по заднице, — шепчет Вокс Весте. Веста сохраняет на лице милую улыбку на случай, если Килзниб обернётся. — Не за что. Это было непросто. Ты уверен? — Да, — говорит он. — Теперь вторая часть. Мне нужно созвать собрание. Все, кто причастен к фильму, кроме Килзниба, разумеется, должны прийти на собрание. Я говорю об актёрах, специалистах по визуальным эффектам, чёрт возьми, даже о тех, кто работает в Kraft. Обо всех. Если они не могут прийти лично, пусть подключатся по видеосвязи или по телефону. Мне нужно с ними поговорить.   Студия забита до отказа. — Всем заткнуться, мать вашу, — гремит голос Вокса. — Ладно, то, что я собираюсь сказать, вам не понравится, но выслушайте меня. Я передал полный творческий контроль Йоханнесу Кильцнибу. — Он хмурится, когда воздух наполняется свистом и гневными криками. — Тихо! Я передал Кильцнибу полный контроль, и да, я видел, какие изменения он хочет внести. Хорошая новость в том, что он больше не может вносить изменения. Всё, что есть в этих папках, — это всё, что он получает. — Но это же три гигантских папки! — кричит кто-то. —И многое из этого – полная чушь! — О, я в курсе, но не волнуйся. Послушай, я буду с тобой откровенен. Это будет непросто. У нас сжатые сроки. Следующее Истребление состоится через два месяца, и нам нужно выпустить фильм до этого. Это будет отстой. Я говорю о таких вещах, как бессонные ночи, отсутствие времени на близких и потеря желания жить. Но я знаю, что мы справимся. Мы справимся с этим дерьмом, даже если Килзниб добавит ещё какую-нибудь чушь. — Вокс оглядывает собравшихся демонов. Он видит уныние и усталость на лицах некоторых из них. — Хорошо. Я хочу, чтобы ты меня выслушал, и выслушал внимательно. Мы справимся. Мы, чёрт возьми, сделаем это. Я не идиот. Я знаю, что будет непросто. Это будет утомительно, но когда вы почувствуете усталость, когда будете скучать по своим семьям, когда у вас начнут гореть глаза от необходимости прочитать ещё одну чёртову реплику, я хочу, чтобы вы сосредоточились на одном и относились к этому как к пресловутому свету в конце этого грёбаного туннеля, — он оглядывается по сторонам. — Когда всё закончится и фильм выйдет, никому из нас больше никогда не придётся работать с этим чёртовым Йоханнесом Кильзнибом — Студия взрывается оглушительными аплодисментами и радостными возгласами, пока все празднуют это событие. Вокс ухмыляется. — Мы начинаем завтра. Всем быть здесь с утра пораньше.   Валентино хмурится, глядя на экран телефона. На экране появляется имя Йоханнеса Кильцниба, и он вздыхает. — Чёрт, — бормочет он. — Да? — Отличные новости, Валентино! — кричит Килзниб в трубку. — Мы его взяли! Мы его хорошенько взяли! Демон-мотылёк тушит сигарету. О чём вообще говорил этот идиот? — Объясни, — рычит он в трубку. Валентино щёлкает пальцами. Один из его работников подбегает и наливает ему выпить. Килзниб объясняет, что произошло на встрече, о которой Валентино не знал. Пока он говорит, Оверлорд чувствует, как с каждым словом его гнев нарастает. — Ты… идиот, — шипит Валентино. Он сжимает переносицу. — Тебя обыграли. — Как меня могли обмануть, если я получил именно то, что хотел? Валентино не уверен. Ему нужно увидеть этот контракт. Что-то во всей этой истории кажется подозрительным. Вокс ни за что бы так просто не сдался. Медиамагнат был умен. — Пришли мне копию контракта, прежде чем подписывать... — О, я уже подписал. Валентино выплёвывает свой напиток. — Что?! — Валентино вне себя от ярости. Он берёт свой бокал и разбивает его о глаз работника, который его принёс. Демон кричит и падает на землю, хватаясь за окровавленное лицо. —Как ты мог сделать такую чертовски глупую вещь?! — Я читал контракт, Валентино. Я не идиот. Там всё было чётко прописано. Валентино стонет. Как мог кто-то, кто провёл в аду столько же, сколько Килзниб, подумать, что с адским контрактом всё просто? — Пришли мне копию, Йоханнес. Мне нужно посмотреть, что ты подписал. Но когда другой грешник присылает ему копию, Валентино не может найти в ней ничего подозрительного. Здесь нет двусмысленности. Нет мелкого шрифта. Между строк не спрятано ничего такого, что можно было бы расценить как попытку Вокса протащить лазейку, которой можно воспользоваться. Это самый откровенный и честный контракт, который Валентино когда-либо видел. Он сразу понимает, что что-то не так. Он врывается в кабинет Вокса и требует встречи с медиамагнатом. — О, мистер Валентино. — Вокс улыбается и подходит ближе. — Знаете, у меня было странное предчувствие, что я скоро вас увижу. — Хватит нести чушь, Вокс! — рычит Валентино. — Что за игры? Я читал контракт. Я знаю, что что-то не так! Вокс одаривает его недоумённой улыбкой и вяло пожимает плечами. — Я понятия не имею, что вы имеете в виду, мистер Валентино. Я просто пытаюсь вести свой бизнес. Мистер Килзниб полностью контролирует творческий процесс в своём фильме, как он и хотел. А теперь, если вы меня извините, я, пожалуй, пойду. Мне рано вставать. — Вокс делает вид, что зевает. Он проходит мимо Валентино, держась от него на почтительном расстоянии. — Доброго вечера, Мистер Валентино.