На линии телевизионного огня

      Виктор стоял в одиночестве на веранде своего бунгало и нервничал. Часы показывали уже первый час ночи, а его взбалмошная соседка ещё не вернулась домой после того, как утром ушла в направлении пляжа. Журналист выкурил за последние два часа целую пачку сигарет, в его голове начали постепенно всплывать картинки страшных событий, которые могли произойти с Леной. Не выдержав, он сорвался и пошёл по асфальтированной дорожке, проходящей вдоль пляжа, ещё не определившись до конца, зачем и куда он направляется. Ночь была как никогда тёмной, фонари давно уже выключили, и Виктор двигался практически наугад. Вдруг в тишине раздался звук каблуков, громко стучащих по асфальту.       «Вернулась», — охватила Степнова радостная мысль, и тепло спокойствия разлилось по всему телу.       Лена быстрыми отточенными шагами торопилась дойти до своего домика. Утреннее весёлое настроение, появившееся от восхищения прекрасным отдыхом, к вечеру сменилось возбуждённым от предстоящей работы. Только что у неё закончилась, пожалуй, одна из самых важных встреч в её журналисткой карьере. Неожиданно Кулёмина, задумавшись, споткнулась о какую-то преграду. Потеряв на секунду равновесие и отперевшись на шпильки, Лена услышала звук надломленного каблука. Пытаясь опознать преграду, которая встала на её пути, наткнулась на взгляд радостных глаз Виктора.       — Степнов, господи, ты что мне за утро мстишь? Я, между прочим, каблук сломала только что по твоей вине, — возмутилась Лена.       — Меньше шляться надо по ночам, Кулёмина, — ответил ей Виктор, но голос его звучал по-доброму.       Присев перед ней на корточки, журналист включил фонарь на своём мобильном телефоне и начал аккуратно снимать с Лены шлёпки.       — Ты чего? Это что такой вид фетиша? Зачем ты с меня обувь снимаешь, я и сама могу справиться с этим несложным делом, — продолжала возмущаться Лена, но при этом она почувствовала, что нежные касания мужских рук успокаивают её, и приятное тепло начинает распространяться по всему телу.       — Леночка, вот скажи мне, зачем ты вообще носишь такое? Ведь на самом деле убиться можно, — спокойным голосом задал вопрос Виктор, при этом посмотрев на девушку так загадочно, что заставило её почувствовать себя смущённой.       Она даже порадовалась, что вокруг темно: щёки явно покраснели. До неё начало доходить, что этот мужчина не просто смотрит, а будто пытается раздеть её своим взглядом.       — Как же я без обуви-то, Виктор? Журналиста ноги кормят, — непринуждённо отозвалась на заданный вопрос Лена.       Виктор поднялся и, повертев в руках маленькие туфельки, ухмыльнувшись, спросил:       — Ты хочешь сказать, что вот в этом ты быстро бегаешь?       — Ну, не быстро, конечно, но зато как красиво, — ответила Лена, скромно улыбнувшись.       Виктор почувствовал, как её улыбка проникает во все глубины его души.       «Степнов, ты что влюбиться решил? Остановись…», — подумал мужчина.       Лена ощутила, как руки Виктора обняли её за талию, двигаясь постепенно поглаживаниями вдоль спины.       « Что же он творит? Соблазнить меня надумал? Так не пойдёт».       Неожиданно для Степнова Лена сняла аккуратно его руку со своей талии. Ехидно улыбнувшись и приподнявшись на цыпочки, она дотянулась до уха мужчины и прошептала:       — Я иду спать, — выдержала паузу и продолжила фразу. — Одна.       Не дав опомниться Виктору, Лена быстрым шагом, практически бегом, мелькая босыми пятками, отправилась по направлению к бунгало. Через несколько секунд дверь за ней закрылась, и в воздухе повисла тишина.       — Вот, чертовка, — возмутился вслух Виктор, внутренне удивляясь самообладанию Кулёминой. ***       За окном раздавался какой-то непонятный шум, который постепенно вытащил из сна Степнова. Виктор поднялся с кровати и выглянул на веранду в поисках источника, издающего странный звук. На веранде соседнего бунгало активно наводил порядок уборщик номеров.       — Паскаль, ты чего это с утра пораньше уже уборку делаешь в номере моей соседки? — обратился к нему заспанный журналист.       — Нет у вас больше соседки, мистер.       — Как это нет? — удивился Степнов. — Мадмуазель Элен выехала в пять утра из номера.       — Что? Она что-нибудь сказала? — возмутился Виктор.       — Она произнесла только одно слово: работа. Зато оставила мне щедрые чаевые. Хорошая девушка. Красивая девушка.       Дальнейшие слова восхищения Леной Виктор слушать уже не стал. Находясь в полной прострации от услышанного, он вернулся обратно в бунгало.       «Карьеристка. Даже отдохнуть нормально не умеет. Интересно, куда её так неожиданно понесло? Надо будет связаться с нашими, может наводку какую-нибудь дадут».       Оставшись наедине со своими размышлениями, Виктор в душе очень сожалел, что мотылёк покинул это прекрасное место, лишив его своей обворожительной компании. ***       Спустя почти сутки, Лена приземлилась в аэропорту города Багдада в Ираке.       Наводка, данная связным на Гавайях, привела её в это место для того, чтобы она смогла взять интервью у одного из самых опасных террористов мира.       — Майкл, пойдём искать нашу гостиницу, скоро с нами выйдут на связь, — обратилась к своему оператору Кулёмина.       В её сердце кратко мелькнул страх: она ещё никогда не сталкивалась с такими заданиями в своей недолгой журналисткой практике. Однако Лена попыталась себя успокоить и вернуть позитивный настрой.       «Это просто моя работа. Я должна выполнить её на отлично, и всё будет хорошо».