На линии телевизионного огня

      Виктор Степнов вернулся в Чикаго, отдохнувший и готовый приступить к работе в любую минуту. В данный момент он находился в своём рабочем офисе и изучал новости, напечатанные на специальном макете, по которому впоследствии будут ориентироваться ведущие. Дверь его кабинета резко открылась, и на порог влетел друг и сослуживец Лари — редактор спортивных новостей.       — Виктор, беги быстрее к главному, там наши конкуренты какой-то экстренный выпуск замутили.       Степнов схватил со стала чашку с только что налитым кофе и направился в кабинет редактора новостей.       — Вот и я. Ну и что там наши конкуренты нарыли? — заинтересовано обратился он к толпе журналистов, собравшейся для просмотра сюжета.       — Начинается. Присаживайся, Виктор. Там, кстати, что-то должно быть связано с твоей подружкой, — ответил ему главный редактор.       — Какой подружкой? — недоумённо спросил Степнов и уставился в экран телевизора. Картинка, которую он увидел, заставила замереть его на полуслове.       «Сегодня из Багдада мы получили информацию о том, что наша корреспондентка Кулёмина Елена и оператор Майкл Фрай были захвачены в заложники представителями террористической организации. Информация о выкупе или об условиях их освобождения в средства массовой информации, а также к лицам, представляющим государство, пока не поступала».       У Виктора непроизвольно после услышанного выскользнула из рук кружка и разбилась на мелкие кусочки. Усевшись за стол, он обхватил голову руками. Пытался думать, но ни одна умная мысль не посещала его: им полностью завладело волнение за Лену.       — Степнов, поедешь в Багдад, попробуешь собрать информацию. Хотя что-то мне подсказывает, что ребята уже не жильцы на этом свете. Никто за них бороться не будет.       «Дурочка, куда же ты влезла?», — обречённо подумал Виктор. *** Пару дней назад Лена стояла в тёмном помещении и смотрела прямо в глаза человеку, которого искали представители специальных служб всех государств мира. Она осознавала, что её жизнь может оборваться здесь и сейчас, но внутренне уже была готова к этому.       — Здравствуйте, Лена. Позвольте я буду говорить с вами по-русски. Когда-то учился в России и очень люблю ваш язык. Оператору вы позже переведёте наш разговор, хорошо?       — Да, конечно, — постаралась как можно спокойнее ответить мужчине, удивившись его вежливому и участливому тону.       — А теперь мы с вами пообщаемся по-дружески. Вы же пришли сюда с добрыми намерениями, Лена?       — Да, я пришла взять у вас интервью.       — Для чего?       — Для того, что бы люди могли от вас услышать, чем вы руководствуетесь в своих поступках, а не от верхушек государств. Я вас ни в коем случае не оправдываю, но, мне кажется, что любой имеет право высказаться.       — Хорошо, Лена. Вы мне нравитесь. Такая молодая, но такая уверенная в своих силах. Далеко пойдёте, девушка. Правда, если я вам это позволю.       Лена сглотнула, почувствовала дрожь в руках, но, прикрыв глаза, на секунду представила бокал с мороженым — любимым её лакомством, и страх на некоторое время улетучился. Представление в голове таких мелочей было лучшим для неё способом, как можно быстрее почувствовать себя спокойнее.       — Вы же понимаете, Лена, что за всё нужно платить. Мне придётся вас и вашего оператора взять в заложники.       Кулёмина удивлённо взглянула на террориста.       — Это же бессмысленно, — ответила ему она.       — Почему же? Это создаст определённый ажиотаж. Я заодно покажу всему миру, что ваше государство с вероятностью на сто процентов не будет за вас бороться и не выполнит ни одно из моих требований. Со своей стороны обещаю вам, что пострадаете вы не зря, если даже мне придётся убить вас, Лена, то ваше интервью в любом случае будет передано вашим коллегам.       — Хорошо, выбора у меня, я так понимаю, всё равно нет.       — Выбор есть всегда. Когда-нибудь вы поймёте смысл этой фразы. Я буду вызывать вас каждый день на полчаса. Вы сделаете хорошее интервью.       Мужчина махнул рукой, давая понять своим людям, что беседа закончена. Лене и Майклу завязали руки и, накинув мешки на голову, повели их в место заточения. ***       Виктор приземлился в Багдаде. Воздух на улице был сухой и обжигающий. Степнов любил свою работу, всегда получал от неё удовольствие, но то дело, которое привело его сюда, отзывалось в сердце пока только болью.       «Леночка, как же ты была права, когда говорила, что нам лучше не быть друзьями. Нет ничего тяжелее, чем готовить такой сюжет про своего друга. Надеюсь, я ещё увижу блеск твоих прекрасных зелёных глаз и самую красивую на свете улыбку».