Para Somnus

Мария резко открывает глаза, разбуженная ещё до рассвета собственным криком, и несколько минут бессмысленно смотрит в потолок, неспособная даже пошевелиться. Понадобилось несколько минут, чтобы тело снова стало слушаться, а взгляд сфокусировался. Так тяжело не было даже после бессонных ночей. Идя в сторону кухни, Мария злится, губы кусает, но не может отделаться от желания внимательно осмотреть собственные руки. Остановившись у окна, девушка придирчиво оглядывает пальцы. И всё в порядке, конечно. Ни следов от иглы, ни порезов, ни синяков, только кое-где отколовшийся лак и мозоли, служащие напоминанием о километрах конспектов. "Надо бы обновить маникюр". Мысленно ругая себя за глупость и слабость, Маша привычным движением всыпает кофе прямо из банки в любимую кружку, заливает кипятком и почти сразу делает первый глоток. Ей, любительнице напитков с большим количеством сахара, взбитых сливок и зефира, тëмная субстанция должна была послужить своего рода наказанием, но оказывается, что пить это можно и даже не противно. Второй глоток она делает увереннее, третий — почти с удовольствием.

***

Всё утро Марии казалось, что она смотрит на себя со стороны. Будто кто-то другой, незнакомый, умывается ледяной водой, аккуратно собирает волосы в хвост на затылке, вытягивает из шкафа длинную юбку и пиджак удивительно офисного тëмно-серого цвета. Этот кто-то казался собранным, решительным и строгим, в отличие от находящегося в эмоциональном раздрае оригинала. Мысль оставалась мыслью, не перерастая в дереализацию, поэтому тоже была причислена к последствию дурного сна. Работалось тяжело. Нужно было разобрать не менее сотни входящих документов, рассортировать кажущиеся бесконечными судебные приказы, иски, акты, внести в реестр, подготовить ответы... Она, конечно же, не заметила, как вошла Анна Анатольена. Маша только вздрогнула, ощутив, как непосредственный руководитель легонько перебирает пряди её волос, случайно касаясь шеи и плеч. — Мне кажется, ты неправильно вносишь документы, — проговорила женщина непривычно задумчиво, уже наматывая на пальцы длинную прядь. Мария с грустью подумала, что в институте её совершенно не научили тому, как действовать в подобных ситуациях. Впрочем, руководство не стало баловать чрезмерной тактильностью. Маша взглянула на строки базы данных, выискивая знакомые названия контрагентов. "Вот же чёрт", подумала девушка, заметив ошибку. — Проверь, пожалуйста, — произнесла Анна подчëркнуто вежливо. — И выпей кофе, что ли, а то прямо здесь уснëшь. При мысли о том, чтобы снова провалиться сначала в блаженную дрëму, а потом в кошмар, девушку передëрнуло. " Нужно взять что-нибудь домой. Разобрать какие-нибудь папки, коробки, написать ответы, распечатать, вложить в конверты". Что угодно, только не спать. Часы медленно складывались в дни, те становились неделями. Игривые короткие платья и юбочки стали казаться неуместными, утренний кофе делался день ото дня крепче, а Мария, как ни странно, становилась увереннее и серьёзнее. Чувствовала себя уже не маленькой девочкой, случайно оказавшейся на взрослой работе, а профессионалом, находящимся в нужное время и в нужном месте. Она спала не больше двух часов. Именно так созданная мозгом жуть не успевала просочиться в отрывочные, бессюжетные сны.

***

— Терина, вас ждёт руководитель, — послышался равнодушный голос из коридора. "Не Машенька, надо же", подумала девушка с мрачной улыбкой. Снова, что ли, документы не нравятся? — Анна Анатольевна... — Проходи, не стой возле двери. Падай где-нибудь, — произнесла женщина и, не отрываясь от экрана ноутбука, кивнула на свободный стул. — Я что-то не так сделала? Не внесла в CRM? — Далась мне ваша CRM. Будто я без специальной программы не вижу, кто как работает. Не успев привыкнуть к столь доверительному тону беседы, Мария чувствовала себя неловко, растерянно. Ответить было нечего, поэтому оставалось лишь разыгрывать карту внимательного слушателя. Оторвавшись от экрана, Анна смерила подчинëнную неприятно-оценивающим взглядом. Помолчала несколько секунд, будто мысленно что-то решая, и заговорила вновь лишь тогда, когда Маша окончательно смирилась с мыслью об увольнении и загнанным зверьком вжалась в кресло. — Завтра у меня две встречи, запланированные на два часа дня. Так как я физически не могу находиться одновременно в разных местах, одного из клиентов консультировать будешь ты. Дело ответственное, но, к сожалению, отправить больше некого. Поднявшись, Анна подошла чрезмерно близко. Мягко провела по щеке девушки и, выцепив прядку светлых волос, накрутила на пальцы. — Я на тебя рассчитываю, золотце. Не подведи.

***

Морок странной встречи с Анной рассеялся, когда тишину кабинета прорезал телефонный звонок. Кивком головы руководительница отослала подчиненную и даже взглядом не проводила. К концу рабочего дня сосредоточенную тишину нарушил резкий звук открывшейся двери, которая не упустила возможности врезаться в стену металлической ручкой. — Здравствуйте, Анна Анатольевна, — почти синхронно ответили сотрудницы, будто прилежные ученицы начальной школы. Не обратив внимание на акт почтения, Анна подошла к столу Марии, водрузив несколько устрашающего вида стопок бумаги и флешку. — Изучить до завтра. Приехать можешь к полудню, водитель будет ждать у главного входа в офис. И выспись, пожалуйста.