Shadowed past

Утро выдалось не добрым. Вставать было очень тяжело: все тело ломило от вчерашнего. Рома не выспался, глаза слипались и по ощущениям у него на лице отпечаталась подушка. Синяк на виске не болел, если не давить, а мелкие садины не оставляли болезненных следов. Рома предпочел вчера не раздумывать о произошедшем и, сделав все дела по дому, сразу пошел спать. Вырубился он быстро, головная боль помогла. К утру сознание притупилось, желания особо задумываться не было. Рома с утра как обычно вышел покормить Рекса. Рекс – сторожевой пес на цепи. Достался от отца. Дворняга какой-то неизвестной породы. Большой, увесистый, темно- коричневая жесткая шерсть. Вечно злая морда с пронзительным, лишенным милосердия взглядом.  Рекс подобран отцом лет так 8 назад. Не смотря на свой возраст, пес был достаточно силен, чтобы больно укусить. Он не лаял, будто считал это чем-то незаслуживающим для остальных, а просто резко набрасывался на чужака и впивался пастью в его плоть. Рекс часто срывался с цепи. Пес знает, что его пойдут искать, поэтому домой сам никогда не возвращался, уж больно много чести. А искать его идет как обычно Рома, которому эта псина нахер не сдалась.  Вышвырнуть бы эту собаченку чертову отсюда, да позабыть о ней, но нет. Не получится. Если на глаза Рексу попадается чужак, будь то маленький котенок или машина, больше его раз в десять раз, все равно, кидается на всех без исключения. Так резко и так неожиданно, что слышен лишь быстрый свист и бешеный топот его тяжелых лап. От этих картинок шло непритяное ощущение. Рома поежился, чувствуя как его кончики пальцев и подборок подмерзают от утреннего холода. Он вспомнил единственное, но такой вьевшееся воспоминание, когда Рекс укусил человека. Это было всего раз, но понесло за собой не мало неприятностей. Это произошло год назад, случилось с какой-то учительницей в их школе. Вроде классный руководитель младших классов.  Рома размял шею, хорошенько прохрустев. Он осторожно сел на корточки, и не спеша начал наливать трехдневный суп в старую кастрюлю – «миску» Рекса. Женщина шла зимой по темной улице, на работу вроде. Тут неожиданно бац, и нее Рекс выпрыгивает. Рома в то утро подскочил как после падения в ледяную ванну: резко подпрыгнул на кровати, весь холодный и заледеневший страхом от безумного, громкого, истеричного крика бедной женщины.  Весь поселок тогда встал на уши. Рома выбежал полураздетый в потемках оттаскивать пса, что впился в руку женщине клешнями. Слава богу все обошлось нормально. Учительницу Рекс повалил и укусил за запястье, но из-за большого слоя одежды и, кхм, веса, рана была не сильная. Женщина в возрасте была, испугалась, поэтому так много криков. Из-за этого происшествия такой скандал был. Рому хотели даже на учет поставить, а матери жестокий выговор, при том что ни Рома ни его мать не были хозяевами. К счастью, знакомый Светланы, мамы Ромы, работал в милиции, и поняв ситуацию, зажевал дело. Светлана заплатила штраф, который все же немного повлиял на бюджет семьи. Холодный ветерок дунул в лицо Ромы, заставляя прищуриться и поскорей покончить с делом. Эта ситуация с Рексом до сих пор грызет Рому. С того года на него некоторые смотрели с презрением, а практически все учителя искоса поглядывали.  Осадок достал, ведь помимо взглядов и осознания что все знают об этом, Рома чувствовал стыд. Стыд за пса. Рома разве виноват в том, что даже не его собака, напала на человека? Они с матерью не заслужили такого особого внимания. Это всё не повлияло на его оценки, но моральное давление оказало на него влияние нехилое. Рома как голый ходил. От такой несправедливости хотелось выть. Они кормят Рекса, содержат, а тот на их доброту готов в любой момент сбежать чтобы загрызть кого-нибудь. Ведь это может случиться и вина будет на нем и его маме.  Он выдохнул чтобы перевести дух и насыпал сверху косточек. Вспомнилась ситуация когда Рекс чуть не накинулся на Бяшу.  Херово он перевел дух. Рома не удержал цепь, и за мгновение Рекс рванул к Бяше. Тот, слава богу, быстро среагировал и отпрыгнул в сторону. Тогда все обошлось, но Бяша жудко испугался, а потом отмахивался на приглашение Ромы в гости. Рома, подхватив посуду, встал с корточек и услышал бряк цепи. Не желая видеть это чудовище он поскорей ретировался в дом. Кстати о Бяше. Рома ведь вчера даже не спросил о его самочувствие. Если Бяша беспокоился о друге, задавал вопросы, бросал взгляды поддержки, понимающие кивки, проявлял незаметную тактильность, то Рома ничего толком не дал взамен. Ощутимый укол стыда стрельнул в него, он поджал губы.  Рома зашел в дом. Приятная теплота окутала его, он нахмурился на резкий, яркий свет. Рома вчера не спросил о самочувствии Бяши… Единственное, что он сделал для друга, так это дал ему свою коженку, что даже не теплая в такую-то погоду. Вчера, когда пришло время расходиться, Рома начал настырно отказываться от того, чтобы Бяша отдавал ему его же куртку. Под конец все же победил Бяша, за что Роме стало еще более неловко. Бяшка простудился точно.  Рома разулся и прошелся на кухню. Нужно взять Бяше каких-нибудь таблеток от горла и его любимые печенья. Рома залез в шкаф за лекарствами, а после взял с полки пару печенюшек и конфет с мятой. До выхода оставалось еще минут двадцать. В доме тишина, мама Ромы ушла. Он положил пакет с набором для Бяши на стол и пошел умываться.

***

Как и ожидалось Бяша пришел не в самом лучшем состоянии. Его добродушная улыбка не скрыла красного носа и небольших мешков под глазами. На вопросы о состоянии носа и здоровья друг отвечал свое однотипное «нормалёк». Бяша вскоре расцвел, его глаза засветились, когда Рома, с цыком, достал пакет с печеньем и лекарством. Бяша жевал печенье и с набитым ртом интересовался как сам Рома себя чувствует. Их разговор немного оживился. Никто не упоминал о вчерашнем, что радовало. Они болтали о каком-то фильме, где Рома упомянул, что ему понравился момент с, как он сказал: «уместной математической шуткой». — Ромка-на, — Бяша разворачивал из фантика мятную конфету, — я все понимаю, — из-за насмотрка он говорил слегка нудно, — но ты достал со своей математикой. Он бросил конфету в рот и лениво подпер рукой щеку. Рома правда часто говорил о математике, чем бывало доставал Бяшу. Математика – любимый урок Ромы с класса первого так точно. Вечные пятерки и редчайшие четверки по этому предмету. Настолько он любил и понимал математику. Давалась математика Роме на ура, что, конечно, радовало Бяшу как друга, но иногда Рома говорил слишком много об уравнениях и задачах. На слова Бяши Рома замотал головой, говоря с дружеской издевкой: — Достал-достал, — И снова воодушевился, вспоминая фрагмент из фильма, — я никогла не видел ничего настолько… уместного, — его глаза стали хитрыми, и он с усмешкой посмотрел на Бяшу, — даже твоя биология рядом не стоит. Бяша на такое заявление чуть не поперхнулся возмущением. Его глаза округлились, а брови взмыли вверх. Резко приняв прежнее выражеие лица, он моментально отфутболил Ромино высказывание: — Ты так говоришь, потому что у тебя четверка за первую четверть-на. Рома не принял поражение и моментально перевел стрелку: — А ты так говоришь, — он сделал особый акцент на втором слове, — потому что за все контрольные по матеше у тебя четверки. — Я в последний раз всеволишь минус забыл в ответе… — Бяша немного надулся, вспоминая свою оценку за недавнюю контрольную — И сразу четыре! Он нахмурил брови и перевел внимание на доску, Рома повторил это действие. — Не ври, — с усмешкой заметил Рома Бяшину недоговоренность. — Ты тогда еще неправильно из под корня число вынес, поэтому потом у тебя все не так пошло. Бяша перевел на него взгляд и с непонятной нахмурился. — А чего она тогда про это не сказала? — Светлана Александровна взяла в скобочки и поставила вопроситеьный знак около неправильного числа. На духу выпалил Рома поглядывая на настенные часы. Бяша развел руками, выдыхая с возмущением: — Это были не скобочки, — Он откинулся на спинку стула. — а какие-то маленькие полу квадраты по разные строны. — Сам ты полуквадрат, Бяш. Без энтузиазма бросил Рома, перебирая карандаш в руке. Бяша ничего не ответил. Класс понемногу наполнялся, скоро должен быть звонок на урок. Их диалог закончился, друг стал повторять домашнее задание. Рома без интереса блуждал взглядом по классу. Мазнув глазами по дверному пройому, он завидел вошедшую фигуру, а за ней и еще одну. Подняв глаза выше, он увидел радушное лицо Антона. Тот, вместе с Полиной, что бурно с ним что-то обсуждала, прошлись и сели справа от них с Бяшей. На соседний ряд. На физике была такая расскадка, что Роме не особо нравилась. Все хорошее настроение, подкрепленное насмешкой над Бяшей, сразу улетучилось. Рома даже не заметил, как неприятная дрожь окутала его плечи. Бяша, заметив резко сменившеесе настроение друга, отвлекся от повторения формул.  Рома бегал от непонятици и своих же вопросов: Почему с проявлением этих двоих в нем разыгрался такой резкий негативный настрой? Рома сверлил взглядом макушку Антона, что качалась туда сюда. Болтовня Антона и Полины не долетала до Роминых ушей, что ему, почему-то, не нравилось. Он негодовал когда эти двое появлялись в его поле зрения. Небольшие тычки заставили Рому отвлечься, он перевел внимание на Бяшу. Рома вопросительно кивнул. Бяша пододвинул к нему свой черновик, в котором было что-то написано. До них донеслось хохотание, которое переросло в откровенное ржание. Рома сжал пальцами ручку и наконец посмотрел вниз. Рома пробежался глазами по цифрам: математический пример, умножение в столбик. Куча различных цифр, в которых Рома нашел сравнение телефонного номера. Миллионы умножить на миллионы. Роме посмотрел на Бяшу слегка непонимающе, а после благодарно улыбнулся, бросив кивок. Он ослабил хватку руки. Плечи опустились. Рома по началу и не заметил как был напряжен. Он выдохнул и начал решать пример.  Рому расслабляли умножения и деление многоцифренных чисел. Это давало повод перестать думать о лишнем и погрузится в любимую математику. Поэтому он начал работу над примером.  Не прошло и минуты как прозвенел звонок, урок физики.

***

Параллельно слушая учителя и списывая с доски новую тему урока, Рома решал пример. Сегодня должны были разбирать задачи, а это значит Бяше стопроцентно пригодится черновик, который был под рукой у Ромы.  Бяша изредка бросал ожидающие взгляды на Рому и с намеком заглядывал в свой черновик, на что Рома шикал что-то вроде: «щас-щас». Спустя еще минуты три Рома дорешал пример и довольный отдал Бяше его вещь. В этот момент глаза Ромы невольно бросились за Бяшу, на Антона. Незаинтересованно оглядев его Рома поспешил занятся уроком, но зацепился за взгляд Антона. Тот смотрел вперед, без интереса, в смятении и небольшом переживании, но так изучающе, будто запоминал что-то неоспоримо важное. Эти противоречия в эмоциях вызвали в Роме вопрос и он последовал взгляду Антона. Рома чуть не ахнул, поняв к кому внимание Антона сейчас обращено. Катя. Брови моментально нахмурилсь. Он подумал, что обознался, и по новой прошествовал от Антона туда, куда он смотрит. Все равно Катя. Секундное непонимание сменилось на что-то неприятное, нехорошее внутри. У Ромы было ощущение, что осматривать его подругу таким взглядом было, оскорбительно, незаслуживающе. Рома невольно вспомнил, что в последний раз видел на Кате такое мерзкое внимание. Его плечо дрогнуло в раздражении, а брови нахмурились в гневе. Год назад. Андрей, член шайки «А» и по совместительству его обидчик, смотрел на нее точно так же. Рома немного склонил голову в бок, производя в памяти прошлогодние воспоминания. Андрей с Катей… между ними вроде что-то было, но Рома узнал о об этом когда парочка уже разбежалась. Да, точно, Рома с Бяшей узнали об их «отношениях», если это так можно назвать, когда случайно застукали ссору Кати и Полины. Картина перед глазами осталась в Ромином воспоминании: несдержанная Полина, что будто на иголках, неосознанно вжималась в стенку, обхватив свои плечи руками. Она видимо пыталась унять свой пыл и не спугнуть тревожную Катю, что, несмотря на удивительную сдержанность Полины, от каждого ее слова готова была сбежать от разговора. Катя еще даже что-то кричала Полине, нервно теребя свою косу. Они говорили что-то про Андрея. Точнее, Полина говорила, а Катя боялась даже имени его упомянуть. Когда девочки увидели ошарашенных Рому с Бяшей, что уже с полминуты наблюдали за ними, перестали ссориться и разошлись по разные стороны. После этого девочки не шли на диалог, ни одна из них не хотела начинать разговор о произошедшем. Ни спустя день, неделю, месяц, никто об этом не заговорил. Полина и Катя перестали общаться, что и привело к распаду компании. Сейчас же Рома питал к девочкам разные чувства: отношение к Полине из-за дружбы с Антоном ухудшилось, они стали реже общаться и слать друг-другу молчаливые улыбки, а с Катей наоборот – улучшились. Из-за того, что с Полиной нормально общался только Бяша, Катя с Ромой будто молча сблизились. Нет, между ними физически ничего не изменилось, но морально Рома начал будто сильней принимать Катю за сестру. К слову, так раньше было и с Полиной. Непонятка и грусть окутала Рому от воспоминаний, но он ту же опомнился, вновь обратив внимание на Антона. Да, Антон однозначно напоминал Андрея. Эти два взгляда вызывали у Ромы ощущения грязи, будто они одними своими глазами пачкали Катю. Протерев глаза, он вновь погрузился в прошлогодние воспоминания, об Андрее. Рома понял, что вновь сделал поспешный вывод. Ведь присмотревшись, он увидел, что Петров смотрит будто не из своей воли. Но тут напрашивался резкий вопрос: как такое может быть, если он разглядывал каждый ее изгиб? Плечи, мягкую светлую косу, плюшевый свитер, спокойную спину? Он будто… запоминал. Хорошо, если Петров запоминал, то с Андреем все ясно. Рома лишь пару раз обращал внимание на то, куда глаза гопника бывали направлены. Тот обычно на всех смотрел свысока и мерзко, будто он пуп земли, но вот на Катю он смотрел по иному. Рома поморщился.  Глаза Андрея всегда конкретно смотрели на Катины определенные части тела. Рома стиснул зубы. Катя сама по себе закрытая, тихая, и было так неприятно наблюдать за всем этим, но и поделать он тогда ничего не мог. Это бы тупо выглядело как стычка на пустом месте, что Роме очень не нравилось. Рома присмотрелся к Петрову чтобы вновь прибегнуть к сравнению его с Андреем. Кстати, они было немного похожи внешне: светлые придурошные волосы, рост идентичен, да и эта схожесть в имени. Ромин взгляд вмиг стал острей, когда он понял, что Петров протирает правый висок не просто так, а для того, чтобы скрыть взор своих глаз от Полины. Резко появилось желание швырнуть в Петрова что-нибудь. Брови Петрова стали немного домиком, он закусил щеку с внутренней стороны и привычно хрустнул пальцем об парту. Его взгляд стал немного неуверенным, но он не переставал скользить глазами по каждому, мать его, изгибу Кати. Рома поймал себя на мысли, что захотел повести себя как самый настоящий гопник: подойти после урока и грубо бросить: «эй, че за дела?». Он прочистил горло, будто и вправду сказал это. Если и дальше наблюдать, размышлять, то плохих мыслей будет появляться все больше и больше. Так что Рома предпочел отвлечься на тему урока. Отвлечься не получилось. Рома размышлял об этом еще всю физику. Бяше сказать говорить об этом не хотел, да и понимал что не нужно. Сам справится и лишний раз друга тревожить точно не стоит. В последнее время Рома стал намного меньше делится своими мыслями с Бяшей. Пару недель назад их беседы проходили в спокойной атмосфере. Раньше Рома говорил, а Бяша слушал. Сейчас же наоборот, Рома ушел в себя, а Бяша стал более общительным. Все началось с того, что Рома первое время умалчивал о чем-то. Будь то любая мелкая травля шайки «А»: агрессивный тычок в спину, пока Бяши нет, или еле долетевшее только для уш Ромы оскорбление. Все это Рома счел за пустяки, неважность. То, что Бяше можно и не рассказывать. Это кажется правильным. Бяша от любого мелкого случая беспокоится и тревожится за Рому, что второго немного достает. Так что лучше лишний раз не говорить Бяше, да и Роме все равно на эти мелкие издевки. Бяша в начале поселил в Роме одну фразу: «не обращай внимание на этих ублюдков Ромка, они в жизни твоей ничего не стоят-на» – и эта фраза стала для него неплохим тычком к тому, чтобы начать не замечать издевки шайки. Роме и вправду стало плевать на эту шайку «А», на этого Петрова, что явно не стоил его эмоций. Рома начал игнорировать полностью. Но обидчики не сбавляли обороты. Чем больше говна в сторону Ромы летело, тем больше в нем это копилось. Этот неприятный комок незаметно наматывался в Роме. От размышлений разболелась голова. Нужно перестать об этом думать.

***

После урока физики Рома и Бяша отправились в столовую. Они не часто  туда ходили, обычно Бяша приносил домашние пирожки. На этот раз они решили шикануть: попить горячего чаю со свежими булочками за щекой. Расплатившись за еду они сели за самый дальний столик. Рома взял себе пиццу, а Бяша булочку с маком. Бяша попросил проверить домашние задание по обществознанию. Рома слушал как Бяша невнятно пересказывает пункт с набитым ртом. В столовой всегда после первого урока было тихо, спокойно. Никто обычно не ходил сюда так рано, поэтому они с Бяшей были одни. Отсутствие шума и лишних голосов расслабляло.  Друзья иногда разгружались тем, что, хоть и не голодные, приходили сюда посидеть. Рома лениво сидел, удобно облокотившись на чистый стол. Впереди еще шесть уроков, день только начался. Слушая Бяшу, он параллельно ел и пребывал в своих мыслях. Бяша, в процессе активного пересказа, мельком посмотрел за плечо Ромы: его брови немного нахмурились, а выражение лица выдало секундное беспокойство. Он замедлился в словах и отпил глоток чая. Бяша посмотрел на Рому и следом вновь отвел взгляд, продолжая свой невнятный пересказ. Рома сидел спиной к входу и задался немым вопросом. Реакция Бяши немного озадачила, и он лениво посмотрел назад. Брови, как по механизму, нахмурились, настрой и умиротворения отмосфера в момент спала. Петров с шайкой «А» толпились у входа. Рома развернулся обратно. Через пару минут он услышал за спиной, как они сели за один ряд с ними. Гобники о чем-то говорил, гоготали, а когда завидели напряженую спину Ромы начали шикать, усмехаться с чего-то, перешептываться. Рома опустил руку и впился пальцами в доску лавочки, пытаясь не отвлекаться на негатив и слушать Бяшу. Тот, в свою очередь, очень естественно не подвал виду о присутствия чужих. Рома попытался перенять спокойтвие Бяши, но с каждым новым гоготанием терпение лопалось. Он чувствовал, как его спину прожигают взглядом, тем самым, изучающим, не насытившимся на сегодня эмоций. Рома не оборачивался, не подавал вида. Он лишь гордливо выпрямился, показывая уверенность в немом споре, как поясница неприятно заныла. Он перетерпел эту боль, отпив глоток теплого чая. Посидев так еще секунд 20 у него начался дергаться глаз. А зачем он вообще пытается при них кем-то казаться? Это вопрос заставил Рому задуматься. Он поймал противоречивые чувства: ему было наплевать на компашку, но при этом он перед ними кого-то из себя строил. Из-за этого странного замечания к себе он поменял положение тела. Рома прикрыл глаза и удобно подпер рукой щеку, облокачиваясь телом на стол. Осанка приятно сгорбилась, даже немного прохрустела. Бяша замолчал, поэтому слышимость голосов за спиной усилилилась. Нет, если уж и Бяша замолчал, это означало что нужно было уходить. Бросив тихое: «пошли отсюда» Рома подхватил пустой станкан и быстрыми шагами направился к выходу. Бяша кивнул и пошел вслед за ним.  Проходя мимо шайки Рома почуствовал на себе излишние взгляды. Обратив на это внимание, он чуть не сподкнулся об подножку Андрея, который по-детски хотел его подставить. Рома резко и грубо наступил тому на ступню, придавливая, и пошел дальше, слыша недовольное «сука». Не поблагодарив за чай он направился к выходу, пока Бяша пытался успеть за его нервными, широкими шагами. Хотелось засунуть руки в карманы, да карманов то не было. Вспомнив о том, что Бяша вообще-то не несется как Рома тираном непойми куда, он сбавил темп. Бяша догнал его и хило усмехнулся. Они направились куда шел Рома: куда глаза глядят. До звонка оставалось минут 5, Роме нужно было развеяться. Дойдя до спортзала Рома зашел и направился к мячам. Он любил тут проводить время: трюки с футбольным мячом поделать или отработать вождение. Роме не нравились другие виды спорта: баскетбол, в который чуть ли не на каждом уроке играли, волейбол, что так любил Бяша. Это все было не его. Он не желал пачкать руки, чувствовать пыль на руках. Он подхватил футбольный мяч и направился ближе к лавочкам, куда сел Бяша. В школе вообще редко кто любил этот вид спорта, ученики предпочитали больше баскетбол. А вот Рома любил футбол. Испытывать точность. Ведение мячом и различные трюки на ловкость снимали стресс, прямо как математика. Сам футбольным мяч немного напоминал Роме тетрадь в клетку, обычно Бяшину, в которой постоянно были закрашены квадратики на полях в шахматном порядке. Рома начал пинать и трюкачить с мячом, пока Бяша, сев на лавочку, думал о чем-то своем. На переменах в спортивный зал не часто заглядывали ученики. Иногда сюда приходили пару девочек, любивших волейбол, но неумеющих играть, или компания семикласников, пуляя те же волейбольные мячи как бешенные. Вот и сейчас эти пацаны стреляли мечами по всему спортзалу, поэтому Рома предпочел заниматься в углу. Ну да ладно, пусть играют конечно, главное чтоб в них не попали.  Рома немного поразминался, а после сделал свою короночку, алгоритм. Алгоритм – придуманный трюк Ромы. Он подкидывает ногой мяч и ловит его головой. Балансирует секунды три и наклоняет голову так, что он скатывается вперед. Он ловит его коленкой и чеканит 3 раза, после подбрасывает точно за спину, где аккуратно ловит той же ногой. В конце он кладет его на пол. На этом выкрутас закончен. Рома делал его редко, потому что комбинация сложная. Бяша с довольным видом в уважение похлопал Роме, второй усмехнулся. Настроение немного поднялось. Любимые тренировки и математика пошла на ему пользу. Он с утра думал. что будет ходить как зомби с гримасой недовольного рабочего, но сейчас настрой прибавится.  Рома улыбнулся и прошел рукой по волосам, смахивая пыль. Бяша – его очень эмпатичный друг, быстро переменил его хорошее настроение и радушно улыбнулся.  Они побыли в спорт зале еще немногое времени, а после звонка направились в класс.

***

Одноклассница подозвала Бяшу чтобы он ей что-то обьяснил, оторвав того от диалога с Ромой. Рома вздохнул, оставшись одним. Надо было повторить параграф или отвлечься, но домашнее задание он уже повторил, а другого развлечения, кроме того как крутить ручку вокруг пальцев, не нашел. День подходил к концу. Последний урок был всем "любимой" истории. Обычно перед этим уроком, седьмым, все двоечники и не любимчики учительницы истории отпрашивалась домой. Часто у Лилии Павловны или Мед.сестры, а если выпадал шанц то шли помогать учителям что-нибудь перетащить. Некоторые просто сидели в туалете, за что могли получить замечание, а другие подкупали старосту, мол, причина у них есть. Кстати, обычно уходили с урока мальчики. Рома заметил, что редко, как сейчас, из пацанов только они с Бяшей остаются, остальных уже и след простыл. Рома, если бы был троешником, скорее всего тоже бы сваливал с этого урока. Ведь это даже не урок, а полнейший ад происходящий под тяжелое дыхание учительницы истории: либо все по очереди выходят к доске пересказывать дословно параграф, после чего следует тысяча вопросов о пересказанном. Либо всем в начале урока раздают сложнейший тест, на который даже Рома бывает не в силах ответить.  Вообще у него не очень хорошая память на пересказы или важные даты. История  точно не его урок. Бяше, в отличии от Ромы, повезло больше. Друг с легкостью может рассказать прочитанный текст, бывало и в подробностях. Рома всегда удивлялся памятью Бяши, и частенько задавался вопросом: как Бяше историю на сто двадцать страниц возможно запомнить, а формулы по математике нет? Рома бросил взгляд на стол учительници, ее место пустовало, но он разглядел листы на ее парте, похоже будет контрольная. Поняв, что очередной тест, Рома по-быстрому огляделся, и, открыв учебник на нужном параграфе , начал записывать все важные даты себе на листок. Было такое, что учительница истории забирала пеналы и проверяла руки на наличие шпаргалок. Один раз даже девочке в карман залезла в поиске шпаргалки. Так что с этим нужно было быть по аккуратнее. Спустя пару минут Рома закончил переписывать важные даты и имена. Спрятав бумажку в подол рубашки он облокотился на парту. Бяша все еще обьяснял тему однокласснице. Звонок не скоро, небольшая лень окутала его плечи. В классе стояла умиротворенная болтовня девочек. Это был единственный плюс истории: не слышать вечный ржач своих одноклассников. Кто-то выключил свет, класс погрузился в небольшую, приятную темноту. На фоне такой атмосферы он невольно погрузился в мысли. Рома немного завис. Зевнув, он прикрыл глаза и кратко прокрутил весь сегодняшний учебный день. Его до сих пор не отпускала ситуация с первого урока о странном интересе Антона к Кате. Это все еще вызывало вопросы, на которые Рома хотел бы знать ответ. Катя ведь не чужая ему. В голову приходили плохие идеи на счет мыслей Антона.  Рома сморщился и взглянул украдкою на Катю. Она спокойно повторяла параграф, параллельно слушая одноклассницу. Ромы выдохнул. Пробежавшись глазами по остальным он заметил отсутствие Петрова и Полины. Похоже эти двоя решили сдрыснуть с урока. Ну и слава богу, Роме будет спокойней. Со звонком Рома оторвался от мимолетных фантазий и спрятал бумажку понадежней. В класс зашла учительница, неприятно щелкнув светом. Рома нахмурился. Начался урок.