Роза Уизли и Дневники Основателей

      — Роза! Вот ты где! И где ты, Мерлин тебя побери, шляешься?!       Не успела Роза войти в общую гостиную Гриффиндора, как на неё с упрёками набросилась Роксана.       — Мы тут празднуем без тебя! Я в твою честь свежий выпуск Вампуса подготовила, сегодня суббота, а ты опять где-то шлындаешь!       — Я шлындаю?! — возмутилась Роза. — Я весь день провела в Библиотеке, где меня не составляло труда отыскать, если бы ты этого действительно хотела!       — Эй, можете потише, вас даже за моим портретом слышно! — прокричала им Полная Дама. — Выберите что закрыть, свои рты или проход!       — Просим прощения, — сказала Роза, закрывая проход до самого конца, чтобы шум их перепалки не выходил за пределы гостиной.       На миг воцарилась тишина. После чего и Роза и Рокси одновременно рассмеялись, осознав всю глупость ситуации.       — Ну, а кроме шуток, Рози, — отсмеявшись сказала Рокси, вернув себе осуждающий тон. — Не дело это, когда самая популярная девочка школы не приходит на праздник в честь неё самой!       — Тоже мне популярность, — фыркнула Роза. — Пятнадцатиминутная слава, не более того.       — Для тебя это может быть и пятнадцатиминутная слава, но поверь, даже за сегодняшний день я наслушалась лестных отзывов от студентов со всех остальных Домов в твою честь.       — И под словом всех, ты подразумеваешь…       — Да, ото всех, даже от Слизеринцев, все с одобрением прочитали этот выпуск «Вампуса», газета у остальных Домов зашла на «Ура»!       Вот это стало для Розы шоком. Одно лишь предложение Рокси сказало ей целых два факта: первое, её газета вышла за пределы Гриффиндора, а значит все читали эту статью про неё, и, второе, перформанс Розы теперь точно не забудут.       — Скажи, — у девочки слегка дрогнул голос, — профессор Лонгботтом одобрил распространение «Вампуса» среди других Домов?       — Ну, — теперь смутилась уже Рокси, — не совсем так. Мы с Коллином в процессе настенного издания несколько его версий запороли, оттого у нас образовались лишние копии. Ну, он и предложил неофициально распространить эти копии среди остальных Домов, а Джеймс вызвался их разнести.       — И его пустили на Слизерин, или он прокрался туда под Плащом-Невидимкой?       — Честно, — сказала Рокси, — он и не собирался отдавать последнюю копию слизеринцам, но ему повстречались Альбус и Скорпиус, вот он им и передал газету, взяв честное слово, что они потом расскажут настроения по поводу статьи у себя.       — И как? — голос Розы дрожал.       — Альбус сказал, что Слизеринцы при всех будут держать свой фасон, а в своём логовище могут себе позволить несколько больший спектр эмоций, в частности одобрение действиям студентов с других Домов.       — Вот уж не думала, что их это всё тоже волнует, — сказала Роза.       — А слезеринцы что, не люди?       — Нет, люди, но пока был весь этот карантин, они все шагали строем и с высоко поднятой головой, будто это сопровождение — само собой разумеющееся для аристократических задниц, коими некоторые и являются.       — Кстати об аристократических задницах, — в гостиную спустился Джеймс, — привет Рози. Так вот, Альбус мне сказал, что после того, как все слизни прочли газету Рокси, то этот потрёпанный лист пергамента стащил не кто-нибудь, а Малфой.       — И как я на это должна реагировать? — спросила Роза, хотя этот поступок Малфоя разбудил в ней сильный спектр эмоций, начиная с беспокойства, как бы он не наслал на неё проклятие, в стиле чёрного колдовства Вуду, вроде на Юго-Востоке США что-то такое практикуют, а там её фотография точно есть, ну и заканчивая чувством… собственной значимости? Да, что-то вроде этого, хоть и не без некоторой брезгливости, учитывая что Малфой может делать с этим фото.       — Может быть… — улыбнулась Рокси.       — Может быть у него повадки что у вашего джарви, — перебила кузину Роза, не дав ей высказать так надоевшую ей фамильярность сестры о том, что они с Малфоем — пара. — Кстати, как там ваш хорёк-переросток поживает?       — Отлично, — сказал Джеймс. — Хагрид позаботился о нём, сделал ему уютную норку в своём огороде.       Рокси заинтересовалась судьбой сироты-хорька, а Джеймс, надо отдать ему должное, умел зажигательно рассказывать. Роза была довольна собой, что перевела беседу в безопасное для себя русло.       Джеймс похоже начал забывать тот скандал с рунами Блэков, а значит она для него по-прежнему любимая кузина. Старая, добрая Роза, идеальная Гриффиндорка, которая ни за что не притронется к тёмной магии.       — Ой, а вот и наша героиня! — обрадовались Мэгги, Бэтти и Фанни, когда Роза вошла в спальню.       — Девочки, вы преувеличиваете, никакая я не героиня, уж не знаю, что вы там обо мне возомнили, после этой статейки, — сказала она им, бросая свой рюкзак возле тумбочки.       — Но, мы все были в Большом Зале и все всё видели и слышали, — сказала Фанни. — Или ты хочешь сказать, что это была не ты, а твой двойник?       — Ага, под Оборотным Зельем, — добавила Бэтти.       — Ладно, девочки, — сказала Роза. — Хотите знать почему я это сделала? Просто мне осточертело, что куда бы мы ни пошли, то всюду требовалось сопровождение старост. В этом не было никакого подвига или героизма.       — Но тебя же не смутила возможность получить наказание, — заметила Мэгги. — Или тебя даже перспектива отмывать котлы в подземельях Слизерина не страшит?       — Что за глупость? Естественно, страшит, — сказала Роза, а потом добавила, — я знаю, как провести время с куда большей пользой, чем отбывать наказание. Просто в тот момент, сами подумайте, много ли изменилось бы от наказания, если в Библиотеке не посидеть, в лабораторию не сходить, да даже на мётлах не полетать.       — Не говоря уже об игре в Плюй-Камни, — сказала Бэтти.       — Сдались тебе эти Плюй-Камни, — закатила глаза Мэгги.       — А мне нравится эта игра, так забавно смотреть за проигравшими, — мечтательно произнесла Фанни, но Роза соседок уже не слушала. Она взяла свои банные принадлежности и заперлась в душевой.       — Чёрт! — Роза выругалась, когда обнаружила, что потекла. — Вот зараза! Как не вовремя!       За всеми этими делами, Роза совсем забыла прислушиваться к своим ощущениям. Хорошо хоть потекло сейчас, когда она уже разделась.       «Интересно, — мелькнула в голове Розы забавная мысль, когда она подмывалась, — а что, если использовать эту кровь для того, чтобы отпирать книгу Блэков?»       Эта мысль была настолько абсурдна и кощунственна, что Роза заливисто рассмеялась. А уж как бы обрадовался профессор Блэк, прознай он о подобном святотатстве!       Покончив со всеми процедурами, Роза вышла и сразу направилась к кровати.       — Девочки, я спать, — сказала она, задёргивая полог.       Она несколько часов пыталась заснуть, но сон не шёл. Более того, нахлынувшие месячные не давали уснуть. Уже Рокси вернулась в спальню, все девочки, позёвывая, закрылись за своими балдахинами, свет погас и слышалось мерное сопение соседок. Сон всё не шёл и не шёл.       «Ну как же это не вовремя!» — прорычала Роза, как назло, она забыла пополнить запас своего зелья от боли, а попросить соседок как-то не подумала.       Чтобы хоть как-то отвлечь себя от неприятных ощущений, Роза потянулась за своим рюкзаком, и выудила оттуда свой дневник, стянула с комода свою палочку и прошептала:       — Люмос!       Роза принялась изучать чертежи котла, которые она скопировала со стола профессора Дельфини. Какая ирония, то, чему учила Дельфини Розу, теперь она с лёгкостью применяла, чтобы прознать те секреты профессора, которые бы ей не хотелось выставлять на всеобщее обозрение. Впрочем, выставлять это на всеобщее обозрение не было и в интересах Розы, так как тут была инновационная, можно даже сказать революционная идея: создавать заклинания в жидкой форме.       Из представленных чертежей было понятно — надо было очень точно нанести на котёл вензель рунических кругов, включающий в себя сотню рун, что уже само по себе не просто из-за изгиба котла, так ещё нужно было наносить руны так, чтобы стенка металла не утончалась сверх меры, иначе котёл потечёт и результат помёта докси не будет стоить.       Другой момент, Роза это уловила достаточно быстро, недостаточно просто нанести руны на котёл, залить в него воду и запустить по главному руническому кругу требуемым заклятием. По свойствам эти руны должны были адсорбировать на себе магию, а затем позволить основе (зелью-приёмнику заклинания) абсорбировать эту магию.       «Основа, нужна основа», — думала Роза, гадая, что же за зелье может послужить основой для создания жидких заклинаний.       Роза отложила свой дневник и палочку, положила голову на подушку и принялась обдумывать возможности для реализации этого эксперимента на практике. Мыслительный процесс притуплял болевые ощущения Розы и вскоре она уснула.

***

      Понедельник в Большом Зале был до неприличия шумным. Ввиду того, что каждое письмо или посылка запаздывали из-за проверок, то понедельник был одним из тех дней, когда вся почта, накопленная за выходные, доходила до адресатов. Исключений не делалось ни для кого, будь то племянник Министра, будь дочь высокопоставленного служащего Министерства.       Правда для корреспонденции Ежедневного Пророка всё же сделали поблажку, так как один из их печатных цехов был размещён в Хогсмиде, а значит был полностью подконтролен Аврорату. А ещё в издательстве боялись, что из-за задержек поставок, подписчики могут аннулировать подписку. Потому Роза ничуть не удивилась тому, что за завтраком Фрейя принесла в клюве газету, а к её лапке было привязано письмо.       — Спасибо, Фрейя, — поблагодарила она своего филина, отвязала от лапы письмо и взяла газету из клюва.       — Можно? — попросила Рокси свежий номер Пророка. Роза не возражала.       — У меня только один вопрос, — сказала Роза, — почему ты не оформишь подписку на Пророк?       — Потому что, в отличие от тебя, — пожала плечами Рокси, — я оформила подписку на другие издания, а они не все, как Пророк, издают свои выпуски ежедневно, а теперь ещё проверки, сама понимаешь, это всё ждать долго.       Роза вытаращилась на кузину.       — Зачем…       — Зачем я оформила подписку на другие издания? — спросила Рокси. — Да всё просто, мне же нужно знать что и как пишут профессионалы в своей сфере, в том числе в спортивных хрониках.       Розе показалось, что кузина просто помешалась на своём увлечении.       — Ох, Мерлинова мать! — вскрикнула Рокси, просматривая номер Пророка.       — Что? Что там? — с волнением спросила Роза.       — Вот, — Рокси показала статью, та называлась: «Перси Уизли: халатность или предательство?»       «В прошлый понедельник Школу Чародейства и Волшебства Хогвартс потрясла внеочередная проверка Авроров. В свете последних событий участившиеся проверки, без сомнения подрывающие образовательный процесс наших детей, а также различные правонарушения, связанные с контрабандой артефактов, редких ингредиентов и волшебных существ, делают кресло под Гарри Поттером, 38 лет, всё более шатким.       Но вскрывшиеся подробности, инициировавшие последнюю проверку, могут поставить крест на карьере шурина мистера Поттера. Речь идёт о начальнике Отдела Магического Транспорта Перси Уизли, 42 года. В ходе проверки выяснилось, что в ведомстве мистера Уизли был несанкционировано создан порт-ключ с пунктом назначения Хогвартс. Всю неделю проводились проверки сотрудников Отдела, вверенного мистеру Уизли.       Почти у каждого сотрудника на момент создания и активации порт-ключа нашлось неоспоримое алиби, у всех, кроме мистера Уизли.       Кроме того, систематические сбои в работе каминной сети, не прибавляют уверенности в компетенции главы Отдела Магического Транспорта, возможно тут замешаны коррупционные схемы и банальное кумовство.       Мистеру Уизли не привыкать попадать под прицел внутренних разбирательств, проводимых внутри Министерства. Так, в самом начале карьеры мистер Уизли стал фигурантом расследования, касающегося загадочной болезни чиновника высшего ранга Бартемиуса Крауча в 1995-м году и годом позже в связи с позорной отставкой тогдашнего Министра Корнелиуса Фаджа.       Выйдет ли мистер Уизли сухим из воды, покажет время».       Роза и Рокси переглянулись, а потом посмотрели на стол Когтеврана. Люси и Молли, которая покинула стол Пуффендуя, сидели рядом и читали, вне всяких сомнений, эту самую статью из Пророка.       Но время до конца завтрака было ограниченно, потому Роза взяла письмо от родителей.       «Цветочек,       Как ты, наверное, понимаешь, школа сейчас защищена, как никогда в истории. И это не просто так, Гарри своё дело знает — зло пробралось вплотную к школе. Поэтому я тебя, дочка, очень прошу не гуляй в позднее время по замку, старайся избегать подземелий и держи ухо в остро. Гарри говорит, что ему пока не удалось обнаружить проникшего, но это лишь вопрос времени, может весьма длительного.       Я лишь хочу, чтобы ты была в безопасности.       Твой папа.       P.S. Мама сейчас работает непосредственно с Кингсли, который, скорее всего, в следующем году подаст в отставку. Но несмотря на сильнейшую занятость, она целует тебя и просит быть осторожнее в школе. Хьюго также тебе шлёт "привет"».       Казалось бы, это предупреждение должно было заставить Розу быть настороже, отчасти так оно и было. Но в куда большей степени в ней взыграло любопытство. Кому и зачем нужно было проникать в Хогвартс?       Это ведь вторая попытка проникновения и, судя по тому что написал отец, успешная. Хотя, у Гарри есть Карта Мародёров, по ней возможно отследить любого человека, призрака и полтергейста.       А что насчёт других существ? Допустим оборотней и вампиров? Они отображаются на Карте или нет? Если оборотни, пусть и больные, но всё же волшебники, то вампиры — это разновидность нежити. Да, они разумны, да обладают магическим фоном, но это ходячие мертвецы, притом полученные из умерщвлённых Кровавым Поцелуем магглов.       Столько вопросов и так мало ответов. Но, пожалуй, стоит почитать про вампиров, наверное, для этого придётся запросить разрешение у профессора Гранта.       — Роза, — похлопала её по плечу Рокси. — Ты заснула или как?       — Ой, а что?       — Ну, как бы, нам пора уже на урок, — сказала она.       — Да, ты права, — Роза быстро допила утренний апельсиновый сок, после чего девочки побежали на Защиту от Тёмных Искусств.       — Рокс, как думаешь, а тётя Джинни могла замять эту историю, не допустив её к печати?       — Боюсь, что нет, — покачала та головой, — особенно, если редактором этой конкретной статьи была не она.       — Похоже на стиль Скиттер, — сказала Роза.       — Конечно похоже, — фыркнула Рокси, — у неё хватает последователей. Да и не велико дело, написать язвительный пасквиль в сторону того, кто сидит наверху. Людям такое нравится читать, если это подано в читабельной обёртке с правильно расставленными акцентами.       — А ты сама, Рокс, — сказала Роза, — сейчас говоришь с таким презрением, но, если сделать такую сенсацию выпадет честь уже тебе, ты откажешься или расставишь акценты так, чтобы вся скандальность была убита?       — Ну, — задумалась та. — Наверное, да. Наверное.       Роза не стала мучать кузину, она видела, как ей с трудом удалось представить такую гипотетическую ситуацию. Они расселись за партами.       — Сегодня темой нашего занятия станут чизпурфлы, — начал профессор Грант, выставляя на стол большой террариум, в котором копошились маленькие существа, похожие на миниатюрных крабов. Роза даже с самой первой парты с трудом могла разглядеть их мельтешение.       — И не надо смеяться над названием, мистер Финниган, — сказал профессор, а потом продолжил:       — Данный паразит обожает селиться в местах скопления магии, будь то дом, насыщенный артефактами или просто заполненный немытыми котлами, с остатками сваренных зелий. Была даже одна история, с одним мелким жуликом, который приторговывал краденными котлами, так в одном из таких оказались чизпруфлы, а хозяин выгодного приобретения не заметил этого. Как итог, вредители расползлись по всему его жилищу, размножились, а после ночью добрались до его волшебной палочки и сгрызли её до самой сердцевины.       Вот эта подробность уже вселила ужас в детей, взрослый волшебник оказался бессилен против паразитов, которые обглодали его волшебную палочку.       — На сегодняшний день существуют специальные зелья от данных вредителей, которые следует распылять через пульверизатор, от которых чизпруфлы переворачиваются кверху брюхом и становятся вялыми. Однако, если под рукой нужного средства у вас не имеется, а паразитов ещё не настолько много, чтобы заполонить ваше жилище, то существует особое заклинание. Повторите за мной: Канкрум Компедео!       — Канкрум Компедео! — повторили школьники.       — Очень хорошо, — сказал профессор. — Выпускать чизпруфлов из террариума нецелесообразно. Конечно, древняя магия замка и бытовая магия эльфов-домовиков не позволит этим паразитам расплодиться, но каждый из них успеет доставить немало хлопот. Поэтому, пусть каждый сейчас подойдёт к террариуму и опробует данное заклинание. Кто хочет пойти первым?       Роза подняла руку и вышла к преподавательскому столу. Она взяла в левую руку свою волшебную палочку, которая была частью её руки, а перед ней за стеклом копошились маленькие чёрные крабики, которые жадно пощёлкивали клешнями, явно желая закусить предметом полным волшебства.       Она живо представила, как эти твари добираются до её палочки из вишнёвого дерева, и её аж передёрнуло, её пронзила такая острая, можно даже сказать животная неприязнь к этим магическим членистоногим, что Роза вложила всю свою негативную энергию в удар:       — Канкрум Компедео!       Эффект превзошёл все самые смелые ожидания. Все чизпруфлы в стеклянной клетке перевернулись на свой панцирь, а их ноги и клешни просто оторвались, а из сочленений мини-фонтанчиками брызнула фиолетовая кровь.       — Мисс Уизли, — сказал профессор Грант, — боюсь, что вы перестарались. Это заклинание должно было заставить конечности чизпруфлов слипнуться вместе, но если вложить в это заклинание слишком много силы, то вы можете видеть такой результат.       Теперь праведная ярость отступила, и Роза увидела, как эти магические крабы покачиваются на своих панцирях, пытаясь шевелить своими отсутствующими конечностями. Звуков из террариума она не слышала, но ей не составило труда представить, как жалобно пищат эти создания, умоляя о смерти. Внезапно девочка почувствовала стыд, за то, что так надругалась над этими существами, которые ей ничего, в сущности, не сделали.       — Не переживайте, мисс Уизли, — сказал профессор. — Чизпруфлы известны своей регенерацией, видите?       Профессор указал на самого ближнего членистоногого, у которого начали отрастать белёсые ножки, в скором времени они достигли размеров прежних, а после некоторые чизпруфлы начали переворачиваться обратно на брюшко. Ползали те при этом довольно робко и неуклюже, но ползали. А ещё они начали хватать отвалившиеся конечности, поедая их.       Наблюдая это отвратительное пиршество, Роза поспешила сесть за свою парту, моля Мерлина, Моргану и всех остальных, чтобы её не стошнило.       До конца урока ещё некоторые успели опробовать данное заклинание на практике.       — А и ещё кое-что, — сказал профессор Грант. — В средства по уходу за волшебными палочками, ровно, как и в средства по уходу за мётлами, входят также смазки и лаки, содержащие в себе зелья, отпугивающее магических паразитов, так что я настоятельно рекомендую не пренебрегать их использованием и обрабатывать ими свои волшебные палочки, хотя бы раз в полгода-год. На сегодня занятие окончено! Всем спасибо, можете идти!       Роза не спешила уходить, так как собиралась поговорить с профессором Грантом и высказать свою теорию.       — Роза, — профессор заметил, что они остались одни в классе, — Вы что-то хотели спросить?       — Да, профессор, — сказала Роза, — видите ли, я думаю, что первого Октября в школу мог проникнуть оборотень или вампир.       — Почему Вы так решили?       — Ну, — замялась Роза. — Скажите, раз вы работаете на Гарри, то должны знать о средствах, точнее об одном средстве слежения за всеми перемещениями в школе?       — Вы имеете ввиду Карту Мародёров? — спросил профессор, нахмурившись. — Ну, конечно, мне это известно. И предвосхищая Ваш вопрос, нет, оборотень или вампир также были бы видны на Карте, как любой другой волшебник или даже маггл. Мы проверяли пределы возможностей Карты, нет, не в Хогвартсе, а в Хогсмиде, мы привели туда настоящего вампира, и он на Карте отобразился.       Вот эта новость стала для Роза настоящим сюрпризом, оказывается Гарри предвидел и такой вариант, заблаговременно выяснил кто может отображаться на Карте.       — А что касается оборотней, — вот тут профессор стал слегка раздражённым, — Вы забываете, что одним из создателей Карты был оборотень Ремус Люпин.       От такого ответа Роза хотела сделать фейспалм, такую глупость сморозила.       — Простите, профессор, — только и смогла она выдавить из себя.       — Ну-ну, — профессор подошёл ближе и своей морщинистой рукой, но очень тёплой рукой погладил её по волосам, — Вы всё сделали правильно, что рассказали мне о своих подозрениях.       — Кстати, чуть не забыл, — сказал профессор, когда Роза уже собралась уходить. — Вот, возьмите это.       Роза взяла протянутый конверт от профессора, вскрыв его, она обнаружила приглашение на первое занятие в Дуэльном Клубе, назначенное на вечер четверга.       — И так как Вы будете среди четвёртого и пятого курсов, — сказал профессор, — достойной пары я для вас среди них не могу подобрать, а потому в качестве Вашего партнёра будет Скорпиус Малфой.

***

      На этой неделе Роза всё свободное время старалась проводить в Библиотеке, в секции посвящённой Защите от Тёмных Искусств, даже о своих занятиях Зельеварением забыла. Она искала разнообразные заклинания, которые можно было использовать в дуэльной практике. В частности, она нашла там целый пласт Отвлекающих Заклинаний, призванных сбить противника с толку.       Она собралась победить Малфоя, во что бы то ни стало. Причём победить красиво, так, чтобы сам профессор оценил эту победу на пятьдесят призовых очков. Роза живо представила себе эту упоительную картину, почувствовала, как тепло победы разливается по жилам подобно эльфийскому вину, как она парит над полом без метлы от эйфории.       Повинуясь наитию, Роза достала свою волшебную палочку, и пока сладостное видение не растаяло, Роза чётко и выразительно произнесла:       — Экспекто Патронум!       Ничего не произошло. Даже малейшей искорки не соскочило с кончика её палочки, а видение растаяло, как сон вскоре после пробуждения. Роза расстроилась, что у неё не получилось это заклинание, хотя причин расстраиваться не было. Это заклинание не даром считалось очень сложным.       «Но дядя Гарри освоил его, когда ему было тринадцать», — подумала она, складывая книги, чернильницу и перья в рюкзак.       «С другой стороны, дяде Гарри это было жизненно необходимо, так как дементоры очень интересовались им», — привела она контраргумент. Сама она никогда не сталкивалась со смертью, ей не доводилось переживать тот кошмар, который пережил её дядя в юном возрасте, и она не могла припомнить, чтобы она сама где-то сталкивалась с дементорами.       «И, тем не менее, было бы просто фантастически, если бы мне удалось одним этим заклинанием застать Малфоя врасплох, а потом обезоружить», — Роза снова замечталась. Настолько, что не заметила, как едва не наткнулась на кого-то.       — Малфой! — Роза всё ещё не могла понять, это Скорпиус Малфой из её фантазии или это он собственной персоной.       — О, мисс Книжный Червь, — улыбнулся он своей ехидной улыбочкой.       — Очень остроумно, Малфой, — внутри Розы всё кипело, но она сдерживалась. — И, насколько я поняла, ты направляешься в Библиотеку, а значит ты точно такой же книжный червяк, как и я.       — Я просто возвращаю ненужные мне книги, — пожал тот плечами, — в отличие от тебя, я точно знаю, что мне нужно, а потому мне нет нужды торчать часами в Библиотеке.       — А мне нравится обстановка в Библиотеке, — сказала Роза.       — Слишком шумно, на мой вкус, — высокомерно сказал он.       Тут он уже перегнул палку, Розе всегда Библиотека казалась тихим, почти беззвучным местом, бессменная хранительница покоя Библиотеки Ирма Пинс умрёт, но не позволит осквернить её святыню шумом, грязью и прочими проявлениями хаоса.       — Кстати насчёт шума, — сказала Роза, — в четверг вечером будет возможность как следует пошуметь.       — О, какая прелесть, — осклабился Малфой, — вот, почему ты проводишь всё время в Библиотеке. Теперь понятно, как ты компенсируешь свои неуверенность в себе и посредственность в боевой магии.       Роза не выдержала, выставила вперёд ладони и прижала Малфоя к стенке, такого он от неё совершенно не ожидал и на толику мгновения растерялся.       — Слушай сюда, Малфой, — в прошлый раз тебе просто повезло, но в этот четверг…       — Твоими волосами я подмету пол в Дуэльном Зале, — даже зажатый к стенке, он чувствовал себя хозяином положения. — Так что можешь наслаждаться тем, что зажимаешь меня сейчас. Или ты хочешь меня поцеловать?       — Да иди ты… — Роза отпрыгнула от него и показательным жестом протёрла руки о мантию, словно она запачкалась о Малфоя, — куда шёл.       — Я тебе говорил, — Малфой отошёл от стены и расправил свою мантию, — что ты даже посылать кого-то нормально не умеешь.       — Умею, — прошипела Роза, — просто я считаю себя выше того, чтобы пачкать свой рот такими выражениями ради какого-то чистокровного сноба.       Малфой на лишь задрал голову вверх, после чего молча пошёл дальше.       Розе ничего не оставалось, кроме как пойти своей дорогой. Она знала, что в этот четверг их дорожки снова пересекутся, и тогда она его уделает.

***

      Вечером в четверг Роза быстрым шагом сокращала расстояние до Башни Гриффиндора, чтобы как можно скорее отделаться от рюкзака и как можно быстрее приступить к Дуэли.       Конечно, перед тем как идти в Дуэльный Зал, она ещё раз заскочила в Библиотеку, просто, чтобы чувствовать себя более уверенно.       Минуя портрет Полной Дамы и гостиную, она зашла в спальню, все девочки были уже там и собирались идти на ужин.       — Ну, — сказала Роза, расставаясь с рюкзаком и проверяя наличие волшебной палочки, — пожелайте мне удачи.       — Удачи, — хором сказали Бэтти и Фанни.       — Можно подумать не на дополнительное занятие, а на войну отправляешься, — усмехнулась Мэгги, тряхнув своими чёрными волосами.       — Можно и так сказать, — улыбнулась Рокси, начищая объективы своей камеры.       — Нет, Рокси, тебе со мной нельзя, — сказала Роза сестре, по неестественному спокойствию которой она догадалась что у той на уме.       — Да как ты это делаешь? — возмутилась та. — Ты что овладела легилименцией?       — Нет, — сказала Роза, — просто тебя очень легко читать по твоим привычкам.       — А вот возьму и пойду, — она встала, отчего под мантией что-то, и Роза догадывалась что именно, колыхнулось.       — Ладно, Мордред с тобой, — буркнула она, — я попрошу профессора разместить тебя на балконах, видимость там отличная, а ты будешь в безопасности.       — Вот сразу бы так, — Рокси возбудилась и тут же навесила на себя камеру. — Я готова!       — А Колин не будет возражать, что мы его не берём с собой? — поинтересовалась Роза, когда они шли в Дуэльный Зал.       — А, — отмахнулась Рокси, — у него отработка у профессора МакГрегора.       — Да? — удивилась Роза, не припоминая, где тот умудрился проштрафиться.       — Да шут с тобой, забыла, что ли? — спросила Рокси. — Колин задолжал ему третье эссе подряд, оттого на последнем занятии профессор его отчитал.       — А, видимо я тогда уже покинула кабинет, — пожала Роза плечами, думая о том, как вообще возможно по таким элементарным темам отстать и получить выговор от профессора. — Не сильно же ты переживаешь за своего помощника.       — Ну, если честно, — сказала Рокси, — Колин, когда мы наедине, бывает очень утомительным, с его бесконечным восторгом от всего происходящего в Замке. Как он сам говорит, словно в Диснейленд попал, хоть и вырос в семье волшебников. Для него это всё должно быть привычно.       Они подошли к массивной двери, ведущей в Дуэльный Зал, а с противоположной стороны коридора вышли Скорпиус Малфой и Альбус Поттер.       — О, — обрадовался Скорпиус, — Мисс Голова Бедовая решила заручиться поддержкой прессы? Что, Уизли, думаешь материалы твоего корреспондента можно будет потом использовать на заседании Визенгамота, для обвинительного приговора?       — О, — Роза не замешкалась с ответом, — а ты, Малфой, решил заручиться поддержкой своего квартирмейстера? Правильно, тебе понадобится кто-то кто отволочёт твоё израненное тело в Больничное Крыло.       «Опять они за своё!» — закатил глаза Альбус, обращая лицо к Рокси.       «Ой, не говори! — помотала головой Рокси, а потом достала свою камеру. — Зато будет, что их детям показать!»       «Если они доживут до этого», — скептически пожал плечами Альбус.       Дверь открылась, и на пороге возник профессор Грант.       — Мисс Уизли, мистер Малфой, — оглядел он двух второкурсников, которым дал приглашение на посещение дуэльных занятий. — Мисс Роксана Уизли и мистер Альбус Поттер, вы можете идти.       — Просите, профессор, — сказала Роза, — видите ли, я… — она посмотрела на Малфоя, — и Малфой, обещали своим кузенам посмотреть на наше занятие, так что вы не будете против, если они понаблюдают с балконов?       — Нет, не против, — сказал профессор, улыбаясь. — Думаю, что это будет поучительно для вас, особенно, если надумаете поступать в Аврорат.       Профессор запустил второкурсников. Роза огляделась, в зале сейчас было минимум десять дуэльных подмостков, а рядом с ними толпились студенты четвёртых и пятых курсов, среди них Роза заметила Джеймса, который помахал кузинам и брату.       — Итак, — сказал профессор, — сегодня у нас не совсем типичное занятие, так как к нам напросилась пара перспективных студентов в качестве участников. Встречайте, Роза Грейнджер-Уизли и Скорпиус Малфой.       Старшекурсники с любопытством уставились на этих двоих. Даже со своим вытянутым телом, Роза на их фоне казалась маленькой и хрупкой.       — Прежде чем я разобью вас на пары, мы с вами понаблюдаем за дуэльным мастерством вновь прибывших, — сказал профессор, приглашая Розу и Скорпиуса на центральный дуэльный помост.       — Палочки на изготовку! — скомандовал профессор.       — Страшно, Уизли? — вскинул свою эбеновую палочку Скорпиус.       — Ещё чего, Малфой! — Роза вскинула в приветственном жесте свою вишнёвую.       Они развернулись, отошли на разные края помоста, а после резко развернулись и встали в боевую стойку.       — По моей команде, на счёт три, — произнёс профессор Грант. — Раз! Два! Три!       — Риктусемпра!       — Протего!       Дуэль началась с предварительных ласк. Малфой в атаке, Уизли в обороне. Но в следующее мгновение всё переменилось. Роза шла в наступление, а Малфой отбивался от её атак. Роза справедливо полагала, что помост — не широкий школьный коридор, а значит уклонится от её атак ему будет куда как сложнее.       — Локомотор Мортис! — выкрикнул Малфой.       Роза не стала ставить щит, вместо этого она подпрыгнула вперёд, сокращая расстояние между ними, а заодно проскакивая злополучное заклинание.       — Экспеллиармус! — выкрикнул Малфой.       — Протего! — Роза отбила Разоружающее Заклинание, она была уже совсем близко от Малфоя.       — Капиллугментум!       Луч Розы попал точно в макушку Малфоя, отчего его волосы начали стремительно расти, и его чёлка перекрыла обзор.       Тут Малфой не выдержал и начал швырять заклинания, не разбирая куда именно он их насылает.       Одно из его Оглушающих Заклинаний чуть не угодило в Джеймса, отчего Роза вскрикнула. Вот это и стало её ошибкой. Малфой выцелил её по вскрику, взмахнул палочкой, и в следующее мгновение мир Розы перевернулся с ног на голову.       — А-аааа! — взвизгнула Роза, дёргая руками и ногами, словно была жуком, подвешенным на невидимой ниточке. Палочка, естественно, выпала из руки. Но, несмотря на это, Роза так близко подошла к Малфою, что задела его своей рукой, отчего тот споткнулся о собственные волосы и грохнулся с помоста.       — Достаточно! — прокричал профессор, накладывая контрзаклинания на оппонентов.       Профессор первым делом поймал в свои крепкие руки Розу, когда Левикорпус был снят. Затем помог подняться Скорпиусу, волосы которого пришли в норму. Хотя нет, сейчас волосы были чуть длиннее, чем в начале дуэли.       — Как вы видите, наши второкурсники продемонстрировали достаточно высокий уровень владения боевой магией, для своей категории, — сказал профессор, возвращая детям их палочки.       Роза позволила оглянуться на зал. Четверокурсники и пятикурсники были явно поражены увиденным.       — Я не знаю, каким был каждый из вас на своём втором курсе, — сказал профессор мягко и с ноткой сожаления, — но если каждый из вас был бы в половину также силён, как наши новички, то я мог бы ожидать от вас больших результатов.       Роза и Скорпиус отошли в разные углы и стали наблюдать за дуэлянтами.       — Ты мне обещал, что помоешь моими волосами пол, — сказала Роза. — Кажется, это мне удалось помыть пол твоими патлами.       — Зато какие у тебя гетры, аж до основания бёдер! — обернулся к ней Малфой. Роза недоумённо уставилась на него. — Я всё успел увидеть, прежде чем ты меня скинула.       — Извращенец! — лицо Розы полыхнуло алым, от подбородка до волосяных фолликул.       Гриффиндорка хотела было наброситься на слизеринца и оттаскать его за платиновые волосы, притом без всякой магии, но профессор Грант объявил окончание занятия.       — Мисс Уизли, Мистер Малфой, — подошёл он к ним. — Я весьма и весьма доволен вашими боевыми навыками и знанием заклинаний выше вашего уровня, но впредь я вас попрошу относиться к дуэльным занятиям, как к дуэльным занятиям, а не гладиаторским боям насмерть. Вам это понятно?       — Что вы такое говорите, профессор? — удивилась Роза. — Никаких боёв насмерть не было, ну, во всяком случае с моей стороны.       Малфой едва сдерживался, чтоб не рассмеяться, но в присутствии Уизли ему было крайне трудно сохранять своё хладнокровие.       — Я всё сказал, — профессор так ответил на претензию Розы. — Надеюсь, что вы меня услышали. Не надо пытаться причинить вред своему спарринг-партнёру. И, вот ещё.       Профессор дал Скорпиусу и Розе по кусочку пергамента, на каждом из которых было написано разрешение на получение библиотечной книжки:       — «Этика дуэльного искусства»?! — серебристые брови Малфоя поползли вверх. — Проше прощения, профессор, но мне эта информация не нужна, я прекрасно знаю правила дуэлей. И одно из них гласит: око за око — суть которого заключается в том, что дуэлянт имеет полное право применять заклинания, не оговорённые заранее, в случае если противник переходит черту, соразмерно степени их тяжести.       — Пять очков Слизерину, мистер Малфой, за знание правил дуэльных поединков, — сказал профессор. — Но, этот трактат не столько про правила, сколько про красоту проведения дуэли, а также про чувство такта и уважения к сопернику.       — Я Вас не понимаю, профессор, — сказала Роза. — Вы же аврор, вы прошли две войны с Волдемортом! А на войне главное эффективность, главное поразить противника, любым способом.       — Верно, Роза, — профессор чуть улыбнулся. — Но сейчас мы не на войне, а вы ведёте себя так, будто хотите, простите за грубость, прикончить Скорпиуса.       — Это не так, профессор, — возразила Роза. — Ну, максимум вывалять его в пыли.       — И это взаимно, Уизли, — усмешка Малфоя была сухой и не весёлой.       — Всё же, — сказал профессор. — Я настоятельно рекомендую прочесть эту книгу. Поверьте, от дуэлей можно и нужно получать удовольствие, особенно в мирные дни.       Роза хотела бы добавить, что за окном Хогвартса прямо сейчас разгуливают какие-то типы, цели которых никому не ясны, а Гарри Поттер, знаменитый Гарри Поттер, самый молодой начальник Аврората за всю историю Министерства, победитель Волдеморта, никак не может изловить эту гидру и отсечь все её головы.       Ей ничего не осталось, кроме как положить рекомендацию профессора в карман. Краешком глаза Роза заметила, что Малфой аналогично поступил со своим куском пергамента.       Они под строгим взглядом профессора направились к выходу из Дуэльного Зала, а Рокси и Альбус шли к ним навстречу, спустившись по винтовым лестницам из дальних углов Зала.       — Ух! — обрадовалась Рокси. — У меня столько снимков! Пожалуй, следующий номер Вампуса посвящу работе Дуэльного Клуба.       — Ещё один популяризатор потасовок, — вздохнул Альбус.       Роза предпочла промолчать, так как вечер выдался очень насыщенным, а она задумалась, что они с Малфоем примерно равны по силам, но это не будет продолжаться вечно и лучше налечь на теорию боевой магии незамедлительно.       — Рокс, — сказала она кузине по пути в Большой Зал, — ты иди, а я тебя догоню.       — Что? — удивилась Рокси. — Ты куда?       — В Библиотеку! — расхохоталась Роза, поражаясь тому, что Рокси могла это не спрашивать, но по привычке спросила. В этом Роза целиком и полностью пошла в маму.

***

      Книга, которую им посоветовал профессор Грант, как и ожидала Роза, оказалась не слишком богатой на приёмы дуэльного мастерства. Этот трактат был больше про философию поединка, что-то среднее между «Искусством Войны» Сунь-Цзы и кодексом самурая.       Многое из того, что она прочитала было метафоричным, и Роза с трудом продиралась через текст пытаясь уловить смысл. Роза даже попыталась перевести некоторые изречения на рунический, чтобы узреть истинный смысл написанного. Тщетно.       Всё что Роза поняла для себя из этой книги, что ей надо быть огненной волной, накатывающей на извивающуюся гору, что бы это ни значило. А пока они с Малфоем ждут персонального приглашения на следующее занятие можно будет поискать новые заклинания.       В последнее время Роза очень много времени проводила в своей личной лаборатории, притом даже не всегда за варкой очередного зелья, просто у неё было личное помещение, которым она с удовольствием пользовалась. Её не смущало, что оно находиться в подземельях, а там с каждым днём становилось всё холоднее. Зато тишина, какая бывает, пожалуй, в склепе, позволяла Розе сосредоточиться на домашних заданиях, рунических задачах профессора Дельфини и на собственных изысканиях в Зельеварении. Спасибо Альбусу, благодаря его книжке у Розы зелья стали получаться значительно лучше, пусть до уровня Малфоя они не дотягивали.       — Скорп мне говорил, — как-то признался ей Альбус, когда они сидели в Библиотеке, — что он занимался зельями с мамой, как та до него занималась с Драко, когда тот вернулся в Хогвартс доучиваться свой пропущенный седьмой курс.       — Ох, Мерлин, — прорычала Роза, — ну почему этому хорьку досталось по жизни всё? А мне огромного труда стоит, чтобы просто не отстать от него, что по Зельям, что по ЗОТИ. Почему мама с самого начала меня отправила в эту чёртову маггловскую школу вместо того, чтобы позволить мне изучать магию? Ненавижу!       — Кого? — спросил Альбус с ужасом.       — Саму эту ситуацию, — сказала Роза, готовая зарыдать. — Я просто хочу быть самой лучшей ученицей, а этот хорёк…       — Дался тебе Скорпиус, — Альбус уже начал выходить из себя, — вспомни, у тебя есть другие неоспоримые успехи, например руны.       — Только благодаря профессору Дельфини, — мрачно улыбнулась Роза.       — А вот и нет, — возразил Альбус, а потом перешёл на доверительный шёпот, — поверь, даже мы со Скорпом находимся и близко не на том уровне познания рун, как ты.       И это была сущая правда. После каждого дополнительного занятия у профессора Дельфини Роза выходила как выжатый лимон, но взамен получала столько знаний, что СОВ могла хоть сейчас сдать с полпинка.       — Кстати о рунах, — сказал Альбус, — ты уже прочла вторую книгу Блэков, что я тебе дал?       Роза уставилась на него пустым взглядом.       — А тебе её не терпится вернуть? — спросила Роза.       Роза завела себе в привычку всюду таскать эту книгу с собой, повинуясь какому-то наитию. Это, кстати спасло её в ходе проверок. Если бы авроры, что обыскивали её спальню обнаружили ЭТО, то у неё могли бы быть серьёзные неприятности.       Однако проникнуться всей полнотой родовой магии Блэков ей что-то мешало, скорее всего то, что доступ к книжке был платным, а значит ей нужно было время, дабы лишний раз не кромсать себя, а за один присест осилить всё содержимое.       — Нет, — сказал Альбус, — если она у тебя, то замечательно. Я почему интересуюсь, вы с Джеймсом после той истории с руническим талисманом помирились?       — Как бы, — пожала плечами Роза, — думаю, конфликт исчерпан. Во всяком случае при наших встречах Джеймс не поднимает эту тему.       — Как будет возможность, — сказал Альбус, — поговори с ним, убедись, что тема действительно исчерпана. Такое у меня мнение.       — Ну, хорошо, — сказала Роза, а потом выглянула в окно, из которого открывался потрясающий вид на поле для квиддича. — Сегодня как раз тренируется Гриффиндор.       — А что, — сказал Альбус, — может сходим на стадион, посмотрим на тренировку, развеемся?       — С каких это пор, ты так проникся к квиддичу? — хихикнула Роза.       — Просто приятно наблюдать как кто-то надрывается, а ты в это время отдыхаешь.       — Малфой на тебя дурно влияет, — с холодной усмешкой сказала Роза. Впрочем, сейчас побездельничать, наблюдая за тренировкой, именно то, что ей требовалось.       Они спустились, вышли из замка и направились на поле для квиддича. И очень удачно, они заметили, как Джеймс разогревается на своей метле в спортивной мантии в цветах Гриффиндора. Он то взмывал к облакам, то камнем падал, почти касаясь земли, а затем снова устремлялся ввысь. Также он летал меж колец, словно был иголкой огромной швейной машины и наматывал нитку через кольца.       — ДЖЕЙМС! — прокричала Роза, махая кузену. Тот заметил их и спустился вниз.       — Привет, братец! — поздоровался Джеймс довольный реакцией, который произвёл его полёт над стадионом. — Привет, Роза. Что, решили провести вечер в кои-то веки вне замка?       — Типа того, — пожал плечами Альбус. — А ты что, бессмертный? Такие трюки вытворяешь, видела бы тебя мама.       — А мне бы очень хотелось, чтобы она меня видела в этот момент, — улыбка Джеймса расползлась до самых ушей. — Но всему своё время.       Розе очень не хотелось поднимать тему с блэковской родовой магией, но, стоило Джеймсу распахнуть ворот своей мантии, проветриваясь, она заметила на шее шнурок, который безошибочно узнала. Тут у неё прорвало:       — А как же разговоры, что кровная магия Блэков — представляет опасность, что за такие штуки исключить мало?       — Ну, — смутился Джеймс. — Я не отказываюсь от своих слов, просто я пытаюсь понять пределы этой защиты и хочу быть готовым.       — Скажи прямо, братишка, — встрял Альбус, вставая в позу. — Ты теперь без этой штуки из гостиной Гриффиндора не выходишь.       — И ты туда же, — сказал Джеймс. — Ну, в общем, в связи с последними событиями, твой подарок, Роза, оказался очень актуален.       Роза прищурилась. Она-то сколько слёз пролила, выпросила у Альбуса довольно мрачный том, завязанный на крови Блэков, долго думала, как к Джеймсу подступиться, а он, оказывается, уже не одну неделю ходит с её амулетом, невзирая на собственные увещевания об опасности.       Она прожигала взглядом Джеймса.       — В общем, Рози, — тон Джеймса стал мягким и кающимся, — прости, что тогда наговорил лишнего. Я представляю какого тебе было, ты даришь подарок от чистого сердца, а я тебя словно в грязи вывалял. Я не должен был тебе такого говорить, а просто обозначить, что это за магия, чтобы у тебя просто было представление с чем ты связалась.       — Но от своих подозрений в адрес Дельфини, ты, конечно же, не отказываешься, — вставил свои пять кнатов Альбус.       Но колкие слова Альбуса прошли мимо сознания Розы, она чувствовала, что тонкие вибрации тембра голоса Джеймса дёргают за самые заветные ниточки её души.       — Я прощаю тебя, Джеймс, — сказала она, улыбаясь ему.       — Джеймс! — из раздевалки вышли остальные члены команды.       — Вам лучше переместиться на трибуны, — сказал Джеймс, — сейчас мы покажем вам настоящее шоу!       Роза и Альбус по пути на трибуны поздоровались с Фредом и остальными гриффиндорцами, те сносно отнеслись Альбусу и к тому факту, что он будет наблюдать за их тренировкой.       Джеймс не соврал, гриффиндорская сборная показывала настоящие чудеса на виражах. Они словно снова оказались на Чемпионате Мира, и не удивительно, ведь охотницы Гриффиндора даже повторили Винт Рихтгофена, пусть и не в столь идеальном воплощении, как показывали немцы.       — А они здорово летают, да? — раздался позади них громкий басистый голос.       — Хагрид! — воскликнули Роза и Альбус.       — Привет, привет, — широко улыбнулся полувеликан. — А чего это ты, Роза, перестала навещать старика? Совсем не находишь времени со своей учёбой, чтобы даже из замка хоть изредка выбираться?       Совесть острой иглой кольнула сердце Розы. Она ещё с мысленной усмешкой подумала, что участвует в игре, в которой по цепочке передаётся чувство вины. Сначала Джеймс, теперь она. Интересно, кому же в таком случае передаст чувство вины Хагрид?       — Прости, Хагрид, — извинилась Роза. — Я в самом деле замоталась, столько всего происходит.       — Знаю, знаю, — хохотнул Хагрид. — Вся ты в маму пошла, та тоже очень много и усердно училась. И вона, где теперь, кандидат на пост Министра Магии!       От этих словах румянец проступил на щеках девочки, а слабый ветер, колышущий её рыжие волосы, довершал впечатление, что Роза пылает.       — Я уверен, что и от вас можно в будущем ждать таких же успехов, — сказал Хагрид им.       — Дожить бы до этих самых успехов, — скептически сказал Альбус. — Со всей этой кутерьмой, в виде преступной группировки из поклонников Пожирателей Смерти.       — Я уверен, что у Гарри всё схвачено, — отмахнулся Хагрид. — Не может быть такого, с чем бы Гарри не справился. Вон, какого профессора вам выдел для Защиты от Тёмных Искусств. Значит у него, у Гарри, под контролем и волноваться не о чем.       — Ты знаешь профессора Гранта? — спросила Роза.       — Ну, — замялся Хагрид. — Лично мы с ним только в Сентябре познакомились, а так слышал очень много хорошего про него, да и как боец он в свои-то годы до сих пор отличный.       И тут сложно было спорить. Как рассказывали Фред и Доминик, на дуэльных занятиях среди старшекурсников, готовящихся к ЖАБА по ЗОТИ, профессор демонстрирует потрясающую скорость реакции и великолепный поражающий арсенал. Доминик и Фред и ещё один их однокурсник пробовали атаковать профессора Гранта одновременно. Безрезультатно, он отбивал их атаки играючи. Лишь компании семикурсников со Слизерина удалось одолеть профессора, да и то, это было вызвано тем, что один из них пальнул атакующее заклинание в наблюдающих за ходом сражения школьников, за что профессор после отчитал всех троих.       Тем временем тренировка подошла к концу. Альбус повернулся к Розе и спросил:       — Тебя проводить до замка?       — Давай, — сказала Роза. — Но до башни Гриффиндора дойду сама.       — А ты сегодня не планируешь как обычно засидеться в своей персональной лаборатории? — спросил Альбус, когда они были уже на пути в замок.       — Нет настроения, — сказала Роза. — Кстати, я подумала… раз Джеймс извинился, то…       — Ты всё-таки хочешь вернуть мне эту книгу? — спросил Альбус удивлённо и восхищённо одновременно. — Ты её хоть изучила?       — Нет, — сказала Роза, понимая всю абсурдность своего заявления, — просто…       — Просто ты боишься, что кто-то может наложить на неё руку? — предположил Альбус. Роза кивнула. — Что-ж, понимаю. Ладно, давай сюда книгу.       Роза достала из внутреннего кармана мантии загадочный том, принадлежащий Блэкам, и передала его Альбусу.       — Но, если вдруг понадобится, тебе достаточно лишь попросить, — сказал Альбус. — Ну, и приготовиться к сдаче крови.       — Разумеется, Альбус, — рассмеялась Роза. Хоть книга и манила её своими тайнами, но, передав её Альбусу, Роза почувствовала облегчение.       — Собственно, — Альбус указал на коридор, ведущий в подземелья, — мне пора.       — До скорого, Ал, — помахала ему рукой Роза и пошла к движущимся лестницам, чтобы как можно скорее попасть в родную спальню.       Быстро не получилось — лестницы опять заигрались с направлениями, отчего Розе пришлось выйти в ближайший коридор и искать проход на седьмой этаж через потайные коридоры.       — Да что за напасть? — выругалась Роза, ступая по хлюпающему полу. Коридор был затоплен, а вода всё прибывала и прибывала из-за двери, что вела в туалет для девочек.       — О, Роза, привет! — помахала ей с того конца коридора Доминик.       — Привет, Дом, — улыбнулась ей Роза. — Тут вода.       — Вижу, — вздохнула та. — Честно, если на следующий год мой значок не превратиться в значок Старосты Школы, то пойду к МакГонагалл, положу ей на стол свой значок старосты. Достало!       Доминик вынула палочку и убрала большую часть воды из коридора. Проблема была лишь в том, что источник текущей воды так и не был ликвидирован, а потому вода продолжала бежать из-за двери туалета.       — Ты сказала, что значок должен превратиться в другой значок? — спросила Роза. — Это что Протеевы Чары? Я думала, что значок Старосты Школы присылают по почте, а обычный или отсылается обратно, или сдаётся по возвращении в школу.       — Раньше так оно и было, — сказала Доминик, — но потом решили пойти в сторону практичности. Кстати, знаешь где мы?       — В коридоре второго этажа, — сказала Роза, а потом добавила обречённо, — возле туалета Плаксы Миртл.       — Верно, — развеселилась Доминик. — Ты же ещё не имела возможности познакомиться с этим привидением, я права?       — Ты права, — сказала Роза, а про себя добавила: «и предпочла бы не иметь такую возможность до конца обучения в Хогвартсе».       — Да ладно тебе, — сказала Доминик. — Миртл может быть нормальной, для нас, когтевранцев, во всяком случае. Ну, что, поможешь мне устранить причину школьного потопа?       — Ну, давай, — сказала Роза, понимая, что нового знакомства ей точно не избежать.       Они вошли в закрытый для посещений женский туалет. Как и предполагала Роза, все краны, из которых могла течь вода, были открыты на полную мощность, отчего весь туалет превратился в подобие фонтана. А главной архитектурной особенностью этого фонтана была плачущая на самом высоком окне Миртл.       — Привет, Миртл, — поздоровалась Доминик, таким приветливо-меланхоличным тоном. — Тебя кто-то обидел? Неужели опять мальчики с Гриффиндора как-то неудачно пошутили? Кстати, познакомься, моя кузина, Роза Грейнджер-Уизли!       Роза помахала рукой, но привидение лишь скользнуло по ней взглядом и тут же отвернулось, ещё пуще заливаясь слезами.       — Ну, Миртл, — продолжила Доминик, с осторожностью подходя ближе. — Нельзя же вечно заливаться слезами, особенно если проблема помёта докси не стоит.       — Ты бы тоже плакала, — со злостью выдавила Миртл. — Когда, почувствовав себя самой живой на свете, вдруг осознала, что это всё наваждение.       — О каком наваждении ты говоришь? — спросила Роза.       Тут Миртл не выдержала и начала летать по всему туалету, пытаясь крушить кабинки, унитазные бачки, при этом заливаясь яростными слезами. Ожидаемо, это не привело ни к каким результатам, она не была даже полтергейстом.       Пробесившись Миртл подлетела ближе к девочкам, в этот раз она осмотрела Розу более пристально, вот только от вида гриффиндорки она ещё больше расстроилась.       — Как это всё ужасно, — прошептала она, — ты — вылитая копия своих родителей. Даже такая заучка, Гермиона Грейнджер, познала любовь, а ведь она могла бы умереть, как я, в женском туалете, только в другом. Или рыжий друг Гарри, — это имя она произнесла с трепетом и вожделением, — он ведь тоже мог вернуться из Тайной Комнаты привидением.       И на пол полилась новая порция призрачных слёз — очередной приступ рыданий.       — Как это ужасно несправедливо! — выдавила она. — Ну почему смерть нашла меня до того, как…       — Миртл, — успокаивающе сказала Доминик, — я уверена, что есть в мире способ дать привидению если не жизнь, то хоть какое-то подобие жизни, не нужно так убиваться по несбывшемуся, особенно когда для тебя время — разменная монета. Тебе не надо стареть, тебе не нужно умирать, некоторые умирают так долго и мучительно, что те восприняли бы за счастье попасть под взгляд василиска.       Слова Доминик что-то задели в тонких духовных струнах Миртл, отчего та разозлилась. У этого был лишь один плюс — она перестала рыдать.       — Конечно существует! То-то я, дура очкастая, провела в этом туалете больше полувека! Но как оказалось не зря, раз научилась летать по водосточным трубам, в которые чего только не сливают!       — А что такого могут сливать в трубы? — спросила Роза, почувствовав, что это дело явно пахнет ещё более дурно, чем естественные отходы жизнедеятельности волшебников.       — А я откуда знаю? — спросила она. — Решила я прогуляться по Чёрному Озеру, поразмышлять о смерти, как в одном канализационном заторе пролетела через какую-то эссенцию, мало ли какие зелья студенты сливают, к этому я привыкла.       — И что же это за зелье такое? — спросила Роза, чувствуя к этой теме всё возрастающий и жгучий интерес. — Миртл, это наверняка что-то мощное, я права?       — О, ты чертовски права! — Миртл была польщена таким вниманием к собственной персоне. — Это было так… волнительно, так как будто ждёшь мальчика, с которым пойдёшь на первую в году вылазку в Хогсмид, а в лёгкие словно налили свежего горного воздуха и запах, впервые после стольких лет он стал не доносящимся из какого-то другого мира, а чувствующимся вот здесь!       Миртл указала на собственные призрачные ноздри.       — Это было так резко, что я даже не сразу отшатнулась от той вони, которая была в этом заторе, я вылетела сквозь стены замка и это было просто потрясающее чувство! Чувство собственной свободы, чувство собственной жизни!       Роза и Доминик переглянулись. Миртл пребывала в эйфории, но очень быстро она стухла.       — А потом мир снова потерял все краски, звуки стали приглушёнными, краски блёклыми и холод, — печально сказала она, — такой холод, какой бывает осенью, когда попадаешь под дождь, но ты не можешь зайти в помещение с камином, этот холод не унять ни жаром камина, ни светом летнего солнца. Конечно, за многие годы нежизни к этому привыкаешь.       — Но я не хочу к этому привыкать, — Миртл пустилась в рыдания, возвращаясь к своему излюбленному месту для рыданий. — Не после пережитого!       — Пойдём, Рози, — сказала Доминик. — Здесь мы бессильны.       Девочки начали закрывать краны с водой, пока не услышали, как Плакса Миртл бултыхнулась в ближайший туалет и со смачным хлюпом устремилась по трубам в водосток.       — Ну, хотя бы устранили причину потопа, — сказала Доминик, закрывая последний кран. Роза бросила взгляд на самый дальний кран, с выгравированной на нём змейкой. По рассказам родителей именно за этим умывальником начинался проход в Тайную Комнату.       Доминик взмахнула ещё раз палочкой, и вода с пола исчезла, оставляя его сухим и чистым.       — Может стоит рассказать об этом профессору МакГонагалл? — спросила Роза. — Такие мощные зелья, явно нелицензионные, это не шутка.       — Возможно, — пожала плечами Доминик, — наверное… О, Оуэн, добрый день!       — И тебе привет, Доминик, — поздоровался пуффендуйский староста. — Роза, и ты здесь.       Было в его поведении что-то странное, словно он какой-то заторможенный. Или это его естественное состояние в школе? В замке они почти не пересекались.       — Дом, — начал он, — скажи, что тут произошло? Я собирался подняться в кабинет директора, а на меня сверху ливануло с ближайшей лестницы, воду я убрал, но всё-таки?       — Да пустяки, — отмахнулась Доминик, — у Миртл опять начались эти дни. Когда она готова рыдать по любой причине.       — А в этот раз была какая-то весомая причина? — вздохнул он.       — Ну, — сказала Доминик, — если верить словам Миртл, то она наткнулась в водосточных трубах на какое-то очень мощное зелье, которое ненадолго вернуло некоторые радости жизни.       — Ого! — только и смог выдавить из себя Оуэн, при этом Роза видела, как забегали его глаза. — Так всё и было?       — Именно так всё и было, — сказала Роза. — Оуэн, тут кто-то варит незаконные зелья, прямо в замке, а неудачные эксперименты сливает в канализацию. Миртл не врала, можешь мне поверить, да и зачем ей врать?       — Ты же собирался к директору? — спросила Доминик. — Скажешь ей, что произошло?       — А, да, конечно, — сказал он. — Я обязательно расскажу и о твоём вкладе по ликвидации бардака.       Он развернулся на каблуках и пошёл по направлению к лестницам, ведущим к директорской башне.       — Странный он, — сказала Роза. — Как приехали в школу, так словно сам не свой.       — Да это он из-за отца переживает, — сказала Доминик. — У того начались какие-то проблемы.       Вот это показалось Розе ещё страннее, так как она осталась при впечатлении, что Ллойд старший не пользуется у сына авторитетом настолько, чтобы за него переживать.       «Это нормально, — сказала сама себе Роза, — переживать за родителей, пусть ты с ними не в ладах. Я бы переживала за отца, даже после ссоры из-за Крама».       Розу тут же кольнула совесть, что за всё это время она так и не написала Драгомиру ни одного письма. Впрочем, он тоже пока не отправил ей ни строчки. Что-ж, сегодняшний вечер — повод восполнить этот пробел.       — Подумать только, — сказала Доминик. — А ведь было время, когда Филч был здесь завхозом, говорят каждый потоп от Миртл заставлял его целую неделю срываться на младшекурсников.       — Как же нам повезло, что его дни ушли безвозвратно, — рассмеялась Роза, представляя как бы она смогла одолеть этого злого страшного сквиба одним взмахом палочки. Правда, чтобы это обошлось без последствий, нужно было овладеть искусством модификации памяти, но Роза была уверена, что даже такая сложная магия ей по силам. Недаром мама смогла изменить память дедушке с бабушкой, а потом вернуть всё как было.

***

      Написав длиннющее письмо Драгомиру, Роза направилась спать. Но сон не шёл, голова полнилась самыми разными мыслями, превращая её мысленное пространство в один сплошной сумбур.       «Хватит!» — сказала сама себе Роза и попыталась применить технику Чертогов Разума, которую ей посоветовала профессор Дельфини. Это не сильно помогло ей заснуть или задремать, чтобы оказаться в пространстве собственной памяти, но зато помогло отсечь ненужные мысли. Но одна мысль совершенно не хотела сдаваться без боя. Она была подобна комару, что жужжал ночью, но которого в темноте никак не удавалось прихлопнуть. А от этого звука, все те места, которые когда-либо были укушены начинали зудеть, ещё больше мешая заснуть.       Роза думала, а правильно ли она поступает, скопировав наработки частного заказа для Дельфини. Думала, что если профессор узнает, не навредит ли она ей, а если навредит, то как?       «Спокойно, Рози, ты зря себя накручиваешь, — сказала она сама себе, — если бы профессор не хотела, чтобы ты это увидела, ты бы не увидела. Раз так, значит она определённо сыграла на твоём непомерном любопытстве! Излюбленный метод обучения под названием "Дельфи-стайл"».       Проснувшаяся совесть успокоилась от приведённых Розой аргументов, но тут вылезла другая мысль, она, Роза, так и не смогла придумать, какую бы основу для зелья подобрать, чтобы это самое зелье смогло вобрать в себя любое, ну или почти любое заклинание, которое она направит в котёл.       В книгах Библиотеки про это, ясно дело, не было написано, прорывная технология, какую даже не во всех узкопрофильных журналах по Зельеварению публикуют.       «Наверняка, — думала Роза, — эта основа очень известное зелье и универсальное, обладающее очень хорошим сродством к имитации».       Имитация. Зелья.       Тут Розу как током прошибло, Оборотное Зелье. Вот он ответ!       Роза тут же вскочила с кровати, достала свой дневник, отчитала те страницы со скопированными чертежами и подписала карандашом: «Основа — Оборотное Зелье!»       Довольная собой Роза вернулась в кровать, задёрнула полог и вскоре крепко уснула. Этой ночью, её больше не беспокоили никакие назойливые мысли.