After Dark

Феликс проснулся рано. Солнечный свет немного пробивался сквозь шторы. Он лениво приоткрыл глаза и сразу почувствовал на себе тяжесть чужих рук. Хёнджин крепко обжимал его со спины прижавшись вплотную. Младший аккуратно повернулся и сразу же оказался лицом к лицу с Хёнджином. Глядя на это родное лицо внутри что-то тихо сжималось. Он заучивал каждую черту лица, каждую морщинку, каждую складочку, казалось что он даже не моргает смотря на его. Он осторожно поднял руку убирая прядь волос с лица, потом провёл по щеке, линии подбородка. На мгновение залежался на мягких и пухлых губах, вспоминая ночной поцелуй. Вдруг рука потянула младшего еще ближе к себе и Феликс буквально зарылся в шею Хёнджина. — Почему проснулся? Еще слишком рано…— голос был низким и хриплым от сна. Ликс буквально чувствовал вибрацию его голоса. — Солнце разбудило… — Давай еще поспим, Ликси… — Хван гладил спину целуя блондинистую макушку. Ликс не ответил, просто закрыл глаза чувствуя как внутри разливается что-то тёплое и приятное. Спокойствие. Спокойствие, которое он не ощущал уже слишком давно. Он всегда знал, что может обрести его лишь рядом с ним. Так они проспали еще несколько часов. И когда Феликс проснулся во второй раз, место Хёнджина уже было пустым. «— Ушёл на работу? » — подумал младший поднимаясь с кровати. Стоило открыть дверь, как запах еды ударил в нос заставляя его проснуться окончательно. — Джинни? — Феликс медленно вошёл в гостиную. Хван стоял за плитой помешивая что-то в сковородке и услышав знакомый голос тут же обернулся. — Проснулся? Как спалось? — лицо расплылось в тёплой улыбке. — Хорошо, я выспался. — он улыбнулся в ответ прислоняясь к стенке, — Тебе не нужно работать? — Все в порядке, там и без меня разберутся. Давай позавтракаем, а после поедем куда-то? — спросил старший расставляя тарелки на стол. — Свидание? — немного засмеялся Ликс пряча рукой смущенное лицо. — Да, свидание. Но давай сначала поедим. Этот холодный и бездушный дом, вдруг обрёл теплую окраску благодаря голосам и присутствием этих двоих. Они источали ласковую ауру и даже в тишине они обволакивали друг друга спокойствием. После завтрака Феликс убрал тарелки в раковину, вытер руки о полотенце и оглянулся на Хёнджина. Тот уже стоял у двери, застёгивая куртку и украдкой наблюдая за ним. — Готов? — спросил он с лёгкой улыбкой, протягивая руку. — Ага, — Ликс подошёл ближе, вплетая пальцы в его, и на мгновение остановился, просто смотря в глаза. — Куда мы едем? — Увидишь, — загадочно ответил Хёнджин, открывая дверь. На лестничной площадке пахло свежим воздухом и чем-то дождливым, хотя небо за окном было ясным. Машина мягко тронулась с места, плавно вливаясь в поток улиц. Феликс устроился поудобнее, положив руку на подлокотник, и украдкой смотрел на профиль Хёнджина. Он казался сосредоточенным, но при этом каким-то… умиротворённым. Дорога постепенно вывела их из города. Высокие дома сменялись редкими коттеджами, потом зелёными полями и линией горизонта, где уже виднелся тонкий блеск воды. Феликс позволил себе прикрыть глаза, чувствуя лёгкую вибрацию от движения, запах кожи салона и чуть уловимый аромат парфюма Хёнджина, впитавшийся в сиденье. — Устал? — тихо спросил Хван, не отрывая взгляда от дороги. — Нет… просто хорошо, — Феликс улыбнулся, открыв глаза. Когда они свернули на узкую прибрежную дорогу, запах соли и ветра мгновенно ворвался в салон через приоткрытое окно. — Это… море? — спросил он чуть растерянно, будто не веря своим глазам. — Почти, — ответил Хёнджин с тихим удовлетворением, — пляж у самой черты города. Здесь почти никого нет. — Это… море? — спросил он чуть растерянно, будто не веря своим глазам. Машина остановилась у деревянного настила. За стеклом переливалась вода, тихо перекатываясь под солнечными бликами. Они вышли из машины, и Феликса сразу окутал прохладный морской воздух. Ветер слегка растрепал волосы. Хёнджин молча накинул ему шарф, обмотав его вокруг шеи так, чтобы концы лёгли ровно. — Так лучше, — произнёс он, чуть пригладив выбившуюся прядь волос. Феликс тихо рассмеялся. — Ты ведёшь себя как будто я ребёнок. — Ты просто мёрзнешь быстро,— с лёгкой усмешкой ответил Хван и засунул руки в карманы. Они пошли вдоль линии воды. Волны мягко шуршали у ног, перекатываясь и оставляя тонкую белую пену. Песок был холодным, но твёрдым — под ногами хрустели мелкие ракушки. — Знаешь, Джинни, мне все еще не вериться, что это все правда, — проговорил Феликс, — Вот так, идти рядом с тобой… просто видеть тебя… это всё, что мне нужно было, с первого дня нашей встречи. Хёнджин на мгновение остановился. Его шаги стихли, и только шум моря остался между ними. Он смотрел на Феликса — на то, как тот нежно улыбается, чуть прищурившись от ветра, как волосы выбиваются из-под капюшона. — Ликси… — голос Хёнджина прозвучал тихо, почти неуверенно. — Если бы ты знал, как часто я представлял этот момент. Как шёл по улице и ловил себя на мысли, что рядом никого нет — а должен быть ты. Он подошёл ближе, обнял Феликса со спины, положив подбородок на его плечо. Младший чуть склонил голову, их щёки едва коснулись. — Я говорил это раньше, но… мне правда очень не хватало тебя, Джинни, — прошептал Феликс, прижимая ладони Хвана к себе. Хёнджин закрыл глаза. Его дыхание стало ровнее, спокойнее. Он крепче обнял Феликса и, чуть дрогнув голосом, ответил: — Я тоже говорил это… но, Феликс, прошу — не уходи. Даже если когда-нибудь разлюбишь, просто позволь мне быть рядом. Феликс повернулся и положил ладони на лицо Хёнджина. — Никогда. Моё место рядом с тобой. Было и будет. Он не смотрел в глаза — он смотрел в самую душу. Смотрел в суть Хёнджина, туда, куда никто другой не мог заглянуть. Только Феликсу было позволено видеть его таким. Только он знал, каким Хёнджин бывает, когда перестаёт притворяться. Хван закрыл глаза на мгновение. Его пальцы легли поверх рук Феликса, тёплые, чуть дрожащие. — Я могу тебя поцеловать? — спросил он тихо, почти не дыша. — Всегда, — ответил Феликс, едва слышно, но в этих двух слогах было всё. Хёнджин наклонился, и их губы встретились. Без спешки, без страсти. Это был поцелуй трепетный, осторожный, наполненный всей той дрожью и страхом потерять, что скопилась в груди за эти годы. Каждый прикоснувшийся друг к другу кончик губ говорил о том, что они принадлежат друг другу, что больше никто и никогда не сможет забрать все это. Феликс замер, позволив себе раствориться в этом мгновении. Сердце билось быстро, но не от страсти — от облегчения, надежды, доверия. Он чувствовал каждое движение Хёнджина, каждое дыхание, и это было настоящим, не иллюзией. Море за их спинами шумело тихо, холодный ветер больше не пугал. Когда они наконец отошли друг от друга, Хёнджин провёл рукой по щеке Феликса, улыбаясь немного неловко. Они ещё долго шли вдоль берега. Иногда говорили — о чём-то простом, почти незначительном, а иногда просто молчали. Феликс слушал, как шумит море, как шаги Хёнджина звучат рядом, чуть позади. Иногда он чувствовал, как ладонь Хвана находит его руку. Феликс глубоко вдохнул, ощущая вкус морского воздуха — солёный, свежий, чуть холодный. — Кажется, я мог бы жить здесь, — произнёс он негромко. — Здесь спокойно, — ответил Хёнджин после короткой паузы. Они сели на камни у воды, плечом к плечу. Молчали. Море шумело, небо темнело, где-то далеко зажглись первые огни на пирсе. Феликс склонил голову к плечу Хёнджина, и тот слегка накрыл его пальцами, поглаживая по волосам. Время будто остановилось. Когда стало по-настоящему прохладно, Хёнджин встал первым. — Пора домой, — мягко сказал он. Дорога обратно была тихой. В салоне играла музыка — негромко, будто фоном к их дыханию. Хёнджин вёл, иногда бросая короткий взгляд на Феликса, и каждый раз, встречаясь с ним глазами, просто улыбался. В квартире было тихо и уютно. Хёнджин снял куртку, включил тёплый свет в гостиной, и мягкое сияние разлилось по комнате. — Что хочешь на ужин? — спросил он, проходя на кухню. — Давай закажем, — ответил Феликс, устало улыбаясь. — Хочу просто посидеть, ничего не готовить. Хёнджин хмыкнул, кивая. Они выбрали еду, что-то простое и домашнее — лапшу, рис, зелёный чай. Когда заказ оформили, Феликс опустился на диван, подтянув ноги под себя. Хёнджин сел рядом, положив руку на спинку дивана позади его плеч. Телефон на столике завибрировал. Феликс потянулся за ним и, взглянув на экран, на мгновение замер. Сообщение от сестры: «Я уезжаю через два дня. Встретимся завтра? Хочу увидеть тебя перед отлётом». Феликс выдохнул, чуть опустив взгляд, и тихо сказал: — Это сестра. Она улетает послезавтра. Пишет, что хочет увидеться завтра. Хёнджин кивнул. — Конечно. Я отвезу тебя. — Нет, — покачал головой Феликс, мягко улыбаясь. —Тебе нужно работать, я и так слишком много отвлекаю тебя от работы. Пусть Пак меня отвезёт, ладно? Хёнджин на секунду прищурился, будто хотел возразить, но потом лишь выдохнул и кивнул: — Хорошо. Только напиши, когда приедешь. На следующий день Феликс приехал к сестре — Соён. Машина остановилась перед знакомым зданием. — Господин Пак, вы можете уезжать. «Я доберусь сам», —сказал он, расстёгивая ремень безопасности. Мужчина, сидящий за рулём, заметно напрягся. — Феликс, я не могу уехать. Это прямое распоряжение господина Хвана. Вы же понимаете, я не имею права ослушаться. Ликс тихо выдохнул. Он знал, что Хёнджин просто беспокоится, и потому не стал спорить. — Хорошо. «Тогда заходите со мной», —сказал он после короткой паузы. — Возможно, ждать придётся долго. Пак кивнул. Оба вышли из машины, и, переступая через тонкий хруст инея под ногами, направились к подъезду. Дверь распахнулась, и на пороге появилась Соён. — Феликс! — радостно воскликнула она, тут же обнимая младшего. — Всего две недели не виделись, а мы уже успели соскучиться! — Дядя Феликс! — крикнула маленькая девочка, выбегая из-за спины матери и буквально взлетая к нему на руки. — Со Юн, — рассмеялся Ликс, крепко прижимая племянницу к себе, — ты что, за это время успела подрасти, а? Девочка звонко засмеялась, уткнувшись носом ему в плечо. — А это господин Пак, — сказал Феликс, мягко ставя малышку на пол. — Он привёз меня. Вы ведь не против, если он пообедает с нами? Мужчина слегка поклонился. — Здравствуйте. Прошу прощения за беспокойство. — Здравствуйте! — с улыбкой ответила Соён. — Что вы, конечно, проходите. Она жестом пригласила их внутрь. — Господин Ли, — тихо произнёс Пак, — мне нужно ненадолго отойти, сделать звонок. Зайду, как только закончу. — Хорошо, — кивнул Феликс. — Мы будем внутри. Квартира встретила их непривычной тишиной. Всё было тем же — знакомые стены, запах варёного риса и соевого соуса — и в то же время иным. На полу стояли открытые коробки, на диване лежали сложенные вещи, а с полок исчезли привычные безделушки. — Феликс… — первой заговорила Соён, — А кто это с тобой? Он называл тебя господином? — А, это… — Ликс поставил племянницу на пол и чуть смущённо почесал затылок. — Пак. Коллега Хёнджина. Он отвёл взгляд и добавил мягче: — Теперь я могу ездить куда-то только с ним или с Джинни. Так… безопаснее. Соён на мгновение задумалась, потом улыбнулась — тепло, по-сестрински. — Он хорошо о тебе заботится, правда. — Она сделала шаг ближе, погладила по щеке — И видно, что тебе стало лучше. Феликс чуть улыбнулся, глаза его потеплели. — Да… с ним правда стало легче. Пак вскоре вернулся, тихо прикрыв за собой дверь. — Простите, что задержался, — сказал он вежливо, чуть поклонившись. — Всё в порядке, — отозвалась Соён, ставя на стол тарелки. — Проходите, еда уже готова. Феликс помог накрыть на стол — подвинул салфетки, поставил воду, усадил племянницу рядом с собой. — Осторожно, Со Юн, горячее, — предупредил он, когда девочка потянулась к супу. — Я аккуратно, дядя Феликс! — ответила малышка и гордо взялась за ложку. Пак склонил голову и осторожно попробовал кимчи. — Очень вкусно, госпожа, — произнёс он с лёгкой улыбкой, — давно не ел домашней еды. — Спасибо, — засмеялась Соён, — но прошу, без «госпожа». Просто Соён. — Конечно, Соён-си, — смутился Пак, и Феликс не удержался, улыбнувшись. — Видишь, он даже с тобой вежлив, — пошутил Ликс, — а со мной только «господин Ли». Все засмеялись. Смех был лёгким, искренним — тем самым, что появляется, когда впервые за долгое время в доме становится по-настоящему спокойно. Феликс сидел напротив сестры, машинально вертя телефон в руках. Экран то и дело вспыхивал, и в уголках его губ появлялась едва заметная улыбка. — Ты постоянно смотришь в телефон, что-то случилось? — спросила Соён, прищурившись. Феликс поднял взгляд, заметно смутился и покраснел. — Нет… просто, — уголки его губ дрогнули, — Хёнджин написал. Он отвёл взгляд, но всё равно не смог скрыть того, как губы предательски дрогнули в улыбке. На экране телефона светилось короткое сообщение: «Я уже соскучился.» Соён лишь тепло улыбнулась, глядя на брата без лишних слов. Её взгляд говорил сам за себя, она радовалась, что он снова может вот так — просто светиться. А вот маленькая Со Юн, сидевшая рядом, вдруг подняла голову и с самым серьёзным видом спросила: — А дядя Хёнджин — твой парень, да? Феликс замер на секунду, а потом рассмеялся, стараясь скрыть смущение. — Откуда ты вообще знаешь, что такое встречаться, а? Проказница! Он потянулся к ней, заобнимал и защекотал, а девочка визжала и смеялась, пытаясь вырваться. — Дядя Феликс! Хватит! Хаха! После обеда время словно стало течь медленнее. Они ещё немного посидели за столом, доедая сладости и попивая чай.  Но вскоре часы на стене напомнили, что день клонится к вечеру. — Уже почти пять… — вздохнула девушка, — вам, наверное, пора? Хёнджин, наверное, переживает. Феликс поднялся, помогая собрать посуду. — Он еще на работе, но уже и вправду пора. Со Юн сразу сникла. — Уже уходишь?.. — Только ненадолго, — Феликс присел на корточки перед девочкой, — я ещё приеду, обещаю. И тогда ты покажешь мне свой новый рисунок, хорошо? — Хорошо! — оживилась малышка и крепко его обняла. Пак уже стоял у двери, держа в руках куртку Феликса. — Господин Ли, машина готова. Феликс обулся, оглянулся на квартиру — теперь уже наполовину пустую, но всё ещё тёплую, домашнюю. Он подошёл к сестре, обнял её крепко. — Береги себя, ладно? И пиши, как только прилетите. — Конечно, — Соён чуть сжала его в ответ. — И ты… будь счастлив, Феликс. Он кивнул, тихо улыбнувшись, и, выходя за порог, обернулся ещё раз. В дверях стояла его семья — та часть дома, которая всегда будет ждать. Машина мягко тронулась с места, плавно вливаясь в поток вечернего движения. Пак бросил короткий взгляд в зеркало заднего вида. — У вас хорошая сестра, господин Ли. Добрая, настоящая. Феликс тихо улыбнулся, глядя в окно. — Да… она у меня особенная. На душе у Феликса было спокойно, по-домашнему тепло. И всё же где-то в глубине оставалась лёгкая грусть — та, что приходит, когда прощаешься с близкими и не знаешь, когда увидишь их снова. Машина плавно остановилась у ворот жилого комплекса. Пак уже собирался выйти, чтобы сопровождать Феликса, но тот поднял руку, чуть усмехнувшись. — Не переживайте, господин Пак, я справлюсь. «Дойду без приключений», —сказал он с лёгкой иронией. Мужчина на мгновение задумался, но, видя уверенность Ликса, кивнул. — Хорошо. Тогда, хорошего вечера. — И вам. Спасибо за сегодня. Пак вежливо поклонился и уехал, а Феликс остался стоять, глядя вслед фарам, пока те не исчезли за поворотом. Феликс уже почти дошёл до ворот жилого комплекса, когда позади раздалось короткое: — Эй! Он машинально обернулся. Чуть поодаль стоял парень — высокий, в тёмной куртке, с длинными чёрными волосами, спадающими на лицо. В его взгляде было что-то слишком внимательное, слишком уверенное для случайного прохожего. Это был Джиху. Тот самый, которого Хёнджин оставил одного в отеле.( читать 6 главу) — Ты ведь Феликс, — сказал он спокойно. Ликс нахмурился, стараясь вспомнить, где мог его видеть. Но лицо было совершенно незнакомым. — А мы знакомы? — Нет, с тобой — нет, — парень сделал шаг ближе. В голосе звучала странная уверенность, — но я знал Хёнджина. Очень хорошо. — И что дальше? — Просто любопытно, как тебе удалось его удержать, — голос прозвучал мягко, но с ноткой яда. — Обычно он не задерживается надолго. Люди для него — временные. Ликс коротко усмехнулся. — Хм… значит, ты — из тех временных? Едва заметная тень пробежала по лицу парня. — Осторожнее, — выдохнул он, — ты даже не представляешь, кто он на самом деле. Феликс лишь слегка наклонил голову, холодный взгляд скользнул по Джиху. — А… ты про моего Джинни? — тихо сказал он, но каждый слог резал, будто острым лезвием. — Спасибо за заботу, но не волнуйся. У нас с Джинни, все хорошо. Джиху дёрнулся, словно получил пощёчину. Внутри него закипала злость — не на слова, а на то, как спокойно они были сказаны. Он видел перед собой светловолосого, хрупкого парня, в котором ожидал увидеть страх, неуверенность, зависимость. — Ты… ты не понимаешь! — прохрипел Джиху, голос дрожал, глаза вспыхнули злостью. — Он никогда не будет твоим. — Он мой, — коротко оборвал Феликс. Голос звучал ровно, без крика — уверенно, почти мягко. — А ты кем ему приходишься? — А был ли он твоим, когда проводил ночи со мной? — усмехнулся парень, но в его усмешке чувствовалась злость и бессилие. Феликс посмотрел на него долгим, спокойным взглядом, будто оценивая, стоит ли вообще отвечать. — Слушай, ты ничего не знаешь обо мне и Хёнджине, верно? Он тебя трахнул — один раз, может, два — а ты решил, что это что-то значит. Он сделал шаг вперёд и ткнул Джиху пальцем в грудь. — Не думай, что имеешь хоть какое-то право мне давать советы. Джиху сжал кулаки, пальцы побелели, глаза метались, но слова застряли в горле. Сердце колотилось в груди, а ярость смешалась с унижением и бессилием. Феликс же, не отводя взгляда, тихо добавил: — Забавно… как кто-то пытается удержать то, что ему никогда не принадлежало, — Тебе ведь даже не больно, да? Произнёс он тихо, но в голосе слышалась насмешка: — Тебе просто обидно. Обидно, что он посмотрел не на тебя. И, не дожидаясь ответа, Ликс выпрямился, провёл пальцами по вороту пальто и медленно пошёл прочь.