Молитвы Ему

Дождь наконец ослаб, превратившись в тонкую морось. Воздух стал вязким, сырым; звуки приглушились. Лоргон шёл по тропе от дома Айвена, когда внезапно ощутил тяжёлую, вязкую, мерзкую силу — такую, что чувствуешь кожей, не разумом. Он замедлил шаг, чуть повернул голову… и увидел. На дороге вниз, у развилки, стоял мужчина в тёмном плаще. Плащ был старый, с засохшими, почти чёрными пятнами крови. Но бросалось в глаза другое. На лбу — вырезанная, свежая, блестящая кровью метка креста. Не церковная. Лоргон едва слышно втянул воздух. Кровавое братство. Он не стал подходить ближе. Просто провёл рукой по книге, перелистывая страницу, опуская взгляд обратно — и прошёл мимо. Чужак поднял голову. Но ничего не сказал и не пошёл следом. Лоргон прошёл ещё метров десять… И свернул обратно в лес, исчезнув в ветвях.

***

Лиса вышла позже, с ведром. Ей надо было к колодцу. Мелкая морось забивалась в волосы, но она привычно встряхнулась — было не так холодно. И рядом с домом Айвена она чувствовала себя в безопасности, поэтому даже не почувствовала витавшую опасность в воздухе. Через четверть минуты она взвилась в воздух — ноги беспомощно били воздух, когти соскребали с кожи противника только кровь. — Вот ты где, тварь… — шипит неизвестный, сжимая хватку сильнее. — Наконец-то я нашёл тебя. Думала, спрячешься? — Сначала я убил тех двоих, кажется, они были твоими друзьями? — прошептал он. — Долго кричали. Ты тоже покричишь, да? Лиса рванулась, но хватка только усилилась. — Ты… лжёшь! Слёзы сами выступили на ресницах. — Айвен… — сорвалось шёпотом. — Не веришь? Ну хорошо. Как же их там звали… — Отпусти её. В дверях дома стояла величественная фигура, чьи красные глаза сверкали, как накалённый металл. Руки пусты. — Ах… — мужчина чуть улыбнулся. — Ты тот, кто приютил эту тварь? Он сильнее сжал пальцы на горле Лисы — она захрипела, глаза наполнились слезами. Айвен не двинулся. — Я сказал: отпусти. — Или что? — хмыкнул кровавый. — Ударишь? А я ей шею сверну. Он поднял ладонь — и из неё вырвался холод. Лёд. Он сорвался в сторону Айвена — острым клинком, нереальным, не тающим. Айвен поднял руку. Ледяной осколок ударил в неё — и разлетелся на мелкие куски, звеня на земле. Дом и участок, конечно, пострадали — обратились в лёд, но крестоносец не пострадал. Чужак на секунду замер. — Интересно… Я чувствую в тебе что-то знакомое, — произнёс он холодно. — Кто ты? Назовись! Айвен медленно снял повязку. Кровавый даже не отступил — наоборот, улыбнулся шире, но явно нервно. — Ах. Так ты один из них… крестоносец… Айвен поднял голову, и голос его стал угрожающим: — Я капитан святого рыцарского ордена крестоносцев. И я тебе отдаю приказ. В этот миг весь мир будто затаил дыхание. Тень в стороне дрогнула. — Убей его нахер, Лоргон! Лиса даже не успела закрыть глаза. — Чего… что ты несёшь!? — шипит член Кровавого братства и хмурится. — Исполняю, — раздался ровный, почти спокойный голос. Мгновение — и мир окрасился в красное. Лоргон появился позади грешного, и в одно движение он оказался без головы. Лиса упала на землю, хватая ртом воздух. Туловище кровавого чуть постояло — потом рухнуло на колени, а затем лицом вперёд в грязь. Айвен медленно подошёл к Лисе, поднял её с земли, проверил дыхание и шею, нервно выдыхая. — Жива, — сказал он глухо. — Испугана. Но жива. Лоргон же, заметив состояние Лисы, нахмурился и положил руку ей на голову. — Somnum. Лиса мгновенно обмякла, дыхание стало мягче. Айвен подхватил её на руки. — Я занесу её внутрь. — Ага, — кивнул Лоргон, глядя на труп с выражением глубокой брезгливости. Потом — на собственную руку, которой срубил голову этого уёбка. — Гори в аду, тварь.