За гранью реальности

Хоукинс. 7 ноября 1983 года.

— Джонатан, ты разбудил Уилла? — Я думал, он уже проснулся. — Сколько раз я говорила, что его нужно поднять! Иначе он просто не встанет, — Джойс Байерс бросает все свои дела (а сейчас она занимается действительно важным делом — ищет свои ключи от машины), чтобы разбудить младшего сына. Быть матерью повзрослевших сыновей оказалось так же непросто, как быть матерью двух маленьких детей. — Уилл, подъём! Пора вставать, а то ты опоздаешь в… — женщина обрывает фразу, так и не договорив её до конца. Постель Уилла идеально заправлена, но он никогда не убирает её по утрам. Значит, она не разбиралась со вчерашнего дня, значит… Уилл не ночевал дома? — Хэй, Джонатан, Уилл вчера приходил домой? — Что? — слегка напрягается парень, когда слышит вопрос матери. — Уилл приходил домой? — Джойс снова заходит на кухню. По глазам старшего сына понимает, что он очень обеспокоен. — Я… я не знаю, — заикаясь, отвечает Джонатан. — Я работал. — Работал? — удивляется женщина. — Подожди, но ведь мы же договаривались, что ты не берёшь смены в те дни, когда они стоят у меня. — Знаю, знаю, мам, — парню становится плевать на подгоревшую яичницу, он отходит от плиты. — У нас вчера не смог выйти один из работников, я согласился его заменить, деньги ведь никогда не будут лишними… — О боже, — Джойс нервно вдыхает, но уже в следующую секунду старается успокоиться, более спокойно выдыхая. Если она запаникует раньше времени, это точно не поможет понять, где находится её сын. — М… может, он у Уилеров? — предполагает Джонатан, всей душой желая, чтобы это было именно так. Хотя здравый смысл твердит об обратном. Если бы Уилл остался ночевать у своего друга Майка, он бы предупредил кого-нибудь из семьи, точно предупредил бы. — Они играли вчера вечером. — Точно, точно, — согласно кивает Джойс и подходит к телефону. Джонатан возвращается к подгоревшей яичнице, значительную часть которой приходится выкинуть в ведро. Он разбивает новое яйцо, бездумно водит лопаткой по сковороде и вслушивается в разговор матери. — Ушёл вместе со всеми?.. Хорошо… хорошо, спасибо, Карен. Да, должно быть, он просто пораньше поехал в школу… С этого утра начался кошмар Джонатана Байерса.

Нью-Йорк. 20 июня 1983 года.

Четырнадцать. Эмми Старк, дочери Тони Старка, нет уже четырнадцать дней. За эти четырнадцать дней Тони Старк выпил, по ощущениям, десятки литров кофе, получил сотни звонков от огромного количества людей, а свой сон свёл на самый минимум — к четырём часам в день. Раньше мужчина очень любил забываться в алкоголе, это было лучшим способом уйти от проблем. Теперь, когда у него появились дети и друзья, всё стало по-другому. Сейчас он в который раз просматривает фотографии с городских камер наблюдения, пытается выстроить в своих мыслях точный маршрут Эмили из школы шестого июня. В тот день они собирались посмотреть фильм «Звёздные войны: Новая надежда». Кино так и осталось стоять на паузе, потому что Эмми не вернулась домой. Многое Старк делает уже просто на автомате, и то только потому, что за ним следят его друзья и заставляют делать базовые вещи: есть, спать, пить. Будь его воля, Тони отказался бы от всего на свете, чтобы каждую минуту посвящать поиску дочки. — Тони, — раздаётся стук, и сразу после него в комнату заходит друг и товарищ Старка по команде — Стив Роджерс, более известный под именем Капитана Америки. — Морган проснулась. Она хочет, чтобы ты к ней пришёл. — Хорошо, — Тони согласно кивает, разминает затекшую спину и проходит мимо Стива, даже не бросая на него взгляд. Зато Роджерс рассматривает мужчину — он выглядит так же плохо, как последние несколько дней. Стив подходит к столу, качает головой, когда видит, кажется, три, нет, четыре пустые кружки с кофе. И пятую недопитую. Ему удаётся взять четыре кружки сразу, за пятой вернётся чуть позже. Роджерс уходит на кухню. Если так продолжится и дальше, у них вообще чистых кружек в доме не останется. Стив начинает мыть посуду и мысленно перебирает все рецепты блюд, которые знает — сегодня он приготовит суп. Тони нужно поесть. Вчера он отказался даже от своих любимых чизбургеров. В этот момент Старк заходит в комнату своей младшей дочки. Здесь много розового цвета, мягких игрушек, есть большая лошадка-качалка и даже огромный кукольный дом, который мужчина построил сам. — Проснулась, принцесса? — Тони старается говорить мягко и нежно, так, как будто ничего не случилось. Вот только Морган для своих трёх лет очень умная девочка, поэтому всё понимает. — Скучаю по Эм, — тихо произносит малышка. Старк подавляет болезненный вздох и ложится рядом с Морган, благо её кровать достаточно большая для того, чтобы уместить взрослого человека. — И я скучаю, принцесса, — Тони прижимает к себе дочь, целуя её в макушку. — Но мы её найдём. Она у нас очень сильная девочка, поэтому справиться, пока мы будем искать её… — Найдём, — тихонько бормочет девочка. — Пап, расскажи сказку. Про то, как вы спасали всех от монстров. Старк едва улыбается. — Хорошо, Мо. Но ты должна закрыть свои глазки и постараться заснуть. Девочка кивает и, прижимаясь поближе к груди отца, делает то, что он велит, начиная внимательно слушать историю. Когда Стив Роджерс снова заглядывает в детскую спальню, видит, что спит не только Морган, но и Тони. Мужчина слегка улыбается и прикрывает за собой дверь совсем тихо, чтобы случайно не нарушить чуткий сон этих двоих.

Хоукинс. 7 ноября 1983 года.

Как только Джойс уходит из дома, Джонатан подлетает к телефону и набирает выученный на зубок номер. Ждёт почти минуту — никто не берёт трубку, и звонок обрывается. Джонатан набирает ещё раз. — Байерс, какого чёрта ты звонишь в такую рань? — голос друга очень сонный и хриплый. Видимо, Харрингтон вчера немного перебрал с алкоголем. — Я же говорил, что сегодня приеду только к третьему уроку. — У меня проблема, Стив. Голос по ту сторону трубки сразу меняется, даже сонливость как будто куда-то пропадает. — Что случилось? Стив не помнит, когда видел Джонатана таким обеспокоенным. Обычно, мягко говоря, ему на всё плевать, и он ко всему относится равнодушно, держа эмоции внутри себя. Но сейчас в его тоне просачивается что-то не то — сильное волнение, граничащее с паникой. — Уилл пропал. Его не было дома этой ночью. — Подожди, Уилл? — Ага. Если бы Стив Харрингтон не знал семью Байерсов, он бы подумал, что они слишком странные. Ну правда, ребёнок, который только вступил на тропу подростковой жизни, не ночевал дома — что тут ужасного может быть? И почему это должно напугать? В конце концов, мальчик мог просто задержаться на прогулке, у друзей, даже остаться в гостях у какой-нибудь девчонки. Это мог сделать кто угодно, но точно не Уилл Байерс. Стив уверен в этом на двести процентов. — Чёрт… Когда ты видел его в последний раз? — Вчера в двенадцать перед работой. Я завозил его к Уилерам. — А он не мог остаться у них переночевать? — Нет. Мама сейчас звонила туда. Миссис Карен сказала, что Уилл ушёл вчера после игры с другими мальчишками. Стив не отвечает несколько секунд, видимо, обдумывая услышанное. Ему оно точно не нравится. — Что ж, чувак, не хочу тебя пугать, но дело реально хреновое. — Ещё как, — взволнованно отвечает Джонатан. — Езжай ко мне, — сразу же бросает Стив. — Прогуляем пару уроков и поищем Уилла. — Скоро буду.

Национальная лаборатория Хоукинса. 6 ноября 1983 года.

Когда Эмилия приходит в себя, кто-то настойчиво бьёт её по щекам. Она еле открывает глаза, оглядывая окружение расплывчатым взглядом. Перед ней появляется обеспокоенное лицо Питера. Сначала кажется, что их два, но потом они сливаются в одно. — Эмили, давай, вставай, нам нужно бежать! Эти слова заставляют её резко прийти в себя. Девочка садится, упираясь руками в холодный пол. Она мало что понимает, голова раскалывается, а нос неприятно щиплет, как будто из него совсем недавно шла кровь. События последних… минут? часов? накатывают с новой силой. Перед глазами ясно проплывают картинки: как Эмилию погружают в бак, как она входит в бесконечное чёрное пространство, как видит перед собой жуткое существо, готовое её сожрать. А потом девочка начинает громко кричать и убегать. И в этот момент в реальности, в нашем мире что-то происходит. Эмилия кашляет. Лёгкие наполняются ужасным запахом, глаза слезятся, и только сейчас Старк замечает, что всё стало каким-то мутным. Эмили смотрит в сторону: большая красная хрень, из которой вылезают огромные склизкие щупальца, становится всё больше. Она пульсирует, как живое существо. — Что случилось? — слабым голосом спрашивает девочка. Рядом нет никого из сотрудников лаборатории, всё мигает красным цветом, а ещё раздаётся звук тревоги. — Не сейчас! Пойдём скорее, нам нужно сваливать! — Питер настойчиво тянет подругу на себя, в итоге заставляя её подняться на ноги. Он обхватывает талию девочки, одну из её рук закидывает себе на плечо и начинает быстро уходить. Повсюду всё мерцает, кричит и жужжит. Эмилия успевает посмотреть на некоторых лаборантов, которые носятся по коридорам из комнаты в комнату, но их с Питером никто не замечает. Точнее, на них просто не обращают внимания. Видимо, поэтому Паркер так яростно говорил, что им нужно уходить — в такой суматохе и панике их точно не заметят. Ребята без проблем могли бы спуститься на лифте, но парень решает пробежать по лестнице, чтобы было быстрее и более незаметно. Так они попадают на пятый или четвёртый этаж лаборатории. Эмилия постепенно приходит в себя, хотя голова ещё очень сильно раскалывается, а происходящее вокруг только усиливает боль. Но она уже может вполне осознанно и самостоятельно передвигать ногами, в попытках бежать. Тем не менее Питер всё ещё сильно прижимает её к себе, особенно в тот момент, когда приходится спускаться по лестнице. Эмилия начинает думать, как им выбраться отсюда: через главный вход нельзя — наверное, там куча охраны и дверь уже запирают из-за тревоги, есть несколько служебных выходов, но до них ещё нужно добраться. Других вариантов нет, если только… Питер распахивает окно, отходит подальше от него и смотрит в глаза Эмилии. — Держись крепче, — произносит он. — Питер, что ты дела-а-а-а… — её вопрос прерывается громким криком, когда подростки разбегаются и прыгают в открытое окно. Паркер продолжает прижимать к себе девочку, она же чуть ли не всеми конечностями обхватывает его туловище, боясь упасть. В следующую секунду тело пронизывает жуткий холод: на улице ночь, а на Эмилии надет только промокший до нитки больничный халат. Они ещё несколько секунд стремительно летят вниз, а потом вдруг зависают, раскачиваются и летят уже вперёд. Старк удаётся открыть глаза. Питер выстрелил паутиной из своей левой руки, та прилипла к одному из фонарей, расположенных на территории лаборатории, и теперь они могут раскачаться, чтобы пролететь дальше. Вот только сейчас Паркеру нужно либо отпустить эту паутину, чтобы выстрелить ещё раз в другое место, либо отпустить Эмилию, чтобы использовать свою вторую руку. Но парень выбирает ни то, ни другое. — Приготовься, наверное, будет жёстко. Они падают, правда теперь расстояние до земли не такое большое, какое было изначально. Эмилия тонет в ворохе листьев — кто-то собрал их в огромную кучу. Спасибо этому человеку, иначе они с Питером разбились бы. Старк хватают за руку и тянут вверх. Она оказывается в объятиях Питера. — Цела? — Ты нас когда-нибудь угробишь, Паркер, — говорит девочка, окончательно приходя в себя от такого экшена за последние пару минут. — Я нас спасаю, — нервно усмехается парень. — Пойдём, мы ещё не в безопасности. И они снова бегут. Забираются в одну из труб, присоединённых к лаборатории. Корпус трубы повреждён, а потому в неё почти без труда может пролезть пара подростков. — Ползи, — командует Питер. И Эмилия лезет первой. И без того мокрые коленки снова промокают, потому что здесь сыро, а ещё плохо пахнет. Не видно абсолютно ничего, но девочка двигается вперёд, чувствуя за собой учащённое дыхание Питера. В какой-то момент пространство под ней пропадает, и тогда она сваливается из трубы на землю. Через секунду рядом приземляется и Паркер. — Немного оторвались, — выдыхает парень. По лицу струится пот, в его глазах плещет адреналин и какое-то облегчение после пережитых приключений. — Но лучше всё равно где-нибудь укрыться, хотя бы на пару часов. Они начинают идти наобум по тёмному лесу Хоукинса. Как бы тут ни было сыро, холодно и страшно, ничто не сравнится с пугающей атмосферой лаборатории, из которой удалось сбежать. Эмилия чувствует босыми ногами каждую песчинку, каждый камешек и листик на земле, но лучше ощущать это, чем тот ужас, который она чувствовала в тёмном месте. — Давай немного передохнём, — предлагает Питер, когда сам выдохся идти. — Тебе нужно переодеться. — Ещё бы у меня была с собой сменная одежда, — беззлобно фыркает Эмили. — Я предусмотрителен, — Питер снимает с плеч рюкзак (девочка, на удивление, не видела его всё это время) и достаёт из него спортивные штаны, футболку и кофту. Самую бо́льшую часть рюкзака занимали кроссовки. — Да ты прямо обдумывал план побега, — присвистывает Старк, принимая вещи в руки. — Почему-то мне казалось, что именно сегодня нам представится шанс выбраться из этого места, — парень едва улыбается. Он поворачивается спиной, давая Эмилии уединение. Она же натягивает на ноги штаны, затем скидывает с себя халат, заменяя его футболкой и кофтой. Кофту застёгивает до самого подбородка, вдобавок накидывает капюшон. Теплее не становится, но это лучше, чем ничего. В кармане кофты девочка находит носки, которые надевает на босые ноги, а затем и кроссовки. Потом поднимает с земли мокрый халат — она же не глупая, чтобы оставлять улику своего побега прямо здесь. — Всё. Питер разворачивается и протягивает полупустой рюкзак. В один из карманов Эмилия запихивает халат, а в другом отделе замечает немного еды: упаковку вафель, пару яблок, несколько батончиков и бутылку воды. Питер почти падает на землю, уставше вздыхая. Спиной прижимается к поваленному дереву. Эмилия не садится рядом и только теперь думает: что, чёрт возьми, сейчас было. — Так что случилось? Теперь можешь объяснить? — Тебя отправили играть в «утопись», — начинает рассказывать Питер. — И если сказать коротко, ты своим криком разбила стекло и заставила на стене появиться огромную дырень, из которой вылезла большущая тварь. — Я сделала что? — глаза девочки расширяются от удивления. — Открыла портал в иной мир, видимо, — нервно усмехается Питер. — Но не беспокойся, теперь это нас не касается. Пусть сами разбираются, что делать с этой хренью. — А та тварь, про которую ты сказал? Что это? Существо? — Не знаю. Что-то очень и очень странное и непонятное. — Но если… Оно напало на кого-то? — Если на кого-то в лаборатории — поделом им, — твёрдо отвечает парень. — И я не думаю, что она выбежит куда-то дальше. Так что опять же, пусть со всем этим разбираются те, кто всё устроил… — Питер замечает, что Эмилия вздрагивает, не то от холода, не то от испуга. — Замёрзла? — более спокойным тоном спрашивает он. Эмилия пару раз кивает. Всё же не очень приятно выбраться из воды, а потом бежать по лесу босиком и в мокрой одежде. — Иди сюда, — парень приподнимает свою руку, как бы приглашая Старк в объятия. Она садится рядом с ним. Питер обнимает её двумя руками и прижимается своей тёплой щекой к её волосам. — Я думаю, мы можем немного посидеть так. Пока в лаборатории суматоха, нашего исчезновения не заметят. Но потом придётся снова идти. Эмилия согласно кивает. Теперь, похоже, они в бегах.

Хоукинс. 7 ноября 1983 года.

Джонатан ждёт, когда ему откроют дверь после звонка, хотя понимает, что он может спокойно пройти внутрь. Дом Харрингтона огромный — двухэтажный, с бассейном и придворовой территорией. Родители парня — те ещё богачи, но частенько не бывают в городе из-за вечных командировок. Лет с одиннадцати Стив научился заботиться о себе сам. Теперь он считает себя полноценным хозяином дома. Харрингтон открывает дверь, и первое, что видит Джонатан — разбитое лицо. — Чёрт, Стив, кто набил тебе морду? — А ты как думаешь? — с неким отвращением говорит парень. — Проходи. — Томми? — предполагает Байерс, заходя в прихожую. — Угу. — За что? Стив идёт на кухню, а Джонатан, конечно же, следует за ним. Замечает на столе пару пустых банок с пивом, ещё одну, целую, Харрингтон прижимает к побитой щеке. — Не понравилось, что я взял с собой на игру Эдди. Байерс не знает, как реагировать. Стив и Эдди начали общаться совсем недавно, и чёрт бы побрал, но в их отношениях абсолютно ничего не понятно. Но теперь Стив всюду таскает его с собой (что, кстати, последнему не очень нравится), за что и получает высказывания некоторых людей. — А где сейчас Эдди? — интересуется Джонатан. — Был у меня, ушёл под утро. И не отвечает на звонки, — Стив смотрит на друга, уже предвещает очередной вопрос в его глазах, поэтому прерывает Байерса: — Да ладно, чувак, не бери в голову. Сейчас у нас более важная задача. Надо найти Уилла.