Глава 2. Чаша терпения
17 ноября 2025 г., 20:40
Тренировочный центр был огромным залом, наполненным гулом голосов, лязгом металла и приглушенными шагами по мягким матам. Воздух был плотным от запаха пота, страха и решимости. Двадцать четыре трибута рассеялись по разным станциям, словно частицы в броуновском движении. Одни шли к оружию — мечам, копьям, лукам. Другие отрабатывали узлы, разведение огня, распознавание ядовитых растений. Профессионалы — карьеры из Дистриктов 1 и 2 — с холодной эффективностью демонстрировали свои навыки, их движения были отточены годами подготовки. Они были главными фаворитами, и они знали это.
Гарри стоял в стороне, наблюдая. Сириус, появившийся сегодня чуть менее пьяным, пробурчал ему на ухо: «Не лезь к оружию. Ты все равно полное говно в обращении с ним. Иди к выживанию. Это твое единственное преимущество».
Гарри последовал совету. Он подошел к станции, где тренер, бывший Победитель с лицом, покрытым шрамами, демонстрировал, как развести огонь без спичек. Гарри слушал, впитывая каждое слово. Он уже знал это, конечно. Знание было выжжено в нем годами в Дистрикте 12. Но здесь это знание было его валютой.
Рядом с ним у станции по ориентированию оказалась Гермиона Грейнджер. Она не просто слушала — она забрасывала тренера вопросами о магнитных аномалиях, возможных сбоях в работе электронных карт, предоставляемых на Арене. Тренер смотрел на нее с нескрываемым удивлением.
«Ты из Когтеврана, детка, — хрипло сказал он. — Тебе бы к компьютерам. Или к взрывчатке».
«Знание — это тоже оружие», — парировала Гермиона, не отрываясь от карты.
Гарри поймал ее взгляд. Она едва заметно кивнула. Хрупкое, невысказанное перемирие. Они были из разных миров, но их объединяло одно — они не были карьерами. Они были дичью.
Внезапно громкий смех привлек его внимание. У станции с тяжелыми мечами стоял Драко Малфой в сопровождении двух своих приятелей — Винсента Крэбба и Грегори Гойла. Они не были трибутами. Они были спонсорами, гостями, которым позволили наблюдать за тренировками элиты. Драко, одетый в идеально сидящий тренировочный костюм, с презрением осматривал зал.
«Смотри-ка, Гойл, — громко, чтобы слышали все, сказал он. — Дистрикт 12 решил, что может выжить, разводя костер. Мило. Надеюсь, он умеет поджариваться равномерно».
Гарри почувствовал, как по спине пробежали мурашки ярости. Он сжал кулаки, но не подал вида. Он помнил слова Гермионы. Маскировать злость под расчет. Он видел, как на него смотрят другие трибуты. Некоторые с насмешкой, другие с любопытством. Он повернулся к тренеру.
«А если дождь? — спросил он, игнорируя Малфоя. — Как защитить тлеющие угли от ливня?»
Тренер усмехнулся. «Вот это правильный вопрос, парень».
Драко, не добившись реакции, фыркнул и отошел, но Гарри чувствовал его взгляд на своей спине еще долго. Это была не просто насмешка. Это был тест. И Гарри только что его прошел.
***
Через несколько дней состоялась «Оценка» — индивидуальные выступления трибутов перед судьями, от которых зависели их стартовые баллы. Гарри видел, как выходят карьеры — они демонстрировали впечатляющую, смертоносную акробатику с оружием. Одна девушка из Дистрикта 2, с лицом куклы и глазами убийцы, за минуту разнесла в щепки несколько манекенов. Баллы были высокими. Гермиона вышла и, к всеобщему удивлению, не стала ничего взрывать. Она села за терминал и за тридцать минут взломала сложнейшую программистскую задачу, которую судьи, по слухам, не могли решить неделю. На их лицах появилось редкое выражение — уважение, смешанное с опаской. Она получила высокий балл. Настал черед Гарри. Он вошел в зал. Судьи, среди которых он узнал Северуса Снейпа, холодного и проницательного главу Пожирателей, смотрели на него без интереса. «Ну, мистер Поттер, — произнес Снейп, растягивая слова. — Покажите нам, чему научила вас жизнь в... болотах». Гарри подошел к столу, на котором лежали образцы растений, камней, кусков дерева. Он молча, не глядя на судей, начал сортировать их. Ядовитые — в одну кучу. Съедобные — в другую. Лекарственные — в третью. Он брал каждый образец, слегка сминал в пальцах, нюхал, иногда отламывал крошечный кусочек и клал на язык, не глотая. Его движения были быстрыми, точными, выверенными годами голода и необходимости. Затем он подошел к манекену. Вместо того чтобы хвататься за оружие, он снял с него одежду — простую накидку. Быстрыми, резкими движениями он порвал ее на длинные полосы, показал, как сделать импровизированный жгут, как сплести сеть, как соорудить силки. Он не говорил ни слова. Он просто показывал. Язык его тела кричал: «Я не боюсь вас. Я знаю вещи, которые вы никогда не поймете». Когда он закончил, в зале стояла тишина. Снейп смотрел на него с тем же ледяным выражением, но в его глазах мелькнула искорка чего-то — не уважения, нет. Скорее, переоценки. «Спасибо, мистер Поттер, — сухо сказал он. — Вы можете идти». Баллы объявили позже. Гарри получил 8 из 12. Высокий балл для не карьера. Для дистрикта 12 — неслыханно. Сириус, узнав об этом, хрипло рассмеялся. «Ну что ж, щенок. Теперь ты официально интересен. Поздравляю. Ты только что подписал себе смертный приговор с доставкой в первый же день».***
Ночь перед Играми. Гарри стоял в своих апартаментах, глядя на город, который завтра станет зрителем его смерти. Дверь открылась без стука. Вошел Сириус. Он был трезв. Впервые с их встречи. «Садись», — бросил он, указывая на диван. Гарри сел. Сириус уселся напротив, его уставшие глаза изучали лицо Гарри. «Завтра, — начал Сириус, — ты окажешься на Корнукопии. Платформа. Вокруг — арена. В центре — Рог Изобилия. С оружием, едой, водой. Все рвутся к нему. Не делай этой ошибки». «Что мне делать?» — тихо спросил Гарри. «Беги, — без колебаний ответил Сириус. — Беги как можно дальше и быстрее. Не оглядывайся. Доберись до укрытия. Прячься. Пусть они передерутся друг с другом. Первые минуты — самые кровавые. Там погибает половина». «А если я не добегу?» «Тогда умрешь, — холодно сказал Сириус. — Но есть другой путь. Если ты видишь сумку или рюкзак недалеко от себя — хватай его и беги. Иногда спонсоры забрасывают туда что-то полезное прямо в начале. Это лотерея. Но иногда она того стоит». Он помолчал, глядя на свои руки. «Еще кое-что. Не доверяй никому. Даже тем, кто кажется милым. Даже тем, кто предлагает союз. Все они хотят выжить. И ради этого убьют тебя. Понял?» «Понял», — кивнул Гарри. Сириус поднял на него взгляд. «Твои родители... они были бы тобой горды. И чертовски напуганы. Гордость тебе не поможет. А страх... страх сделает тебя осторожным. Используй его». Он встал и направился к двери. На пороге обернулся. «Удачи, щенок. Постарайся не подвести свою фамилию. И мою репутацию. Хотя она уже давно ниже плинтуса». Дверь закрылась. Гарри остался один. Он лег на кровать и уставился в потолок. Он думал о Тедди. О тепле его маленького тела. О его доверчивых глазах. Он думал о зеленых глазах Лили, которые, как он знал по рассказам, были у него самого. Он думал о Джеймсе, чье имя он носил и чье наследие теперь лежало на его плечах. Он не хотел умирать. Но больше всего он не хотел умирать, ничем не отличаясь от всех остальных. Он закрыл глаза. Внутри него бушевала буря — страх, ярость, решимость. Завтра ему предстояло шагнуть в ад. И он был намерен пройти через него. Не как жертва. А как живое напоминание о том, что даже в самом отчаянном положении можно бороться. Где-то в Капитолии, в своих апартаментах, Драко Малфой смотрел запись Оценки Гарри Поттера. Он перематывал момент, когда Гарри, не глядя на судей, безошибочно сортировал ядовитые растения. На его лице не было презрения. Была сосредоточенность. Он взял свой персональный коммуникатор и отправил сообщение своему личному банкиру. «Перевести 5000 кредитов на мой спонсорский счет. И приготовить стандартный набор для выживания. Воду, энергетические батончики, антисептики. Чтобы можно было отправить мгновенно». Он откинулся на спинку кресла. Одержимость пустила корни. И первый шаг был сделан. Он еще не понимал, во что это выльется. Он просто знал, что не может позволить этому гриффиндорскому сумасшедшему умереть слишком быстро. Зрелище только начиналось.
