Вскрытие покажет

Эту ночь Северусу предстояло провести в морге, так как в очередной раз настала его очередь принимать на себя ночное дежурство.       Часы показывали шесть вечера. Не вскрытых пациентов, ожидающих своей участи под лёгкой рукой опытного патологоанатома в отделении не было, от того мужчина мирно попивал кофе, в ожидании кого-то, кто решит отдать Небу душу и посетит его посреди вечера, ну, или ночи.              И Снейпа посетили. Только не мертвецы, а очень даже живые. Причём нарушитель его спокойствия был далеко не бледный/синий/серый труп. Просто Гермионе не захотелось ехать одной домой и она предпочла сперва навестить мужа, ну, а потом уже как пойдёт. – У тебя тут тихо как на кладбище, – усмехнулась девушка, бросив свою небольших размеров дамскую сумочку на диван и подходя к окну. – Угу, как в морге, – ну, сарказм – это дело такое, специфическое. Гермиона засмеялась и посмотрела на довольно скудную больничную природу, обнимая себя руками и тихо улыбаясь собственным мыслям. Северус не сводил с неё глаз. Всё так же потягивал кофе размеренными, маленькими глотками и просто любовался шикарной фигурой своей девочки. – У меня сегодня ничего интересного за день не было, – девушка нарушила тишину первой.       Она опустила жалюзи, прячась от глаз случайных зрителей, развернулась спиной к окну и посмотрела на Северуса, который щелчком пальцев зажёг настольную лампу, желая продолжить любоваться женой. – За исключением одного случая, – продолжила Гермиона, медленно приближаясь к рабочему столу Северуса и опираясь о него ладонями. Она игриво посмотрела на мужчину, облизывая губы юрким язычком. Снейп отставил от себя чашку с недопитым кофе, сложил руки на столе как школьник и уставился на эту хитрую рыжую лису в ожидании продолжения её истории, которая, судя по созданной Грейнджер атмосфере должна была иметь неприличное содержание. – Одна из пациенток, не моих, у неё другой лечащий врач, пришла ко мне с крайне интересным вопросом. Точнее, сперва она пожаловалась мне на своего врача, мол та уже женщина в возрасте, а ответа на её вопрос не нашла, да ещё и приняла её за извращенку. А ведь девушка просто интересовалась техникой горлового минета. Гермиона ещё раз облизала губы, от чего, в купе с рассказом, Северус нервно сглотну. Воображение тут же услужливо подкинуло картины сего довольно занимательного процесса. – Ей было интересно, как брать горлом и не вызывать рвоты, и как вообще научиться заглатывать правильно, – девушка обошла стол и присела на край уже рядом с мужчиной, который тут же откинулся на спинку кресла, широко разведя ноги в стороны, внимая каждому произнесённому слову. – Ты знаешь, и ведь у человека действительно была проблема с этим. Она говорила и чуть ли не плакала. Пришлось выдать подробную инструкцию, а потом, когда пациента ушла вполне себе довольная, я поняла, что мне самой бы не помешала тренировка, а то растеряю навыки и как тогда быть? – Ты заперла дверь? – Северусу не нужно больше намёков, он понял всё сразу. – Разумеется! Снизу подцепив пальчиками юбку-карандаш Гермиона медленно потянула её вверх, демонстрируя кружево чулок и отсутствие трусиков. Она перекинула одну ногу через ноги Северуса и улеглась животом и грудью на стол, демонстративно раскрывая перед ним всю свою женственность. Тёплые пальцы тут же помассировали тугое колечко мышц ануса, слегка надавливая указательным и погружаясь внутрь. Вместе с этим раздвигая и половые губы, внимательно, своим врачебным глазом, рассматривая их изнутри, такие манящие, розовые, чуть смачивая их слюной и вводя во влагалище сразу три пальца. – Ты самая настоящая ведьма, Грейнджер! – Бесстыдно двигая пальцами проговорил Северус. – За все свои годы я ни разу, ни у одной женщины, которую бы трахали так часто, как я трахаю тебя, не видел такой маленькой и неразработанной вульвы. Раз за разом ты оказываешься в моих руках как будто девственница. Такая чистая и невинная. Как ты это делаешь? – Пусть это будет моим секретом, который я храню для радости моего любимого мужчины, – хриплым голосом ответила Гермиона. Северус хмыкнул, разом вытащил из всех отверстий тела девушки пальцы и звонко отвесил её по несколько шлепков на каждую ягодицу. – Раздевайся! Злой мужчина – это то, что надо для замысла Гермионы. Она осторожно поднялась со стола и принялась справляться с пуговицами на блузке. Тем временем Северус расстегнул молнию на юбке. Пара секунда и на девушке из одежды остались только чулки и на непростительно высокой шпильке ботиночки. Снейп же не стал себя утруждать избавлением от одежды. Он отошёл к дивану, приспустил штаны рабочего костюма вместе с бельём и, дождавшись, пока к нему подойдёт Гермиона, сжал обеими ладонями её упругую, красивую грудь. Помяв её до болезненного стона, Северус силой заставил опуститься девушку на колени и, не дожидаясь разрешения, просунул между её губ свой колом стоящий член, сразу же проталкиваясь как можно глубже в горло. Однако, на пути члена встретилось сопротивление в виде языка девушки. Она вытолкала орган из своего рта, обильно сплюнула на него увлажняя и после уже сама попыталась насадиться как можно глубже. Только Северус не собирался ждать. Он хотел трахать это горло без остановки. После нескольких резких поступательных движений, так и не проникнув в глотку Гермионы до конца, мужчина отвесил ей пощёчину и наклонился над тяжело дышащей девушкой. Силой заставив открыть Гермиону рот, Северус плюнул в него, усмехнулся и вновь повторил попытку протолкнуть член в горло. На сей раз получалось войти уже глубже, при этом девушка всё чаще издавала звуки рвотных позывов, только вот отстраняться она не собиралась. Уже будучи перепачканной в слюне, она раз за разом пыталась вобрать в себя орган, в попытке заглотить по самые яички, только что-то оно пока не шло. Но Северус не собирался терпеливо ждать. Он грубо хватал девушку за волосы, тем самым пытаясь самостоятельно контролировать её движения. А та рычала и вырывалась. Её тошнило, но она не сдавалась. Пыталась взять всё глубже и глубже, понимая, что дела её плохи. Разучилась. И это за пару недель отсутствия в их половой жизни минета. Ну, может и не за пару недель, немного больше, но всё же. – Что за дела, Грейнджер? Ты не хочешь удовлетворить своего мужчину? – Северус грубо ухватил её за грудь и до боли сжал её, заставляя встать на ноги, после чего толкнул девушку на диван так, что её голова свисла с подлокотника. Обойдя диван, мужчина присел на корточки у головы Гермионы. Та уже с готовностью открыла рот в ожидании проникновения члена, но вместо этого опять получила плевок в горло, а следом на языке ощутила давление пальцев мужчины. – Сама разучилась радовать своего мужа, девочка, а собралась чему-то кого-то учить? Северус добавил второй палец и стал глубоко пропихивать их в горло в попытке его разработать. Рвотные позывы с характерными звуками усилились, из глаз девушки полились слёзы, от чего по лицу размазалась косметика. Она плакала и выла, пытаясь убрать от себя руки мужчины, но тот не позволял ей этого сделать. Как только Гермиона была уже не в состоянии контролировать рвотные позывы и хотела вырваться, даже применив силу, Северус убирал пальцы и накрывал её губы и нос ладонью, перекрывая доступ кислорода. Становилось легче. А после трюк с пальцами повторялся и так несколько раз. Оставив Гермиону в покое на пару секунд, чтобы наконец самому избавиться от одежды, Северус подошёл к ней, чтобы уже заменить пальцы членом. Девушка опять с готовностью раскрыла рот и вновь получила плевок в горло. Мужчина сжал её руки и медленно проскользнул в горло. И снова этот звук рвотного позыва, тяжёлое дыхание, всхлипы, слёзы, которые не остановить. Но только теперь уже член вошёл до основания, а яички легли на нос. – Считай до двадцати в своей голове, медленно! – Приказал Северус, давая понять, что это время он не будет двигаться. Задыхаясь, хныча, без капли воздуха Гермиона принялась мысленно считать. Избавиться от члена в горле не было возможности, яички всё так же накрывали нос. Она не могла вырваться. Лишь болтала ногами, что не давало ей никакой возможности на свободу. С громким рыком Северус вытащил член из горла Гермионы, вновь отвесил ей пощечину, позволил сделать несколько рваных, судорожных вдохов. Но отпускать девушку он не собирался – ведь только-только добился прогресса. Сжав обе её груди, Северус принялся трахать её горло. Быстро, резко, при этом сам не скупился на стоны. Он чередовал движения. То долбился резко и быстро, то замирал в горле, перекрывая членом доступ к кислороду. Так продолжалось долго, наверное с полчаса. И завершилось всё очень резко, когда Северус добился того самого предела возможностей девушки, за рубеж которого переходить уже было нельзя. Оставив её в покое, мужчина взял салфетки и вытер лицо девушки. С очищающим заклинанием пока решил повременить. Сам он остался как есть. Подошёл к сейфу, вытащил из него склянку и выпил её содержимое залпом. То было зелье собственного изобретения, свойством которого было моментальная выработка в мужском организме спермы количеством в несколько десятков раз превышающим норму. Единственным побочным действием данного зелья было сильное обезвоживание организма, ибо оно преобразовывало жидкости в сперму, потому требовалось незамедлительно восполнить водный баланс в организме обычной водой, что Снейп незамедлительно сделал. Залпом выпив половину кувшина воды, что всегда стоял в его кабинете, Северус вернулся к девушке и ласково провёл по растрёпанным, мокрым от пота и слюней волосам. Гермиона посмотрела на мужчину затуманенным взглядом и что-то невнятное промычала. Северус улыбнулся и бережно поднял на руки хрупкое тело. Он усадил Гермиону на стол. Та тяжело опёрлась руками позади себя, пока мужчина заботливо освободил её ноги от обуви и поставил ступни на стол, открывая себе доступ к женской писечке. – Она похожа на бабочку с раскрытыми крылышками! – Северус несколько раз провёл указательным и средним пальцами по половым губам девушки, чуть сжимая их на клиторе, а после и вовсе ввёл их внутрь, делая несколько поступательных движений, размазывая смазку по влагалищу. – Ты хорошо постаралась, девочка, – ласково проговорил он. – Потерпи минутку, сейчас папочка наградит тебя. Гермиона чуть хмыкнула в попытке улыбнуться и тут же её губы завлекли в чувственный, нежный поцелуй. Северус проник языком в податливый ротик, не брезгуя полностью вылизать его после всех тех безумств, что он с ним вытворял, переплетаясь с языком девушки. Они целовались, пока мужчина не почувствовал тяжесть и даже лёгкую боль в яичках. Это действует зелье. Значит – уже пора. Оставив на щеках Гермионы по кроткому поцелую, Северус медленно вошёл в тело своей жены, сразу же проникая во всю длину. Она хрипло выдохнула и запрокинула голову. Снейп всегда с первого же толчка находил нужную точку внутри девушки, от чего та моментально терялась в ощущениях. Она громко застонала, позабыв об усталости. Сейчас для неё существовало только дыхание мужчины рядом, шлепки их тел и тысяча маленьких молоточков, что стучали внизу живота. А там и последовало ощущение наполненности.       Её плоский животик надувался прямо на глазах по мере того, как мужчина кончал в неё. Вот в чём была задумка созданного Северусом зелья – то количество спермы, которое выходило из него, было способно наполнить партнёршу так, что это визуально оно будет заметно.              Порой они так и оставляли Гермиону наполненный, вставив в неё тампон. И это было чем-то столь интимным, но что было понятно лишь им двоим. Но в этот раз Северус позволил сперме медленно вытечь, при этом размазывая её по бёдрам и животу девушки. Он проникал в неё пальцами, пачкая их в белёсой жидкости, и давай ей облизать их, пару раз и сам демонстративно облизал пальцы, при этом не разрывая зрительного контакта.              И вновь их губы соприкоснулись, выпуская изо рта друг друга семя. Они целовались, водили по влажным от пота телам ладонями, пока под столом у ног Северуса собиралась маленькая белёсая лужица.              Только после этого они применили очищающее заклинание. А потом оделись, Гермиона собрала волосы в высокий хвост, и уселись в обнимку на диван, будто бы и не было между ними того сумасшествия. – Я люблю тебя, Северус, – прошептала Гермиона, уютно устроив голову на груди своего мужчины. – Я тоже люблю тебя, моя девочка, – Снейп поцеловал её в макушку, накручивая на палец прядь пушистых волос жены. Гермиона так и задремала на груди мужа. Ему пришлось её разбудить, когда в здание морга кто-то вошёл. Гостя пришлось пойти встретить. То была бабулечка 90+ лет, спустившаяся в компании санитаров в Царство Анубиса*, в котором правил Северус, из отделения реанимации. – Там что-то интересное? – Сладко зевнув, поинтересовалась Гермиона, когда Северус вернулся к ней после того, как принял тело и перекатил его в секционный зал. Тянуть со вскрытием не хотелось, не любил он «копить» тела. По возможности старался поработать с ними как можно быстрее, а то, мало ли, потом случится аврал и придётся впопыхах вскрывать целую кучу трупов. – Не думаю, – ответил Снейп, собирая волосы в хвост. – Она на гемодиализе жила. Скорее всего что-то старческое. Поезжай домой, отдохни, побудь с Майклом, а то скоро каникулы в Хогвартсе закончатся, он уедет и вообще не вспомнит, как родители выглядят. – Ну ведь и ты ему отец, Северус, – Гермиона подошла к мужу со спины и обняла его поперёк живота, прижимаясь щекой к крепкой спине. На этой ноте Гермиона поцеловала мужа в плечо и нехотя отпустила. Взяла свою сумочку и направилась к выходу, по пути водя пальчиком по экрану телефона, вызывая себе через приложение такси. Северус проводил жену взглядом и повернулся к зеркалу, оценивая получившуюся причёску и улыбаясь собственному отражению. Как так вышло, что он – гроза подземелья, пожиратель смерти и вообще в прошлом крайне сомнительная личность, человек, которого боялись, учитель, которого ненавидели дети за крайне суровый подход к обучению, да ещё вдобавок и конченный извращенец в сексе, обрёл в свою жизнь таких замечательных людей, которые зовутся его семьёй? Да-да, самой настоящей семьёй, где есть отец – глава и защитник, мать – хранительница очага, и ребёнок – сынишка двенадцати лет. Быстро переодевшись, Северус провёл вскрытие. Как он и предполагал, ничего криминального в смерти бабули не было. Её сгубил возраст, а не что-то, что могло повлечь за собой серьёзные последствия для других людей. Заключение мужчина писал уже после полуночи, оставшись наедине с собой, со своими мыслями, сидя за чашечкой любимого кофе в своём кабинете. Новых пациентов больше не поступало, потому была возможность немного передохнуть. Может даже удастся вздремнуть. Но вот только спать пока не хотелось. Напротив, в голову закрались воспоминания. *** 1998 год. Лето. Этим вечером Северус Снейп впервые покинул стены больницы Святого Мунго, постояльцем которого он являлся больше месяца. Его отпустили на недолгую прогулку по свежему воздуху. Он медленно бродил по дорожкам, слушая пение птиц. Его взгляд то и дело цеплялся за различные растения, деревья. Подумать только, сколько в мире потрясающе красивых, но в то же время совершенно простых вещей. Таких, как красота природы. А ведь в прошлом он был лишён возможности замечать всё это. Как он вообще существовал, не видя вокруг себя всего вот этого? Вот где оно – истинное волшебство. Долго ходить с непривычки не было сил. Найдя под одним из пышных деревьев лавочку, Северус опустился на неё и вдохнул полной грудью пропитанный цветочным ароматом и древесными почками воздух.       Хорошо. Как же ему сейчас хорошо.              Где-то неподалёку жужжала пчёлка. Она кружилась над цветком в неистовом танце, садилась на яркие лепестки, давая передохнуть своим тоненьким, прозрачным крылышкам, а после, когда собирала нектар, перелетала на другой, такой же ароматный и сладкий цветок. Пение птиц. Оно звучало как самый настоящий птичий хор. Много, очень много разных голосов под аккомпанемент самого настоящего барабанщика – дятла, что самозабвенно долбил дерево. Северус прикрыл глаза и, слушая звуки природы, уже было задремал, как внезапно его сон куда-то испарился – поблизости раздалось тихим, жалобным голосом: – Дядя, почини! Мужчина дернулся и распахнул глаза, оглядываясь по сторонам. А перед ним стоял маленький мальчик с милыми отливающими золотом в закате солнца кудряшками. Совсем ребёнок, лет пять на вскидку, не больше. В одной руке он держал небольшой игрушечный самосвал, а в другой два колёсика, судя по всему от этой самой игрушки. Ничего не ответив мальчишке, Северус взял в руки машинку, колёса и довольно быстро, без использования магии, прикрепил колёсики обратно к игрушке, возвращая ей первоначальный вид. – Спасибо! – Поблагодарил Северуса ребёнок и, что оказалось ещё более неожиданным, чем его появление перед мужчиной, обнял его, крепко обхватив за шею. – Спасибо большое. А то без этого самосвала я не смогу построить домик для муравьёв. Я его уже третий день делаю. А что, если завтра пойдёт дождь и похолодает? Если же я не успею достроить, то муравьи рискуют замёрзнуть и промокнуть, а потом они заболеют и умрут. А мама говорит, что здесь, в больнице, лечат только людей, но никак не муравьёв. А Вы тоже волшебник, как и мама? Эта детская непосредственность откровенно подняла Северусу настроение. Ему совсем не хотелось прогонять от себя мальчишку, что так беспардонно вторгся в его личное пространство и нарушил процесс медитации в условиях звуков природы. Тем более, что, судя по всему, этому мальчику здесь даже не с кем было поиграть. Таких маленьких Северус в больнице ещё не видел, потому, вероятнее всего, этот ребёнок нашёл в мужчине компанию. Плохую, надо сказать, компанию, однако, видимо, его это не смущало. Мальчик присел на скамейку рядом со Снейпом и продолжил ему рассказывать про муравьёв. Про то, как у них устроена жизнь, что они вообще делают и какой вклад вносят в природу. К слову, для своих четырёх лет, о которых сам мальчик и поведал Северусу, он был не по годам развитым. – Муравьиную кислоту добавляют во многие зелья. – Сам не понял как, но в какой-то момент Северус непроизвольно поддержал разговор. – А Вы умеете готовить зелья? – Услышав подобное мальчишка ещё больше оживился, хотя, казалось бы, куда уже?! – У мамы есть хороший друг, который тоже их готовит, он самый лучший мастер в мире. Он способен сделать так, что наколдуются мозги. Умеет разлить по флягам вино из известных людей, а ещё заварить чай, выпив которым можешь стать всемогущим. Он может даже запечатать в своём зелье смерть. Представляете? Северус улыбнулся. Да что там! Он еле-еле сумел сдержать смех. Нечто подобное он сам неоднократно произносил, представляя себя перед первокурсниками в Хогвартсе. Видимо, мама этого мальчишки была его, Северуса, ученицей, только вот чтоб он был ей другом? Таких точно не существовало. – Да, да, Майкл, я тоже умею всё это делать, – кивнул мужчина. Мальчик был очень открытым и располагающим. Он выдал о себе всё, по сути, незнакомому человеку. Рассказал про свои увлечения – книги. Сказал, что хочет быть целителем, как и мама. В принципе, очень много говорил о своей маме. Сразу было понятно, что ребёнок с ней близок. Эх, жаль, что в своё время Северус не мог похвастаться тем же. А ещё Майкл рассказывал про своих бабушку и дедушку. Они явно были маглами. Но при этом ни слова не упомянул об отце. Ну, оно не редкость, многие дети воспитываются в неполных семьях. Хотя, жаль, очень жаль, что какой-то недалёкого ума мужлан бросил такого малыша. – Уже темнеет, – в какой-то момент их беседы опомнился Северус. – Твоя мама не будет тебя искать, Майкл? И тут мальчик нашёлся, что ответить. Он вытащил из кармана галлеон и продемонстрировал его мужчине: – Это заколдованная монета. По ней мама всегда может отследить где я и даже может со мной поговорить. Но, Вы правы, дядя Северус. Наверное нам стоило бы уже вернуться в больницу. Скоро нам с мамой нужно будет возвращаться домой к бабушке и дедушке. Да и Вас тоже мама ждёт. Ох, нет, упаси Мэрлин Северуса от того, чтоб его мать пребывала в ожидании своего сына. Она на Небесах, Снейп с недавних пор туда больше не собирается. Здесь, на земле, есть ещё много полезных дел, к которым бы он мог приложить руку. – Уже темнеет, да, – кивнул Северус и медленно поднялся со скамеечки, разминая затёкшие ноги и спину с шеей. Майкл спрыгнул вслед за мужчиной, прижал к груди свой любимый самосвал. – Я не успел достроить домик муравьям, – с некой долей досады произнёс ребёнок, следуя за Северусом, что решил проводить мальчика до больницы, раз уж им по пути, а в тёмное время суток таким маленьким гулять в одиночку не безопасно, хоть территория больницы и находится под защитой, но, мало ли, его кто напугает. А так, Северус сам кого угодно может довести до сердечного приступа одним своим видом, с ним по вечерам, и даже по ночам, гулять не страшно. – Завтра будет хорошая, тёплая погода. По закату было понятно, – поспешил успокоить мужчина мальчишку. – А, ну тогда ладно. – У ребёнка тут же подскочило настроение. – Северус, а Вы завтра со мной не хотите построить домик муравьям? Тогда он ничего не ответил этому ребёнку. Да и как это вообще: он – взрослый дядька, бывший когда-то по правую руку от Волан де Морта, будет, при помощи игрушечного самосвала, строить домик для муравьёв? Да если кто узнает, что ему поступило подобное предложение, то помрёт со смеху? Однако, на следующий день, в то же самое время Северус вышел на улицу и присел на ту самую лавочку, боясь даже самому себе признаться, что он ждёт, когда появится Майкл, чтобы пойти вместе строить этот несчастный домик. И Майкл пришёл. И они действительно до вечера строили жилище насекомым. А после, показав мальчишке парочку незамысловатых трюков с волшебной палочкой, Снейп построил домик для белок. И так уж они увлеклись, что мальчик не обратил внимания на то, что переданный мамой галлеон несколько раз активировался. В итоге, взволнованная, она отыскала рассеянного сынишку за прикреплением к дереву того самого домика. – Мама! – Радостно воскликнул мальчишка, когда его окликнули. Северус так же развернулся на голос и, наверное, выронил бы из рук домик, если бы за секунду до этого не закрепил его на стволе липы, потому что ту, кого обнимал Майкл, называя мамой, Снейп никак не ожидал увидеть. Нет, ну, он думал, что это ребёнок кого-то из персонала больницы. Может кого-то из медиков или, на крайний случай, кухарки. Но перед ним стояла Гермиона Грейнджер, а Майкл утыкался ей лицом в живот. – Профессор Снейп, – девушка с облегчением вздохнула. – А я уже думаю, куда этот проказник делся! Первый раз у нас такое, что он не реагирует на мои вызовы. – Это Ваш ребёнок, мисс Грейнджер? – В тот момент удивлению мужчины не было предела. На следующий день, когда в палате помимо Северуса никого не осталось, кто-то пошёл на прогулку, а кого-то и вовсе выписали, к нему пришла Гермиона. Она часто приносила мужчине вкусности, витамины, и даже цветы. Их она ставила в небольшую вазочку на его тумбочке. Как сегодня. – Откуда у Вас ребёнок, мисс Грейнджер? – без вступлений и длительных хождений вокруг да около сразу же выдал Северус. К тому моменту их отношения с Гермионой уже перешли черту дружеских. Они больше не были преподавателем и студенткой, по крайней мере пока ещё замок Хогвартса разрушен и новый учебный год не начался. Да и, по сути, Гермиона уже должна была б окончить школу волшебства и чародейства, если бы не пришлось весь прошлый год скитаться с Гарри и Роном по лесам.       Теперь Северус и Гермиона общались на равных и находили в этом общении только положительные моменты. Этот вопрос ничуть не смутил девушку, напротив, он был вполне себе ожидаемым. – Господин Снейп, ну, простите, конечно, но Вам сколько лет? – Попыталась пошутить Гермиона, присаживаясь на край кровати мужчины. – В Вашем возрасте полагается знать, откуда берутся дети. – Поумничайте ещё, – фыркнул Северус. – Не рановато-ли Вам обзаводиться потомством, не находите? Девушка лишь пожала плечами и улыбнулась. – Как Бог дал, так и получилось. Я его в пятнадцать лет родила, скрывала от всех. Не хотела, чтобы кто-то в Хогвартсе знал. Сказала только Джинни, потом узнали Рон и Гарри. Больше никто не знает и по сей день. Нет, ну, может, сейчас уже кто-то догадывается, но это уже не имеет значения. Я давно совершеннолетняя, осуждения быть не должно. А если и будет – мне плевать, – всё как на ладони, выложила Гермиона. Северус слушал не перебивая. У него просто слов не было. Чтобы ученица Хогвартса ходила по школе в положении, при этом никто этого не замечал. Неужели она даже в те годы столь мастерски владела искусством маскирующих чар? Хотя, что тут удивляться? Это же Грейнджер! Своим мастерством колдовства она в несколько раз превосходит волшебников своего возраста. Всегда так было. – А кто отец? – Вопрос совершенно нетактичный. Да мужчина и сам не понял, как он у него вырвался. Но Гермиона как будто и к этому была готова. Она лишь улыбнулась и продолжила говорить: – Не знаю, оно вышло случайно, – как глупая пожала плечами, на что Северус приподнял бровь. – Тебя изнасиловали? – Нет-нет, что Вы, – девушка отрицательно замотала головой. – Если Вы не брезгуете, я могу рассказать всё в подробностях. Ну, Гермиона действительно не стеснялась подобных вещей, придерживаясь понятию, что то, что естественно, то не безобразно. И не важно, что о столь интимных подробностях своего юного женского организма придётся поведать взрослому мужчине. – Я весь во внимании. – Снейп даже демонстративно уселся поудобнее, показывая, что готов слушать длинную и нудную историю. Что ж, Гермиона начала: – Это случилось летом на каникулах. Мы с родителями на море отдыхали. Родители на экскурсию поехали, а мне захотелось побыть в отеле. Это была прогулка на яхте, а меня укачивало. Ну, а по соседству в отеле жила семья. Там мальчик был, симпатичный такой. Не знаю, что на меня нашло, но, в общем, мы решили с ним попробовать секс. Он сказал, что сунет только кончик. И ведь не обманул, я даже не почувствовала ничего, я даже когда рожала, у меня была сохранена девственная плева. Забавно, не так ли? Девственница, а уже с ребёнком. Но я не шучу, врачи после родов сделали мне гименопластику, так что, я всё ещё в состоянии подарить свою невинность Тому Самому. И вновь Северус молчал. Переваривал информацию, которая его, мягко говоря, ошарашила. – И вы с родителями никак не попытались отыскать этого парня? – А зачем? Мало ли, как бы он и его семья к этому отнеслись. Мы решили, что не хотим скандалов. Мама и папа в состоянии были помочь мне с ребёнком. Об аборте даже не было и речи. Родители врачи, они, как никто понимают последствия подобной манипуляции, тем более, не известно чем это могло обернуться для 14-летней девочки. Да и грех это. Потому мы с мамой встали на учёт в женской консультации, выполняли все назначения врачей. Не я первая и не я последняя, как говорится. – Вы поступили очень мудро, мисс Грейнджер. А после Майкл и Северус стали настоящими приятелями. Когда мужчину выписали из Мунго, он по-прежнему искал встречи с этим ребёнком. Ему вообще казалось, что это его родное дитя, ничем не отделимое от самого Снейпа. Да и с Гермионой это их сблизило. Видимо, у Северуса просто судьба такая – опекать детей любимых женщин. Сначала он положил полжизни на то, чтобы быть ангелом-хранителем Гарри – ребёнка любимой Лили. Теперь вот Майкл. Правда, с Майклом у него всё было проще. Мальчик сам тянулся к мужчине, а тот, в свою очередь, не вынужден был скрывать своё отношение к нему. А что касается Гермионы, долго скрывать друг от друга свою заинтересованность и симпатию они посчитали неуместным. Северус сделал первый шаг, видя, что его чувства к этой девушке взаимны, просто она, скорее в сило своего возраста и юношеской робости стесняется открыться. И таким образом он-то и стал Тем Самым, кому Гермиона подарила свою пусть и искусственно созданную врачами девственность. С Ним она и жила по сей день. *** Современное. До рассвета Северус так и не сомкнул глаз. В кои-то веке это произошло не из-за необходимости копаться в чужих внутренностях, а по причине нахлынувших приятных воспоминаний. Да, Майкл – его сын, его родной ребёнок, который не знает другого отца. И не важно, кто кончил в Гермиону тринадцать лет назад. По правде говоря, Снейп несколько раз ставил свечу в костёле за здоровье этого безликого парня, который, сам того не зная, подарил мужчине ключ от двери в новую, великолепную жизнь в которой есть всё, жизнь, которая полноценна. Муравьи… Подумать только! А они часто с Майклом вспоминали этих муравьёв. Да и тот игрушечный самосвал, уже такой весь потёртый, много раз подвергавшейся ремонту, так и лежит в шкафу в комнате мальчишки. Он не смог его выбросить или отдать в дар какому-нибудь другому ребёнку. Ведь и для мальчика эта игрушка стала чем-то очень важным, предметом, подарившим отца. Часы показывали половину седьмого утра. Гермиона должна была уже проснуться и начать собираться на работу. Северус не удержался и набрал её номер. – Алло. – Девушка ответила почти сразу, уже бодрым голосом. На фоне работал телевизор и вот-вот должен был закипеть чайник. – Доброе утро. – Произнёс Северус, не сдерживая улыбку и чуть касаясь подушечками пальцев уголков глаз, в которых предательски собралась влага. – Доброе. Что-то случилось? – Нет, всё хорошо. Ночь прошла спокойно. Просто хотел услышать твой голос, девочка моя. Соскучился за ночь. Гермиона так же заулыбалась. – Я тоже. Не люблю спать одна. Холодно. – Тогда, может приедешь чуть пораньше и мы пересечёмся? И, да, скажи Майклу, если вдруг он проснётся, что сегодняшний день я полностью в его распоряжении. – А отсыпаться? – Нет, не буду. Хочу провести с ним этот день. Готов выполнить любой каприз. – Ох, Северус, ну ты даёшь! Хорошо, если застану его, то скажу. Сейчас, выберу юбку на сегодня, выпью кофе и приеду. *Анубис – в древнеегипетской мифологии бог – покровитель умерших. Изображался с головой шакала и телом человека.