Dispatch: Павший ангел

Запах свежезаваренного кофе и застарелого сигаретного дыма наполнял коридоры участка, когда Итан вошел внутрь, постукивая пальцами по бедру в такт тяжелым риффам “Khemmis” в наушниках. На его губах играла едва заметная улыбка — почти непристойная для человека, собирающегося обсуждать пятерых растерзанных покойников. Джоанна Беккер стояла у стойки администратора, постукивая ручкой по блокноту. Увидев Итана, она вскинула брови. — Коуп. Восемь пятьдесят. Охренеть, ты пришел вовремя, — она кивнула на часы на стене. Итан вытащил наушник. — Что? Опоздать на рандеву с моим самым преданным читателем? — он растянул губы в улыбке. — Никогда, детектив Беккер. Я польщен, что кто-то настолько проникся моими скромными трудами, чтобы воплотить их в жизнь. В его странном глазу — том, что полностью черный — отразилось что-то такое, что заставило Джоанну невольно отвести взгляд. — Давай обойдемся без этого дерьма, Коуп. Пять человек мертвы, — она развернулась и зашагала по коридору. — Пошли. Кабинет Беккер был типичной полицейской конурой — серые стены, заваленный бумагами стол, и запах вчерашней пиццы, витающий в воздухе. На стене была прикреплена доска, завешанная фотографиями, которые намеренно были повернуты тыльной стороной. — Присаживайся, — Беккер указала на стул. — Я думала, ты захочешь сначала взглянуть на фото… — Нет необходимости, — отрезал Итан. — Я знаю, что там. — Да неужели? — Беккер скрестила руки на груди. Итан опустился на стул, закинув ногу на ногу. — Это всё подделка. — Что, прости? — Вот эта хуйня с моими книгами, — он обвел рукой доску с фотографиями. — Это дымовая завеса. Одна жертва настоящая, остальные — декорации. Джоанна молча повернула фотографии лицевой стороной. Итан даже не вздрогнул. Мертвые глаза смотрели на него с бумаги безо всякого выражения. — Давай по порядку, — Итан поднялся и подошел к доске. — “Постельные клопы”. В моей истории было тридцать гигантских клопов, а здесь? — он ткнул пальцем в фото. — Сотни обычных. Мелочь, но для фаната-психопата — непростительная. Он перешел к следующему фото: — “Пока рассвет не окрасится кровью”. Комбинезон неправильного цвета. Должен быть оранжевый, как в тюряге, а не этот канареечно-желтый кусок дерьма. Детектив Беккер начала делать пометки в блокноте, её лицо застыло в сосредоточенном выражении. Итан продолжил, переходя от фото к фото: — “Могила садовника” — неверный сорт подсолнуха. “Смотря на север” — тело распято не так. “Молчание пастыря” — слишком много крестов, должно быть всего пять, по одному за каждый его грех. — Он повернулся к Джоанне. — Понимаете, в чем дело? Эти убийства оформлены кем-то, кто читал мои книги, но не был одержим деталями. — И что это значит? — Беккер сузила глаза. — Ты сейчас просто капризничаешь как писатель, чьи произведения неправильно экранизировали, или здесь что-то больше? Итан опустился обратно на стул, наклонившись вперед. Его разноцветные глаза вспыхнули. — Настоящий фанатик-убийца никогда, блядь, никогда не допустил бы таких ошибок, Джоанна. Это как верующему перепутать молитвы — невозможно, если ты по-настоящему веришь. — Он постучал пальцем по столу. — Кто-то из этих пяти был настоящей мишенью. Остальных убили, чтобы создать паттерн. Чтобы мы искали безумного фаната, а не того, у кого был личный мотив. Итан откинулся на спинку стула с самодовольной улыбкой. — Ставлю сотку, что настоящий убийца — кто-то из родственников одной из жертв. И хочу поставить ещё сотню, что я знаю, кто именно главная цель. Джоанна Беккер молча смотрела на него, скрестив руки на груди. — Ну давай, писатель, — произнесла она наконец. — Удиви меня. — Женщина с клопами — вот где зарыта собака, — Итан щелкнул пальцами, мрачное возбуждение светилось в его глазах. — Остальные жертвы, они как… как обертка для подарка смерти. Громкая, блестящая, но не суть. Джоанна подтянула к себе клавиатуру компьютера. — Ладно, проверим твою теорию, Шерлок, — она быстро застучала по клавишам, пока Итан нетерпеливо постукивал костяшками пальцев по её столу. На экране появились данные. — Мередит Сонар, — прочла Джоанна. — Тридцать два года. Отец — Уильям Сонар, крупная рыба в финансовом секторе. А вот это интересно — она работала в благотворительном отделе компании… — она подняла взгляд на Итана, — …Аманды Пирс. Итан хмыкнул. — Маленький мир. У твоей девицы руки повсюду, да? — Она не моя девица, — автоматически ответил Итан. — Просто… проклятие, от которого я не могу избавиться. — Ага, конечно, — пробормотала Джоанна, продолжая читать. — Так, Мередит руководила программой помощи людям с психическими нарушениями. Среди её подопечных был… Сэм Фордж. Судя по заметкам здесь, он был фанатом твоих книг. — Сука, я так и знал, — Итан наклонился, всматриваясь в экран. — Есть еще какие-нибудь родственники? — Брат. Джозеф Сонар. Тридцать пять лет. Исполнительный директор в отцовской компании. — Бинго! — Итан победно хлопнул по столу. — Вот тебе сценарий: старик Сонар болен, на кону стоит наследство. Джозеф знает, что сестренку папаша любит больше. Узнает про психа-фаната из её благотворительной программы и устраивает вечеринку с сериями убийств, маскируя под деяния поехавшего поклонника невъебенного писателя Итана Коупа. Он щелкнул пальцами. — Но этот хуй не особо старался с деталями, потому что не думал, что кто-то будет сверять с оригиналом. Ублюдок читал мои книги по диагонали! Джоанна уже вскочила на ноги, хватая куртку. — Едем к нему. Если твоя теория верна, в его доме могут быть доказательства. — Въезжаем с мигалками? — оживился Итан. — Всегда хотел ворваться куда-нибудь с копами. Ну, не в качестве подозреваемого, в смысле. По дороге к дому Джозефа Сонара телефон Итана завибрировал. Он глянул на экран — Аманда. — Мисс Пирс? — ответил он, закатывая глаза в сторону Джоанны. — Итан! Ты что, помогаешь полиции? Это просто невероятно! — звонкий голос Аманды звучал чересчур воодушевленно. — Представляешь, если ты поймаешь преступника, тебе могут вручить благодарность от мэра! Я как раз с ним обедаю завтра, могу организовать! — Да эта бумажка мне нахуй не усралась, — фыркнул Итан. — Делаю это только потому, что какой-то пиздюк испортил мои истории. — Ты такой милый, когда притворяешься, что тебе всё равно, — промурлыкала Аманда. Итан собирался ответить что-то едкое, когда его внимание привлекло движение на тротуаре. Мимо их машины, остановившейся на светофоре, пробежал парень, сжимающий в руках женскую сумочку, а за ним с криками бежала пожилая женщина. — Перезвоню, — Итан бросил телефон и, не дожидаясь реакции Джоанны, распахнул дверь автомобиля. Выскочив на тротуар, он без лишних движений выставил ногу, и вор, не успев среагировать, рухнул на асфальт, выронив добычу. Прежде чем он успел подняться, две фигуры в узнаваемых костюмах схватили его за плечи. — Вот это встреча! — раздался хрипловатый голос Громилы, который, несмотря на свой небольшой рост, крепко удерживал вора. — Босс, какого хера ты делаешь в этой части города? Водобой, высокий худощавый парень в гидрокостюме, с другой стороны держал вора, заикаясь: — М-мы как раз п-патрулировали квартал, — он всмотрелся в лицо Итана. — Эй, а это же н-настоящая полиция с тобой? Итан ухмыльнулся: — Парни, я тут детектива изображаю. Помогаю поймать ублюдка, который решил скопировать убийства из моих книг. — Охренеть! — Кольт (настоящее имя Громилы) расплылся в улыбке. — Серийный убийца в нашем городе? И ты его выслеживаешь? — Технически, его уже выследили, — Итан кивнул на Джоанну, которая уже передала пожилой женщине сумку и вызвала патрульную машину для задержанного. — Но да, это тот мудак, который неправильно процитировал мои шедевры. Представляете? — Надеюсь, вы его поймаете, — серьезно сказал Водобой, на мгновение забыв о своем заикании. — Т-такие психи не должны разгуливать по улицам. Итан наклонился ближе, глаза его опасно блеснули, а голос приобрел странный резонанс, будто говорил не только он, но и кто-то еще внутри него: — О, я лично оторву его руки за то, что он так хреново прокололся. Даже не интересно расследовать. Чуйка писательская сразу всё расставила по местам. Громила заметно побледнел. — Э-э, босс, т-ты это… шутишь ведь? — Эй, Коуп! — окликнула Джоанна, возвращаясь к машине. — Остынь. Мы еще не доказали, что он виновен. И никто никому ничего отрывать не будет, ясно? — она строго посмотрела на Итана. — Ты тут консультант, а не линчеватель. Итан выпрямился, улыбка его стала почти нормальной: — Конечно, детектив. Я просто рассказываю ребятам, как работает настоящая полиция. Оглянувшись на Громилу и Водобоя, он подмигнул: — Увидимся на базе. И скажите Роберту, что я на задании, если будет спрашивать. Вернувшись в машину с Джоанной, Итан снова уставился в окно. — Так кто эти двое? — спросила она, заводя мотор. — Часть твоей супергеройской банды? — Z-Команда, — поправил Итан. — И да, это Громила и Водобой. Идиоты, но полезные. Джоанна хмыкнула: — Знаешь, для того, кто постоянно отрицает, что он герой, ты слишком часто оказываешься в нужное время в нужном месте. — Чистая случайность, — отмахнулся Итан. — А теперь давай поймаем нашего недоубийцу, пока я не передумал играть в хорошего гражданина. Задернутые шторы превратили квартиру Джозефа Сонара в сумрачный аквариум, напоминающий о психологических триллерах категории B. Типично. Итан поморщился, вспоминая, как часто в своих книгах описывал такие же банальные жилища убийц. Но в литературе хотя бы можно было добавить изюминку, а в реальности — просто безвкусная квартира с дорогой мебелью и нулевой индивидуальностью. Джоанна остановилась перед дверью, достала пистолет и громко постучала. — Полиция! Откройте дверь! Тишина. Только едва слышное шуршание за дверью. Итан закатил глаза: — Серьезно? Так мы до утра можем простоять. Прежде чем Джоанна успела среагировать, он отступил на шаг и с силой ударил ногой по замку. Дверь с треском распахнулась. В гостиной их встретил полуголый мужчина в одних трусах, сжимающий пистолет дрожащими руками. На диване, прикрывшись простыней, сидела молодая женщина в дешевых драных чулках и с отчетливыми следами кокаина под носом. — Какого хера?! — закричал Джозеф, наводя пистолет то на Итана, то на Джоанну. Итан растянул губы в улыбке, выступив вперед. — Джозеф Сонар, вы обвиняетесь в убийстве Мередит Сонар и четырех других человек. А я, блядь, обвиняю тебя в безвкусном переиначивании моего творчества. — Пошел нахуй, псих! — Джозеф навел пистолет прямо на Итана. — Я никого не убивал! — Опустите оружие! — крикнула Джоанна, поднимая свой пистолет. — Полиция Нью-Йорка! Проститутка на диване окончательно потеряла нить происходящего: — Эй, мне сейчас платят за время! Что за хуйня тут вообще? Итан посмотрел на трясущийся пистолет в руках Джозефа и презрительно хмыкнул: — Долбоеб, у тебя валына на предохранителе. Глаза Джозефа расширились. Он перевел взгляд на своё оружие и с заметным щелчком снял предохранитель. Итан рванулся вперед, отталкивая Джоанну в сторону. Грохнул выстрел, и пуля вошла прямо в лоб Итану Коупу. Время словно застыло. Джоанна закричала. Проститутка тоже. Джозеф замер с дымящимся пистолетом в руках. Но Итан не упал. Он лишь слегка покачнулся, словно от легкого толчка. Кровь, вытекшая из входного отверстия, начала втягиваться обратно, а рана затянулась на глазах у всех присутствующих. Итан сплюнул пулю на ковер, словно надоедливую косточку от вишни. — Блядь, ненавижу, когда так делают, — он размял шею с громким хрустом. Человеческий глаз Итана стал полностью черным, как и второй. Чернота разлилась по белкам, заполняя их абсолютной тьмой. — Моя очередь, — произнес он голосом, от которого стекла в окнах завибрировали. Джозеф не успел даже вскрикнуть. Итан оказался рядом с ним молниеносным движением, выбил пистолет из рук и ударил кулаком в челюсть. Джозеф обмяк и рухнул на пол. Джоанна подбежала к нему, тяжело дыша, и защелкнула наручники на его запястьях. — Ты… ты в порядке? — спросила она, глядя на Итана, её руки все еще дрожали. Чернота медленно отступала из человеческого глаза Итана, возвращая ему нормальный вид. — Бывало и хуже, — он пожал плечами. Затем повернулся к проститутке, которая забилась в угол дивана, тихо поскуливая. — Эй, детка, держи, — он достал из кармана смятую тысячу долларов и бросил ей. — Собирай манатки и вали отсюда. Ничего не видела, ничего не слышала, ясно? Она схватила деньги и начала судорожно собираться. — Ты только что дал взятку свидетелю, — прошипела Джоанна. — Нет, я только что спас девушку от лишних проблем, — возразил Итан. — А теперь давай обыщем эту хату. Держу пари, тут полно улик. Через полчаса они нашли то, что искали: увядшие букеты тех самых роз, использованных в одном из убийств, спрятанные в кладовке; несколько книг Итана с закладками на страницах, описывающих убийства; и, что самое главное, черновики писем с угрозами, адресованными Мередит. Итан самодовольно посмотрел на Джоанну: — Ну? Гони сотню, детектив. Я же говорил. Полицейский участок шумел, как потревоженный улей. Джозеф Сонар сидел в комнате для допросов уже второй час, но упорно отказывался говорить. Он требовал адвоката и утверждал, что все улики подброшены. Джоанна стояла за зеркалом Гезелла, наблюдая за подозреваемым. — Он не колется, — вздохнула она. — А его адвокат уже в пути. Итан смотрел сквозь стекло на Джозефа, и что-то темное мерцало в его взгляде. — Дай мне пять минут с ним. — Нет, Коуп. Ты не коп. Ты даже не консультант официально. — Доверься мне, — голос Итана звучал так, словно он с трудом сдерживал что-то внутри себя. — Пять минут. Никаких синяков, обещаю. Джоанна долго смотрела на него, затем кивнула: — Пять минут. И камера остается включенной. — Ладно, — Итан пожал плечами. — Просто скажи потом, что запись повредилась. Он вошел в комнату для допросов и сел напротив Джозефа. Тот выпрямился, пытаясь выглядеть уверенно. — Где мой адво… — Заткнись, — тихо произнес Итан, и что-то в его голосе заставило Джозефа немедленно замолчать. — У нас мало времени, поэтому я буду краток. Итан положил руки на стол, и его ногти начали чернеть, удлиняться, превращаясь в острые когти. — Видишь ли, в чем проблема, Джозеф, — продолжил Итан, но с каждым словом его голос становился все менее человеческим, приобретая неестественный металлический оттенок. — Ты убил свою сестру. И это мне, в общем-то, похуй. Люди убивают родственников с начала времен. Он наклонился ближе: — Но ты использовал МОИ истории. МОИ создания. И сделал это так небрежно, так поверхностно, что это оскорбляет меня лично. Тени в углу комнаты начали сгущаться, словно живые существа, тянущиеся к столу. — Знаешь, что я делаю с теми, кто меня оскорбляет? — спросил Итан, и его лицо начало странно плыть, черты искажаться, будто под кожей двигалось что-то чужеродное. Джозеф отшатнулся, пытаясь отодвинуть стул. — Что ты такое?! — прохрипел он. За зеркалом Джоанна почувствовала, как по коже пробежал холодок. Что-то было не так с камерой — изображение шло рябью, звук прерывался. — Я тот, кто может сделать так, чтобы остаток своей жалкой жизни ты провел в аду, — произнес Итан, и на мгновение его лицо полностью исчезло, уступив место чему-то древнему, чужому, состоящему из тьмы и острых углов. — Твои сокамерники будут пытать тебя каждый день, потому что я шепну им, что ты делал с детьми, хотя ты этого не делал. Тараканы в твоей камере будут заползать в твои уши каждую ночь, потому что я им прикажу. А когда ты наконец умрешь… Итан схватил Джозефа за запястье, и туда, где его когти касались кожи, появились черные вены, быстро распространяющиеся вверх по руке. — Я буду ждать тебя с той стороны, и ты узнаешь, почему Ад трепещет передо мной. Джозеф закричал так, как не кричал никогда в жизни. — Я СДЕЛАЛ ЭТО! Я УБИЛ ИХ ВСЕХ! ТОЛЬКО ПРЕКРАТИ, ГОСПОДИ, ПРЕКРАТИ! Дверь распахнулась, и в комнату ворвалась Джоанна с несколькими офицерами. Но они увидели лишь Итана, спокойно сидящего напротив рыдающего Джозефа Сонара, который кричал: — Запишите моё признание! Я хочу признаться! Мередит должна была умереть, она забрала бы все деньги отца! Я убил её первой, а остальных — чтобы сбить с толку полицию! Джоанна перевела взгляд на Итана. Обычный человек, никаких когтей, никаких теней. Только странная улыбка и интенсивный взгляд разноцветных глаз. — Что ты с ним сделал? — тихо спросила она. — Просто поговорил, — Итан поднялся, застегивая куртку. — Иногда людям нужно просто выговориться. Когда они вышли из комнаты, Джоанна остановила его в коридоре: — Камера отключилась. Запись допроса… пропала. — Какая жалость, — Итан пожал плечами. — Техника иногда подводит. — Коуп, — Джоанна схватила его за рукав. — Кто ты на самом деле? Итан посмотрел на неё долгим взглядом, затем улыбнулся — почти нормально, почти по-человечески: — Просто писатель, детектив. Просто писатель, у которого хорошо подвешен язык. Он развернулся и пошел к выходу, насвистывая мелодию из “Разговора со Смертью”. Мерцающие огни города отражались в высоких окнах ресторана “Серебряный каскад”, расположенного на пятидесятом этаже башни Гэлакси. Ужин уже подходил к концу — официанты убирали десертные тарелки и разливали по бокалам безупречно выдержанный коньяк из личной коллекции мэра. Аманда Пирс задумчиво водила пальцем по краю хрустального бокала, наблюдая, как последние гости — представители городского совета и несколько крупных бизнесменов — прощаются с мэром Уильямом Холдером. Она безукоризненно выглядела в черном вечернем платье с открытой спиной, бриллианты на шее ловили свет и рассеивали его искрами. — Наконец-то, — выдохнул мэр, опускаясь в кресло напротив, когда последний гость покинул ресторан. — Думал, этот Перкинс никогда не заткнется о своих налоговых льготах. Он ослабил галстук и снял пиджак. Без своего строгого официального облачения Уильям Холдер превращался из сурового градоначальника в немного усталого, полноватого мужчину с добрыми глазами и блестящей лысиной. — Ты держалась молодцом, Аманда. Твое предложение по реконструкции Восточных доков было просто блестящим. Аманда отсалютовала бокалом: — Потому что ты единственный мэр, который действительно думает о городе, а не о своем кармане, Билли. Мэр усмехнулся, услышав прозвище, которое знали лишь несколько человек. — Четыре года, — он покачал головой. — Даже не верится, что прошло всего четыре года с того дня, когда ты ворвалась в мой офис и заявила, что я делаю все не так. — И оказалась права, — Аманда пожала плечами, но в её глазах плясали озорные огоньки. — Признай, город никогда не был в лучшей форме. Мэр поднял бокал: — За нашу странную дружбу. Кто бы мог подумать, что дерзкая девчонка-миллиардерша и старый чиновник найдут общий язык. Они чокнулись, и на мгновение в ресторане воцарилась уютная тишина. Только приглушенные звуки ночного города проникали сквозь стекла. — Кстати, хочу сказать спасибо, — вдруг произнес мэр, отставляя бокал. — Я никогда не был любителем чтения, ты знаешь. Разве что Лавкрафт в юности, да и то… — он махнул рукой. — Но те книги, что ты мне рекомендовала… этого твоего Итана Коупа. Черт возьми, девочка, они потрясающие! Аманда просияла, словно школьница, получившая комплимент от учителя: — Правда? Тебе понравилось? — “Постельные клопы” напугали меня до чертиков! — мэр энергично жестикулировал. — Я две ночи не мог заснуть, всё казалось, что эти твари ползают по мне. А “Молчание пастыря”? Господи, я даже в церковь ходить перестал на время. — Видишь? Я же говорила, что он гениален, — глаза Аманды светились восторгом. — Он может быть резким, циничным и, да, иногда настоящим засранцем, но внутри… — Внутри него настоящий талант, — закончил мэр. — Я бы хотел с ним познакомиться, знаешь? Не официально, без камер и всей этой мишуры. Просто поговорить о его книгах, о том, как он создает эти миры. Аманда наклонилась вперед: — Он такой, Билли. С виду — угрюмый алкаш-социопат-писатель, но внутри… — её голос смягчился, — внутри он такой душка. Иногда мне просто хочется обнять его, как подушку-обнимашку, и прижиматься к нему, пока не усну. Мэр удивленно поднял брови: — Аманда Пирс, ты влюблена? Ты, которая отшивала наследников самых богатых династий мира? — Можете не поверить, господин мэр, — Аманда театрально приложила руку к сердцу, — но да, я безнадежно влюблена в этого невыносимого мужчину. Четыре предложения руки и сердца, и четыре отказа. Мой личный рекорд. — Интересный мужчина, который отказывает самой Аманде Пирс, — мэр откинулся на спинку кресла. — Теперь я точно должен с ним познакомиться. — Он сейчас помогает полиции в расследовании, — не без гордости сообщила Аманда. — Серия убийств, связанных с его книгами. — Я слышал об этом, — кивнул мэр. — Ужасная история. Но раз он помогает… — Итан всегда говорит, что он не герой, — Аманда усмехнулась. — Но его поступки говорят об обратном. Мэр сделал глоток коньяка: — Кстати, о героях. Я просмотрел последние отчеты — уровень преступности упал почти на 30% с тех пор, как Z-Команда начала патрулировать улицы. Это потрясающие результаты. — А ты сомневался, — Аманда подмигнула. — Программа “Феникс” была твоим лучшим решением за всю карьеру. — Нашим, — поправил мэр. — Без финансирования от тебя и технологий SDN ничего бы не вышло. Кстати, я подумываю официально признать Z-Команду полноценной Лигой героев. С лицензией, правовой защитой и муниципальной поддержкой. Аманда выпрямилась на стуле: — Серьезно? Билли, это же потрясающе! Роберт будет в восторге. Только представь это официальное признание… — Думаю, пора, — мэр серьезно кивнул. — Они доказали свою эффективность и преданность городу. Плюс, за исключением нескольких забавных инцидентов, связанных с тем парнем… как его… Фламбе? Они проявляют завидную дисциплину. — Это благодаря Роберту, — заметила Аманда. — Он держит их в узде. Ну и Итан тоже… по-своему. Мэр подлил коньяка в бокалы: — Итак, официальное признание Z-Команды. Что думаешь о церемонии? Может, что-то в мэрии? Или предпочтешь что-то более… экстравагантное? — О, я уже представляю, как Призм потребует красную ковровую дорожку и личного фотографа, — рассмеялась Аманда. — Но серьезно, думаю, что-то элегантное, но без лишнего шума. Большинство из них не особо любят камеры. — Особенно твой писатель, я полагаю? — О, Итан бы скорее съел свою рукопись, чем появился на публичном мероприятии, — Аманда закатила глаза. — Но я найду способ затащить его. Мэр улыбнулся, глядя на энтузиазм молодой женщины: — Знаешь, мне всегда было интересно — как ты умудряешься совмещать управление многомиллиардной корпорацией и… всё это? Z-Команду, SDN, благотворительность? Аманда отпила из бокала: — Секрет в правильных каблуках и умении делегировать, Билли. — И в чертовски остром уме, — добавил мэр. — Кстати, этот новый шираз действительно великолепен. Где ты его нашла? — В маленьком винодельческом хозяйстве в Австралии. Владелец чуть не плакал, когда я скупила весь его урожай, — ухмыльнулась Аманда. Они перешли к непринужденной беседе о винах, модных трендах и последней выставке современного искусства. Но, как всегда бывало в их разговорах, тема снова вернулась к Итану. — Знаешь, что меня действительно поразило в его книгах? — мэр наклонился вперед. — Эта странная… двойственность. С одной стороны — ужасы, монстры, смерть. А с другой — такое глубокое понимание человеческой природы, такое сострадание к персонажам. Даже к отрицательным. Аманда задумчиво улыбнулась: — В этом весь Итан. Он наполовину демон, наполовину человек, и обе части постоянно борются. Знаешь, он говорит, что от прежнего Итана осталось лишь 40%, а остальные 60% — это Павший Ангел. Но я думаю, что настоящего Итана там гораздо больше, чем он готов признать. — Павший Ангел? — мэр поднял брови. — Это какой-то литературный псевдоним? Аманда на мгновение замерла, осознав, что сказала лишнее. Затем рассмеялась: — Это его творческое альтер-эго. Он говорит, что когда пишет, то словно одержим каким-то древним духом. Писательские причуды, знаешь ли. — Звучит интригующе, — кивнул мэр. — Теперь я еще больше хочу с ним познакомиться. — И я обязательно это устрою, — пообещала Аманда. — Только… не удивляйся, если он будет ворчать и говорить, что ненавидит все эти светские мероприятия. Это его способ скрывать, что он на самом деле ими наслаждается. Мэр рассмеялся: — Ты говоришь о нем, как мать о своем трудном подростке. — Скорее как женщина о мужчине, который не понимает, что ему нужно, — Аманда подмигнула. — Но поверь мне, Билли, Итан Коуп — самое лучшее, что случилось с этим городом. И со мной. — За Итана, — мэр поднял бокал. — И за Z-Команду. И за нас, делающих этот город лучше. — За Итана, — эхом отозвалась Аманда, и в её глазах светилось то самое чувство, которое не могли скрыть даже миллиарды долларов и ледяной фасад бизнес-леди. Солнечный свет заливал общую комнату штаб-квартиры Z-Команды, когда Мэнди, всё еще привыкавшая к возвращенным благодаря амулету Итана способностям, буквально влетела в дверь. На её лице сияла улыбка шириной с Бруклинский мост, а в руке был зажат золотистый конверт с официальной печатью мэрии. — РЕБЯТА! — закричала она, едва не врезавшись в диван, где Сонар и Невидива играли в видеоигры. — ВЫ НЕ ПОВЕРИТЕ! — Чего орешь, Блонди? — поморщилась Невидива, не отрывая взгляда от экрана. — Я тут Виктора размазываю, не мешай сосредоточиться. — Ты не размазываешь меня, — спокойно возразил Сонар, нажимая комбинацию кнопок. — Ты просто еще не осознала своего поражения. — ЗАТКНИТЕСЬ ОБА! — Мэнди подпрыгнула и на мгновение зависла в воздухе. — ЭТО ОФИЦИАЛЬНО! МЫ ПОЛУЧИЛИ ПРИГЛАШЕНИЕ ОТ МЭРА! Эти слова наконец привлекли всеобщее внимание. Из кухни выглянул Громила с половиной сэндвича во рту, из тренировочного зала появилась Малевола, вытирая пот с красной кожи, а Фламбе перестал подбрасывать огненный шарик, которым развлекался в углу. — Мэра? — Призм, сидевшая у окна и фотографировавшая себя для Инстаграма, немедленно опустила телефон. — Какого еще мэра? — НАШЕГО МЭРА, ИДИОТКА! — Мэнди размахивала конвертом. — Нас официально переводят из программы “Феникс” в Лигу Героев! МЫ БОЛЬШЕ НЕ ЭКСПЕРИМЕНТ! Момент осознания накрыл команду как приливная волна. Сначала тишина, а затем: — ОХУЕТЬ! — заорал Фламбе, и его руки вспыхнули от возбуждения. — Пиздец, — выдохнула Невидива. — Мы… настоящие герои? Официально? — ЕБАТЬ-КОЛОТИТЬ! — Громила подпрыгнул, опрокинув кофейный столик. — Н-но как это в-вообще произошло? — заикаясь больше обычного, спросил Водобой. Роберт Робертсон, до этого момента молча наблюдавший за всеобщим ажиотажем из дверного проема, шагнул вперед. — Статистика, — сказал он, и все повернулись к нему. — Уровень преступности упал на 30% с тех пор, как вы, придурки, начали патрулировать улицы. А еще, — он кивнул в сторону Мэнди, — у нас есть чертовски хорошие связи. — Аманда, — одновременно произнесли несколько голосов. — Не только, — Роберт скрестил руки на груди. — Все вы. Каждый из вас доказал, что заслуживает этого. Даже ты, Фламбе, несмотря на тот случай с пожаром в пригороде. Фламбе застенчиво потупился: — Я же извинился… — Что дальше? — спросила Малевола своим глубоким голосом. — Что будет на этой церемонии? Мэнди развернула приглашение: — Банкет в мэрии через три дня! Все СМИ, пресса, городской совет — все будут там! Не успела она договорить, как телефон Роберта завибрировал. Он достал его, прочитал сообщение и присвистнул: — Аманда только что перевела сто тысяч долларов. Сказала, чтобы мы все купили себе “подобающую” одежду для церемонии. Её слова, не мои. — СТО ТЫСЯЧ?! — Призм чуть не выронила свой телефон. — Ты представляешь, какие туфли я могу купить на эти деньги? — А как же Итан? — спросила Малевола, и её желтые глаза внимательно смотрели на Роберта. — Он придет? — Черт, вот это вызов, — хмыкнул Роберт. — Затащить Итана на официальное мероприятие… Проще сложить оригами в боксерских перчатках. Телефон снова завибрировал. Роберт прочитал новое сообщение и рассмеялся: — Аманда говорит, что Итана она берет на себя. Через два часа элитный бутик “Харрисон и сыновья” был закрыт для посетителей. На витрине висела табличка “Частное мероприятие”, а внутри Z-Команда с энтузиазмом перебирала костюмы, платья и смокинги. — Синий или черный? — спрашивал Водобой, держа перед собой два практически идентичных костюма. — Синий, — ответил Громила, который уже щеголял в идеально подогнанном по его миниатюрной фигуре смокинге с красной бабочкой. — Подчеркнет твои глаза, Герм. В женской секции бутика Призм с энтузиазмом перемеряла уже пятое платье, каждое более блестящее, чем предыдущее, пока Невидива уныло ковыряла ценник на скромном черном ансамбле. — Это все пиздец как странно, — пробормотала она. — Не думала, что доживу до дня, когда буду выбирать дизайнерское шмотье для хренова бала у мэра. Малевола, стоявшая рядом в потрясающем алом платье, которое идеально сочеталось с её кожей, положила руку на плечо Невидивы: — Привыкай. Мир меняется. Мы меняемся. Внезапно дверь бутика открылась, и вошел Итан Коуп, которого буквально втащила внутрь ухмыляющаяся Аманда Пирс. Лицо Итана напоминало выражение человека, которого ведут на казнь. — Я этого не делаю, — прорычал он. — Я не наряжаюсь в эти гребаные шмотки только для того, чтобы потешить самолюбие каких-то бюрократов. — Да-да, — снисходительно улыбнулась Аманда, подталкивая его к секции мужской одежды. — Ты не наряжаешься. Ты просто примеряешь. Вот этот костюм, например. Она указала на элегантный черный костюм с серебристыми отливами на воротнике. — Пошла нахуй, — буркнул Итан. — Я выгляжу как гробовщик в этом. — А это? — невозмутимо продолжила Аманда, показывая на темно-синий вариант. — Еще хуже. Я что, на гребаное собеседование иду? — Итан, просто выбери что-нибудь, — вмешался Роберт, который, к удивлению многих, уже остановился на строгом светло-сером костюме. — Иначе она не отстанет, ты же знаешь. Итан выругался так изобретательно, что несколько консультантов бутика нервно переглянулись. — Ладно, — процедил он наконец. — Если я вынужден участвовать в этом фарсе, то хотя бы по моим правилам. Он прошел мимо стойки с костюмами и направился куда-то в глубину магазина. Через пятнадцать минут Итан исчез в примерочной, наотрез отказавшись показывать, что он выбрал. Аманда нетерпеливо топнула ногой: — Итан, ради всего святого, выходи уже! — Отвали, женщина, — донеслось из-за шторы. — Дай человеку переодеться спокойно. Аманда закатила глаза, но отошла к дивану, где сидели уже переодевшиеся члены команды. Наконец, штора примерочной отодвинулась, и Итан Коуп вышел наружу. Аманда Пирс перестала дышать. Итан был одет в идеально скроенную белую рубашку, темный жилет и брюки того же оттенка. Волосы, обычно взъерошенные и небрежные, были элегантно зачесаны назад, открывая его лицо с разноцветными глазами — один серый, другой черный. Без своей потертой кожаной куртки он казался одновременно более уязвимым и более опасным. — Ну? — спросил он, поправляя манжеты. — Достаточно прилично для твоего сраного банкета? Аманда попыталась ответить, но из её горла вырвался лишь слабый хрип. Капелька крови стекала из её носа. Малевола, стоявшая рядом, тоже не смогла скрыть реакции — её желтые глаза расширились, а из носа хлынула струйка крови. — Ебать, — выдохнул Фламбе. — Босс, ты выглядишь как чертов Джеймс Бонд из преисподней. Роберт рассмеялся: — Чертов позер. Выбрал самый драматичный образ, какой только мог. Итан ухмыльнулся, и его разноцветные глаза блеснули: — Если меня заставляют участвовать в этом цирке, то я, блядь, буду главным клоуном. Он достал из кармана телефон, включил “Disturbed - Decadence” на полную громкость и начал расхаживать по бутику, как по подиуму, явно пародируя модные показы. Вместо ожидаемых насмешек, вся команда разразилась аплодисментами и свистом. — Ты похож на миллионера, который собрался разъебать всех на гонке, — крикнул Роберт сквозь музыку. Итан показал ему средний палец: — Пошел на хуй, диспетчер. Аманда Пирс, наконец справившись с первоначальным шоком, подошла к Итану и тихо сказала: — Ты слишком красив. Это должно быть противозаконно. — Не начинай, — предупредил Итан, но уголки его губ дрогнули в полуулыбке. — Я делаю это только ради Z-Команды. И, может быть, немного ради тебя. Совсем чуть-чуть. Аманда просияла так, словно ей подарили весь мир: — Я знала, что ты меня любишь! — Я этого не говорил, — поспешно возразил Итан. — Но и не опроверг, — подмигнула Аманда. Итан закатил глаза, но в них не было привычного раздражения. Только странная, почти нежная обреченность человека, который понимал, что сопротивление бесполезно. Мраморные колонны и хрустальные люстры мэрии сияли праздничными огнями. Красная ковровая дорожка вела от входа к центральному залу, где собирались высокопоставленные гости, журналисты и, конечно, главные герои вечера — Z-Команда. Лимузин за лимузином подъезжали к парадному входу. Первыми появились Призм и Фламбе — она в переливающемся серебристо-розовом платье, которое, казалось, было соткано из звездного света; он в элегантном костюме с алой подкладкой, символизирующей его огненную сущность. — Улыбайся шире, — прошипела Призм сквозь зубы, пока они позировали для фотографов. — Это попадет в “Метрополис Дейли”. — Я улыбаюсь, блядь, — так же сквозь зубы ответил Фламбе, сверкая идеальной голливудской улыбкой. За ними следовали Малевола и Сонар. Красная демоница выбрала строгое черное платье с высоким разрезом, которое эффектно контрастировало с её кожей, а Сонар, несмотря на свою гибридную форму с головой летучей мыши, выглядел безупречно в темно-синем костюме. — Я должна была идти с Итаном, — тихо проворчала Малевола, пока они шли по дорожке. — Перестань, — шепнул Сонар. — Ты же знаешь, что Аманда не отпустила бы его. Купе и Громила вошли, держась за руки — она в серебристом облегающем платье, подчеркивающем её атлетическую фигуру, он в безупречно сидящем смокинге, который делал его маленький рост каким-то особенно аристократичным. Роберт и Кортни (Невидива без маски) выглядели как идеальная пара из глянцевого журнала — он в светло-сером костюме, подчеркивающем его подтянутую фигуру, она в скромном, но элегантном фиолетовом платье, которое удивительно шло к её необычным волосам. Блонди Блейзер, сияющая в золотистом платье, держала под руку Феномачо, который, несмотря на свое инопланетное происхождение, с достоинством нес классический смокинг. — Ты в порядке? — тихо спросила Мэнди своего бывшего парня. — Абсолютно, — искренне улыбнулся Феномачо. — Сегодня праздник для всех нас. Голем и Водобой, немного неловкие в своих костюмах, замыкали парад героев, пока журналисты неистово щелкали камерами. И наконец, словно по какому-то негласному сценарию, последними появились Итан и Аманда. Её платье цвета слоновой кости, элегантное и без излишеств, удивительно с её обычной любовью к роскоши, идеально дополняло строгий образ Итана. Она буквально светилась от счастья, прижимаясь к его руке, как к спасательному кругу. Итан же выглядел так, будто его вели на казнь, но с таким стилем, что это казалось частью его образа — потрясающе красивого мужчины, которому слишком скучно на светском рауте. — Улыбнись, — прошептала Аманда, когда очередная вспышка озарила их лица. — Я не улыбаюсь на публике, — процедил Итан сквозь зубы. — Ради меня, — попросила она. — Именно поэтому я и не улыбаюсь, — но в его разноцветных глазах мелькнуло что-то похожее на веселье. Внутри мэрии, в большом банкетном зале, вся Z-Команда выстроилась на сцене, пока мэр Холдер произносил свою речь: — …Когда я подписывал постановление о начале программы “Феникс”, многие говорили, что это безумие. Что нельзя доверять бывшим преступникам защиту города, — он обвел взглядом собравшихся. — Но я верил. Верил в потенциал перемен. Верил в возможность искупления. И сегодня статистика говорит сама за себя — преступность снизилась на тридцать процентов! — Он выдержал паузу под аплодисменты. — Поэтому с гордостью объявляю, что сегодня программа “Феникс” выпускает своих первых выпускников! Каждый из этих героев теперь официально признан городом не как эксперимент, а как полноправный защитник Нью-Йорка! Аплодисменты усилились. — А теперь, — продолжил мэр, — я бы хотел услышать несколько слов от каждого из них. Один за другим, члены Z-Команды выходили к микрофону. Фламбе, непривычно серьезный: — Я был преступником, потому что не знал другого пути. Теперь я знаю, что настоящая сила — в защите других, а не в запугивании. Малевола, державшая себя с природной грацией воина: — На моей родине демонов считается слабостью помогать людям. Но Z-Команда научила меня, что настоящая сила в том, чтобы использовать свои способности для защиты невинных. Громила, задорно подмигнув публике: — Меня всегда недооценивали из-за роста. Поэтому я дрался со всем миром, чтобы доказать, что я не слабак. Но благодаря SDN и Z-Команде я понял, что настоящая сила измеряется не в сантиметрах и не в килограммах, а здесь, — он постучал по груди. — В сердце, черт возьми! Невидива, заметно смущаясь под прицелами камер: — Я привыкла прятаться. Быть незаметной, это было моей защитой. Но когда ты в команде… когда рядом люди, готовые прикрыть твою спину… ты больше не хочешь исчезать. Роберт, коротко и по делу: — Я просто выполняю свою работу. Но эти ребята, — он обвел рукой команду, — они настоящие. И я чертовски горд быть частью их истории. Когда очередь дошла до Итана, он просто покачал головой и отошел от микрофона. Аманда тут же заняла его место: — Z-Команда — это не просто группа людей с суперспособностями. Это символ надежды. Символ того, что даже те, кто оступился, могут найти свой путь обратно к свету. — Её голос дрогнул. — Я видела, как эти люди менялись. Как они учились доверять, заботиться, рисковать ради других. Они стали не просто героями — они стали семьей. В зале стало так тихо, что можно было услышать, как кто-то всхлипнул в задних рядах. Кортни прижалась к плечу Роберта, пряча увлажнившиеся глаза. — И я хочу воспользоваться этим особенным моментом, — внезапно продолжила Аманда, повернувшись к Итану, — чтобы снова спросить человека, который объединил нас всех. Итан Коуп, — она опустилась на одно колено, вызвав коллективный вздох в зале, — ты выйдешь за меня? Итан закрыл лицо ладонью, едва сдерживая стон. Румянец, который никто никогда не видел на его обычно бледных щеках, медленно расползался по лицу. — Нет, Аманда, — ответил он, и его голос звучал мягче, чем обычно. — Господи, прекрати уже это делать. Аманда поднялась, ничуть не огорчившись: — Это был пятый раз. Я не сдаюсь. После официальной части началась вечеринка. Шампанское лилось рекой, звучала живая музыка, а высшее общество города смешалось с супергероями в удивительно гармоничном коктейле. Мэр Холдер наконец смог подойти к Итану, который уединился в углу с бокалом виски. — Мистер Коуп, — он протянул руку. — Наконец-то мы встретились. Я ваш большой поклонник. Итан удивленно поднял брови, но пожал протянутую ладонь: — Серьезно? Мэр города читает хоррор-новеллы о сверхъестественных убийствах? Нью-Йорк интереснее, чем я думал. Мэр рассмеялся: — “Постельные клопы” не давали мне спать целую неделю. А “Молчание пастыря”… боже, я даже исповедоваться перестал на время. — Рад слышать, — Итан слегка улыбнулся. — Значит, я хорошо делаю свою работу. — Великолепно, — подтвердил мэр, а затем, понизив голос, добавил: — Но не только ваши книги впечатляют меня. Ваши… другие таланты тоже не остались незамеченными. Итан напрягся: — О чем вы? — Z-Команда, конечно же, — мэр подмигнул. — Аманда рассказала мне, как много вы сделали для них. Хоть и не состоите официально в программе. — А, это, — Итан расслабился. — Они просто собрались вокруг меня, как мухи на мед. Я ничего особенного не делал. — И все же, — мэр отпил из своего бокала, — Интересно, что такая выдающаяся женщина, как Аманда Пирс, так… настойчиво добивается вашего внимания. Пять предложений руки и сердца, если я правильно подсчитал? Итан поморщился: — Не напоминайте. Она упрямая, как ослица. — И всё же, — мэр наблюдал за Амандой, которая в этот момент смеялась с Малеволой и Невидивой, — она потрясающая женщина. Умная, независимая, способная обеспечить себя и своего мужчину… и будущих детей, если они появятся. — И приставучая, — добавил Итан. — И зачастую слишком погружена в работу. И одержима до кончиков ногтей. А еще, — он понизил голос, — та еще извращенка, судя по тому, что она мне присылает по ночам. Мэр поперхнулся шампанским: — Я, пожалуй, не буду спрашивать подробности. Итан мрачно кивнул: — Правильное решение, господин мэр. Мэр помолчал, а потом осторожно спросил: — И все же, неужели за всё это время… ничего не изменилось? После всего, что она для вас сделала? Итан долго смотрел на Аманду, а затем тяжело вздохнул: — Вот именно в этом и проблема, господин мэр. Изменилось. — Его взгляд скользнул к Малеволе. — Но я уже встречаюсь с кем-то. И, каким бы мудаком я ни был, я не из тех, кто играет на два фронта. Мэр проследил за его взглядом: — А, демоница. Интересный выбор. — Она понимает меня, — просто ответил Итан. — Мою двойственность. Мою… природу. Словно почувствовав его взгляд, Малевола обернулась и улыбнулась Итану — странно нежная улыбка для существа с клыками и рогами. — Я вижу, — кивнул мэр. — Любовный треугольник. Как в романах. — Именно поэтому я их и не пишу, — хмыкнул Итан. — Слишком предсказуемо. В этот момент в центре зала раздался звон стекла. Все обернулись и увидели Водобоя, который, преодолевая своё заикание, взобрался на стул и громко объявил: — Т-теперь мы официально… “Z-К-КОМАНДА”! Зал взорвался аплодисментами и одобрительными возгласами. Итан, наблюдая за всеобщим восторгом, слегка улыбнулся. — Знаете, почему именно так? — спросил он мэра, который смотрел на происходящее с отеческой гордостью. — Z — это не просто буква. Это символ. Последняя буква алфавита. Когда всё остальное испробовано и не сработало, остается план Z. Последний оплот. Последняя надежда. — Он сделал паузу. — Мы не самая худшая команда, как многие думают. Мы последние, кто встанет между злом и невинными. Герои не дерутся — они сразу побеждают. Мэр посмотрел на Итана с новым уважением: — Для человека, который утверждает, что ненавидит героизм, вы звучите удивительно вдохновенно, мистер Коуп. — Не говорите никому, — Итан отсалютовал бокалом. — У меня репутация мизантропа, которую я старательно поддерживаю. Мэр рассмеялся и отошел, чтобы поговорить с другими гостями, а Итан остался наедине со своими мыслями, наблюдая за праздником, который, казалось, был так далек от того темного и циничного мира, который он обычно описывал в своих книгах. И, может быть, впервые за долгое время, он не чувствовал, что Павший Ангел внутри него рвется наружу. Может быть, стоило признать, что тьма и свет могут существовать вместе, даже внутри одной души. Гости ещё смеялись, бокалы звенели, а оркестр играл джазовую композицию, когда двери банкетного зала с грохотом распахнулись. Музыка оборвалась на полутакте, и в образовавшейся тишине отчетливо прозвучали тяжелые шаги. Сорок человек в черных костюмах и с символами в виде расколотого круга на лацканах вошли в зал, выстроившись полукругом. Их лица были отмечены странной решимостью людей, готовых умереть за свою цель. Охрана мэрии потянулась к оружию, члены Z-Команды напряглись, готовые к действию. Высокий мужчина, очевидно лидер группы, вышел вперед. — Мы пришли только за одним, — его голос резонировал в внезапно затихшем зале. — За Павшим Ангелом. Отдайте его нам, и никто не пострадает. Мэр Холдер выступил вперед, его лицо побагровело от гнева: — Это официальное мероприятие городских властей! Итан Коуп — почетный гость, и если ему что-то угрожает, значит, это угроза всему городу Нью-Йорку! Лидер “Вознесения” покачал головой, его глаза были холодны и пусты: — Последнее предупреждение. Любой, кто встанет между нами и нашей целью, умрет. Мы лишь завершаем то, что начали наши павшие лидеры. Павший Ангел должен быть уничтожен, прежде чем он поглотит этот мир. Итан, который до этого момента молча наблюдал за происходящим, поставил бокал на ближайший стол. Звук стекла, соприкоснувшегося с мрамором, прозвучал как выстрел в тишине. Он медленно пошел вперед, и люди расступались перед ним, как море перед библейским пророком. — Я здесь, — произнес он, и его голос звучал почти скучающе. — И мне, блядь, надоели ваши игры. Лидер “Вознесения” ухмыльнулся: — Павший Ангел. Оскверни… Он не закончил фразу. В одно мгновение Итан преодолел разделявшее их расстояние, его глаза полностью почернели, а рука, взметнувшись, оторвала голову говорящего от тела одним плавным движением. Кровь фонтаном брызнула на белоснежную рубашку Итана. На долю секунды в зале повисла мертвая тишина, а затем все взорвалось хаосом. Люди закричали, бросаясь к выходам. Охрана открыла огонь по культистам, те начали стрелять в ответ, но их главной целью оставался Итан. Пули входили в его тело и тут же выталкивались, падая на мраморный пол тупыми кусочками металла. Итан двигался среди врагов как смерть, воплощенная в человеческом обличье — быстрая, безжалостная, неостановимая. — Вы хотели увидеть Павшего Ангела? — его голос приобрел нечеловеческое звучание, глубокий и резонирующий, как будто говорили одновременно сотни голосов. — Получите его сполна. Он схватил ближайшего культиста за горло, поднимая его над землей: — Как думаешь, что там, после смерти? — спросил он почти ласково, а затем сжал пальцы с такой силой, что шея мужчины сломалась с хрустом. — Теперь ты знаешь. Z-Команда и охрана эвакуировали гостей, пока Итан методично уничтожал каждого члена “Вознесения”. Он не торопился. Не проявлял милосердия. Для каждого у него была особая смерть и особая насмешка. — Ты молился своим лидерам, чтобы они спасли тебя? — спрашивал он у очередной жертвы, прежде чем вырвать ей сердце. — Они не услышат. Они в аду, и я лично проследил за этим. — Знаешь, в чем разница между мной и тобой? — говорил он другому, медленно выдавливая его глаза. — Я знаю, что я монстр. А ты все еще думаешь, что ты праведник. Мэр Холдер, загнанный охраной в дальний угол зала, наблюдал за происходящим с ужасом, но странным образом без отвращения. Словно он всегда подозревал, что за фасадом циничного писателя скрывается нечто гораздо более древнее и страшное. Когда последний из культистов упал, зал выглядел как бойня. Итан стоял посреди кровавого хаоса, тяжело дыша — не от усталости, а от едва сдерживаемой ярости. Его белая рубашка стала алой от крови, волосы слиплись, а глаза всё еще оставались двумя бездонными колодцами тьмы. Он повернулся к мэру, который не отводил от него взгляда: — Теперь вы понимаете, господин мэр, почему я не герой? — произнес Итан почти с горечью. — Я антигерой. Я то, что приходит, когда всё остальное не помогло. Внезапно за его спиной возникло движение — один из культистов, притворявшийся мертвым, вскочил на ноги, направляя пистолет прямо в затылок Итана. — За Вознесение! — выкрикнул он. Всё случилось одновременно: Аманда, оказавшаяся ближе всех, бросилась вперед, оттолкнув Итана с линии огня; Итан, обернувшись, материализовал из ниоткуда тяжелый серебристый пистолет; выстрел прогремел, и пуля попала в культиста точно между глаз, прежде чем он успел спустить курок. Аманда по инерции упала на Итана, прижимаясь к нему всем телом, словно раненая птица, ищущая убежища. — Ты идиотка, — проворчал Итан, опуская странный пистолет, который тут же растворился в воздухе. — Я же, блядь, бессмертный. Мне ничего бы не было. Аманда ничего не ответила. Вместо этого она обхватила его лицо ладонями и поцеловала — яростно, отчаянно, словно пыталась заставить его замолчать самым эффективным способом. В этот момент рядом материализовалась Малевола, ее желтые глаза сверкали от гнева. Она схватила Аманду за шкирку, как нашкодившего котенка, и оттащила от Итана. — Хватит лапать моего парня! — прорычала она. — Он чуть не умер! — возмущенно выкрикнула Аманда, пытаясь вырваться из хватки демоницы. — Он вечно притворяется, что ему не больно! Я не хочу, чтобы ему причиняли боль! Итан медленно поднялся на ноги, чернота постепенно отступала из его глаз, возвращая им нормальный вид. — Когда ты испытываешь невыносимую боль, к которой привык настолько, что не замечаешь её, считая естественной, остальное уже ощущается как щекотка, — произнес он тихо, глядя на Аманду с выражением, которое невозможно было прочитать. Аманда, наконец вырвавшись из хватки Малеволы, бросилась к нему, но не для поцелуя — для того, чтобы начать отчитывать его, как провинившегося мужа: — Ты что, совсем долбоеб?! — она тыкала пальцем ему в грудь. — Да, у тебя аномальная регенерация, да, ты практически бессмертный! Но ты не можешь просто так бросаться на пули и мечи, и что там еще эти психи притащили с собой! Я не вынесу, если ты будешь постоянно получать смертельные ранения только потому, что “привык”! К удивлению присутствующих, Малевола встала рядом с ней: — Она права, Итан. Это не нормально — так рисковать собой. Итан закатил глаза и, не найдя ничего лучше, просто лег на пол, раскинув руки: — Женщины — странные существа, — пробубнил он, глядя в потолок. — Говорю же, что не умру, а они всё равно переживают. Зачем? Какой смысл? Аманда нависла над ним, её лицо пылало от ярости: — ДОЛБОЕБ! Я ЖЕ ЛЮБЛЮ ТЕБЯ! Малевола тебя любит! Хоть о нас подумай! — Она выпрямилась, её глаза сверкали решимостью. — Ты же скоро станешь моим мужем, а Малевола будет твоей официальной любовницей! Малевола поперхнулась: — Чего? — Погоди, что? — одновременно с ней переспросил Итан. Z-Команда, которая постепенно собиралась вокруг них, начала перешептываться: — Боже, как он не понимает, что ему повезло, — пробормотала Призм, качая головой. — Таких цундере я только в аниме видел, — хмыкнул Фламбе. — Полный долбоеб, — согласился Громила. — Две шикарные бабы за ним бегают, а он всё морду воротит. Мэр Холдер, который спокойно наблюдал за этой сценой, подошел ближе: — Удивительно, — заметил он задумчиво. — Только что вы убили сорок человек способами, от которых волосы встают дыбом, а теперь лежите на полу и краснеете, как школьник, которого поймали за списыванием. Итан поднял голову: — Я не краснею. — Краснеешь, — хором ответили все присутствующие. — Херня, — буркнул Итан и снова уронил голову на пол. — Убийство людей проще, чем разговоры о чувствах. По крайней мере, для меня. — Знаешь, н-на самом деле это м-многое о тебе говорит, — заметил Водобой с неожиданной проницательностью. Итан тяжело вздохнул, закрыв лицо руками: — Давайте просто притворимся, что ничего этого не было? Не было ни нападения, ни моей… демонстрации, ни всего этого разговора про чувства и официальных любовниц? — Нет, — твердо ответила Аманда. — Не выйдет, Итан Коуп. Ты не можешь вечно прятаться за своим цинизмом и сарказмом. Тебе придется признать, что ты небезразличен людям. И что тебе небезразличны они. Малевола, к удивлению многих, кивнула: — Она права, Итан. И кстати, — она наклонилась к Аманде, — насчет официальной любовницы — это звучит заманчиво, но мы должны обсудить детали. — Естественно, — кивнула Аманда. — Я думала о графике по дням недели, но открыта к предложениям. Итан громко застонал: — За что мне это? — За то, что ты на самом деле герой, — ответил Роберт, помогая ему подняться. — Хоть и утверждаешь обратное. — Я не… — Заткнись, Коуп, — Роберт хлопнул его по плечу. — Ты только что спас полсотни гражданских и весь городской совет, включая мэра. Звучит чертовски по-геройски для меня. — Это было скорее самосохранение… — Нет, не было, — мягко возразила Малевола. — Ты мог бы просто уйти. Мог бы позволить им атаковать. Но ты встал и защитил всех. — К тому же, — добавила Аманда, прижимаясь к его руке, — ты спас меня. — Ты сама полезла под пулю, идиотка, — проворчал Итан, но его рука почти инстинктивно обвилась вокруг её талии. Мэр прочистил горло: — Что ж, полагаю, нам стоит эвакуировать зал и вызвать… специальную команду зачистки. — Он посмотрел на Аманду: — У SDN ведь есть такое подразделение? Аманда кивнула: — Конечно. Мы справимся с этим, господин мэр. — Отлично, — мэр кивнул и, проходя мимо Итана, тихо добавил: — Знаете, мистер Коуп, какой бы ни была ваша природа… я рад, что вы на нашей стороне. Когда мэр отошел координировать эвакуацию оставшихся гостей, Итан обнаружил, что зажат между Амандой и Малеволой, которые обсуждали, как они будут “делить его”. — Я не вещь, чтобы меня делить, — возмутился он. — Конечно нет, дорогой, — ответила Аманда. — Ты личность. Очень сложная и интересная личность с демоническим альтер-эго и проблемами с привязанностью. И мы обе хотим помочь тебе раскрыть твой потенциал. — Что-то я сомневаюсь, что вы имеете в виду мой писательский потенциал, — вздохнул Итан. — И это тоже, — кивнула Малевола, её рука легла на его плечо. — Но не только. Итан посмотрел на них — на миллиардершу и демоницу, которые каким-то образом нашли в нем что-то стоящее любви. Может быть, Павший Ангел внутри него не был проклятием. Может быть, он был просто еще одной частью сложного уравнения, которым была его жизнь. — Ладно, — сказал он наконец. — Но я все равно не герой. Я просто… я. — Этого достаточно, — ответила Аманда, и ее улыбка была ярче всех кристаллов на ее шее. — Больше чем достаточно. И впервые за долгое время Итан Коуп не нашел в себе сил возразить. Итан резко выпрямился, его разноцветные глаза сфокусировались на Малеволе: — Погоди-ка, — он прищурился. — С каких это пор ты не против стать “официальной любовницей”? Ты же была категорически против этой идеи с самого начала. Малевола замерла, её красные пальцы нервно сжались на хвосте, который она машинально наматывала на руку. Она задумчиво прикусила нижнюю губу острым клыком. — Ситуация… изменилась, — наконец произнесла демоница, бросив быстрый взгляд на Аманду. — Я вижу, что эта… что Аманда как клещ вцепилась в тебя. И она не отступит. — Она глубоко вздохнула. — Я демоница, которая превратилась в героиню. Уже это звучит как дерьмовая комедия. Куда мне тягаться с миллиардершей, которая запросто может нанять целую армию экзорцистов, чтобы отправить меня обратно в Ад? Аманда приподняла идеальную бровь: — Я бы никогда… — Заткнись, — отрезала Малевола. — Твоя настойчивость граничит с одержимостью. И, поверь, я разбираюсь в одержимости. В голосе Малеволы прозвучала такая искренняя покорность судьбе, что Итан удивленно моргнул. — Слушай, Мэл, я не… — Так что, — перебила его демоница, — если единственный способ оставить тебя в моей жизни — это стать “официальной любовницей”, — она скривилась, произнося эти слова, — то я готова… рассмотреть этот вариант. Аманда, которая до этого момента с любопытством наблюдала за разговором, шагнула вперед: — Вообще-то, должна признаться, мне тоже не особо нравится идея с официальной любовницей, — она смущенно заправила прядь волос за ухо. — Хоть я сама и предложила. Но если это осчастливит Итана, то я готова… принять это. Она повернулась к Малеволе, её лицо приобрело выражение человека, проглотившего лимон: — Конечно, главное — не увлекаться любовницей. А жену, — она ткнула пальцем себя в грудь, — любить больше. Итан оглядывался то на одну, то на другую, явно пытаясь понять, не розыгрыш ли это. Аманда глубоко вздохнула, словно готовясь к прыжку с парашютом: — И, возможно… со временем… я смогу полюбить Малеволу тоже. — Что? — хором воскликнули Итан и Малевола. — Как сестру, — поспешно уточнила Аманда. — Даже если сейчас она мне не нравится. Ради тебя, Итан, я готова на всё. Малевола фыркнула, её желтые глаза сузились: — Вообще-то, это мне придется полюбить тебя, как мелкую стерву-сестренку. Не наоборот. — Кого ты назвала стервой, Рогатая? — Тебя, Мисс Деньги-Решают-Всё! — По крайней мере, у меня нормальный цвет кожи! — Зато у меня хвост! И рога! И клыки! А что есть у тебя, кроме кредитки? — Я красивее! — Ты обычная! А я экзотическая! Их перепалка напоминала смесь кошачьей драки и ссоры давно знакомых сестер. Итан наблюдал за ними с выражением человека, наблюдающего за приближающейся железнодорожной катастрофой — ужас смешивался с каким-то странным, почти мазохистским восхищением. — Знаете, — внезапно произнес он, когда обе женщины на секунду замолчали, чтобы перевести дух, — вы двое в итоге прекрасно смотритесь вместе. Может, забацаете позу 69 и станете поспокойнее? Наступила мертвая тишина. Аманда и Малевола медленно повернулись к Итану, потом посмотрели друг на друга. Их лица синхронно исказились в выражении абсолютного отвращения. — Я вообще-то натуралка, — возмутилась Аманда, отступая от Малеволы на шаг. — Мне раньше было пофигу, с кем мутить, — пожала плечами Малевола, — но после Итана я как-то прониклась этой идеей быть только с мужчинами. Они неловко кивнули друг другу, словно заключая молчаливое соглашение. Но Аманда, будучи Амандой, не могла не уколоть соперницу: — Да я уж скорее расплавлюсь от твоих жидкостей, — её голос сочился ядом. — Ты же из Ада. Держу пари, твой сквирт как лава. Итан машинально открыл рот, чтобы возразить: — Вообще-то, нет… И тут же понял свою ошибку. Обе женщины повернулись к нему, глаза Аманды расширились от ярости: — Подожди, ты что, знаешь? Итан неловко дернул плечом: — Я, эм… в общем… насколько помню, всё как у обычной женщины. — Он не мог поверить, что ведет этот разговор в нескольких метрах от мэра города и кровавой бойни. — Вкус с легкой горчинкой, мне понравилось. И… ну, она всегда была мягкая и влажная. Лицо Аманды медленно приобрело оттенок спелого помидора. — Ты… ты… — она задыхалась от возмущения. — А ты делала ему минет? — внезапно спросила она, резко поворачиваясь к Малеволе. Демоница хмыкнула, её желтые глаза сверкнули: — Нахуя мне делать минет, когда у меня есть хвост? — она игриво взмахнула своим демоническим придатком. — Я могу дрочить ему лучше любой искусственной вагины, знаешь ли. — Это нечестно! У меня нет хвоста! — Зато у тебя есть деньги. Купи себе страпон с хвостом, принцесса. — Я купила! То есть… я имею в виду… — Аманда осеклась, поняв, что сказала слишком много. — Оу, — Малевола приподняла брови. — Интересно… Итан наблюдал за их перепалкой с лицом человека, одновременно смущенного и странно довольного. Уголки его губ подергивались в едва сдерживаемой улыбке. — Что смешного? — рявкнула на него Аманда. — Ничего, — он покачал головой, но его глаза сияли. — Просто… с тобой весело, — он посмотрел на Малеволу, — и ты тоже очень прикольная. Вы обе как будто нарочно издеваетесь над моей душой, заставляя её трепетать от волнения. Он не ожидал, что произнесет это вслух, и тут же отвел взгляд, словно пытаясь скрыть собственную уязвимость. Но было поздно. — Я, наверное, возненавижу самого себя, если всё же поддамся и влюблюсь в тебя, — тихо произнес он, глядя на Аманду. Глаза Аманды сверкнули странным огнем, почти пугающим в своей интенсивности: — Это неизбежно, Итан, — промурлыкала она, и в её голосе звучали нотки, которые заставили бы любого психиатра схватиться за блокнот с диагнозом “яндере”. — Ты уже дал трещину, и я не успокоюсь, пока полностью не овладею твоей душой. Она подошла ближе, положив руку ему на грудь: — У меня по планам еще счастливая жизнь с тобой и два здоровых ребеночка. Малевола, наблюдавшая за этой сценой, неожиданно покраснела еще сильнее, чем позволял её естественный красный оттенок кожи: — Я… я тоже была бы не против, — пробормотала она, отводя глаза. — Одного ребенка. Попробовать себя в роли мамы. Итан побледнел так сильно, что почти слился с остатками своей когда-то белой рубашки: — Дети? — его голос прозвучал на октаву выше обычного. — Что, прямо сейчас об этом говорим? Серьезно? — А что такого? — пожала плечами Аманда. — Мы ведь обсуждаем долгосрочные планы. Я думала о мальчике и девочке. Для мальчика я уже присмотрела подготовительную школу в Швейцарии… — А я бы хотела девочку, — перебила её Малевола. — С рожками. — Постойте-ка, — Итан поднял руки в защитном жесте. — Я еще даже не согласился на эту схему с “женой и любовницей”, а вы уже планируете мое потомство? — Ты согласишься, — уверенно заявила Аманда. — У тебя просто нет выбора. — Мы терпеливы, — кивнула Малевола. — Я демон, я могу ждать десятилетиями. — А я просто упрямая сука, — улыбнулась Аманда. Итан посмотрел на них обеих — на демоницу и миллиардершу, на красную кожу и элегантное платье цвета слоновой кости, на желтые глаза без зрачков и серые с нечеловеческим блеском. Они были такими разными и такими одинаковыми в своей решимости. — Вы невыносимы, — наконец произнес он. — Обе. — Но ты нас любишь, — хором ответили они, и тут же удивленно переглянулись, явно не ожидая такой синхронности. Итан вздохнул, словно человек, осознавший неизбежность своей судьбы: — Может быть, — неохотно признал он. — Может быть, и люблю. Это было самое близкое к признанию, что они могли от него добиться. Но, судя по тому, как просияли их лица, этого было достаточно. По крайней мере, на сегодня.