Крест и Лотос

Тем временем в лагере Оды Нобунаги царила иная атмосфера — запах пота, металла и амбиций. Педру, стоя в походной палатке полководца, проповедовал о Христе и спасении. Нобунага, человек с хищным, скуластым лицом и пронзительным взглядом, сидел в позе лотоса на шкуре медведя. Он слушал рассеянно, играя своей знаменитой железной палицей. Его интересовало не учение о любви, а рассказы о мощи европейских держав, об организации папской власти, о пушках и аркебузах. — Твой бог... он сильный? — перебил он наконец Педру. — Сильнее, чем боги этих мятежных монахов? — Господь — Бог Единственный и Всемогущий! — с жаром воскликнул Педру. — Все остальные — демоны, вводящие людей в заблуждение! Нобунага хмыкнул. Ему понравилась эта мысль. Он ненавидел буддийские монастыри за их независимость и влияние. Объявить их слугами Дьявола... это было удобно. — Твои корабли привозят пушки? — спросил он прямо. — И порох? Педру уловил свой шанс. Он наклонился ближе, его голос стал тихим и убедительным, голосом не проповедника, а дипломата и интригана. — Святой Престол и король Португалии станут вашими верными союзниками, великий князь. Оружие, технологии, богатство... все будет вашим. Но... — он сделал паузу для драматизма, — Япония должна открыться Свету Христову. Вы должны принять крещение. Это станет символом нашего союза. Ваши враги — враги Бога. Их храмы должны пасть, а на их месте воссияют кресты. Нобунага задумался. Формальность? Ритуал? Ради власти и новых видов оружия он был готов на что угодно. Его уста растянулись в хищной ухмылке, похожей на оскал тигра. — Хорошо. Я стану христианином. Пусть эти буддийские черви знают, что против них теперь и ваш могущественный бог. Крещение состоялось той же ночью, в той же палатке. Вместо купели использовали самурайский шлем, наполненный водой. Педру, торжествуя, окрестил его «доном Франсиско». Нобунага вышел из палатки с новым именем и новой жестокостью в сердце. Рассказы Педру об инквизиции, аутодафе и кострах еретиков пришлись ему по душе. Это был эффективный метод. И он начал действовать. С новой силой его армия обрушилась на владения клана Мори и опорные пункты Икко-икки. Но теперь это была не просто война. Это был крестовый поход. Захваченные буддийские храмы не просто грабили — их стирали с лица земли. Статуи Будд и бодхисаттв рубили мечами, сжигали, сбрасывали в реки. Монахов и мирян, отказывавшихся отречься от веры, массово казнили — распинали на крестах, сжигали заживо в своих же храмах, топили в море. Нобунага устроил гигантское аутодафе, как и обещал Педру. Дым от горящих святилищ застилал солнце. Педру с одобрением наблюдал за этим. Он раздавал японцам-неофитам четки и крестики, освящал места для будущих церквей. На пепелищах буддийских пагод теперь возводились простые, но прочные христианские часовни. Он открывал школы, где детей учили португальскому и латыни, внушая им, что их прежняя вера — это тьма и дьяволопоклонство. Его миссия выполнялась. Цена его не смущала. «Цель оправдывает средства», — шептал он, глядя на зарева пожаров.