Черный шрам

Коридоры Хогвартса никогда не казались Гарри такими длинными. Он шёл быстро, почти бежал, не разбирая дороги: вниз по лестницам, через пустые переходы, мимо доспехов, которые скрипели ему вслед. Мантия-невидимка висела на руке мёртвым грузом — он больше не хотел прятаться.В голове крутилось только одно: «Только Диггори. Он должен был умереть». Он влетел в гриффиндорскую башню, не отвечая на пароль — Полная Дама открыла рот от удивления и сама отъехала в сторону. Гостиная встретила его гулом голосов и запахом горячего шоколада. Кто-то засмеялся. Кто-то крикнул «Эй, Поттер!» Он не остановился. Поднялся в спальню и вытащил сундук. Вещи летели в старый потрёпанный рюкзак: пара свитеров, фотография родителей, карта Мародёров, мантия-невидимка. Всё. — Гарри? — голос Рона за спиной. Он не обернулся. — Ты куда? — Рон подошёл ближе, голос дрожал. — Весь замок гудит! Это правда, что ты сорвался на Дамблдора? Гарри молча застегнул рюкзак. — Гарри, подожди! — Рон схватил его за рукав. — Что бы там ни было, мы разберёмся! Мы ведь всегда… Гарри резко повернулся и вырвал руку так, что Рон отшатнулся. — Не трогай меня, — сказал он тихо, но в голосе было столько яда, что Рон побледнел. — Вы ведь всё знали? — Знали что? — Рон нахмурился. — О чем ты вообще говоришь? — Дамблдор отправил Седрика на смерть. Рон открыл рот — и ничего не сказал. Только глаза стали огромными. Гарри прошёл мимо него, вниз по лестнице. Гостиная замерла. Все смотрели. Гермиона вскочила с дивана, перехватив его у выхода. — Гарри, пожалуйста, — она пыталась говорить спокойно, но голос срывался. — Что бы там не случилось, Дамблдор… — Заткнись, — он посмотрел ей прямо в глаза. — Ты знала, что Седрик должен был умереть один? Знала? Гермиона замерла. Её губы дрогнули. — Я… я не… Он оттолкнул её руку. — Уйди с дороги. Она не ушла. Сделала шаг вперёд, пытаясь обнять его. — Гарри, ты не можешь просто… Он оттолкнул её — сильно. Гермиона упала на колени, книги разлетелись по полу. Кто-то ахнул. — Не смейте меня останавливать, — сказал он всей гостиной. Голос был чужим. Хриплым. — Никто. Он вышел за портрет. Полная Дама что-то пискнула ему вслед — он не слышал. Главный зал. Вечер только начинался, но коридоры уже пустели. Он шёл к выходу, когда услышал быстрые шаги сзади. — Поттер! Макгонагалл. Палочка в руке, лицо белее мела. — Стой на месте! — крикнула она. — Ты никуда не пойдёшь! Он не остановился. — Петрификус Тоталус! — выкрикнула она. Заклинание ударило в спину — и отскочило. Он даже не обернулся. Щит, который он не осознавая наложил, работал сам. Макгонагалл догнала его, схватила за плечо. — Гарри, мальчик мой, послушай… Он развернулся и посмотрел ей в глаза.— Профессор, — сказал он тихо, — отпустите. Или я сделаю больно. Вам. В её взгляде мелькнул настоящий страх. Она разжала пальцы. Он вышел в ночь. Холодный воздух ударил в лицо. Дубовые двери Хогвартса захлопнулись за спиной с тяжёлым гулом, будто замок сам выдохнул с облегчением. Он не оглянулся. Шёл по тропинке к воротам. За спиной слышались крики — кто-то бежал. Флитвик? Стебль? Неважно. Он поднял палочку. — Протего Максима. Невидимая стена выросла позади. Крики стали тише. Ворота Хогвартса были открыты — как всегда. Он прошёл сквозь них и не почувствовал привычного тепла защиты. Только холод. Гарри Поттер больше не был учеником Хогвартса. Он был никем. И впервые за долгое время это казалось правильным.