10. Семейная идиллия
23 ноября 2025 г., 12:00
Рассвет ещё не до конца рассеял ночную мглу, когда Чонгук покинул дом, унося с собой отголоски вечернего разговора с Чимином. Слова омеги пролили бальзам на израненную душу, и Чонгук вдруг увидел в нём не просто друга и близкого по духу человека, а нечто большее… Того, к кому в его сердце рождались чувства, далекие от товарищеских.
Джин, наблюдательный и чуткий, заметил перемену в друге, но деликатно воздержался от расспросов, позволив Чонгуку самому разобраться в своих чувствах.
Альфа с головой ушёл в работу, словно нырнул в омут, надеясь заглушить бушующее в душе смятение. Но ускользающий образ Чимина, тепло его прикосновений, настойчиво и сладко возникали в памяти, словно дразня, мешая сосредоточиться. И словно в насмешку над его попытками бегства, дверь кабинета распахнулась, и на пороге возник Минджи, ослепительный, как летнее солнце.
Омега ворвался в его тщательно выстроенный мир яркой, обжигающей вспышкой. Его присутствие обычно было подобно глотку свежего воздуха, наполняющему паруса усталой души, но сейчас, когда сердце Чонгука было наполнено призрачным образом Чимина, его внезапное появление вызвало лишь досадливое раздражение.
Он знал, что Минджи дорог ему, как старый друг, как верный компаньон, но его внимание сейчас казалось неуместным, даже навязчивым, словно незваный гость на пиру одиночества.
— Гуки, привет! Как дела? Как твоя фиктивная семейная жизнь? Ты совсем перестал уделять мне время, а я ужасно скучаю, — пропел он, озаряя комнату лучезарной улыбкой.
В его глазах плескалось восхищение, к которому Чонгук давно привык, но сейчас оно вызывало лишь неловкость, словно старая, запылившаяся драгоценность, выставленная на показ в неподходящий момент.
Чонгук постарался выдавить подобие улыбки, стараясь скрыть раздражение, которое, словно ядовитый плющ, начало оплетать его сознание.
— Всё хорошо, Минджи. Просто много работы, — ответил он, отворачиваясь к монитору, словно пытаясь спрятаться за стеной цифр и графиков.
Он чувствовал на себе взгляд омеги, полный беспокойства и невысказанных вопросов. Ему не хотелось объяснять. Не хотелось говорить о Чимине, о внезапно вспыхнувших чувствах, которые он всеми силами пытался подавить. Это было бы предательством по отношению к Минджи, к тому, что у них было.
Омега, почувствовав холодок в голосе Чонгука, немного сбавил свой энтузиазм. Он знал, что альфа не любит, когда его отвлекают от работы.
Чонгук почувствовал, как напряжение нарастает. Он хотел отказать, объяснить, что ему нужно время, чтобы разобраться в себе, но слова застряли в горле. Он понимал, что Минджи не заслуживает его холодности, но в то же время не мог притвориться, что ничего не происходит.
— Дела нормально. Слишком много работы.
Минджи на секунду замер, словно почувствовав натянутость в голосе Чонгука. Его улыбка немного потускнела, но он быстро взял себя в руки. Он подсел ближе к столу Чонгука, облокотившись на него и заглядывая ему в глаза.
— Гук, ну что ты такой серьезный? Я понимаю, ты всегда очень занят, — произнёс он с натянутой улыбкой. — Как насчёт того, чтобы встретить Рождество вместе?
— Тебе известно моё отношение к этому празднику, я его никогда не праздную, — отрезал Чонгук.
— Но ради меня, дорогой, — прошептал Минджи, слегка наклонившись, он коснулся губами губ Чонгука.
— Нет, я же сказал! — ледяным тоном ответил альфа.
— Ладно, не сердись, тогда я проведу время с друзьями, — промолвил Минджи, привыкший к резкости Чонгука.
Минджи отстранился, в его глазах читалось лёгкое разочарование. Он ожидал большего тепла, большего понимания, но вместо этого натолкнулся на стену. Вздохнув, он отступил на шаг, словно боясь обжечься о ледяную ауру, исходящую от Чонгука. Он понимал, что альфа переживает не самый лёгкий период, и старался не давить, но в глубине души таилась обида. Ведь он всегда был рядом, всегда поддерживал, всегда старался поднять настроение. Неужели все это ничего не значило?
Чонгук, видя смятение на лице Минджи, почувствовал укол вины. Он понимал, что ведет себя эгоистично и несправедливо, но не мог совладать с собой. В голове роились противоречивые мысли, сердце разрывалось между чувством долга и внезапно вспыхнувшей страстью. Он хотел удержать Минджи, сохранить их отношения, но в то же время понимал, что это будет ложью, что это будет предательством не только по отношению к Минджи, но и к себе самому.
— Прости, — пробормотал Чонгук, не поднимая глаз. — Я не хотел тебя обидеть. Просто сейчас не самое подходящее время для праздников.
Минджи печально улыбнулся. Он знал, что за этими словами скрывается нечто большее, но не стал настаивать. Он понимал, что Чонгуку нужно время, и он был готов подождать.
— Всё в порядке, Гук, — ответил Минджи, стараясь, чтобы в голосе не прозвучало обиды. — Я понимаю. Просто позвони мне, если тебе что-нибудь понадобится. И помни, я всегда рядом.
С этими словами он развернулся и вышел из кабинета, оставив Чонгука наедине со своими мыслями и терзаниями.
Альфа откинулся на спинку кресла, закрыл глаза и тяжело вздохнул. Он знал, что впереди его ждёт непростой путь, но он был готов пройти его до конца, чтобы обрести себя и понять, чего он действительно хочет от жизни.
Все были отпущены за час до конца рабочего дня в честь Сочельника, но Чону идти домой совсем не хотелось. Он понимал что там ёлка и опять она напомнит о папе, и будет опять больно. Но с другой стороны, Чимин, вроде как, старался. Омега наверняка приготовит что-то вкусное сегодня. Ведь он так старался каждый день, чтобы альфа, приходя домой, чувствовал себя комфортно. Может, что-то сделать ему в ответ? Например, заехать и купить вина? Или вкусных пирожных? Что вообще любят омеги такого возраста? Почему-то, откуда-то из недр сознания, поднималось давящее чувство симпатии к фиктивному мужу. Хотелось чем-то его порадовать. И это ощущение не проходило уже несколько дней. Хотелось идти навстречу. Хотелось порадовать чем-то, может, и небольшим, но очень приятным.
По пути домой заехал в маркет, где купил бутылку лучшего шампанского, дополнив его целой корзиной разных фруктов. Что обычно делают люди в Рождество? Столько лет намеренно забывая про этот праздник, Чонгук совсем отвык от традиций. А ведь Тэян его очень часто звал. Конечно, сейчас очень сильно жалел, что мало уделял времени брату. Как же сильно хотелось вернуть всё назад…
По прибытии домой Чон обнаружил Чимина у ёлки в углу гостиной около большого окна. Омега держал малыша на плече и делал селфи, корча в камеру умильные рожицы. Гук невольно замер, рассматривая данную сцену. Было так непривычно. В его обычно пустой гостиной творился какой-то хаос. Ёлка мелькала разноцветными огнями, освещая синие и серебристые игрушки, дождик. Альфа невольно улыбнулся. И не знает чего хотелось больше: присоединиться к ним или поскорее убежать наверх, минуя праздника.
Но вот Чимин поднял взгляд, переключив внимание с телефона на него. Омега так ярко улыбнулся и подмигнул, кивнув головой в приглашении присоединиться. Гук упрямо покачал головой, и поспешил уйти в зону кухни, чтобы разобрать свои покупки по местам. Но не успел он и половины достать на стол, как в дверях появился младший с малышом на руках.
— Пойдём с нами, хён.
— Нет, не хочу, — не глядя на него, протянул Чонгук.
— Я прошу тебя сделать хотя бы пару фото. Это очень нужно нам обоим, — твёрдо сказал Пак.
— И для чего же это нужно нам обоим? Похвастаться перед подружками, что захомутал такого богатенького альфу?
— Вообще-то, я имел в виду службу опеки… Я знаю, что они точно будут мониторить наши соцсети. Поэтому и хотел сделать семейное фото. У меня нет никаких меркантильных соображений по поводу тебя. Моя главная забота — чтобы Инсу ни в чём не нуждался. Я не думал, что ты любой, даже самый невинный разговор можешь перевернуть в денежный!
Надувшись, развернулся в сторону гостиной. Стало немного не по себе. Надо же, похоже и правда заботится и думает только о ребёнке. В несколько шагов догнал младшего, присоединившись к нему в фотосессии около ёлки.
— Не обижайся, ладно? — миролюбиво произнёс Чонгук. — Я не думал ничего такого. И твоя идея очень даже ничего!
Следующие полчаса альфа пытался вспомнить каково это: делать весёлые снимки в такой семейный праздник, как канун Рождества. Они все вместе улыбались в камеру, корчили рожицы. Чонгук приобнимал Чимина за плечи, стараясь поддержать и маленького Инсу, праздник был первым в его жизни. После омега кормил его традиционным ужином. И это было так забыто и так давно, что Чонгук уже и не помнил, насколько в этот праздник бывает комфортно и тепло. Затем почему-то поднялся наверх вслед за Чимином. Наблюдал за простыми хлопотами: как парень уже так легко переодевает малыша, купает его, меняет памперс, облачает ко сну. После этого тёплая бутылочка смеси, которую Чонгук впервые сделал сам, тщательно проинструктированный младшим. Потом с таким восторгом смотрел, как омега укладывает ребёнка спать, напевая какую-то тихую колыбельную, которая, вероятно, успокаивала Инсу.
— Не хочешь выпить по бокалу красного вина в честь праздника? По дороге домой я купил весьма неплохой напиток.
— Да, ты знаешь, наверное, всё же соглашусь, — мягко улыбнулся чимин. — Малыш теперь проспит ещё несколько часов, и от бокала точно ничего не будет.
— Врачи даже рекомендуют в малых дозах для нормализации давления, — кивнул Чонгук. — минуту, я его открою.
— Я пока приготовлю закуску. Что ты предпочитаешь красному вину?
— Там, кажется, был неплохой сыр. А ты?
— Мне достаточно и вот этой вкуснятины, — протянул омега, кивнув на бокс с пирожными, привезёнными альфой.
Пока пили вино, тихо общались. Чимину нравилось то, какой Чонгук здесь и сейчас. Старший был расслаблен и, кажется, вполне доволен. Он с аппетитом уплетал ужин и о чём-то рассказывал.
Чимин же тем временем пошёл на Facebook, где подтвердил официальную пару со своим теперь альфой и выложил несколько счастливых семейных фото. Немного опьянев от крепкого напитка, супруги улыбались друг другу. И сейчас вокруг была по-настоящему тёплая атмосфера, который Чимину было так приятно тонуть. Может казалось, но омеге на миг показалось, что у них с этим мужчиной может всё действительно наладиться.
***
— Смотри, Джи, кажется твоему альфе не скучно и без тебя. Совсем не скучно! Минджи отвлёкся от окна и подошёл ближе к Джину. — Что ты имеешь в виду? — недовольно протянул омега. — А ты посмотри какие милые семейные фоточки выложил его якобы фиктивный муж! — ухмыльнувшись, произнёс друг. Джи вырвал телефон из рук Джина и уставился на экран. А там просто семейная идиллия: омега и альфа улыбались и так прижимались друг к другу, что можно подумать, будто их и правда связывает что-то намного большее, чем фиктивный брак. — Это ничего не значит! — Минджи отбросил телефон на стол, будто ядовитую змею. — Просто игра и ничего больше! Что может сделать против меня эта серая мышка? Ты посмотри на него! Непонятно во что одет, и гнездо вместо причёски! Чонгук априори отдаёт предпочтение омегам, которые знают себе цену, ухоженным, активным. И уж точно его партнёр в будущем будет из его круга, а не что-то непонятное, вроде этого как его… Ну ты понял. — Его зовут Пак Чимин. И знаешь, — Джин хитро улыбнулся и плеснул виски в бокал, подвинув его Минджи, — мы ещё вернёмся к этому разговору, когда Чонгук попросит тебя расстаться. — Этого никогда не случится! Попомни мои слова! Я сделаю всё, чтобы эта дешёвая замена поскорее исчезла из нашей жизни. И уж тем более мне не нужен в семье чужой спиногрыз!
