Добро пожаловать в Эквестрию

      Сцена разворачивается в одном из бесконечных мраморных коридоров Кристальной Империи. Воздух холоден и наполнен тишиной, нарушаемой лишь эхом далеких шагов стражи. Шайнинг Армор, Принц Империи, с безупречно серьезным лицом завершает обход. Его осанка — образец доблести, его взгляд — воплощение долга. Любящий муж, гордый отец, железный командир.       И вот, закруглив очередной угол, он замирает в нише, скрытой тенью от кристаллической колонны. Его уши напряжены, сердце отстукивает нервный ритм. Издалека доносятся четкие, размеренные шаги. Шайнинг делает глубокий вдох.       И в тот миг, когда пегас в золотых доспехах поравнялся с его укрытием, Шайнинг молниеносно действует. Рывок. Сильная лапа единорога втягивает Флэш Сентри в темноту, прижимая его спиной к холодному кристаллу стены. Второе копыто Шайнинга мягко, но неумолимо ложится на его губы.       Голос принца низкий, напряженный, полный невысказанной тревоги:       − Ш-ш-ш-ш... Ничего не говори... Я просто... просто должен сказать... Ты прекрасен.       Глаза пегаса расширены от шока и паники. Он пытается отстраниться, но хватка принца железная:       − Ч-что простите, Ваше Величество? Я... я не понял...       Горячее дыхание единорога касается шерсти почти вплотную, его взгляд блуждает по лицу стражника, будто ища ответы на незаданные вопросы.       − Ты прекрасен... для моей сестры.       − А... фух... А то я уж подумал... – мгновенно вздыхает пегас.       − И я должен убедиться!       − У-убедиться? В чем? – снова напрягается Флэш.       Его шепот становится еще тише, еще более интимным, почти болезненным:       − Что ты будешь любить ее. Всегда. Безоговорочно. Что ты не предашь. Не ранишь.       Флэш Сентри растерянно кивает, стараясь не встречаться с ним взглядом:       − К-конечно... Я обещаю. Я люблю Твайлайт.       Шайнинг качает головой, и в его глазах мелькает что-то иррациональное, отчаянное:       − Мне этого недостаточно. Слов — мало. Ты должен... доказать это мне.       Флэш снова подрагивает, предчувствуя нечто ужасное:       − Д-доказать? Ка-а-к?       Пауза. Воздух становится густым и тягучим. Глаза принца закрываются на секунду, а потом смотрят прямо на него, и в этом взгляде — целая буря из братской любви, паранойи и чего-то еще, глубоко спрятанного.       − Просто... Поцелуй меня.       Пегас резко отшатывается, насколько это позволяет хватка Шайнинга, его лицо заливается краской стыда и ужаса.       − Нет! Я не могу! Я же... она...       − Тссс... Все хорошо... Я ее брат. Ее плоть и кровь... И если ты сможешь... если твое сердце дрогнет хоть на секунду, когда наши губы соприкоснутся... то я буду знать. Я буду знать, что ты — не тот, кому можно доверить ее сердце. Это... проверка. И все будет нормально... И Шайнинг целует пегаса... Сначала — отторжение, его тело изгибается... Потом — принятие. Фигуры медленно сближаются... И даже небольшая искра пробежала... они с удовлетворением замирают...       − ПАПА! − Фларри Харт резко отшвыривает оранжевую фигурку пегаса, скривив мордочку в гримасе отвращения.       На полу разбросаны игрушечные фигурки пони. Только что закончилась напряженная сцена, где фигурка белого единорога страстно целовала фигурку оранжевого пегаса. Воздух будто застыл.       Шайнинг, сидящий рядом на ковре, медленно открывает глаза, выходя из образа. Он выглядит смущенным, но где-то в глубине глаз прячется искорка азарта.       − Доча, что случилось?       − Что случилось? Ты... ты же его поцеловал! Зачем? Это же была игра про знакомство тети Твайлайт и дяди Флэша!       − Что значит «зачем»? Это была проверка любви! Я же брат, я должен был убедиться...       Маленькая принцесса скристила копыта на груди:       − Это было омерзительно. И странно.       − Ну, я думал, все девочки любят писать и думать про такую... напряженную любовь. − наклоняясь к ней, с хитрой ухмылкой, проговорил отец. − Я лишь поддержал твою игру, добавил драмы!       Но Фларри качает головой, но уголки ее губ предательски подрагивают:       − У нас была милая история о первой встрече, а ты... ты сделал из себя гея-извращенца... Прямо на глазах у собственной дочери!       Шайнинг подмигивает ей:       − Ой, будет тебе! Я видел твою хищную улыбку, тебе было же забавно, как я превращаюсь в нечто... такое.       Она наконец сдается и разражается смешком:       − Хи-хи... Ну... только как игра! Не хочу иметь такого отца в реальности!       − Всегда знал, что я самый крутой и непредсказуемый папа. – Он торжествующе выпрямляется, раздувая грудь.       Фларри снова принимает серьезный вид и властно тянет копытце к фигуркам:       − Ну что ж... Давай ты теперь будешь хорошим принцем и не станешь отходить от сценария. Только по роли.       − Как пожелаете, принцесса Фларри Харт. Ваш верный рыцарь к вашим услугам. − поднимает фигурку самого себя и ставит ее рядом с фигуркой Каденс. − Теперь — к нормальной истории о любви?       − К нормальной. – кивает она. − Без спонтанных проверок любви... А то маме расскажу...