Добро пожаловать в Эквестрию

      Когда-то ее копыта ступали по зыбучим пескам Саталлиона и скользили по обледенелым хребтам Драконьих гор. Сегодня им предстояло преодолеть куда более опасную территорию — тротуар от ее дома до супермаркета «У Грозовой Гривы».       Дэринг Ду стояла на пороге своего жилища, как когда-то стояла на краю пропасти. Ветер, некогда рвавший ее гриву, теперь был всего лишь легким бризом, но она все равно закуталась в плащ — не от холода, а по привычке. Ее верный посох-трость (некогда он был древком копья) упруго постучал по асфальту.       Каждый шаг был обдуман. Трещины в плитке — это пропасти, которые нужно обойти. Неровный бордюр — утес, на который нужно взобраться с достоинством. Проходящие мимо молодые пони казались ей стремительными пегасами из давно забытых племен. Она кивала им с высоты своего возраста и прожитых лет, как равная равному.       

***

      Мы летели. Просто летели, куда глаза глядят. Без цели. Просто чтобы почувствовать, как ветер режет гриву. Надоело висеть в облаках — понеслись над землей, вдоль тротуара, рассекая теплый воздух.       И тут Стриж крикнул:       − Эй, гляньте на эту бабку!       Мы притормозили, зависли в воздухе, перебирая крыльями. На тротуаре шла какая-то древняя земнопони. Не просто шла. Она... совершала ритуал.       Она подошла к стыку двух плиток, остановилась, как перед пропастью. Ее грива была седой и растрепанной, накидка — старой и выцветшей. Она смотрела на эти трещины в асфальте так, будто это был разлом между мирами. Потом ее взгляд поднялся на нас. Не так, как смотрят обычные пони — с раздражением или усталостью. Нет. Ее взгляд был... изучающим. Словно мы были не просто тремя залетными пегасами, а редким видом небесных существ, которых она впервые видит вживую.       Она кивнула нам. Торжественно и медленно, как королева, приветствующая послов далеких королевств.       − Че она делает? − прошипел я.       − А хз, − пожал плечами Вихрь. − Может, бомжует?       Но это не было похоже на бомжевание. Она обошла трещину с таким невероятным достоинством, словно это была не трещина, а спящий дракон, которого нельзя будить. Ее трость постукивала по плитке, отбивая какой-то странный, древний ритм. Каждый ее шаг был обдуман, как ход в сложной шахматной партии.       Потом она снова посмотрела на нас. И в ее глазах не было ни страха, ни досады. Там было... любопытство. И какая-то непонятная грусть. Словно она смотрела на призраков своего прошлого.       − По-моему, она не в себе, − пробормотал Стриж. − Полетели отсюда.       Мы рванули с места, набирая скорость, оставив позади этот странный миг. Но я на секунду оглянулся. Она все так же стояла на тротуаре, одинокая фигура, что смотрела нам вслед. Не как на хулиганов. А как провожает взглядом уплывающий в туман корабль, на котором она когда-то сама бороздила океаны.       − Странная. − выдохнул я, догоняя ребят.       − Ну и что? − Вихрь хлопнул меня по спине. − Все старики странные.       

***

      Двери супермаркета с шипением разошлись перед ней, как врата в древний храм. Внутри пахло не ладаном и пылью веков, а хлебом и моющим средством. Ее миссия — найти Сок Чистого Утра, нектар, что возвращал ей силы на рассвете.       Но путь к цели преграждали ловушки и сирены. Бесконечные стеллажи с печеньем — это Рой Сладких Иллюзий, что пытался заманить ее в ловушку лишних калорий. Громкоголосый Голос из динамиков, вещавший о скидках, — это Голос Разрушителя, сеющий смуту и хаос в ее стройных планах.       Она шла, не сворачивая, ее взгляд был прикован к цели. Спина ныла старыми ранами, напоминая о битве с Гигантским Шершнем. Колено поскрипывало, словно вспоминая падение с облачного пика.       И вот он, заветный отдел с соками. Последнее испытание. Бутылки стояли тесными рядами, как воины в боевом строю. Нужная ей упаковка была на самой верхней полке. Миссия, где каждое движение должно быть выверенно до миллиметра...       

***

      Смена близится к концу. Мозг уже не отличает яблочный сок от томатного. В отдел напитков заходит она. Пожилая пегаска, с плащом и тростью. Взгляд устремлён вдаль, будто она видит не полки с акцией, а бескрайние долины. Походка чуть неуверенная, но в осанке — сталь.       Она остановилась у стеллажа с «Соком Чистого Утра». Нужный ей вкус — на самой верхней полке. На два метра вверх. Для молодого пегаса — раз плюнуть. Для неё… Я вежливо подошёл.       − Сударыня, позвольте помочь? Вы можете упасть.       Она посмотрела на меня так, будто я только что предложил ей сдаться древнему дракону.       − Герой, − сказала она хриплым, но твёрдым голосом, − не принимает помощи в священном квесте.       Я хотел возразить, что это не квест, а нарушение техники безопасности, но её взгляд меня парализовал. В нём было столько отчаянной решимости, что я отступил.       Началось. Она отложила трость, уперлась копытами в нижнюю полку, ухватилась за край стеллажа… Её старые крылья распахнулись для баланса, с них посыпалась пыль веков. Стеллаж закачался. Я замер, предчувствуя катастрофу.       Она потянулась. Суставы скрипели так, что было слышно через весь зал. Её копыто дрожало, целясь в заветную упаковку. И… оно её зацепило! Победа!       И тут же случилось неизбежное. Центр тяжести сместился. Стеллаж качнулся сильнее. Её ноги поехали по полке. И она рухнула вниз. Но не просто упала. Это был обвал. Ледник. Лавина.       Её падение пришлось прямо на пирамиду из бутылок экзотического сока «Тропический Ураган», которую я с таким трудом выстроил час назад. Раздался оглушительный грохот. Море липкой, разноцветной жидкости хлынуло на пол. Я стоял, с головы до копыт облитый зелёным, жёлтым и оранжевым, в сладкой луже, усеянной осколками пластика.       А она… Она медленно поднялась посреди этого апокалипсиса. В её поднятом копыте, как древний артефакт, поблёскивала та самая коробка «Сока Чистого Утра». Она отряхнулась, с достоинством подобрала свою трость и, не глядя на бьющую вокруг фонтаном сладкую катастрофу, гордо прошептала:       − Трофей… добыт.       И, не обращая внимания на моё засахаренное, обалдевшее лицо, она пошла к кассе, оставляя за собой сиропный след и аромат разбитых надежд на спокойный конец смены.       А я всё ещё стою здесь. Мой хвост намертво прилип к полу карамелью. Сверху на меня капает маракуйя. Я думаю о своём жизненном выборе. И о том, что некоторые квесты действительно лучше проходить в одиночку.       

***

      Опираясь на трость, она поднялась на цыпочки, ее крылья, когда-то могучие, инстинктивно расправились для баланса. Старые мышцы натянулись, суставы скрипели тихим протестом. Одно мгновение борьбы... и ее копыто уверенно сняло с полки коробку соков. Победа.       Но последняя битва ждала у кассы. Очередь — это Гнездо Раздора, где каждый спешит и нервничает. Дэринг Ду стояла непоколебимо, как скала. И вот подошёл момент истины…       

***

      Ну вот, опять. Ко мне на кассу выстроилась очередь, а эта пожилая пегаска в плаще — стоит уже минуту, смотрит на витрину с жвачками как на карту сокровищ. Положила на ленту одну-единственную коробку сока. Вся такая сосредоточенная, будто выполняет ритуал.       − Здравствуйте, − говорю, − картой или наличными?       Она с достоинством протягивает карту. Провожу — а она просрочена. Говорю ей так, вежливо:       − Уважаемая, ваша карта недействительна. Нужна другая карта или наличные.       Она на меня смотрит. Не с раздражением, как большинство, а с каким-то... глубоким, трагическим пониманием. Прямо вижу, как в ее глазах проносится мысль: «Вот и еще один артефакт, павший в битве со временем». Молча, без упреков, достает кошелек и отсчитывает точную сумму. Движения медленные, церемонные.       − Пакет нужен? − спрашиваю по инструкции.       Она гордо качает головой, прижимает коробку сока к груди, словно это не сок, а зелье бессмертия.       − Герой... не нуждается в лишней ноше. − бормочет она себе под нос, но я слышу.       Я уже привыкла к разным чудакам, поэтому просто киваю.       − У нас действует скидочная карта, оформить? Накопите баллы...       Она издает короткий, сухой звук, похожий на смешок, полный презрения ко всем мирским соблазнам.       − Мне не нужны ваши дары, хранительница порога. Мой путь окончен.       Беру ее деньги, выдаю сдачу. Она берет ее, кланяется мне едва заметно, разворачивается и уходит прочь, не спеша, опираясь на свою палку-трость. Атмосфера вокруг нее будто сгущается, и обычный супермаркет на секунду становится залом уходящей славы.       − Хорошего дня... − автоматически говорю я ей вслед.       Она, не оборачиваясь, поднимает копыто в прощальном жесте. И исчезает за стеклянными дверями.       Честно? У нас каждый день такие. Но эта... Эта была с настроением.       

***

      Выйдя на улицу, она сделала глоток из маленькой коробочки. Сок был прохладным и сладким. Это был не просто сок. Это был эликсир, добытый в трудном походе. Дорога домой казалась уже не такой длинной.       Вернувшись в свою крепость, она поставила пакет на стол, отложила трость-посох и устроилась в кресле у окна. Закат окрашивал небо в багровые тона, напоминая о далеких пожарах сражений. Ее приключение подошло к концу. Оно было не таким громким, как в юности, но требовало не меньше мужества. И она знала — завтра ее снова позовет дорога. Может быть, до почтового ящика. Или до аптеки.