С чистого листа

      Поднялся шум. Громче всех протестовал Хосок, от волнения переходящий на корейский и проглатывающий окончания английских слов. Одновременно с ним неожиданно ярко возмущался Тэхён, который не понимал до конца, что происходит, но благодаря фильмам и сериалам хорошо воображал себе опасность, в которой окажется Чимин после закрытия программы защиты свидетелей.       Эти спорящие голоса были словно незначительный и приглушенный фон, а все внимание Чимина сосредоточилось на дрожащей ноге рядом, которая нервно подергивалась и отбивала дикие ритмы по паркету — Чонгук от неприятной новости явно был на взводе, но молчал, крепко стиснув зубы и стараясь достойно принять удар. Чимин коснулся прыгающей коленки, сжимая и отвлекаясь от собственного волнения, чтобы вселить мужчине хоть немного спокойствия, которого сам совсем не ощущал.       Приговор для Чимина звучал страшно. Но это были еще не все новости. Намджун угрюмо смотрел в бумаги, ни на кого не поднимая тяжелого взгляда. В отличие от коллеги, следившей внимательно только за двумя парнями на диване, его не интересовала ничья реакция, только сухие факты и рабочие вопросы без сострадания и лишних эмоций.       — Маршал Франджипани? — передал он слово Холзи, игнорируя все возмущения со стороны Хосока и Тэхёна.       — Это еще не все. Заместитель федерального маршала Чон Чонгук, ты отстранен от расследования, и с этого дня отправляешься обратно в отпуск. Хотя, — её черты лица смягчились, а губ коснулась легкая, будто бы неуместная улыбка, — чем ты занимаешься и с кем проводишь внерабочее время — уже не наше дело. Это помещение надо освободить сегодня же, поэтому, наверное, ты захочешь переместиться с другом в свою квартиру и остаться там с ним до судебного заседания, на которое Пак все-таки должен явиться. Он вне программы, но все еще остается главным свидетелем. Как и его брат.       Все смешалось в голове от обилия информации и намеков. Единственное, что было понятно точно — Чонгука не увольняли. Нога под рукой заметно присмирела сразу после слов про отпуск. И чем сильнее расслаблялись мышцы под ладонью, тем более спокойным себя ощущал Чимин. Осознание, насколько он стал зависим от состояния Чонгука, пугало. Джеймс из прошлого неодобрительно качал бы головой и цокал языком, считая такую эмоциональную привязку беспечной роскошью и показателем слабости. Восхищаться силой, встречаться и трахаться, доверять свою безопасность человеку, который являлся профессионалом в этом деле — одно. Но позволить себе глубокую, чувственную связь — было чем-то новым, непознанным и ощущалось как шаги по хрупкому мостику, на котором кружилась голова.       Чонгук положил затылок на спинку дивана и облегченно выдохнул в потолок. Он явно понял намного больше Чимина, сразу раскрыв козыри в рукавах начальства, и повернулся к мрачному Намджуну:              — Ясно. Если честно, я на секунду засомневался в вас, шеф. Для чего весь этот цирк тогда?       — Цирк устроили вы сегодня ночью, агент Чон! — рассвирепел тот в секунду, чуть повышая голос. — А это — рациональный план маршала Холзи, который позволит нам выйти из положения с наименьшими потерями. В отличие от вас, она умеет мыслить рационально и смотреть на ситуацию дальше своего носа.       Намджун рубил неприглядную правду, заставляя нарушителей почувствовать себя нашкодившими щенками и ощутить всю гамму вины. Суровая складка меж бровей выдавала его раздражение, а колкий взгляд шипами прошелся по Чонгуку, сбивая легкую спесь и ставя подчиненного на место. Тот выпрямил спину и сел ровнее. Чимин был отчасти согласен: все-таки, они действительно подвергли себя неимоверной опасности ночью, несмотря на то что удалось поймать Чхве Ушика с поличным и забрать носитель с информацией. И причина, по которой Чимин вообще это начал и потащил за собой Чонгука, была для него темой под номером один, но маршалы не торопились её поднимать. Зацепившись за эту мысль, мужчина переключился на волнение за брата. Здесь уже никакие строгие агенты и пугающие новости были не страшны, ведь на первый план выходило здоровье Джохана.       — Маршал Ким, — Намджун поднял на Чимина удивленный взгляд, будто не ожидал услышать такую твердость в его голосе, — Вы посмотрели флешку? Сделали что-то для Джохана? Ведь он остается в программе, а значит, хотя бы его вы должны сохранить, как свидетеля, не так ли?       Пожалуй, впервые за сегодняшнее утро в комнате образовалась оглушающая тишина. Судя по считываемым эмоциям на лице маршала, Намджун считал бывшего подзащитного каким-то резким, дерзким и раздражающим мальчишкой, но Чимина это не останавливало. За брата он был готов бороться до конца и даже ставить свою жизнь на кон ради него, что и доказал уже ранее. Джеймс из прошлого довольно кивал головой, одобряя переключение на более важные дела, нежели размышления о своей слабости к Чонгуку.       — Джохана мы переводим в закрытую частную клинику до улучшения его состояния. Там до него никто не доберется. Но оплата пойдет не за счет государства, поэтому ваши личные счета также с сегодняшнего дня будут разморожены.       Чимин растянул губы в ухмылке и скептически тихо фыркнул, непроизвольно выпрямив плечи. Такие намеки он улавливал всегда без всяких подсказок, внутреннее чутье финансового аналитика встало в рабочую стойку. Что ж, это было лучше, чем ничего. К нему возвращались деньги, а значит, оплатить содержание брата будет под силу. Это было игровое поле Джеймса, знакомое до каждой песчинки, что восстанавливало потерянную уверенность, которой так не хватало все эти месяцы.       — Не сомневаюсь. Надеюсь, специалисты в этой клинике достойные.       — Не сомневайтесь. Они будут стоить всех потраченных денег, — Намджун не разрывал визуальный контакт, достойно себя проявляя в этом небольшом противостоянии взглядов.       Чимин лишь кивнул, не желая продолжать, и краем глаза отметил, с каким удивлением на него смотрел Чонгук, развернувшись к мужчине всем корпусом. Наверное, маршалу было непривычно слышать и видеть эту часть его личности. Но, если больше не надо было играть по правилам программы, то постепенно Чимин возвращал себе давно сформировавшийся образ нахального аналитика, будто заново примерял севший костюм: немного дискомфортно, ощущается не так удобно, как раньше, но все еще налезает.       — М-м-м, что ж, если ваше странное бодание закончилось, то давайте перейдем к следующим планам. Их у нас достаточно, а времени, наоборот, маловато, — затараторила Холзи, не дав никому, особенно Намджуну, вставить лишние слова, и хлопнула в ладоши, привлекая внимание всех находившихся в комнате.       Не желая перебивать, чтобы ничего не упустить и наконец-то понять замысел маршалов, Чимин привалился плечом к Чонгуку, размещая предплечье на бедре мужчины и похлопывая по ноге. Смотреть в глаза было немного боязно. Чонгук видел его разным: спокойным и ласковым, нервным и кричащим, но никогда еще Чимин не позволял себе проявлять эту сторону — грубоватого и переходящего границы Джеймса из крупной компании. По крайней мере, Чимин так думал.       Холзи рисовала вполне логичные и жизнеспособные перспективы. И с каждым ее словом надежда расцветала внутри яркими бутонами. Пока агент Чон будет в официальном отпуске, его работа по защите Пака никуда не денется. Они неофициально переместятся в квартиру Чонгука, чтобы тот оставался на знакомой территории. По мнению маршала Франджипани, надо быть совсем отбитым и бесстрашным преступником, чтобы лезть в дом федерального маршала за пару дней до судебного заседания. И если честно, у Чимина волнительно подгибались пальцы на ногах от одной мысли о том, что он будет жить не просто на какой-то рабочей квартире, а в личном пространстве Чонгука. Он сидел и сдерживал глупую улыбку, заставляя себя не отвлекаться и внимать рассуждениям Холзи.       Чтобы избежать слежки, которая наверняка велась за убежищем свидетеля после поимки Ушика, нужно было разделиться. Чонгуку — отправиться в офис подписывать документы для отстранения и отпуска, а Чимину поехать сразу в квартиру, но не одному, а с сопровождением. Незнакомый мужчина, все это время молчавший у двери, вышел вперед. Он скромно прокашлялся в кулак, чтобы со всей силы гаркнуть по-военному мощно:       — Дэкс — капитан второго ранга ВМС США 6-го отряда SEAL в отставке! Сейчас — глава частного охранного предприятия, специализирующегося на прикрытии и помощи моим любимым маршалам штата Калифорния. Приятно познакомиться!       Чимин поднял брови от удивления. Он впервые видел перед собой «морского котика», еще и отслужившего в старшем офицерском чине. И, если бы не закатившиеся глаза Холзи, он бы легко принял весь этот пафос, немного трепеща перед человеком, побывавшим в горячих точках. Но все разбилось о громкое хмыканье Чонгука:       — А еще, он должен мне сотню баксов за то, что одного из говнюков поймал я, а не его отряд, живущий у нас за стенкой все это время.       — Эй, Чон, а не слишком ли это? — лисьи глаза Дэкса моментально превратились в недовольные щелочки.       — Что? У нас неофициальное собрание, нечего строить из себя влиятельного капитана!       — Тебе просто не хватило яиц пойти в спецназ вместе со мной, а теперь каждый раз фыркаешь на мое звание.       — Знаешь что, Мистер Я-Самый-Крутой-в-этой-комнате…? — Чонгук аж задохнулся от возмущения, набирая воздуха в легкие, чтобы высказать все, что он думает про зазнавшегося военного.       Но Намджун не выдержал первым:       — Хватит! — прикрикнул он, затыкая препирающихся мужчин, больше походивших на дворовых мальчишек, которые мерились длиной членов и никак не могли выявить победителя. — Оба хороши. Подраться успеете, когда все закончится, а сейчас заткнулись и слушаем дальше Холзи.       На самом деле эта легкая перепалка разрядила накалившуюся обстановку в комнате, и только один Намджун оставался в состоянии наивысшего стресса и напряжения. Если бы Чимин не знал, что у Чонгука только один старший брат, живущий в Корее, то однозначно назвал бы Дэкса если не близнецом, так двойняшкой Чона. Их дружеская грызня напомнила Чимину себя и Джохана в детстве, когда братья искали любую возможность посильнее щелкнуть друг друга по носу или дать пинка под зад.       — Теперь вы! — Холзи развернулась к притихшим Тэхёну и Хосоку.       Тэхён вжался в кресло и делал вид, что его не существует, даже перестал приставать с расспросами к Хосоку. Он ненавидел все возможные перепалки, если сам в них не участвовал, да и то его максимумом был спор в области, в которой он хорошо разбирался. Он был слишком чувствительным к громким конфликтам. Если добавить к этому компанию незнакомых людей, то Чимин представлял, как же тяжело сейчас все происходящее переносит Тэхён, и мысленно поблагодарил его за терпение.       — Я согласен на все, что вы предложите, и спорить не буду, — нетерпеливый голос Тэхёна показывал, как же ему хотелось побыстрее сбежать из квартиры.       — Отлично, мистер Ким! — Холзи сделала шаг к Хосоку. — Ситуация такая: мы ожидаем суету и ответные действия с той стороны после захвата Ушика и надеемся на неосмотрительные ошибки. Одной из которых, вероятно, будут угрозы Тэхёну, так как у него есть информация о связи Чхве Ушика, преступников и элиты города. Ведь вряд ли обычный региональный маршал получил бы приглашение на закрытую вечеринку Пака Богома.       Она сделала паузу, чтобы перейти к главному. Только хорошо знающий Хосока человек смог бы уловить неуверенность и легкое недовольство в глазах мужчины. Он уже догадался, к чему вела маршал Франджипани.       — Поэтому, мы вынуждены просить вас, агент Чон, пойти нам навстречу и взять под опеку Кима Тэхёна до суда. Мы сами не сможем в кратчайшие сроки выделить ресурс на эту задачу. К тому же один из сотрудников теперь в отпуске. Скорее всего, Чхве Ушик был координатором и мозгом, а с отрубленной головой наших противников могут захлестнуть замешательство и агрессия. Все причастные будут под угрозой.       Хосоку определенно была не по вкусу эта просьба, он прилетел в США с абсолютно другими установками и целями. И он был готов отвергнуть предложение, несмотря на очаровательную просящую улыбку Холзи, но Чимин увидел, как мужчина покосился на Тэхёна, в глазах которого плескалась безумная паника. Тэхён пытался храбриться, держал спину прямо, будто палку проглотил, однако вся бравада, проявленная полчаса назад на кухне, испарилась. Старый друг Чимина казался потерянным и до чертиков напуганным своим положением. Наверное, он до сегодняшнего дня даже не подозревал, в какой ситуации оказался и как повлияла на его судьбу встреча с маршалами.       Хосок тяжело вздохнул. Он понимал, что уже не отвертится, и Чимин буквально слышал, как тот в мыслях проклинал свою эмпатию и доброту к людям. Если Чон откажется, то эти бездонные темные глаза, полные ужаса, будут преследовать его во снах и смотреть с укором. А если что-то случится с Тэхёном до суда, то Хосок точно будет винить в случившемся именно себя.       — Хорошо. Я присмотрю за Кимом, — обреченно выдохнул он.       И тут же Тэхён цепко ухватил его за ладонь, переплетая пальцы и тряся в странном благодарственном рукопожатии. Казалось, он больше никогда не отпустит Хосока, пока вся эта ситуация не разрешится. А зная, каким приставучим бывает Тэхён… Чимин мысленно пожелал Хосоку удачи.       — Кажется, закончили, — довольно проворковала Холзи, что-то чиркая в своем блокноте. — Тогда все, по плану, занимаются своими делами, разъезжаются отсюда, чтобы я спокойно сняла квартиру с аренды. Чонгук в офис, Чимин с Дэксом, агент Чон с Кимом Тэхёном. Управились даже быстрее, чем я предполагала, молодцы, мальчики!       Перед уходом Намджун сообщил адрес и телефон частной клиники, в которую должны были перевести Джохана. Первым желанием Чимина было рвануть туда, чтобы почувствовать и осознать — брат держится, пусть весь утыкан трубками и иголками, но больше нет угрозы для жизни. Он так давно не видел родного человека! Остановил этот решительный порыв Дэкс, который, как широкая скала, возвышался над Чимином, мешая совершать необдуманные действия.       Оставшись с мужчиной наедине, Чимин не отказал себе в любопытстве, рассмотрев военного со всех сторон более пристально. Все-таки первое впечатление было мимолетным и обманчивым: Дэкс и Чонгук были совершенно разными, их ауры отличались как теплое и сладкое. И если от Чонгука при первой встрече хотелось сбежать из-за отклика собственного тела, а потом, наоборот, не отпускать от себя ни на шаг, то от Дэкса такой реакции не ощущалось. Он был просто симпатичным, но не более.       До квартиры Чонгука они ехали молча. Почему-то фантазия рисовала, что у спецназовца должен быть четырехколесный бронированный монстр, в котором Чимина отправят в незнакомую часть города. Но вместо этого его усадили в типичную машину каршеринга, которых разъезжало по городу бессчетное количество, и катали по центру Сан-Франциско. Голова Чимина вскоре закружилась среди знакомых улиц, и через полчаса он сам перестал понимать, куда же в итоге его везут. Все это время Дэкс внимательно отслеживал подозрительные машины по зеркалам, подмечая и сбрасывая хвосты.       — Я остановлю около здания через пару кварталов, — он протянул пассажиру ключ-карту с дурацким брелком в виде пухлого, круглого морского котика. — Тебе нужен сектор «Б», двадцать первый этаж. Квартира самая дальняя прямо по коридору. Вещи привезет Чонгук, а ты пока располагайся. Я с тобой не пойду, попутаю еще следы немного и уеду.       Вроде все предельно ясно. Нужно было просто выскользнуть из салона авто и быстро скрыться внутри здания. Но от чего-то сердце билось у самого горла, и немного подташнивало от тревоги. Чимин ощутил себя в фильме про шпионов, где нельзя накосячить и провалить миссию. Он крепко сжал игрушечного тюленя, постоянно проговаривая про себя все цифры.       Зеркальная высотка оказалось новостройкой среди абсолютно таких же зданий-близнецов в районе Сома и ничем не выделялась. Центр всегда был многолюдным и шумным, поэтому за волнительный десяток шагов от машины, Чимин пару раз успел столкнуться плечами с незнакомцами, которые не обращали на него внимания, и спешно извиниться. Только приложив ключ-карту к замку и оказавшись за нужными дверьми, он смог окунуться в тишину и выдохнуть. Мутный шум и неприятный звон в ушах сопровождали его, пока лифт поднимался на нужный этаж. Перед входом в квартиру мужчину немного потряхивало, и ощущались неприятно сводящиеся мышцы. Казалось вопиюще неправильным впервые вторгнуться на личную территорию Чонгука без его присутствия, но, с другой стороны, не сидеть же и ждать под дверью весь день. Это было бы глупо. Отбросив все мешающие сомнения и мысли, Чимин приложил ключ-карту.              Квартира была обычной. Без лишних запахов, в неярких тонах и с кучей вещей, которые, вопреки своему количеству, не создавали хаос и бардак, а органично были расставлены по местам. Чтобы сильно не наглеть, Чимин расположился в гостиной, стараясь не заходить дальше по темному коридору. Только заглянул на кухню, чтобы налить воды и немного смягчить пересохшее горло. Окна выходили на восточную сторону и открывали завораживающий вид на залив Сан-Франциско, который перечеркивал Бэй-Бридж, уводя взгляд в сторону Окланда.       Когда сумерки опустились на город, и включилась подсветка моста, Чимин был заворожен открывшейся картиной сверкающих теплых отражений оранжевых и желтоватых фонарей на черной глади залива. Несмотря на близость к шумной межштатной автомагистрали, в которую переходил мост, внутри квартиры сохранялась приятная тишина, никакие звуки с улиц не доносились до уютного пространства. Чимину здесь уже нравилось.       Когда его обвили за пояс крепкие руки, а спина прижалась к горячему телу, Чимин непроизвольно вздрогнул, резко возвращаясь в реальность. Он не слышал, как Чонгук вернулся домой.       Домой.       Мысли запнулись, быстро разлетаясь мелким бисером по закоулкам сознания так, что ни одной не осталось в голове. Никогда еще Чимин не впадал в ступор от этого простого слова. Пульс зачастил от одного уязвимого, но храброго в своей надежде образа, где воображаемый дом принадлежал бы двоим.       Слишком быстро! Но насколько же эта идея казалась желанной. Чимин поспешно спрятал ее подальше, чтобы в будущем вспомнить, нежно лелеять и позволить себе мечтать. Пока так. Он остановился на этом, не разрешая критическому мышлению и своей логике разрушить эту воздушную хрупкость.       — Немного задержался, но так было надо. Ты уже осмотрел все здесь? — теплый воздух негромкого вздоха ласково прошелся по макушке, путаясь в гладких прядях.       — Мне показалось, будет не совсем честно без тебя осматривать твою же квартиру. Но я побывал на кухне и в этой комнате, у тебя шикарный вид на залив с высоты птичьего полета.       Чимин развернулся в плотном кольце объятий, закидывая руки на крепкие плечи и чуть приподнимаясь на носки, чтобы оказаться нос к носу.       — Тебе нравится? — так близко и трепетно.       — Вид? — Чимин лукаво улыбнулся. — Определенно. Очень красиво. Вызывает восхищение, так и хочется разглядывать подольше. Залив у меня за спиной, кстати, тоже ничего.       Смех у Чонгука был наполнен легкостью и счастьем, похоже на звонкий колокольчик, от которого теплая нега разливалась в душе и наполняла всего Чимина безмятежным спокойствием. Длинный тяжелый день остался позади, скрываясь вместе с заходом солнца.       — Твои комплименты лучшие, Пак Чимин. Или мне нужно привыкать называть тебя Джеймсом? — осторожно поинтересовался Чонгук, но увидев, как мужчина тут же сморщил нос и закачал головой, добавил: — Тогда оставайся Чимином. Это имя нежное, воздушное и такое…       — Какое?       — Подходящее. Такое же, как и ты сам.       — А твои комплименты странные, но мне они тоже нравятся.       Шепот Чимина еле касался сухих губ Чонгука, тепло которых контрастировало с прохладой металлического пирсинга. В полутьме квартиры потяжелевшее дыхание двоих было громче любых слов и отдавалось в груди нетерпеливым ритмом, который легко можно было почувствовать, стоило только тронуть напряженные мышцы.       — Дэкс сказал, что ему удалось увести и запутать хвост, — зачем-то продолжил разговор Чонгук, хотя Чимину хотелось уже совершенно другого. Болтливость Чонгука в неподходящие моменты была его личным наказанием.       — Да-да, рад за него.       Чимин спешно куснул мужчину за нижнюю губу, намекая, что сейчас явно не хочет разговаривать про Дэкса или кого-то другого, затем за верхнюю и, услышав зарождающийся тихий стон, отпустил себя — накинулся на Чонгука, целуя так, как хотелось уже давно, развязно и влажно. Руки Чонгука с талии переместились на ягодицы, сминая ткань легких коротких шорт, длина которых как раз позволяла пролезть пальцами под нижний край и сжать упругую кожу бедра.       Чимин еле сдерживал нетерпеливый скулеж, так как вся их физическая близость до этого происходила всегда не в то время и не в том месте, чтобы насладиться ею целиком. Чимин горел от желания почувствовать Чонгука полностью, рывками толкая того в сторону дивана.       Где-то надорвалась до боли знакомая мелодия телефона.       — Сука, — Чимин зло выдохнул, понимая, что звонить ему могут только маршалы, и вряд ли кто-то решил набрать номер просто от скуки.       — Ответь. Я подожду тебя здесь.       Оголодавшим взглядом Чимин проследил, как Чонгук стягивает с себя футболку и падает на диван. Его рука неторопливо добралась до молнии на джинсах и прошлась по уже заметно выпирающему бугром члену.       — Я быстро, — бросил обещание Чимин и, чертыхаясь, путаясь в своих же ногах, нашел телефон на кухне.       Звонил Хосок. А значит, что-то могло случиться с Тэхёном. Адреналин выбросился в кровь с удвоенной силой. Дрожащей рукой Чимин быстро тапнул на зеленую трубку.       — Хоба?       — Чимини, помоги!       — Что случилось? Что-то с Тэхёном?! — затараторил от волнения Чимин.       — Пожалуйста, пообщайся со своим другом! Он меня достал, — голос был возмущенный, немного плаксивый, но далек от серьезного. — Чимини, умоляю! Мне кажется, он скоро меня сожрет.       Злоба вспыхнула жгучим пламенем на жалобы агента Чона. Где-то там на диване в гостиной Чимина ждал распаленный и горячий Чонгук, а чертов Хосок просто не мог справиться с напором Кима. Он гневно выдохнул, не заботясь о выражениях:       — Пошел ты, Чон Хосок! Можешь даже на член Тэхёна. Но не звони мне больше по такой херне!       И бросил трубку, ставя телефон в режим «Не беспокоить». У него были планы на ночь, и он собирался отдаться им полностью.

***

      — К тебе или ко мне?       Хосок сам не верил, что сказал это, но ехать и дальше молча под аккомпанемент джаза на неизвестной радиоволне было уже невыносимо. Тэхён сам попросил включить эту музыку, но это было единственным, что он произнес после того, как сел в машину. Поэтому своим дурацким вопросом Хосок попытался немного расшевелить пассажира, притихшего после описания грядущих опасностей от маршалов.       Да, агент Чон испытал не самые приятные эмоции от навязчивого внимания со стороны Тэхёна несколькими часами ранее, но… не то чтобы ему было противно, скорее поведение незнакомца вгоняло в легкую краску и вызывало небольшую панику. Хосок никогда не сталкивался с такой откровенной настойчивостью со стороны другого мужчины. У него не было предрассудков по этому поводу, но направленная на него энергия сбивала с ног.       Сейчас же рядом в машине сидел бледный призрак того настырного парня, боявшийся солнечного света и дергано озирающийся по сторонам на каждом светофоре, стоило только затормозить на красный.       Вопрос не вывел пассажира из молчания, но тот хотя бы зашевелился и удивленно уставился на Хосока, будто только что вспомнил, что находится не один.       — Тогда ко мне, — побарабанил по рулю Хосок, сворачивая к своей временной квартире, все равно вряд ли хоть кто-то знал, где он остановился.       Первые признаки воскресающего интереса агент Чон заметил не сразу. Будто зомбированный, Тэхён ходил из одного угла в другой, не находя себе места и лишь замедляясь, но не задерживаясь у окон.       — Почему район Твин Пикс?       Когда глубокий голос раздался за спиной, Хосок дернулся от неожиданности и едва не уронил ноутбук, на котором искал какой-нибудь подходящий фильм. Он пожевал губу, раздумывая, рассказать честно или приукрасить факты, но решил не юлить. Смешок вырвался сам собой, и на лице возникла светлая улыбка.       — Очень забавно вышло. Если честно, я никогда в жизни не досматривал сериал «Твин Пикс» до конца. Мне он казался скучным из-за приглушенных красок и затянутости сюжета, но этот сериал был настолько культовым… Узнав, что лечу в Калифорнию, где существуют холмы Твин Пикс, я без колебаний забронировал себе квартиру именно в этом районе. Правда, оказалось, что ничего общего ваши холмы с сериалом не имеют.       — Какая дурацкая причина, — усмешка Тэхёна была первым признаком возвращения в нормальное состояние. — Ты выбрал еще и самый тревожный район.       — Почему?       Когда Хосок гуглил самые криминальные места города, то список пестрел разными названиями, но Твин Пикс там отсутствовал. Он откровенно не понимал, почему в таком случае этот район должен быть самым тревожным.       — Потому что сюда чаще всего забредает Карл, — Тэхён умел заинтриговать и поставить в тупик своей странной логикой.       Откуда Хосоку было вообще знать, что это за Карл?!       — Кто?       — Ну знаешь, это мужчина, который приходит в утренних сумерках и тает в желтоватом свете поднимающегося солнца. А еще он может настигнуть тебя поздно вечером и дохнуть промерзлой прохладой и сыростью.       Бархатистый тембр окутывал мягкостью и загадочностью. Возможно, из-за своего неидеального английского, Хосок ни черта не понимал в словах парня и стал подозревать, что его держат за придурка, от чего начал раздражаться.       — У тебя очень странная фантазия на мужчин, — буркнул он, обнаружив, что ноутбук разрядился и требует питания. Просмотр кино был под угрозой.       — О, фантазии с мужчинами у меня бывают самые разные. Тебе интересно? Могу рассказать… Но вообще-то я про туман. Мы его частенько зовем Карлом. Знаешь, эти шутки в стиле: «Золотые Ворота сегодня прекрасны, потому что Карла нет рядом!»       Хосок во все глаза смотрел на заливающегося смехом мужчину. Однозначно, весь Тэхён казался ему странным и словно не из этого мира, но в то же время эта его особенность интриговала и начинала притягивать. Мужчина помотал головой, сбрасывая наваждение. Только подумать! Эти американцы однозначно странные, если всегда пытаются дать природным явлениям имена. Что за чудаковатая мания.       — А у тебя бывают?       — Кто? Туманы? — Хосок уже осторожничал, так как не поспевал за скоростью мысли Тэхёна и не мог точно угадать, о чем его спрашивают.       — Фантазии с мужчинами.       От потяжелевшего взгляда, который будто сканировал всего Чона, неприятно засосало под ребрами. Ким Тэхён вновь начинал свою игру в соблазнителя, с той лишь разницей, что теперь они были одни и отвлечься было не на что. Выход оставался один, но это был явно не откровенный разговор с самим Тэхёном. Хосок схватил телефон и метнулся в коридор, чтобы сделать видеозвонок и заодно сбежать от своего временного соседа.       Его вызов очень долго игнорировали, но Хосок продолжал ждать. Он глянул на часы, вспоминая о разнице во времени, и молился, чтобы сейчас было не слишком раннее утро в Сеуле. Голос на той стороне был ужасно недовольным и хриплым:       — Что?       Через секунду на экране появился и сам Мин Юнги, весь потрепанный и заспанный, но, что радовало, явно в постели, а не на работе с литрами кофе в желудке. Молчание затянулось, пока Хосок собирал мысли в кучу, поэтому Юнги закряхтел, а на экране все затряслось и смазалось. Когда картинка стабилизировалась, Хосок обнаружил собеседника на кухне, но это помещение он не узнавал: бежевые стены, мебель из массива натурального дерева, а на окнах не было темных штор, из-за которых комната напарника обычно тонула во мраке.       — Ты что, сделал ремонт? — вырвалось у Чона.       — Хоба, — прохрипел Юнги, принципиально закрыв глаза и подперев щеку кулаком, — ты мне звонишь в пол седьмого утра субботы, чтобы поинтересоваться моим ремонтом? Какого черта, Чон? Говори что хотел и вали из моего телефона, я хочу еще хотя бы часок поспать.       За спиной Юнги мелькнуло непонятное пятно, связь была не самой лучшей. Наверное, стоило порадоваться, что напарник, скорее всего, завел личную жизнь, но в голове у Хосока мозг бил в гонг и кричал об опасной и непредвиденной ситуации в лице излишне напористого Кима в соседней комнате, и нужно срочно решить, что с этим делать, так что ему было не до сердечных похождений Мина.       — Хотел поделиться с тобой новостями о Паке Чимине и нынешней ситуации. И попросить совета, как вежливо отшить парня, — Хосок очень надеялся, что оставшийся в гостиной Тэхён ни черта не понимает по-корейски.       — Ты не по адресу. Я никого никогда не отшивал. Мог сразу послать, но это явно не самый вежливый совет, который ты ждешь от меня.       — Его стратегия — тотальный игнор, если что! — невидимый обладатель высокого голоса за кадром прокомментировал слова Юнги с очень знакомым возмущением, но Хосок так и не вспомнил, где уже слышал эти интонации.       — Просто заткнись.       Если бы не раннее утро, Юнги шипел бы недовольным котом, а не ворчал как старый дед.       — Кстати, если ты говорил про Кима Тэхёна, который стоит у тебя за спиной с недовольной рожей, то он знает корейский, — добавил он. — Просто поговори с ним нормально, Хоба. Иногда люди так делают и получают неплохой результат.       — Удачи, Хоба! Держу за тебя кулачки! Передавай привет Чимину, надеюсь, его командировка проходит успешно! Вы с Юнги еще успеете наговориться, а у нас с ним всего лишь один выходной, и потом он опять будет меня игнорировать, ссылаясь на работу. Это какой-то кошмар! Так что давай, файтинг! Пока-пока! — сбоку появилась растрепанная голова Сокджина и затараторила со скоростью космического корабля, который вошел в зону гиперпространства.       После этого видеозвонок завершился. Хосок даже не успел попрощаться.       Юнги и Сокджин?! Это было что-то запредельное и удивительное. Как так вышло? В список обязательных дел по возвращению в Сеул нужно было добавить вылазку с детективом Мином в бар, чтобы узнать все подробности. И что там еще Юнги говорил про Тэхёна, который знает корейский?       Хосок похолодел. Присутствие непрошенного свидетеля разговора выдавало наигранное шумное сопение за спиной. Мужчина обернулся.       — Отшить, значит?       Тэхён улыбался очень мило. Даже слишком приторно. Кажется, Хосок действительно влип.