Метафорически и буквально

Прошли первые организационные собрания. Джей купил учебники и тетради, повесил цветную светодиодную гирлянду по периметру кровати, подобрал удачный цвет постельного белья — мягкая приглушенная терракота — к бежевым стенам, разложил художественные принадлежности по органайзерам. Словом, обжился. Бретт оказался неплохим соседом — тут интуиция Джея не обманула. Не сильно организованный и очень разговорчивый, но добрый и довольно чистоплотный. Они быстро подружились и перезнакомились с большей частью потока. Через пару дней после начала учебы ему написал Энди: Эй, привет Как ты? Устроился? На привычной дистанции Энди… ну, не бесил. Джей даже был ему благодарен за неравнодушие. Казалось, он и правда искренне беспокоится.

Да, все ок

*фото комнаты с ракурса от двери*

Как твои дела?

Все классно! Мы c Одж уже вернулись в кампус Неохота учиться правда*грустный смайлик* Джей поставил реакцию на сообщение, отложил телефон и потер лицо. И вот что делать с этими попытками в непринужденную беседу? Они нормально не разговаривали со времен… Ладно, следовало признать, что в основном, это была вина Джея. Точнее, сначала переходный возраст начался у Энди, и он стал огрызаться на мелкого надоедливого брата, который ходил хвостом за ним и за его друзьями. Когда Энди слегка отпустило, размотало уже Джея, который страдал от перепадов настроения, покрылся прыщами и был зол на весь мир. Ну а потом Энди уехал в колледж и как-то… не сложилось. Пикнуло уведомление из календаря. Джей опомнился и тряхнул головой. Пора бежать на лекцию. По пути к Уиллард Холл ему встретились пара знакомых, с которыми он коротко обнялся. Ребята тут вообще любили физический контакт: объятия, дружеские хлопки по плечу, шутливые тычки в бок. Кто-то мог положить кому-то голову на колени, кто-то — невзначай потрепать по волосам. Уже на нужном этаже его догнал Бретт, на ходу жующий булочку. Лекционный зал был небольшим, человек на двадцать пять, — не амфитеатр, как представлял себе Джей, а просто кабинет с длинными столами, подходящими для групповой работы. Преподаватель по основам постановки, мужчина слегка за тридцать, представился как Иэн. Не «мистер» и не «профессор» Грэм (как значилось в расписании). Иэн рассказывал основы — концепции постановочного процесса, — которые Джей, в общем-то, знал, но все равно было круто — слушать о том, что до этого было лишь школьным хобби, и понимать: не за горами день, когда сценический дизайн станет его настоящей профессией. В конце Иэн дал короткое финальное замечание, зачитал со слайда список дополнительной литературы и отпустил группу. В аудитории сразу же поднялся шум: отодвигались стулья, шуршали тетрадные листы, захлопывались крышки ноутбуков. Сам Джей предпочитал вести «бумажные» конспекты, потому что всегда лучше запоминал и структурировал все через сенсорику, и оцифровывал информацию только по необходимости. Ребята из школьного театрального кружка раньше беззлобно над ним посмеивались, но здесь он был не единственным, кто предпочитал бумагу, ручку и цветные маркеры. Практически со всеми ребятами в аудитории он уже был знаком — они все жили на одном этаже. Они с Бреттом и двумя девчонками, Джун и Эми, с которыми у них как-то стихийно сложилась учебная группа, направились в студию на практику по актерскому мастерству. Она тоже располагалась в Уиллард, как и большинство аудиторий театрального факультета. Это было светлое, довольно просторное помещение с большими окнами и зеркалами, полностью закрывающими одну из стен. Возле станка делала растяжку невысокая брюнетка в черных легинсах и топе, а в углу складывал реквизит светловолосый парень в широкой белой футболке и мягких джоггерах. — О, — оживилась девушка, — свежая кровь? Ну, не пугайтесь, заходите. Парень сдержанно кивнул из своего угла. Джей только коротко махнул рукой и отошел к стене, чтобы положить рюкзак и снять обувь. Постепенно в студию подтягивались другие ребята. Кто-то ходил по залу и рассматривал реквизит, некоторые болтали, сидя группками на полу. Джун с Эми сидели практически в центре и обсуждали расписание, а Бретт стоял поодаль с парой одногруппников. Джей замер, размышляя, успеет ли сделать набросок до начала практикума. — Эй. — Он чуть не подпрыгнул от неожиданности, когда та самая брюнетка вдруг оказалась возле него. — Привет. Как тебя зовут? — Джей. — Джей от? — уточнила она, заставив его нахмуриться и взглянуть на нее внимательнее. Миниатюрная, смуглая, с длинными темными волосами и большими карими глазами. Ну конечно. — Джалани, — ответил он. — Красиво. И тебе подходит. — Она плавно протянула руку и аккуратно коснулась пальцем одной из бусин на его дредах. — Я — Марисса, можно просто Мар. А это Лукас. — Она кивнула в сторону светловолосого парня. Тот, услышав свое имя, тоже подошел и протянул ему руку для приветствия. Джей пожал протянутую руку и представился еще раз. Лукас и Марисса тут же притянулись друг другу, как магниты, прильнули по-актерски пластичным движением и сплелись руками. Видимо, пара. Оттенками внешности Марисса напоминала Дэна, но не была сложена изящно. Напротив, фигура с крутыми изгибами и контрастно тонкой талией. Лукас был гораздо выше и достаточно худощав. Вместе они представляли собой интересный контраст, но, странным образом, смотрелись гармонично, как части целого. Джей поймал себя на том, что слегка краснеет от такого направленного внимания. Марисса, в этот момент внимательно разглядывающая его лицо, усмехнулась как-то хитро, но по-доброму. — Мисс Рейнольдс просила передать, что немного задержится, — сказала она громче, так, чтобы услышали все. — Пока ее нет, мы покажем вам разминочные упражнения. Вставайте напротив зеркала. Делая разминку, Джей поймал себя на мысли, что немного залипает на Мариссу, и тут же тряхнул головой. Фу. Что за фигня? Девчонка старше, занята и… вообще. Сейчас не до того. Пришла преподавательница, Марисса с Лукасом дружелюбно попрощались со всеми и ушли. Джей еще раз тряхнул головой и переключил внимание на мисс Рейнольдс, краем сознания отмечая внутри себя, что любовался красивой комплиментарностью его новых знакомых. Их расслабленностью, ощущением, что вот они здесь — телом и мыслями, а не варятся внутри себя в страхах и сомнениях. Многие ребята здесь были такими — свободными, пластичными. Джей завидовал немного и решил, что именно этого он хочет достичь в себе. Хочет быть — здесь и сейчас, а не оглядываться на то, что оставил за спиной. — А теперь разбейтесь на пары. Джей улыбнулся Эми, приглашая ту встать с ним. Она была невысокой и полненькой, с каштановыми волосами, серыми глазами и сияющей светлой кожей. При взгляде на нее все время хотелось улыбаться. От нее пахло цветочными духами, кажется, жасминовыми (у мамы были похожие благовония), и она была очень милой. И вот, Джею показалось, что он поймал это ощущение. Гладкое плечо партнерши под ладонью, ее приятный парфюм, стены студии цвета слоновой кости, теплый золотистый паркет под босыми ступнями, солнечный свет, рисующий на полу прямоугольники от фрамуг окна. Он здесь. К концу занятия у него гудели плечи и побаливали стопы — приятная, правильная усталость. Группой они пошли перехватить по сэндвичу с кофе перед следующей лекцией. Гул голосов сливался в общий приятный, ненавязчивый фон. Они взяли еду в кофе-точке и расселись прямо на траве перед Уиллард. Небо было ясным, трава на свету давала множество оттенков — от холодноватой умбры до желто-зеленого. Джей прикрыл глаза — текстура травы, негромкие разговоры ребят, шуршание бумажных оберток — и подставил лицо лучам. *** Привет Завтра заеду в Юджин Встретимся на кофе? Джей поморщился. Ну и зачем это? Почему Энди вдруг приспичило начать общаться? Летом он тоже периодически пытался выловить Джея в промежутках между встречами со школьными приятелями и возней с отцом в гараже, где они ковырялись в старом отцовском Туареге. И если дома удавалось отговориться работой или другими делами, то теперь деваться было некуда.

Привет

Тебе удобно в четыре?

Да, супер Джей скинул адрес «Странствующей козы» — кофейни на Мэдисон стрит, в которую они недавно ходили с ребятами. На следующий день, подходя к «Козе», Джей чувствовал лишь нарастающее раздражение и какую-то тихую привычную горечь, с которой в последнее время думал о доме. Энди уже был на месте и выглядел совершенно чуждо на фоне насыщенно-оранжевых стен, черного потолка и странноватых картин. Он был одет в зеленый свитшот с символикой Портлендского государственного университета, в котором учился и готовился в этом году получить бакалаврскую степень. Джей остановился у входа в кофейню, разглядывая брата через стеклянную витрину. Собранный, чуть ниже Джея, но плечи шире. Прическа фейд добавляет аккуратности. Очки в тонкой оправе. Джей вздохнул и толкнул дверь. Увидев его, Энди радостно заулыбался, вскочил с места и сделал пару шагов навстречу, как будто желая обнять. Джей внутренне напрягся, а сам Энди, словно устыдившись своего порыва, как-то нелепо качнулся и просто протянул ему руку для пожатия. — Привет! — сияющие глаза и радостная улыбка. — Привет, — настороженно ответил Джей, по-прежнему не понимая его странного энтузиазма. Чтобы остановить этот поток дружелюбия, Джей подошел к витрине с выпечкой. Попросил у бариста мокко на миндальном молоке и коричный ролл. Энди взял обычный дрип и пару шоколадных кексов. Ожидая заказ, они снова вернулись за стол. Повисла неловкая пауза. Минуты через две Энди все-таки заговорил: — Ну как ты тут? Ма говорила, уже обжился. Как учеба? — Все нормально. Джей смотрел в сторону, отчаянно желая, чтобы его заказ скорее приготовили, и можно было отойти под благовидным предлогом. — Одж передавала тебе привет, кстати. А Ма велела потом дать подробный отчет о том, как ты устроился. — Спасибо, ей тоже передавай. Ма я позвоню сам через пару дней, когда расписание утрясется. Скажи, что все хорошо. Наконец-то приготовили их заказ, и Джей сходил за подносом. Они помолчали еще немного, и Джей не выдержал: — Энди, — спросил он, — почему ты здесь? — Послушай, Джей… — Энди замялся и отвел взгляд. — Я просто… ну, хотел увидеться. Джей отпил кофе, поставил стакан и уставился на светло-коричневую пену на поверхности. На ней медленно расплывался рисунок кошачьей мордочки, сделанный бариста. — Мы виделись, когда ты отвозил меня сюда. А до этого жили в одном доме все лето. — Я знаю, — продолжил Энди, — но нам так и не удалось нормально поговорить. И вообще… мы давно толком не разговаривали. Это как-то странно. Между нами. Джей пожал плечами. — У всех так бывает. Энди тихо выдохнул, будто собираясь с духом: — Я не хочу, чтобы так было постоянно. Джей почувствовал, как внутри поднимается раздражение. Он только начал испытывать что-то вроде покоя. Почему сейчас? Зачем ему теперь эти душеспасительные беседы, эта нелепая забота, которой его вдруг решил одарить идеальный во всех отношениях братец? — Энди, — сказал он ровно, — у меня тут учеба, много всего нового. Я, честно… просто не знаю, что тебе сказать. — Да ничего не надо говорить, — Энди поднял глаза. — Просто… ты же тут совсем один. Мне как-то… важно было убедиться, что ты в порядке. Джей тихо фыркнул. — Со мной все нормально. — Я знаю. — Энди улыбнулся неловко и как-то грустно. — Но ты всегда все держишь в себе. А я… — пожал плечами. — Я брат все-таки. Джей откинулся на спинку стула и откусил кусочек ролла. Хотелось заорать. — Ладно, — сказал он вместо этого. — Спасибо, что заехал. Энди снова улыбнулся, как-то осторожно. — Надеюсь, я не слишком навязываюсь, — спросил он тихо. — Если что, скажи. Джей отвел взгляд. Наблюдал, как за окном кофейни едут по Мэдисон машины и велосипедисты, а по тротуарам ходят еще совсем по-летнему одетые люди. — Я просто не знаю, как это… — Он сжал пальцы в кулак под столом. — Нам с тобой, вот так просто общаться. — Джей… — на лице Энди читалась искренняя вина. — Я накосячил. Очень сильно. Оттолкнул тебя тогда, потому что был придурком. И потом, когда началась вся эта фигня, ну, с папой. В общем, я не брат, а дебил. — Допустим, — усмехнулся Джей. — А что сейчас поменялось. — Ну, я больше не хочу быть отстойным братом. И мне не все равно. Ма сказала, что… — Так, стоп, — прервал его Джей. — Давай вот без этого. Если Ма вправила тебе мозги, это не значит, что тебе, идеальному сыну, надо тут же мчаться сюда на тяге из чувства вины вместо бензина и пытаться что-то там налаживать. Мне наконец-то стало спокойно, Энди. Перед глазами больше не маячит недостижимый идеал. Энди выглядел так, будто его ударили. В лицо бросилась краска, а между бровей появилась морщинка. — Я понял, — сказал он, — прости, что побеспокоил. — Он встал, порылся в карманах и кинул на стол десятидолларовую бумажку. — Поеду. Надо забрать Одж от родителей и успеть в Портленд до темноты. Было видно, что ему больно, и на какое-то мгновение Джей устыдился своей детской злобы. Энди уже направился к выходу, но вдруг обернулся к нему: — Прости, если я когда-то тебя обидел или заставил чувствовать себя… как-то не так. Я этого не хотел. — Он потер глаза. — Если тебе что-то понадобится, пожалуйста, напиши мне. Не обязательно в ближайшее время. Просто… если вдруг захочешь. — Угу. Энди еще пару мгновений смотрел на него, а потом махнул рукой на прощание, развернулся и вышел из кофейни. Джей не спеша допил кофе, отмечая, что сладость стала неприятной. Выбросил недоеденный ролл, расплатился, вышел на улицу и глубоко вздохнул. Воздух Юджина был не таким, как дома, — словно более легким, пронзительным. Но сейчас это совсем не ощущалось. Он шел на восток по Восемнадцатой авеню мимо кладбища первопоселенцев, свернул на Юниверсити стрит. Разглядывал здания вокруг, подмечал детали, оттенки, линии, всеми силами стараясь удерживать внимание на чем угодно, только бы не возвращаться к тому, от чего он с такой радостью сбежал. Ему казалось, что наконец-то он сможет быть просто Джеем — не странноватым младшим братом или неудавшимся вторым сыном. Не человеком, которым пренебрегают. Но Энди приехал сюда и отобрал у него такую возможность. Джей остановился на углу возле стадиона Билла Хэйварда и прикрыл глаза. До общежития было рукой подать, но ему было страшно туда идти. Он боялся почувствовать, что больше не принадлежит к этому миру ярких, свободных, творческих людей. Что у него по-прежнему нет своего места. Он глубоко вдохнул, повел плечами и двинулся дальше, шаг за шагом с усилием встраивая, впечатывая себя в эту новую реальность.