Три часа на искупление: человек в Аду и демон среди людей

В прихожей их перехватил Ларри. - Как там Дженни? Ей уже лучше? Вы ей помогли? А что за спешка? Вы куда? Это связано с ней? – лихорадочный поток его распросов невозможно было остановить. - Делаем все что в наших силах, чел, - торопливо объяснил ему Константин, уже распахнув входную дверь и шагнув за порог, в водянистый сумрак коридора. – Та мразь, что мучает твою дочку, потребовала добыть ей душу вместо души Дженни и я как раз собирался поработать над этим. - А я собирался проследить чтоб этот колдунишка не всрал все окончательно, - добавил Хеллбой, метнув в Константина уничтожающий взгляд, и вполголоса проворчал вдогонку: - Вот после таких умников мне и приходится разгребать самое жуткое дерьмо. - Ага, бедный ты-несчастный, - саркастически отметил объект его недовольства, устремляясь крупной рысью к лифту. Как только створки кабины захлопнулись за их спинами, Джон в изнеможении подпер спиной стену и яростно протер глаза. Он был готов спорить на что угодно, что они у него сейчас были красны, как у кролика-альбиноса и окружены самыми огромными в его жизни синяками. Что он наделал? Откуда, спрашивается, он возьмет человеческую душу для выкупа? Кажется, дело приняло скверный оборот и в этом частично есть и его заслуга... О, ему следует поторопиться с изобретением способа расплатиться с демоном, но вот беда – в голове ни одной идеи! - Три часа... Срань господня... – прошептал он, сопровождая каждое слово змейками сигаретного дыма. Белесые завитки обреченно поднимались к потолку и рассеивались в неверном свете забитого дохлыми мухами плафона. - И ты сам заварил всю эту кашу, - назидательно пробасил Хеллбой, возвышаясь над Константином словно воплощенное напоминание о его, Константина, опрометчивости. На багровом лице инфернального детины проступили желваки, а его выглядывающий из-под плаща хвост нервно хлестал воздух, как у рассерженного кота. – Jeez, если б ты просто не лез!.. От подобных обвинений кровь Джона Константина закипела. Да, черт возьми, он, кажется, только что все серьезно усложнил; но он хотя бы действовал! Каждый его шаг был продиктован чистосердечным желанием помочь этому ребенку и загладить вину, неотступно преследующую его с того распроклятого вечера. Он еще не облажался! Да что там говорить - до этого вообще не дойдет! Вообще, кто этот чертяка такой, чтобы виноватить его?! Одним коротким движением выхватив сигарету из губ, Константин вплотную приблизился к Хеллбою. Если бы не разница в их росте, то мужчины стояли бы сейчас буквально нос к носу. - Послушай, завязывай-ка ты с нравоучениями, а?! – в гневе заорал Джон, брызжа слюной. Он надеялся, что выглядит в эту минуту достаточно грозно, несмотря на то, что ему приходится запрокидывать голову чтобы смотреть оппоненту в глаза, - Ты вообще меня, блять, не знаешь! Думаешь, я сам рад происходящему? Да я сейчас самому себе ебло начистил бы, если б мог! - Могу сделать это для тебя, только попроси, – перед носом Константина выразительно помахали каменной ручищей, кулак которой величиной вполне мог поспорить с его головой. - Ай, да ну тебя нахер, - в бессильном раздражении заключил Константин, вываливаясь из лифта в холл, - Распинайся тут еще перед тобой! - Ребята, стойте! Конс, вы еще там?! – с лестницы донеслась торопливая дробь каблуков и тяжелое пыхтение Ларри Добкинса, - Подождите меня, я с вами! Приятель Джона, отдуваясь после стремительного забега по лестнице и не прекращая сражения с вывернутым наизнанку рукавом куртки, предстал перед  ссорящимися. - Что ж, айда с нами, - со вздохом согласился Константин, - Глядишь, втроем отыщем выход из всего этого дерьма быстрее.