Осенние сумерки шоу

Медпункт студии был белым, стерильным и безжизненным — как мир без цвета. Контраст с потрясением Тенны был почти болезненным. Он уложил Алису на кушетку и дрожащими руками стал развязывать ткань на её запястье. Полосы крови уже пропитали её рукав… но когда ткань сползла — он замер. Это были не просто порезы. Не порванная кожа. Не случайная рана. — Когти… — прошептал он. — Настоящие… когти. Его голос был едва слышным, искажал его собственный динамик. Антенны опали, экран стал приглушённым, тёмным. Он аккуратно очистил рану, а потом сорвал с себя перчатку, чтобы хоть пальцами — пусть и механическими, но такими родными — коснуться её кожи. — Алиса… пожалуйста… не уходи. — Его голос сорвался. — Только не так. Он не помнил, когда последний раз плакал. Но сейчас по краю экрана — где стекло соединялось с корпусом — выступили маленькие блестящие капли конденсата. И они медленно стекали вниз. Алиса открыла глаза медленно — так, будто возвращалась из глубокого, тягучего кошмара. Шум, свет, боль в руке — всё вернулось одновременно. Она увидела Тенну. Он сидел рядом, положив локти на колени, держась за голову. Его экран чуть гудел, периодически мигал.Когда он заметил её движение — вспыхнул ярче, резко повернувшись. — Алиса! Ты в порядке? Я… я думал, что потерял тебя. Он наклонился ближе — слишком близко, почти касаясь её лба своим холодным экраном, как будто хотел убедиться, что она настоящая. Алиса сжала губы, пряча эмоции. — Всё нормально… — тихо сказала она. — Нет, не нормально. — Голос Тенны стал хриплым, и внутри динамиков будто что-то дрогнуло. — Кто это сделал? Что произошло? Это было… это не человек. Алиса, я вижу, что это не человек. Пожалуйста… скажи мне. Он был так искренен, так напуган… но Алиса отвела глаза. — Я… не хочу говорить. Его экран слегка померк. — Ты не доверяешь мне… — Нет! — Алиса резко поднялась. — Просто… я сама не понимаю. Он хотел спросить ещё. Но не стал. Слишком боялся спугнуть её. Или сделать больнее. В студии она посидела недолго — молча, сжимая забинтованную руку. Тенна ходил вокруг, каждый раз будто собираясь подойти, но боясь. Наконец она тихо сказала: — Можешь отвезти меня домой? — Конечно. Он вызвал такси, и вскоре они уже сидели рядом в тёмном салоне. В окно медленно ползли огни осенних улиц, жёлтые листья крутились вихрями под фонарями. Салон был наполнен запахом холодного воздуха и спирта — от бинтов. Алиса смотрела в окно. Но внутри окна отражалось не её лицо. А тот, чьи глаза она видела когда-то в другом мире. Её дыхание стало неровным. Из прошлого поднялись обрывки — как туман. …Лабиринты темных комнат. …Шёпот в пустоте. …Девочка Десс, испуганная, потерянная. …И он. Тот, кто называл себя Другом. Тот, кто улыбался слишком широко. Тот, чьи глаза светились розовым и жёлтым — именно такими, какие смотрели на неё в гардеробе. «Почему?..» — подумала Алиса. «Он ведь… он был моим другом. Он… я спасла Десс. И всё было хорошо…» Почему же теперь он угрожал? Почему ранил её? Она незаметно сжала кулак — и боль кольнула запястье.Тенна заметил это.. — Тебе больно? — Он наклонился, его экран стал мягче, подсветка теплее. — Алиса, прошу, если что-то угрожает тебе… я должен знать. Его голос был почти человеческим. — Не сейчас… — шепнула она. — Пожалуйста. Он не стал давить. Только осторожно положил свою механическую руку поверх её ладони — мягко, почти нежно. Его пальцы были металлическими, но от прикосновения Алисе стало почему-то теплее. Такси остановилось у дома, и Тенна вышел первым, помогая Алисе. Его движения были бережными, осторожными, как будто она была стеклянной. На крыльцо вышла Мия. Рыжая, яркая, слегка растрёпанная, с лениво приподнятой бровью. Её кошачьи уши дёрнулись, когда она увидела Алису — и мужчину-телевизора рядом. — Ого… — протянула она с хитрой улыбкой. — А кто это у нас? Алиса, ты, похоже, наконец-то решила привести домой кого-то поинтереснее. — Мия… — устало выдохнула Алиса. Но Мия уже повернулась к Тенне и почти мурлыкнула: — Проходи, красавец.. Тенна смутился — по экрану пробежали рябь и красная тень, словно он покраснел. — Эм… я просто… — Хмм-м, — Мия наклонилась ближе, будто оценивая его как товар, — необычный ты парень. Даже очень… Алиса ощутила, как внутри что-то неприятно сжалось. Даже не ревность — нечто другое. Более глубокое. Она не хотела видеть кунканье Мии возле Тенны. Не сейчас. И не вообще. Когда Алиса прошла в зал и опустилась на диван, пытаясь не дрожать от воспоминаний, Мия увела Тенну на кухню. — Так значит, — мурлыкнула она, опираясь бедром о столешницу, — ты работаешь на шоу, и ты… заботишься об Алисе? — Я… да. Но… — он отступил на шаг, пытаясь сохранить дистанцию. — Я просто волнуюсь. Она получила серьёзную рану. Это моя ответственность как ведущего… — Ммм, да ладно тебе. — Мия слегка провела пальцем по краю его экрана. — Ты милый. Очень милый. Экран мигнул, он дёрнулся. — П-пожалуйста, не делайте так! — воскликнул он, запутавшись в собственных словах. — А что? Нравится? — Мия улыбнулась шире. — Нет! То есть… я… у меня есть… — он беспорядочно махнул руками. — Есть человек… который мне нравится. Очень. Я не хочу ничего… такого. Мия приподняла бровь. — А? Правда? Кто же? Тенна запнулся. Его экран стал тёплым, мягким, будто светил изнутри нежностью. — Алиса. Мия моргнула. — Ну надо же… — сказала она тихо, неожиданно серьёзно. — Вот это… интересно.