карточный домик

Чонгуку было скучно. Ладно, скука сама по себе не плоха. Это естественно — каждый человек на планете хоть раз в жизни испытывал её. Чёрт возьми, даже животные и малыши испытывали эту пытку, глядя на шкалу времени. Но проблема была не в самой скуке, а в том, где ему было скучно. Он находился в зале суда, переживая, казалось бы, самый серьёзный день в своей молодой карьере. Его коллега допрашивал своего клиента — так называемого подозреваемого в «убийстве в баре», — а Чонгук сидел в кресле так, словно вот-вот растворится в коже. Губы лениво надулись, взгляд следил за вращением ручки, вращающейся между его татуированными пальцами. И у него хватило наглости зевнуть. Громко. Тем временем его клиент — молодой человек, обвиняемый в непредумышленном убийстве — сходил с ума за деревянным столом уголовного суда. Каждый острый вопрос, каждый беспощадный перекрёстный допрос всё больше подталкивали его к краю пропасти. «... и, господин, вот что следует отметить. Убийство произошло в переполненном баре. Тем не менее, мы не смогли найти ни одного свидетеля, готового дать показания. Мне нравится думать, что их рты либо были закрыты, либо страх заставил их замолчать. И я уверен, что все здесь знают, что наш подозреваемый, отец господина Кима, — весьма уважаемый бизнесмен. Для таких, как он, ничего не стоит потратить деньги и полностью стереть улики», — сказал коллега Чонгука, высоко подняв голову и не сводя глаз с судьи, сидевшего за трибуной, резким и властным голосом. Чонгук взглянул на своего клиента. На лице молодого человека отражались страх и тревога, руки нервно дергались. Их взгляды встретились, и в этом взгляде клиент молча умолял о чём угодно — о чём угодно — ради его спасения. Чонгук закатил глаза, наконец вырвавшись из безразличного транса. Он встал, позволив весу своего присутствия заполнить зал суда. Мышцы напряглись, энергия сжалась, словно пружина. Время пришло. «Я хотел бы возразить, господин», — раздался голос Чонгука, перекрывая гул суда. Он вышел из-за стола, размеренно и уверенно шагая, пока не остановился в нескольких шагах от коллеги, держа идеальную осанку и расправив плечи. «Мой дорогой коллега не имеет права обвинять моего клиента подобным образом, не имея ни малейшего доказательства его преступления», — продолжил Чонгук звучным и уверенным голосом, каждое слово источало авторитет. «Разве не оскорбительно для моего клиента подвергаться беспочвенным обвинениям?» Его руки оставались небрежно засунутыми в карманы, но каждый сантиметр его тела излучал самообладание. Он бросил взгляд на адвоката противоположной стороны, ухмыльнувшись, уловив его слабый, тлеющий взгляд. Удовлетворённый, он снова перевёл взгляд на судью, заметив едва заметный кивок в знак согласия. «И как заметил мой коллега, господин Чо, бар действительно был полон», — сказал Чонгук, мерно шагая по начищенному полу зала суда. «Однако ни один свидетель не дал показаний, чтобы обвинить моего клиента. Одно это, доказывает, что мой клиент неоспоримо невиновен. Я прошу господина Чо воздержаться от выводов без надлежащих доказательств. Суд требует фактов, а не предположений». Закончив, он самоуверенно изогнул губы. Судья что-то записал в блокноте, кивнув, явно впечатлённый выдержкой молодого адвоката. Чонгук слегка повернулся, поймав взгляд своего клиента. Молодой человек, который только что буквально дрожал, теперь излучал облегчение, его лицо расплылось в широкой улыбке. Чонгук справился с ситуацией с безупречной точностью. Никакой паники, никаких запинок — только контроль. Затем его взгляд метнулся обратно к господину Чо. Адвокат всё ещё сверлил его острым взглядом, но Чонгук не дрогнул. Он ухмыльнулся и почти игриво подмигнул сопернику. Взгляд господина Чо тут же метнулся в сторону, явно раздраженный. «Вы хотите что-нибудь ещё сказать, мистер Чо?» — спросил судья спокойным, но властным голосом. Его седые волосы и морщинистое лицо несли на себе отпечаток десятилетий, проведённых в зале суда. На вид ему было чуть больше семидесяти, но его проницательный взгляд оценивал каждую деталь молодых адвокатов, представших перед ним. «Я хотел бы немного повременить с заседанием суда», — ответил господин Чо, и в его голосе слышалась решимость. «Я верю, что найду свидетеля, достаточно смелого, чтобы выступить на следующем процессе». Его уверенность была ощутимой, хотя Чонгук видел трещины в его броне — он всё ещё знал, что зал суда — вотчина Чонгука. «Суд даёт вам две недели на сбор доказательств», — наконец произнёс судья ровным голосом. «Но пока у нас нет другого выбора, кроме как освободить господина Кима, поскольку нет достаточных доказательств для его содержания под стражей. Суд окончен». Молоток ударил по толстой деревянной поверхности, эхом отозвавшись по залу. Чонгук слегка откинулся на спинку стула, на его лице осталась лёгкая, довольная ухмылка. Его клиент пока в безопасности. И снова прозвище «непобедимый Чон» казалось вполне заслуженным. Все как один встали со своих мест, чтобы почтительно поклониться судье, который сам выпрямился из-за скамьи и направился к выходу. Чонгук и мистер Чо согнулись под прямым углом, сохраняя безупречную позу уважения, а юноша на скамье подсудимых буквально подпрыгивал от волнения, не в силах сдержать радость от того, что суд отпустил его домой. «Вы были чертовски хороши, мистер Чон», — прощебетал мальчик, спускаясь с деревянного ящика, служившего скамьёй подсудимых в уголовном суде. Чонгук подошёл к нему той непринуждённой, уверенной походкой, которая создавала впечатление, будто он хозяин этого места. Вскоре к ним присоединился мистер Ким, отец мальчика, крепко, но нежно положив руку на плечо сына. «Согласен. Ты действительно потрясающий. Надеюсь, дело продолжит развиваться в том же духе. Тогда мы точно победим», — сказал он, и в его голосе слышались и надежда, и облегчение. Чонгук поднял взгляд на мистера Кима. Его поза была небрежной, но тон — ровным. «Ну, пока вы держите свидетелей в неведении, остальное — моя ответственность: вытащить вашего сына из этой передряги». Мистер Ким тихонько усмехнулся, и на его губах появилась ободряющая улыбка. «О, не беспокойтесь об этом. Просто сосредоточьтесь на деле. Я разберусь с доказательствами». Чонгук слабо ухмыльнулся, от него исходила уверенность, пока он поправлял позу и позволял словам дойти до сознания. На данный момент непосредственная битва была окончена, но война за победу только начиналась. 🥀 «Возьми эти файлы и положи их в мой шкафчик — они очень важны», — приказал Чонгук своему помощнику Джексону. Молодой человек серьёзно кивнул, пытаясь удержать в руках стопку бумаг и папок, уже отягощённую другими вещами. Взгляд Чонгука на мгновение задержался на Джексоне, слегка прищурившись от неловкой борьбы. Помощник заметил этот взгляд и смущённо, слегка виновато улыбнулся. «Я справлюсь», — успокоил его Джексон, неловко улыбнувшись и поправив хватку, все еще шатаясь под тяжестью файлов. Чонгук переключил свое внимание на что-то другое, когда позади него раздался знакомый высокий голос. «Привет, Чонгук». Он тут же навострил уши. Он резко повернулся и увидел Чимина, который бежал к нему трусцой. Серебристые пряди его волос, идеально уложенные, но естественно подпрыгивающие при каждом шаге, мерцали на свету, придавая ему почти неземное сияние. «Привет, малыш», — поприветствовал его Чонгук вскоре после того, как Чимин остановился и встал перед ним. «Как дела? И перестань называть меня малышом», — ответил Чимин, легонько шлёпнув Чонгука по бицепсу для пущей убедительности. Блондин полностью проигнорировал этот жест, не обращая на него внимания. «Я великолепен, как всегда», — ответил Чонгук с привычной небрежной уверенностью, направляясь вперёд. Чимин подстраивался под него, непринуждённо шагая рядом. «Как продвигается дело?» — спросил седовласый мужчина, время от времени поглядывая на Чонгука, в его тоне смешивались любопытство и беспокойство. «Я побеждаю», — коротко ответил Чонгук, но в его тоне всё ещё чувствовалась нарочитая самоуверенность. Он выглядит чертовски уверенным. «Непобедимый Чон, твоя уверенность в себе на пике», — пошутил Чимин, с силой хлопнув ладонью по спине Чонгука . Чонгук лишь ухмыльнулся, словно солипсистский чудак. «Ты уходишь?» — спросил Чимин, и Чонгук кивнул. Младший повернул голову, чтобы взглянуть на старшего, и спросил: «Почему?» Чимин остановился на месте и схватил Чонгука за руку, чтобы остановить и его. — Вообще-то, мне нужна твоя небольшая услуга, — неловко спросил Чимин, улыбаясь как идиот. Его ладонь погладила затылок. «Конечно», — ответил Чонгук, небрежно пожав плечами, и лёгкая ухмылка тронула его губы. Он хотел казаться совершенно безразличным, но в глубине души уже взвешивал свои шансы. Согласиться было довольно легко, но вот выполнит ли он своё обещание, зависело от обстоятельств и, возможно… от его собственного удовольствия. Чимин отпустил руку Чонгука и сунул руку во внутренний карман пиджака, вытаскивая оттуда небольшой предмет. Он осторожно поднял его: это была флешка, чья гладкая чёрная поверхность блестела в мягком свете офиса. «Можешь передать это Тэхёну?» — тихо, почти нерешительно, спросил Чимин, протягивая руку Чонгуку. «Я взял его флешку для работы и забыл её вернуть. Тэхён только что позвонил мне и сказал, что ему эта флешка нужна очень срочно, так что… можешь её ему передать?» — добавил Чимин, слегка сжав пальцами флешку, как будто она сама по себе несла какой-то невидимый вес. Чонгук выгнул бровь, слегка наклонив голову, разглядывая своего лучшего друга. «Почему ты сам не можешь вернуть ему?» Его тон был спокойным, но нахмуренные брови выдавали любопытство — и, возможно, лёгкое подозрение. Губы Чимина сжались, и он пробормотал что-то себе под нос, почти неслышно. «Потому что он слишком близко ко мне», — прошептал он, опустив взгляд. Чонгук моргнул. «Что?» — спросил он, слегка наклоняясь ближе и напрягая слух. Чимин резко поднял голову, широко раскрыв глаза и взглянув на Чонгука с тихим нервным смешком. «П-просто потому, что мне нужно разобраться с делом, вот почему», — пробормотал он быстрым, почти оборонительным тоном, но теплота во взгляде смягчила его. «И ты только что сказал, что уходишь, так что я подумал… почему бы не передать её тебе, раз Тэхёну она действительно срочно нужна?» Его щенячьи глаза, полные надежды и невинности, встретились с глазами Чонгука, слегка задев сердце младшего — или, по крайней мере, его самолюбие. Чонгук ухмыльнулся, наблюдая, как старший слегка ёрзает под его взглядом. «Ладно», — произнёс он, склонив голову набок и не скрыв ухмылки. «Считай, дело сделано». «Хмм», — пробормотал Чонгук, притворяясь, что задумался. Правда была далеко не скрытой — он был в восторге от этой возможности. Увидеть Тэхёна снова было редкой возможностью, и теперь Чимин предоставил ему идеальный повод для этого. Он позволил старшему потянуться между ними, медленно и расчётливо, давая ему возможность гадать, о чём он думает. «Но я же не знаю, где его компания, понимаешь?» — Чонгук искусно солгал, небрежно пожав плечами, скрывая нетерпение в глазах. Конечно, он точно знал, где находится офис Тэхёна — он бывал там не раз. Но излишняя спешка могла вызвать подозрения, а Чонгук был мастером выбора момента. Лицо Чимина мгновенно вытянулось. Он моргнул, и по его чертам пробежало разочарование. Он почти забыл, что Чонгук всё ещё здесь новичок и не знаком с миром Тэхёна. «Чёрт, я совсем забыл, что ты здесь не особо разбираешься», — пробормотал Чимин себе под нос, тихонько вздохнув, словно признавая поражение. Он слабо улыбнулся Чонгуку, словно снисходительно . «Всё в порядке, Кук. Посмотрим, найду ли я кого-нибудь другого…» Глаза Чонгука расширились. Паника вспыхнула при мысли о том, что Чимин найдёт кого-то другого. Он не мог упустить такую ​​возможность. Прежде чем Чимин успел отвести взгляд, Чонгук рванулся вперёд и преувеличенно резким движением выхватил флешку из рук старшего. «Ладно, ладно, не стоит сейчас расстраиваться», — сказал он, и его смех был слишком нервным и слишком быстрым. Он крепко сжал флешку в ладони, обхватив её пальцами, словно спасательный круг. Его взгляд метался по сторонам, словно он ожидал, что кто-то попытается её вырвать, хотя рядом никого не было. Чимин моргнул, наполовину удивлённый, наполовину забавляясь. «Чудак… что ты…» «Ничего, ничего», — Чонгук с ухмылкой оборвал его, и его сердцебиение слегка участилось. «Понял. Поверь, я доставлю в целости и сохранности». «Ты сказала, что компания твоего мужа довольно большая и популярная здесь, так что я не думаю, что возникнут какие-либо трудности с её поиском. У меня всё равно есть GPS», — добавил Чонгук, небрежно пожав плечами, слегка наклонив голову и одарив Чимина милой, обезоруживающей улыбкой. Глаза Чимина расширились, сверкнув, и он лучезарно улыбнулся Чонгуку, сверкнув идеальными зубами. «Правда? Ты доставишь её ради меня?» — радостно пропищал он, чуть не подпрыгивая от восторга. «Не ради тебя, ради меня», — резко подумал Чонгук, сдерживая желание закатить глаза. Он заставил себя сохранить эту приторную улыбку и кивнул. «Да… ради тебя», — ответил он, чуть стиснув зубы за улыбкой. «Спасибо, Чонгук! Я потом угощу тебя чем-нибудь вкусненьким», — прощебетал Чимин, лучезарно улыбаясь и уходя, махая Чонгуку рукой каждые несколько шагов. Чонгук закатил глаза и едва заметно покачал головой, опустив взгляд на сжатый кулак. Медленно, размеренно он разжал пальцы, словно нежные лепестки цветка, и показал флешку, уютно лежащую на ладони. Его глаза сверкали озорством, острым, нестандартным блеском. Уголки губ приподнялись в ухмылке. «Мы как два магнита», — пробормотал он себе под нос, слова были едва слышны. «Чем больше ты пытаешься уйти от меня, тем сильнее притяжение удерживает меня рядом». 🥀 Чёрный как смоль Mercedes-Benz проскользнул через огромные ворота инновационной арки Кима. Чонгук поискал свободное место и наконец заметил свободное у края парковки. Он остановил машину, заглушил двигатель и выехал, обдуваемый прохладным вечерним воздухом. Лукавая ухмылка тронула его губы, когда он увидел Тэхёна, стоящего на крыльце под величественным зданием, засунув руки в карманы брюк, его взгляд слегка прищурен и направлен куда-то мимо Чонгука, а не на него. «Так отчаянно меня хочешь, Ким», — поддразнил Чонгук низким, игривым голосом. Он начал медленно приближаться к Тэхёну, каждый шаг — это было неторопливое покачивание тела. Это была его собственная походка — сексуально соблазнительная, невероятно плавная. Его мускулистое тело каким-то образом сохраняло женственную элегантность: тонкая талия, соблазнительные бёдра, длинные ноги, изгибы, которые ловили свет и притягивали взгляд. Тэхён спокойно и размеренно спустился по нескольким ступенькам, его голос был прирывистым. «Мне нужно срочно кое-куда пойти, поэтому я и ждал здесь. А теперь дай мне флешку», — сказал он, скользнув взглядом по морю припаркованных машин, вместо того чтобы встретиться взглядом с Чонгуком. Чонгук тихонько усмехнулся, наклонил голову и посмотрел на него снизу вверх. Не говоря ни слова, он полез в карман и протянул флешку, проявив необычную для этого случая готовность помочь. Тэхён взял её, слегка коснувшись пальцами Чонгука, и начал уходить. Он на мгновение остановился и тихо, почти неслышно пробормотал: «Спасибо». Взгляд Чонгука задержался на спине Тэхёна, губы слегка приоткрылись, когда он провёл по ним языком. Он наблюдал, как старший проводит рукой по своим медово-каштановым волосам, каждый шаг привлекая внимание, словно модель с подиума: широкие плечи идеально дополнялись сшитым на заказ костюмом. «Думаешь, избавился от меня?» — внезапно крикнул Чонгук, так громко, что старший замер на полушаге. Его брови игриво нахмурились. Тэхён остановился перед машиной и повернулся к нему, его глаза затуманились от любопытства. «Что?» — спросил он спокойным, но с ноткой подозрения голосом. «Ты не сможешь от меня избавиться, Ким. Я тебя не отдам», — произнёс Чонгук, и вся серьёзность, словно промелькнувшая сквозь его бэмби-отверстия, пронзила его. Он позволил ногам подтолкнуть себя к старшему, пока не оказался прямо перед его чуть более высокой фигурой. Чонгук наклонил голову, и лёгкая ухмылка скользнула по его губам, когда он протянул руку старшему. Но прежде чем его пальцы коснулись его, Тэхён резко вздрогнул и тут же отступил назад, резкое движение выдав вспыхнувшее в его голове воспоминание — ту ночь, когда Чонгук шантажом заставил его заняться сексом. «Даже не пытайся», — предупредил медово-каштановый голос низким, острым как лезвие, взглядом, пронизывающим младшего. Чонгук выгнул бровь, на его лице промелькнуло веселье, а затем он ошеломлённо усмехнулся. «Какая ирония в твоих устах, Ким. После того, как мы переспали не один раз, не два, а трижды, ты хочешь сказать…» — Ты меня вынудил, — Тэхён быстро перебил его ледяным тоном. Слова ударили словно нож. Улыбка Чонгука мгновенно исчезла, лицо превратилось в пустую маску. Глаза потемнели, игривый блеск сменился чем-то более холодным и тяжёлым. — Я тебя не заставлял, — сказал Чонгук тихим и размеренным тоном, полным предупреждения, которое разнеслось в повисшей между ними тишине. Он начал медленно, хищно шагать вперёд, в то время как Тэхён инстинктивно отступал. С каждым шагом воздух вокруг них становился всё плотнее. «Кто умолял меня не останавливаться?» — спросил Чонгук, его взгляд был непоколебим, интимный в своей остроте, когда он приблизился. Его голос дрогнул, теперь в нём слышалась насмешка. «Кто это ныл: „Пожалуйста, не останавливайся, Чонгук, я хочу этого, хочу свой развратный член внутри тебя“?» Его подражание было жестоким, преувеличенным, но намёка было достаточно, чтобы у Тэхёна сжалось сердце. «Это потому, что ты издевался надо мной», — огрызнулся Тэхён, его голос повысился, словно защищаясь, хотя он и надломился под тяжестью его собственного тяжёлого дыхания. Грудь его вздымалась и опускалась всё быстрее, пока он не судорожно не вздохнул, ударившись спиной о гладкий металл машины. Губы Чонгука дрогнули, и в его словах промелькнула насмешка. «У тебя что, нет рук?» Он скользнул взглядом по телу Тэхёна, затем поднял его, оценивая, словно загнанную в угол добычу. Его взгляд задержался на боку Тэхёна, прежде чем он кивнул сам себе. «Ага… есть. И ты ведь умеешь ими пользоваться, верно? Мастурбировать, например?» Последнее слово прозвучало как требование, голос был опасно мягким, не оставляя пробела между приказом и обвинением. «Ты мог бы мастурбировать, если бы я так над тобой издевался . Но ты решил противиться, потому что твой жадный до внимания член хочет быть внутри меня, верно, Ким?» — заявил блондин, обхватив Тэхёна обеими руками по бокам, прижимая его к машине. «Ты не думаешь, что тоскуешь по мне?» — тихо прошептал младший, его голос был страстным и с нотками опасности. Их лица теперь были всего в нескольких сантиметрах друг от друга, так близко, что Тэхён чувствовал тёплое дыхание Чонгука на своих сухих губах, заставляя их невольно дёргаться. Грудь Тэхёна сжалась, когда тело выдало его, промелькнув в головокружении от удушающей близости. Он ненавидел, насколько близко был Чонгук, и ещё больше ненавидел, как его сердце забилось от этой близости. «Это был порыв. Я не мог ясно мыслить», — выдохнул Тэхён, его прикрытые веки неохотно опустились на непреклонный взгляд Чонгука. «У тебя есть прекрасный ответ на любой вопрос, не так ли, Ким?» — спросил Чонгук обманчиво спокойным, почти впечатлённым тоном, но потом его взгляд стал острым. «Но почему ты такой наивный, когда дело касается твоей гребаной супружеской жизни?» Его слова резали, как лезвие, раздражение сквозило в каждом слоге. Он подошёл ещё ближе, и голос его теперь был хриплым от сдерживаемого гнева. «Ты умён, конечно. Ты же бизнесмен, в конце концов. Но когда дело касается твоего брака? Ты такой тупой. Почему?» Взгляд Чонгука был острым, в нём сквозило разочарование. «Слишком ослеплен любовью?» — выплюнул он, хотя блеск в его глазах таил в себе нечто более глубокое — запутанные и непонятные эмоции, бурю, которой даже он не мог дать названия. Тэхён запнулся, губы его раздвинулись, и голос стал слабым, почти оборонительным. «Я не понимаю, о чём ты говоришь», — пробормотал он, его взгляд блуждал, блестел, словно он сдерживал что-то, чему не хотел дать выплеснуться. Чонгук стиснул челюсти. Внезапно он в ярости ударил ладонью по машине позади Тэхёна, и звук этот резко и эхом разнёсся по воздуху. Старший не дрогнул, не пошевелился — его лицо было пустым, но глаза говорили совсем другое, сверкая эмоциями, которые он отчаянно пытался сдержать. «Это твоя проблема, Ким!» — голос Чонгука дрогнул от разочарования, низкий, но кипящий. «Ты прекрасно знаешь, что происходит вокруг, но, блядь, предпочитаешь это игнорировать. Ради чего? Ради какой-то так называемой любви, которой даже не существует…» «Заткнись нахуй!» — внезапно прорычал Тэхён низким, угрожающим тоном, стиснув зубы. Он оборвал Чонгука, прежде чем тот успел выплеснуть ещё больше, прежде чем гнев младшего выплеснется наружу на публике. «Не устраивай сцену перед моим офисом», — прошипел он. Чонгук замер, заглушённый не страхом, а пронзительной властностью в голосе Тэхёна. Он посмотрел на него, наблюдая за пустым лицом старшего, но пылающие в глазах эмоции выдавали его. Стиснув зубы, Чонгук наконец отдернул руку от машины, выпрямляясь. Его грудь тяжело вздымалась и опускалась от сдерживаемой ярости. «Ладно», — выдавил он, резко кивнув. «Я ухожу. Но обещаю тебе, Ким: твоя упрямая задница вернётся ко мне. И когда вернёшься, вернёшься ползком ». Он бросил на Тэхёна последний испепеляющий взгляд и резко развернулся. Его шаги были резкими и уверенными, светлые волосы подпрыгивали от силы удара. Дверь машины гулко захлопнулась, когда Чонгук забрался внутрь и с рёвом завёл двигатель. Через несколько секунд чёрный «Мерседес» рванул с места, оставив после себя лишь лёгкий аромат одеколона и потрескивающее напряжение в воздухе. Тэхён застыл там, где его оставил Чонгук, с остекленевшими глазами, но выражение лица было холодным, как камень. Губы его едва шевелились, голос был едва слышен — скорее для себя, чем для кого-либо ещё. «Почему он не отступается от меня?» — прошептал он. Грудь его сжалась от переполнявшей его ярости, которую он отказывался признать