Первый Клинок

Приёмная гильдии гербологов в Приюте Упавшей Звезды была апофеозом спокойствия даже по меркам размеренного поселения на пенташийском фронтире. Природные тона возвращали посетителей в места за морем - в Простор, где зелень бьёт из земли так же жадно и пышно. Здесь растения будто прорастали из самих стен: невидимая сила насыщала воздух мягкой, тягучей жизнью, от которой хотелось дышать глубже. Аромат флаконов, настоек, сушёных трав и жидкостей, заполонивших стеллажи за стойкой регистрации, накрывал приглушённым умиротворением. Почти любого. Но, разумеется, не всех. - Я скоро вздёрнусь. - тихо проворчал Виллем, изнывая от ожидания. Он успел привести себя в порядок, облачиться в свежевыстиранную сутану - и из вчерашнего грязного пьяницы снова превратился в… ну, условно уважаемого гласа Семерых. Хотя несносность при нём осталась прежней. Роланд его не услышал - или сделал вид, что не услышал. Он переводил взгляд с одного предмета на другой, изучая сотни неизвестных сосудов, коробочек, колб, сушёных цветов, настоек, снадобий. Он бывал здесь раньше, но никогда - как проситель, никогда не заходил дальше стойки, чтобы забрать заказ для отца или матери. И сейчас, несмотря на собственное терпение, ожидание угнетало его почти так же, как жреца. - Простите, что заставила ждать, ваше святейшество. Роланд. - раздался мягкий голос. Из двери позади стойки вышла Роза - знакомая и мальчику, и жрецу. Роланд внутренне поморщился: в текущих обстоятельствах он меньше всего хотел встречаться с близкими знакомыми. Но легенда Виллема была крепче камня - они пришли за редким справочным материалом, название которого жрец «забыл». А Роланда прихватил, чтобы тот не болтался без дела. Врать, когда требуется, Виллем умел мастерски. - Мастер готов вас принять. - сообщила Роза. Виллем подорвался так стремительно, будто его наконец-то освободили из заточения. - Наконец-то! Спасибо, госпожа, спасибо… Идём, Ролло. Нельзя заставлять достопочтенного герболога ждать. - произнёс он громко и благостно, словно никогда и не называл мальчика «пацаном» или «мелкой занозой в заднице». - Подождите. - остановила их Роза. - Может, Ролло лучше останется со мной? Внутренние помещения гильдии… не самое подходящее место для ребёнка. Я могу заварить чай, принести что-нибудь перекусить. Это куда приятнее, чем слушать разговоры двух взрослых учёных мужей. Не в обиду вам, ваше святейшество… - она посмотрела на Роланда мягко, почти по-матерински. - Что скажешь, Роланд? - Я… - начал он, но Виллем тут же опередил. - Не стоит беспокоиться. Я присмотрю за ним лучше любого. - заявил жрец с ледяной учтивостью. - И ему полезно взглянуть на колбочки и микстурки в естественной среде обитания, а не за прилавком. - Тем более, как мы будем проводить тренировки, если он набьёт брюхо вашими заботами? Право слово, не нужно, госпожа. Он произнёс это так, что спорить было уже невозможно. И не задерживаясь ни на миг, направился дальше - Роланд молча пошёл за ним. Жрец шагал уверенно, будто и сам был членом гильдии. Он легко лавировал меж дверей, поворотов и коридоров, ни разу не сверившись ни с указателем, ни с логикой здания. Было очевидно - он бывал здесь не раз. Иначе Роза непременно вызвалась бы проводить их. Они поднялись по лестнице на второй этаж и оказались перед массивными дверями. То, что скрывалось за ними, было другим миром. Запах ударил первым - терпкий, едкий, въедающийся в кожу. А затем открылось пространство. Помещение занимало весь этаж - не кабинет, не лаборатория, не архив, а всё сразу, переплетённое одним дыханием. Стеллажи, забитые свитками и книгами, тянулись от стены до стены. Десятки столов были заставлены колбами, ретортами, мензурками, порошками, настойками. Растения - сотни растений - стояли в горшках, лежали высушенными в мисках или плавали в закупоренных банках под мутноватой жидкостью. Сам Марк Дендр - единственный в Приюте человек, знающий глубины тайных искусств. - сидел у огромного окна. Свет лился на него, на хаос книг и реагентов, заливал лабораторию ровным, живым блеском, нужным для растений. Дендр работал с ожесточением: что-то бормотал себе под нос, сравнивал две книги, делал быстрые зарисовки на листах бумаги, переворачивал свитки. На гостей бросил только короткий взгляд - усталый, раздражённый, но всё ещё внимательный. - Только быстро, прошу. У меня дел до самой Зимы. - процедил он. Это была шутка - лёгкая, сухая. Из всех присутствующих последнюю Зиму застал только Роланд. И то в прошлой жизни. - Боюсь, быстро не выйдет. - без предисловий заявил Виллем и двинулся вперёд, как таран. - Так что отложи свои бумажки и слушай. Внимательно, мой молодой «бурый» друг. Скрежет зубов был таким, будто Марк одно мгновение серьёзно подумал - стоит ли ему выкинуть жреца в окно. Но слушать стал. И Виллем - начал. То, что он вывалил на герболога, иначе как дерьмом назвать было трудно. Во всех смыслах.

***

Спустя некоторое время. Там же.

- Бред. - наконец произнёс Марк, выслушав весь рассказ от начала до конца. - И ты занял моё время ради этого? Роланд молчал. Он понимал - на месте Дендра он бы сказал то же самое. Но от этого помощь мага менее нужной - не становилась. - У тебя есть доводы посильнее, чем резкое фырканье? - спросил Виллем невинным тоном, словно только и ждал такого ответа. Он делал вид, что рассматривает золотистый цветок на столе, хотя взгляд у него был хищный, живой. - Кроме того, что этого не может быть… потому что не может? - сухо произнёс Дендр. - Нет. Но этого достаточно. Он подвёл черту резко, почти болезненно, и тут же перевёл колючий взгляд на Роланда, который всё это время стоял в стороне - наблюдал, слушал, впитывал. И тем не менее его присутствие в разговоре явно задевало мага. - Мне жаль, молодой Сабре. - сказал Марк мягко, но не без нажима. - Жаль, что столь юное дарование втянуто в бредни наставника, который не знает меры и отказывается выполнять свои обязанности. Чем бы он тебя ни пугал - не беспокойся. Всё это лишь фантазии воспалённого разума его святейшества. Он говорил искренне. Он правда верил, что защищает ребёнка. - Пацана не трогай. Пока. - Виллем слегка повысил голос, и этого оказалось достаточно, чтобы Дендр вздрогнул от неожиданности. - Лучше скажи мне прямо, где я не прав. Или засунь свой снобизм себе в задницу. Тон жреца стал другим - тяжёлым, серьёзным, лишённым насмешки. Дендр, похоже, впервые понял, что разговор вовсе не шуточный. - Кхм… - герболог поёрзал в кресле, пойманный между сомнением и растущим дискомфортом. - Допустим. Пусть твои слова звучат… складно. Но доказательства, кроме слов, у тебя есть? Нет? Значит это теория. И ничего больше. - Я не в восторге от того, что валлирийцы здесь, но причин подозревать их в таком - нет. Я могу придумать десятки других, столь же маловероятных предположений. - Вот поэтому мы и здесь. - холодно отрезал Виллем. - Нам нужны доказательства. А точнее - способ их добыть. И в этом ты нам и поможешь, голова твоя садовая. Он подался вперёд, нависнув над гербологом. Фигура Дендра сразу стала меньше, почти сжавшись под тенью крепкосложенного жреца. - Прости что? - взвился Марк, чуть отодвигаясь. - Каким образом? Нет! Я не стану рисковать своей репутацией ради ваших фантазий! - А жизнями всего города вы рискнёте? - раздался спокойный голос Роланда. Слова были ровными. Чёткими. Без пафоса. И, как оказалось, именно такими, что способны вонзиться под кожу. Мужчины замолчали. Разговор, словно вернувшись на рельсы, снова стал прямым и конструктивным. - Мы не просим тебя следить за ними или врываться в их шатры. - сказал Виллем значительно мягче, но всё так же по-настоящему. - Нам нужно лишь придумать способ получить доказательства. Остальное - мы сделаем сами. Марк выдохнул. Выражение лица стало менее каменным, но внутри него всё ещё кипела борьба. - Почему ты не пошёл с этим к бургомистру? Почему именно ко мне? - спросил он, сбросив часть напряжения, но сомнения не скрывая. - Потому что у него дел - по горло. И реакция была бы такой же, как твоя. - ответил Виллем. - Без улик это только теория. Но слишком опасная, чтобы её игнорировать. Он надавил окончательно. И по тому, как дрогнуло лицо Дендра, было ясно: маг знает о боевых рабах Мантариса достаточно, чтобы не отмахиваться. - Нам нужно лишь убедиться. - продолжил жрец. - Если мы ошибаемся, всё спокойно. А если нет… тогда нужно готовиться к худшему. И времени, чтобы звать армию или твоих коллег, у нас не будет. Совсем. Молчание повисло плотное, тяжёлое. И через минуту Марк выдохнул: - Лишь бы ты ошибся… чтоб тебя. Он посмотрел на Роланда. Дольше, чем раньше. - Ладно. Я помогу. Способ старый, и я бы не назвал его надёжным. Но… подойдёт. Молодой Сабре, будь добр, сходи к Розе и попроси унцию молотого «пещерника». Только южного. Это важно. Указание было чётким. Тоном - прямым. Ошибаться нельзя. Когда дверь за Роландом закрылась, Виллем спросил. - «Пещерник»? Его же используют для лечения немоты и прочего? - Северный - да, - кивнул Марк. - Южный - совсем другое. Его обнаружили на Соториосе пару столетий назад. Это колония. Не растение в обычном смысле. Структурная система. Она может запоминать и воспроизводить форму. - Рад за неё. - хмыкнул жрец. - Не перебивай. - отрезал Дендр. - В нужных руках эта штука реагирует на магические и алхимические следы. И, если всё так, как ты говоришь… - он поёжился. - Реакция на существо Мантариса будет такой бурной, что дополнительных доказательств не понадобится. Он бросил взгляд на дверь - убеждаясь, что их не слышат. - И теперь главное. - сказал он тихо. - Зачем ты втянул в это мальчика? Его родители знают, куда ты его тащишь? Его голос стал холодным. Твёрдым. Это был не бытовой интерес - это была граница. - Не твоё дело. - отрезал Виллем. - О пацане я сам позабочусь. - Кажется, кто-то путает роли. - резко ответил Марк. - Пришёл ко мне ты. А лезу не в своё дело - я? С каких пор дела валлирийцев стали делом церкви? Я что-то пропустил? - Это стало моим делом тогда, когда мальчик сам пришёл ко мне и попросил о помощи. - нехотя ответил Виллем. Брови Дендра взлетели вверх. – Ты хочешь сказать, что эта безумная идея исходит не от тебя, а от ребёнка? - голос мага стал ледяным. - Ты просто смешон. Зачем ты стал потакать его ночным кошмарам? Ради забавы? Ради выгоды? От скуки? Его раздражение вспыхнуло так сильно, что растения в лаборатории дрогнули, зашуршали, стали вытягиваться, будто оживая от его эмоций. Запах зелени уплотнился, воздух стал гуще. - Ты немедленно скажешь юноше, что ошибся. - резко сказал Марк, вставая. Плечи его расправились, и на миг он показался выше. - И прекратишь этот цирк. Я забуду обо всём, если ты заткнёшься сейчас же. Иначе… Он не договорил. Но угроза висела в воздухе. И рядом с ним Виллем, ещё пару минут назад казавшийся массивным, теперь выглядел почти ничтожным. Но жрец не дрогнул. - Парень способен предвидеть события. - произнёс он ровно, будто объявляя погоду. - Божий дар, не иначе. В твоём случае - магический. Совсем недавно он видел, как этот город сгорит и рухнет. Он сказал об этом мне. А остальное - я сложил сам. И знаешь что? Я был бы рад ошибиться. Слова прозвучали спокойно. Честно. И этим выбили почву из-под ног мага сильнее, чем любая угроза. Дендр рухнул обратно в кресло - так же резко, как секунду назад поднялся. Растения затихли. Воздух стал легче. - Ты… либо окончательно свихнулся, либо снова пытаешься выставить меня дураком. - медленно произнёс Марк. Но, встретившись с выражением лица Виллема - мрачным, неподдельно серьёзным - осёкся. - Он… Сабре… он из Крейнов? Побочная ветвь? - Вряд ли. - покачал головой жрец. - Я проверял родословные и матери, и отца. Никаких упоминаний. Так что можешь расслабиться - эта информация не отправит тебя к септе, раньше срока. Хотя всё же держи язык за зубами. Навсегда. Видения у него точны. Иногда запутанные, но точны. Крейнам такое только сниться могло. Он попытался успокоить мага. Получилось частично. - Не тебе решать. - резко сказал Дендр. - И твои проверки ничего не исключают. Ты должен был сообщить сразу. Если об этом узнают… Он замолчал, не решаясь произнести имени. Но оба прекрасно понимали, о ком идёт речь. - Кто ещё знает? Родители? - тревога в голосе стала почти осязаемой. - Они - нет. Только ты и я. Пока что. И так всё и останется, если ты перестанешь думать задницей и начнёшь думать головой. - отрезал Виллем. - Эти видения сейчас спасают нас с тобой, а не губят. Сиди мы по домам - всё случится ровно так, как он видел. Поэтому пока мы добываем доказательства - молчи. И скажи честно: у тебя есть хоть что-то, что сможет остановить тварь, которая, я уверен на сто процентов, уже рыщет вокруг? Слова прозвучали жёстко. Но без злобы. - Не думай, что я это забуду. - процедил Марк, бросив короткий взгляд на один из стеллажей. - У меня есть кое-что. Несколько вариантов. Только… теоретические. Они сработают, если это не один из тех видов, что выводили специально для войны. - А если - тот? - тихо спросил Виллем. Ответ был мгновенным: - Тогда мы трупы. Все. И Приют Упавшей Звезды станет очередной строчкой в списке исчезнувших поселений. Это ты хотел услышать? И именно в этот момент дверь приоткрылась. Роланд вошёл, держа в руке маленький флакон с почти чёрным порошком. - Слишком долго, парень. Пока ты там бегал - всё пошло по худшему сценарию. - хмыкнул жрец. И швырнул в него увесистую книгу. Дендр даже не успел предупредить, но Роланд поймал её движением, в котором не было ни суеты, ни резкости - так ловко, словно это была не книга, а мяч. Он вернул её на место. - Плевать. Лишь бы всё обошлось. - сказал он. Он сразу понял, что пока его не было, жрец раскрыл магу его дар - как и договорились делать только в крайнем случае. Видимо, случай наступил. - Этого хватит? - он протянул флакон. - Да… вполне. - отозвался Марк. Его голос стал другим - спокойнее и глубже. Он уже принял происходящее. Он снял крышку, и терпкий, чуть горький запах наполнил комнату. Порошок внутри переливался, словно лунная пыль. - Это не магия. - тихо сказал герболог. - Это память растения. Оно помнит структуру того, к чему прикоснётся. Он уже не мог отступить. Страх, ответственность и профессиональная гордость связали его намертво. Он начал объяснять завитки работы с «пещерником», шаги, условия, что можно делать, а чего нельзя. Его голос стал ровным, почти учебным. Он уже принял на себя роль - и ответственность. Тем временем далеко за пределами Приюта Упавшей Звезды продолжались поиски. А в тени степей шевелилось то, что несёт с собой огонь. И смерть.

***

(…) Пентарх Мантариса был самой любезностью. Улыбался. Предлагал мне полюбоваться «жемчужинами» своего города и убранством дворца. Последнее - с его избытком золота, драгоценностей и вычурной роскоши - казалось особенно отвратительным на фоне всего остального. Но я улыбался. Смеялся. Льстил. Я никогда ещё так не льстил. Потому что впервые понял: ни мой титул, ни дипломатический иммунитет, ни дальнее родство с королевской семьёй не спасут меня, если этот человек - с мёртвыми, как у рыбы, глазами - решит разобрать меня на куски. Как косулю на банкетном столе. Как собственных рабов, которых он отдавал на опыты без малейшего сожаления. И хуже всего стало, когда он пригласил меня на «вечерний раут». О, какой же я был дурак, раз решил, что там будет что-то похожее на наши рауты. То, что я увидел, описать сложно. Монстр - чудовище, созданное для зрелищ - рвал по одному человека за другим. Осуждённых. Ненужных рабов. Добровольцев - да, именно добровольцев - одурманенных или безумных. Толпа визжала. Пила. Ела. И, клянусь королю, некоторые даже совокуплялись прямо там. И эти люди называют нас варварами. Если это не ирония — то я не знаю значения этого слова. (…)

Отрывок из «Города, которого не должно быть» Альберта Флорента.