Горящий светильник

Как она могла влюбиться в этого мерзавца?!! В этого негодяя! Человека, который изгадил собственное гнездо: привел в Хогвартс Пожирателей! Наставил палочку на самого Дамблдора в попытке убить! Творил ужасную дичь с проклятиями, от которых пострадали Кэти, Рон и Розмерта! Не заботясь о последствиях! Да что там говорить — ненавидел и третировал саму Гермиону и ее друзей! А она влюбилась. Поначалу она не желала себе в этом признаваться. Но с какого-то момента всё, что его касалось, стало приобретать особый смысл и значение. Просто в тот самый момент Гермиона увидела в нем Личность. Личность мятущуюся, полную противоречий и негодования на самого себя. …Она заглянула в мужскую раздевалку для игроков в квиддич. Конечно, она искала своих мальчишек, а их нигде не было. И увидела то, что не должна была видеть. Никогда, ни при каких обстоятельствах. Малфой. Он был не в квиддичной форме, в обычной белой рубашке, стоял к Гермионе спиной, ссутулясь, вцепившись широко расставленными руками в край раковины. Плечи его мелко тряслись. Что это с ним, мелькнуло у Гермионы. Болен? Под заклятием? Но он поднял голову, и бледное лицо его отразилось в зеркале над раковиной. Красные воспаленные глаза. Дрожащие кривящиеся губы. Взгляд, полный бессилия и отвращения. Гермиона в одно краткое мгновение впитала все эти, по ее мнению, совершенно несвойственные Малфою метаморфозы. Она увидела и прочувствовала бурю, которая бушевала внутри него, ломала и сминала его душу. Он посмел выпустить часть этой бури наружу, лишь потому что был уверен, что один здесь. Гермиона не стала ждать, пока Малфой увидит ее отражение за своей спиной и закричит что-то типа: «Пошла прочь, грязнокровка!» Она поспешно удалилась. Но вид плачущего от ярости и бессилия Малфоя остался словно выжженным на сетчатке ее глаз навсегда. ***** Начало новой недели ознаменовалось новым этапом адаптации Гермионы к работе тестировщика. В понедельник она не обнаружила на своем рабочем столе ни маго-аккумуляторов, ни серийных артефактов. Стол был пуст. — Пойдем со мной, — обратилась к ней Энжи. Она указала на тот коридор, что вел в складское помещение. Они вдвоем вошли туда, и начальница показала как отпирать замкнутое пространство. Хранилище оказалось просторным помещением с высокими потолками. Всё пространство, насколько мог охватить взгляд, занимали стеллажи. Ряды стеллажей живо напомнили Гермионе библиотеку Хогвартса. Эти, в отличие от библиотечных, не были плотно заполнены.Тусклый свет закрепленных по стенам и на потолке ламп освещал разложенные на стеллажах артефакты. Кроме ламп на стенах тут и там крепились датчики, фиксирующие какие-то параметры воздуха в этом помещении. Наверное, влажность, температура и задымленность, подумала Гермиона. Они обе медленно ступали по центральному проходу между стеллажей. Пол хранилища был выложен ровной каменной плиткой, и их шаги гулким эхом отзывались под высоким сводчатым потолком. Энжи не спешила, а Гермионе это было только на руку: она успевала вертеть головой и с чувством, похожим на восторг, рассматривать то, что находилось на полках хранилища. А находилось там очень много интересного. Часть артефактов была в коробках, подобных тем, что появлялись на Гермионином столе на протяжении этих двух недель. Это, скорее всего, были серийные изделия, предметы общей доступности, и таких коробок было немало. Но гораздо интереснее были артефакты уникальные, в единственном числе, гордо возлежащие на отдельных местах и даже на отдельных полках. Некоторые из них были накрыты стеклянными колпаками. Чего здесь только не было! Древние амулеты с загадочными письменами на них. Филигранные украшения: кольца, браслеты, медальоны, видимо, служащие оберегами. (Впрочем, скорее всего у каждого из них имелось свое собственное, уникальное назначение). Разной величины стеклянные, а может и хрустальные, шары с заключенными внутри них предметами. Неизвестные Гермионе магические механизмы и приборы. Небольшие таинственные статуэтки. Старинное оружие, на поверхностях которого тонкой вязью проступали надписи. Вот, например, бронзовый жезл с изящными узорами, тонкой строкой тянущимися по всей его длине. Жезл источал слабое прерывающееся, словно медленно пульсирующее в неуловимом ритме свечение, будто обладал собственной жизнью. А рядом с ним кинжал с вороненым лезвием, с выгравированными на рукоятке рунами. Какие тайные способности имеют эти предметы? Но более всего произвел на Гермиону впечатление стеллаж с книгами. Среди них были явно старинные экземпляры. Разбухшие от времени книжные тома манили взять их в руки, открыть и погрузиться в чудесный мир непознанного. Некоторые из таких книг были опутаны цепями, другие были закрыты под стеклом. Было очевидно, что каждый из этих томов необыкновенно ценен и уникален. Поэтому Гермиона заробела и не посмела даже подойти ближе к этому собранию сокровищ. На первый раз. Внимание Гермионы привлекло небольшое, с ладонь, зеркало в резной костяной оправе, излучающее мягкий голубоватый свет. Оно лежало на ближнем к проходу стеллаже, а на поверхности стекла играли световые блики, словно предмет пытался ее зазвать, завладеть ее вниманием. Определенно, оно звало ее, манило прикоснуться и заглянуть в его непознанные глубины. Гермиона сделала шаг по направлению к зеркалу, и над ним тут же всплыла голограмма-указатель с информацией об этом артефакте. Но не успела Грейнджер прочесть и первую строку, как услышала: — Стоп! — Что? — она перевела взгляд на Энжи. — Прежде чем прикасаться к чему-либо в этом хранилище, возьми себе за правило надевать вот это, — и она протянула Гермионе нечто эластичное и прозрачное, оказавшееся перчатками. — Трогать артефакт голыми руками можно лишь выяснив ряд свойств предмета и изучив его реакции. — Всегда? — В течение первого года — да. Дальше это правило ограничится только неизвестными тебе артефактами, — сурово отрезала Энжи. — Но я не собиралась его трогать. Только посмотреть. — Это «Око внутри». Оно даже в покое обладает гипнотическими свойствами и может причинить вред твоей психике. Затягивает. Пока рановато. Гермиона и сама уже прочитала голографическую надпись, подтверждающую сказанное Энжи. — А что это за перчатки? — Ткань для них производится с добавлением выделений из особых желез мантикоры. Благодаря этому перчатки приобретают свойство блокировать магическую энергию любого происхождения. Пока ты в них — ты защищена от агрессивного воздействия, а здесь этого добра много. Перчатки имеются в начале каждого ряда стеллажей, ты их легко найдешь, лежат стопкой на каждой крайней полке. Лоренцо заботится о безопасности сотрудников. В некоторых случаях. — В некоторых? То есть не всегда? — Сама увидишь, если подольше здесь проработаешь, — усмехнулась Энжи. Гермионе не понравилась эта усмешка. — Надела? Бери зеркало. Не смотри в него. Просто возьми и отнеси в лабораторию. Я покажу, как с ним работать. Но работать буду сама, ты будешь наблюдать. Для тебя вот на этом стеллаже есть несколько перстней с позитивной энергией, возьми и их, поучишься выделять и фиксировать свойства артефактов, а также находить и устранять дефекты, если они есть. И Гермиона, держа на вытянутых руках свои трофеи из хранилища и старательно не глядя в зеркало, зашагала к выходу. Энжи прихватила с полки с книгами огромный фолиант и догнала ее. В лаборатории Гермиона, следуя указаниям Энжи, занялась перстнями. Они были выполнены в разной манере и даже из разного материала, но по сути являлись одноименными артефактами, приносящими тому, кто будет их носить, больше уверенности в себе, больше оптимизма, больше склонности к добру. У перстней был разный уровень силы, что и требовалось установить. Для определения уровня позитивной/негативной энергии у Энжи нашелся еще один тестер, но, показывая, как он работает, та еще раз подчеркнула: — Учись ориентироваться на собственные ощущения. Доверяй показаниям тестера, но и доверяй себе, своим рукам и своему внутреннему чувству. Сравнивай то и это, и учись обходиться без прибора. Но — сегодня увидишь, когда займемся зеркалом — что есть такие артефакты, где ничему доверять нельзя: ни себе, ни тестерам. Пока давай поработаем. Она некоторое время наблюдала, как Гермиона снимает показатели тестера, кивнула, а сама занялась взятым со склада фолиантом. И лишь во второй половине, ближе к концу рабочего дня она отложила книгу и взяла в руки зеркало. — Сядь рядом, поупражняемся с зеркалом. Гермиона встала, и Энжи невербальным приказанием отлевитировала ее стул к своему столу. — Это так называемое «Око внутри», в каталоге оно значится как Зеркало Варгхаста. Вон на краю стола каталог, страница триста семь… впрочем, не будем терять времени, потом прочтешь, суть я тебе и так расскажу. А пока надень перчатки и экран. Экран представлял из себя широкую ленту на глаза всё из того же прозрачного материала. — А вы? — Я собираюсь работать с энергией этого артефакта, это значит, я вступлю с ним в контакт. Наблюдай, потом попробуешь сама. Энжи пододвинула к себе зеркало и подключила к тестеру. Эта часть работы уже была знакома Гермионе. Тестер некоторое время менял показатели, стрелка бегала и вздрагивала, затем установилась на значении «позитивная магия среднего уровня». Стабилизировалась. Энжи, удовлетворенно хмыкнув, развернула зеркало стеклом к себе. Так она и сидела, не двигаясь и глядя в экран. Удивительно, но поверхность зеркала оставалась пустой, без ее отражения, ровно подсвеченная голубым свечением. Сначала ничего не происходило. Потом Энжи вдруг нахмурилась. Выражение ее лица стало напряженным. Стрелка тестера скачком переместилась в нулевое значение, затем поползла в ту часть шкалы, которая значилась как негативная магия. Вот так так! Артефакт-хамелеон! По мере того как менялось выражение лица Энжи, стрелка медленно, но уверенно ползла к бо́льшим, а далее и к максимальным негативным значениям на шкале. Бам-ц! Это руки Энжи перевернули зеркало экраном вниз. Она выдохнула, и тут только Гермиона поняла, что всё это время Энжи сдерживала дыхание, так сосредоточена она была. Начальница поспешно надвинула на глаза защитную ленту. — Н-ну, расскажи, что ты видела и какие выводы сделала, — обратилась она к Гермионе чуть сдавленным голосом. — Это выглядело как кто кого переборет, — откликнулась потрясенная Грейнджер. — И расклад сил был не в вашу пользу. Зеркало ломало вашу волю и обращало ко злу? — Нет. Существуют и такие, как ты сказала. Но суть этого артефакта в другом. Око заманивает тебя с целью заполучить твое внимание. Для этого при зрительном контакте оно показывает тебе твое самое заветное, самое запретное, самое запрятанное в глубину подсознания желание (Гермиона тут же вспомнила зеркало Еиналеж), даже для самой тебя неожиданное. И пока ты, зачарованная, разглядываешь эту заветную «правду о себе», артефакт завладевает твоим разумом и вытягивает из тебя магическую энергию. Стоит дольше какого-то времени провести не отрывая взгляда, и зеркало обессилит тебя, выпьет, лишит магических сил, а, бывает, что и разума. И жизни. — Почему же в начале эксперимента зеркало демонстрировало позитивную магию? Это фиксировал и тестер. И я так чувствовала. А потом… — Маскировка. Вот его подлая суть. Этот артефакт маскируется под позитивный, якобы созданный, чтобы рассказать смотрящему в него что-то о нем самом, заветное, чего тот сам о себе не подозревает. Самопознание, чтоб его! Это так заманчиво! Растормаживание подсознательного. Людям всегда хочется заглянуть внутрь себя. А на деле Око — это вампир, сбрасывающий свою личину по мере насыщения. От миленького позитивного друга к скрытому и ярому врагу. Если бы мы не зафиксировали тестером его метаморфозу, мы бы так и не знали о его мерзкой сути. — Но для чего это зеркало было создано? Неужели такое находит применение в коварных людских умыслах! — Ну-у, мне ли тебе рассказывать о злодеях этого мира! Ты же прошла магическую войну! Зло изобретательно. А когда маскируется под добро — оно зло вдвойне. Ну что, достаточно на сегодня? Гермиона помолчала, обдумывая слова начальницы. — Энжи, а можно мне?.. войти в контакт? — Мои слова не испугали тебя? Молодец! Есть в тебе дух истинного тестировщика. Что ж, попробуй. Я прерву контакт, когда эта тварь разгуляется. Гермиона сняла защитные очки и перчатки и решительно придвинула зеркало к себе. Потаенные желания? Сейчас узнаем! Придерживая предмет за костяную ручку, она перевернула его стеклом к себе и заглянула внутрь.