Горящий светильник

В комнате было темно. Из спальни судьи раздавался его жесткий храп. Из спальни миссис Доу не раздавалось ни звука, и это казалось куда опаснее. Гермиона и Блейз расположились на широкой деревянной лестнице, ведущей на второй этаж. Они проникли в дом Мак-Гайра, накрывшись мантией-невидимкой, в тот момент, когда экономка покупала с черного входа молоко у приходящей молочницы. Был вечер. Злоумышленники (а кто же ещё они были с точки зрения закона?) не кружили по дому в поисках наживы, они тихонько пробрались на второй этаж. Судя по толстому слою пыли на мебели и царящему здесь запаху непроветриваемого помещения было очевидно, что судья сюда не поднимается никогда, а его экономка крайне редко. Теперь Гермиона и Блейз пережидали ночь с тем, чтобы втайне присутствовать при завтраке судьи и внести небольшое, совсем небольшое изменение в его завтрашний рацион. Гермиона должна была быть точно уверена, чья рука в чью глотку зальет «Сердце Властителя» и чье сердце станет — на один только раз — добрым и справедливым. Она хотела действовать одна. Но Блейз и Гарри в один голос запротестовали. Боялись, что в одиночку больше шансов подвергнуться опасности попасться и быть раскрытой. Они не знали, глупые, что максимальной опасности она уже подвергла себя сама, и попалась тоже сама. Поттер предложил вообще обойтись без нее, Гермионы, а предпринять вылазку в дом судьи им двоим, парням. Но нет, такого Гермиона не могла позволить, участие Гарри в этом деле не должно было заходить так далеко. Аргумент: если ее или Блейза поймают на проникновении в чужой дом, им светит скорее всего наказание за хулиганство и максимум небольшой срок, в то время как Гарри за то же самое будет просто уволен из аврората, и это может означать для него гибель карьеры. Наверное, было бы правильно сделать всё одной. Но парни насели на нее, что это рискованно, что с помощником лучше. И вот в результате они вдвоем с Блейзом сидели сейчас на широкой лестнице в темном чужом доме. Забини на нижней ступеньке, накрытый мантией-невидимкой, Грейнджер гораздо выше, но в видимом состоянии. Здесь, на лестнице, тоже стоял тот самый затхлый запах, было пыльно, но в целом терпимо. Разговаривать было нельзя, но Гермиона предусмотрительно прихватила с собой парные блокноты, и, сидя на разных ступенях, привалившись спинами к вычурным балясинам перил, подельники вели бесшумный диалог с помощью Протеевых чар. «Хочешь спать? Можешь поспать, я покараулю» «Нет, пока не хочется. А вообще, непохоже, чтобы этой лестницей пользовались последнее время. Второй этаж выглядит нежилым» «Ну да. Зачем этому старикану такой большой дом? Гермиона, даже если мы уснем оба, не страшно. Я чутко сплю, а тут ещё эти перила…» Молчание. Храп снизу. «Блейз, а почему ты сказал Гарри про Нарциссу? Мы могли бы выкрутиться, придумать легенду про волосы, например, что мы нашли их на гребне в мэноре. Гарри — аврор, представитель власти. Ты же был полон решимости не говорить ему про Нарциссу…» «Знаешь, почему-то поверил ему. Что не кинется выслуживаться. Не знаю. Надеюсь, я не облажался» «Точно, не облажался» «Ты улыбаешься? Я чувствую твою улыбку сквозь строки» «Всё хорошо. Ты всё правильно сделал. Поттер не предаст» «Угу, понял» Молчание. «Как с Нарциссой прошло? Она что-нибудь почувствовала?» «Нет. Пэнси заболтала ее. Такая трещотка» «Да. Но она хорошая» «Допустим» «Искренняя» «Даже слишком» Пауза. Долгая пауза. «Блейз. Зачем тебе всё это?» «Что?» «Ну, вот эта пыльная лестница, эта мантия-невидимка? Ты же респектабельный чел, у тебя ресторан» «Так надо. (Пауза). Хочу так» «Помочь Нарциссе? Драко? Ты и так много для них сделал» «Нет, дурочка. Не это. Не только это» Молчание. «Ты» Молчание. «Грейнджер. А у тебя всё это серьезно? К Драко?» «Да» «Очень?» «Да» Молчание. Глубокое молчание. ***** — Марго! Старая ты кляча! Где так долго ходишь! Будет сегодня завтрак, наконец?! — Что вы орете, сударь, как кастрированный кот! Накрыт уже завтрак, извольте прийти и сесть. — Ну смотри! А то мне почти пришлось ждать. Вечно копаешься. Проверь мантию и ботинки, у меня сегодня заседание по делу Гувера. Слушая эту ворчливую и, судя по всему, абсолютно привычную для этих двоих перепалку, Гермиона неслышными шагами подошла вплотную к самому столу. В столовой никого не было, завтрак был подан — прекрасный момент, чтобы влить эликсир в напиток и, стоя на безопасном отдалении, наблюдать, как судья выпьет его. Но на столе было целых три разных жидкости: чай в изумительно красивом чайнике, сок в стакане и что-то алкогольное в маленьком графинчике. Что из этого пойдет в ход, трудно было сказать. Рисковать нельзя. Придется дожидаться момента, когда рука мистера Мак-Гайра выберет что-то из трех, что предпочтет нынешним утром. Поэтому Гермиона отошла от стола к окну и устроилась с ногами на подоконнике, скрытая не только мантией, но и плотной шторой. Грейнджер была спокойна и сосредоточена. Ну, и малость раздражена: она с неприязнью наблюдала частную жизнь господина Верховного мага Визенгамота. Продолжая визгливо ворчать и шаркая тапочками, Тобиус Мак-Гайр в домашнем халате и ночном колпаке прошествовал в столовую и водрузил свою персону за накрытый стол. В эту минуту он никак не был похож на железного судью, а скорее на старика-городского сумасшедшего с манией величия. Гермиона, сидя на подоконнике, не теряла времени. Она достала из кармана заготовленную пустую колбу и смешала в ней эликсир с пеплом. Тот растворился без остатка, а золотистая жидкость на миг словно вскипела, но тут же вернулась к прежнему виду. Всё было готово. Сердце Гермионы колотилось, и руки немного тряслись, а так ничего. — Марго! А кто будет мне прислуживать за завтраком? Был бы жив мой незабвенный Энцо!.. — Сударь, да вы что, совсем в детство впали? — завопила Марго, входя в комнату. Она грозно приближалась к столу, уперев руки в свои мощные бока. — Мне осталось только что с ложки вас кормить. Ага, щас. А мантию вы сами себе чистить будете, а?! «Незабвенный Энцо». Ну, конечно. При жизни-то вы его всё трутнем да бездельником называли. Взглянув сверху вниз испепеляющим взглядом на своего работодателя, экономка миссис Доу удалилась из столовой. Мак-Гайр притих, как мальчишка, которого отругали, и принялся за завтрак, звякая посудой. Гермиона тихонько подошла к нему со спины и, подавив отвращение, наблюдала за его трапезой. («Прочь эмоции. Я просто выполняю свою работу.») Наконец рука старикана потянулась к графину со спиртным. Мутноватый алкоголь до половины наполнил бокал. Далее почти одновременно, цепочкой с очень маленькими по времени интервалами, произошло сразу несколько вещей. Гермиона сжала в пальцах заготовленную монету. Следом сквозь открытое окно столовой раздался нечеловеческий вопль. Судья подскочил на месте, поднялся и засеменил к окну. Гермиона во мгновенье ока оказалась у стола и вылила содержимое колбы в бокал Мак-Гайра. Пододвинула бокал ближе. Конечно же, судья не увидел никого под окном своей столовой и, ворча себе под нос и шаркая тапочками, вернулся к трапезе. Гермиона замерла, когда Мак-Гайр поднес бокал к губам. Выдохнула, когда увидела его дернувшийся кадык. Пьет! И лишь когда пустой бокал вернулся на поверхность стола, она снова смогла дышать. Всё. Теперь остается молиться и ждать результат. Можно было уходить. Она выбралась из комнаты через открытое окно. Мягко спрыгнув на заросшую сорняками клумбу, огляделась: ни садовника, ни экономки. Разыскала скрывающегося в кустах Блейза, и они, накрывшись мантией-невидимкой, принялись искать выход с территории двора. Им больше нечего было делать в этом доме. Их миссия была выполнена. — Твоя задумка с парными монетами — просто чудо! — сказал Блейз, возвращая ей свою. — О, это ещё какая давняя задумка! Такие монеты были позывными для целого отряда, когда мы боролись против Амбридж. Помнишь пятый курс? — Помню, — нехотя, с горечью в голосе сказал Блейз. — Мы тогда помогали ей и преследовали вас. Какая глупость! Мы были идиотами. — Ну… да. Были, — усмехнулась Гермиона. — Надеюсь, сейчас вы перестали ими быть. ***** Прошло три дня после описываемых событий. Совершенно неожиданно перед Гермионой, когда она вышла на обед на Косую аллею, предстал Патронус в виде абиссинской кошки. Макгонагалл приглашала свою бывшую студентку встретиться с ней в Хогсмиде в ближайшее воскресенье. Для серьезного разговора, уточнялось в сообщении. Хогсмид был выбран для ее, Гермионы, удобства: там располагалась ближайшая к Хогвартсу точка аппарации, что делало перемещение быстрым и удобным, а встречу и разговор доступным. Заботливая Минерва Макгонагалл! Проигнорировать такое было невозможно. И Гермиона отправилась в Хогсмид.