100/100

Солнце жгло нещадно. Песок, набившийся в каждый сгиб тела, скрипел на зубах. Арми первым пришел в себя и отвел взгляд, с трудом поднявшись, он осмотрел узкую полоску пляжа, упиравшуюся в сплошную стену джунглей. Идиллия с бирюзовой водой и пальмами на деле оказалась жаркой, влажной ловушкой. Тимоти встал на дрожащих ногах, с трудом осознавая реальность. Его изящные пальцы тряслись, когда он ощупал ссадину на щеке. А потом его взгляд упал на Арми, и в зеленых глазах вспыхнул не страх, а ярость. — Ты... Это ты всё подстроил! — его голос, обычно томный и ленивый, визгливо сорвался. — Ты утопил яхту! Нарочно! Арми, обшаривавший карманы в поисках хоть чего-то уцелевшего, медленно повернул к нему голову. Уголок его рта дернулся в кривой усмешке. — Зачем мне топить язту? Из-за тебя? — он презрительно окинул взглядом хрупкую, обнаженную фигуру омеги , с головы до ног, заставив Тимоти инстинктивно прикрыться руками. — Глупости. Ты мне даром не нужен. Ни рожи, ни кожи! Это была ложь, и Арми это знал. Его собственный взгляд, против его воли, залип на бледной коже, проступивших ребрах, тонкой талии. Даже в таком виде, испачканный песком и с синяками, мальчишка был чертовски красив. И от этого Арми злился еще сильнее. — Не ври! Ты смотрел на меня весь день как... как голодный пес! — выкрикнул Тимоти, уперев руки в боки, пытаясь встать и выпрямиться с остатками былого высокомерия. — Ты вел себя как течная сука, инстинкты взыграли, — парировал Арми, поворачиваясь к джунглям. — Ладно, хватит трепаться. Нам нужно обследовать местность, укрытие, вода, может найдем какие-то фрагменты корабля, подготовить сигнальный огонь. Пошли! - Ага, конечно, раскомандовался! - фыркнул ему в спину омега. - Тебе надо - ты и иди! Я тебе не прислуга! Арми мрачно посмотрел на омегу. - Как там тебя… Тимоти? - Да. Арми хотел сказать ему, что не в его положении выпендриваться, но обмозговав, просто плюнул в сторону, взял сломанную ветвь и, используя ее как импровизированный мачете, начал прорубать путь в заросли у кромки песка, отыскивая подходящее место для укрытия. Тимоти, оставшись один, тут же почувствовал леденящий страх. Шорох в листве, странный щелчок, резкое движение в тени — и его бравада испарилась. — Эй! Постой! — крикнул он и, словно щенок, пустился вдогонку, стараясь не отставать от широких шагов Арми. Последующие часы прошли в мучительном противостоянии. Арми, работая с молчаливой яростью, соорудил навес из пальмовых листьев, нашел несколько кокосов и с силой разбил один о камень. — Держи, — бросил он половинку Тимоти, внутри которой плескалась мутноватая жидкость. Тимоти, с ног до головы покрытый липким соленым потом, с жадностью посмотрел на воду, но потом сморщил нос. — Это отвратительно. Я не буду это пить. Нет нормальной воды? Арми замер. Он медленно поднес свою половину кокоса ко рту, не отрывая от Тимоти насмешливого взгляда, и залпом выпил. Сок струйкой скатился по его подбородку. — Как знаешь, принц. Он разбил второй кокос и выпил его тоже, на глазах у обессиленного Тимоти. Тот сглотнул, его горло горело. К вечеру Арми разжег костер, добыв огонь с помощью обломков и троса, выброшенного на берег. Пламя отбрасывало танцующие тени на его серьезное лицо. Тимоти сидел поодаль, поджав колени, и дрожал от наступающей прохлады. — Ладно, слушай сюда, — начал Арми, не глядя на него. — Мы обошли остров. Он маленький, необитаемый и, похоже, ни на чьих картах не значится. «Калипсо» пошла ко дну, Лука, Генри скорее всего, тоже. - Нас ищут? - Может быть. Но найдут не скоро. Тимоти замолчал, уставившись в огонь. — У меня есть опыт. Я могу добывать рыбу, находить воду, поддерживать огонь. Я готов делиться этим. Но не просто так. — Арми, наконец, посмотрел на него. Его взгляд был тяжелым и пристальным. — Ты будешь помогать. Таскать хворост, следить за костром, чистить рыбу. И... греть меня по ночам. Баш на баш, так сказать! Как в старые добрые времена! Он сделал паузу, давая словам повиснуть в воздухе, наполненными невысказанным смыслом. Тимоти фыркнул, хотя это звучало скорее жалко, чем презрительно. Он откинул спутанные волосы со лба. — Нет, вот еще! Сам себя грей, придурок. Я тебе не слуга и не грелка. Арми лишь усмехнулся в ответ и бросил в огонь еще одну ветку. — Как скажешь. Посмотрим, что ты будешь говорить завтра, когда солнце сядет. Он откинулся назад, устроившись поудобнее, демонстративно закрыв глаза. Тимоти остался сидеть один в свете костра, слушая непонятные звуки джунглей и понимая, что его мир, состоявший из богатых покровителей и роскошных яхт, рухнул окончательно. Остался только он, бесконечный океан и этот грубый, ненавистный красавчик альфа. С грандиозным самомнением и без гроша в кармане. Впрочем на этом острове гроши особой ценности не имели. А вот навыки…