Local Goth Mortician Seduces Big-Time Criminal

— О чём ты хотел поговорить? — резко спросила Нефер, опираясь предплечьями о перила крыльца. Она смотрела во двор, где вдалеке неторопливо бродил Железный утёнок. — А может просто насладимся видом вместе? — ответил Флинс, выпрямляясь рядом с ней и заложив руки за спину. Нефер фыркнула. — О, конечно, если бы тебе было нужно только это. — Она бросила на него косой взгляд; улыбки на лице не было. — Хватит нести чушь. Говори уже. Она явно была раздражена и вымотана. Если цель заключалась в том, чтобы изменить отношение Флинса к Рери, то вечер не оправдал ни одного её ожидания. Презентация, без сомнений, потребовала времени, тщательной подготовки и репетиций. И осознание того, что всё это не дало никакого результата, наверняка било по нервам и вызывало опустошение. А потом её любимой сотруднице признались — грубо, неловко, без такта. Это не только расстроило блондинку, но и, возможно, испортило вечер, который должен был быть спокойным. Ну, относительно спокойным. Во взгляде Нефер Флинс уловил и ещё кое-что, хотя она старалась это скрыть. Там были неудача и тревога, но странным образом — и облегчение. Будто с её плеч наконец-то сняли тяжёлую ношу. — Тебе не нравится Рери, — начал Флинс, но его перебили. Нефер издала сухой, язвительный смешок. — Вау, какое наблюдение. И что же тебя на это натолкнуло? Флинс просто посмотрел на неё. — Нефер, что именно в нём вызывает у тебя такую неприязнь? Я не буду тебя ни за что осуждать. Это я обещаю. Нефер задумчиво взглянула на него, явно прикидывая, сколько именно она готова сказать. В конце концов она сказала: — В общем-то, всё. Его отвратительный характер и само существование меня не касаются. По крайней мере, не должны были. Что ж, она была резка и прямолинейна, но, по крайней мере, говорила честно. Хотя Флинс с её словесной поркой был не согласен. — Но теперь касаются, — мягко возразил Флинс. — Теперь — да, — согласилась Нефер, бросив на него испепеляющий взгляд, от которого многие бы содрогнулись. — Из всех возможных людей ты выбрал самого проблемного. Флинс, я знаю, что ты не глуп. Ты прекрасно понимаешь, насколько он опасен. Так почему ты остаёшься? Он взял паузу, собирая мысли и глядя на спокойную ночную тьму. Слова нужно было подбирать осторожно — так, чтобы они оставались честными. У Нефер и без того было неверное представление об их отношениях, и Флинсу не хотелось усугублять это. К тому же Нефер была острой на ум и удивительно проницательной. И ещё — его надёжным другом. Она заслуживала правды, или хотя бы её части. Да и если быть честным, Флинса тронуло, насколько сильно Нефер переживает, несмотря на её колкость. Форма подачи была лишней, да, но само чувство он очень ценил. Осторожно Флинс сказал: — Он хорошо ко мне относится, Нефер. Я понимаю твои опасения, но поверь — рядом с ним мне ничего не угрожает. Да, он опасен, и я сам видел тому подтверждения. — Он посмотрел ей в глаза; жёлтый взгляд светился искренностью. — Но со мной этого нет. Он ни разу не поднял на меня руку, и я более чем уверен — он никогда не причинит мне вреда. Нефер всматривалась в него, выискивая хоть тень лжи, затем устало вздохнула. — Не иметь намерения навредить — не значит не навредить. — Я уверен, если я выскажу своё недовольство и упрёк, он пересмотрит свои поступки. — Он замялся, не привыкший к такой откровенности, прежде чем продолжить. — Более того, однажды он сильно меня расстроил, но тут же попытался всё исправить. Он был со мной очень мягок. Его действия сделали меня довольно… счастливым. Это неожиданное признание застало её врасплох, и она невольно смягчилась. То, что Флинс вообще сказал это — без уловок и витиеватых формулировок, — было доказательством его искренности и уверенности. Неохотно тревога, затаившаяся в глубине её глаз, ослабла. И всё же Нефер оставалась напряжённой и настороженной, будто её беспокоило нечто большее. — Ладно, значит, он не совсем уж конченный ублюдок, — сказала Нефер, заходя с другой стороны. — Но ты вообще знаешь, чем он зарабатывает на жизнь? Готова поспорить, он тебе этого не говорил. Тебе не кажется это подозрительным? — Ах, это не столь насущный вопрос, — с улыбкой отмахнулся Флинс. — У каждого есть свои тайны. Хотя скрывать такую простую вещь, как работа, и вправду странно, со временем Рери сам мне всё расскажет. — А если нет? — надавила она. — Тогда я с ним поговорю, — ответил он спокойно и уверенно. Флинс солгал бы, если бы сказал, что ему не интересно, чем Рери на самом деле занимается. Тот постоянно уходил от вопросов или отвечал уклончиво, лишь подогревая его любопытство. В конце концов, какая работа может требовать такой секретности? Единственное, что Флинсу удалось выяснить, — Рери связан с их моргом, но его точная роль оставалась неизвестной. И всё же, когда их отношения станут официальными, Рери наверняка поделится этим с ним. Точно так же, как сам Флинс расскажет ему о своей личности, Рери откроется ему и в вопросе своей работы. Подобные вещи и правда не следует скрывать от партнёра. В противном случае это ощущалось бы как отсутствие доверия и серьёзности намерений. И уж тем более Флинс ни за что не принял бы откровенную ложь. Губы Нефер сжались. — А как насчёт его прошлых поступков? Тебе разве не хочется узнать, чем он занимался все те годы, пока тебя не было? Флинс напряжённо замер от неожиданности, прежде чем заставил себя расслабиться. Вот это уже было любопытно. Эти слова заставили его по-новому взглянуть на то, что Рери рассказывал ему раньше. Нефер выразилась так, словно действия Рери в те годы имели колоссальное значение. Рери уже говорил ему, что всё это время занимался своей неизменно загадочной работой, но в этом явно было нечто большее. Тогда Флинс не придавал этому значения — он не из тех, кто лезет с расспросами. Однако сейчас, когда они стали так близки, всё было иначе. И у Нефер были ответы, которых он хотел. И всё же… — Прошу прощения, но я вынужден отказаться от твоего предложения, — решительно сказал Флинс. — Я ценю твое желание помочь мне, но предпочёл бы услышать всё из первых уст. Расспрашивать о тайнах Рери за его спиной казалось ему предательством доверия. Возможно, будь Рери для него всего лишь посторонним человеком, любопытство взяло бы верх. Но это было не так. Рери был для него особенным. Флинс был уверен: дай ему ещё немного времени — и он влюбится так глубоко, что не согласится ни на что меньшее, чем брак. Они ещё не были вместе официально, но это случится совсем скоро. Злословить о своём партнёре за его спиной — неприлично. И если только Рери не вздумал бы — Архонты упаси — изменить ему или играть с его чувствами, Флинс не стал бы участвовать ни в чём подобном. И, в конце концов, Флинс хотел услышать всё от самого Рери. Так же, как он желал, чтобы Рери узнал его истинное имя из его собственных уст, он хотел, чтобы и тот делился своими тайнами сам. Доверие и правда были для Флинса чрезвычайно важны. Он не мог представить себе ухаживания и брак без них. — …Ты не собираешься уступать. Это я уже поняла, — вздохнула Нефер и развернулась, опираясь спиной о перила. — Ладно. Раз ты так хочешь, я ничего не скажу. Но если вдруг передумаешь — я буду здесь. Не то чтобы она думала, что знание сильно повлияло бы на Флинса, учитывая его семейную историю. Его чудаковатая задница, скорее всего, сочла бы это романтичным, а не безумным. Если быть честной, не будь именно Флинс связан с Мстителем, Нефер вообще не стала бы во всё это лезть. Она без колебаний признает — она эгоистка и заботится лишь о себе и нескольких избранных. Так что наживать себе врага в лице Лунного Мстителя? Нет уж, спасибо. Это был бы смертный приговор — и ей самой, и всем, кого она любит. Криминальный лорд был жесток и злобен, и за последние годы стал только хуже. Архонты, если бы она знала, с кем именно Флинс трахался до отъезда в Снежную, она бы это пресекла. И, скорее всего, у неё бы получилось, заметь она всё достаточно рано. Флинс не был бы — тьфу — влюблён в него. И Мститель не был бы так на нём помешан. Она и не пыталась в это копаться — с кем спят её друзья, не её дело и не её забота. Пока у них всё в порядке, она предпочитала не вмешиваться. Да и даже если бы полезла? Она бы не заподозрила ничего, кроме того, что у мимолётной связи Флинса проблемы с гневом. Никто не знал ни истинного имени Лунного Мстителя, ни его внешности. Это была тайна, которую он и его люди оберегали с предельной тщательностью. До того, как он сошёл с ума. Нефер тогда лишь фыркнула, услышав, что он охотится за любовью всей своей жизни. Она подумала только о том, насколько же не повезло бедняге, на которого пал его взгляд. Она была не настолько глупа, чтобы пытаться остановить или помешать безумцу. А потом она узнала, кто именно стал этим человеком. Её собственный, чёртов друг. У Нефер взлетело давление до небес. И самое обидное? Она почти ничего не могла сделать. В одиночку он был невероятно опасен, но победить его всё же было возможно. Это, скорее всего, истощило бы все её ресурсы и оказалось бы чертовски сложным, но — выполнимым. Однако это породило бы новую проблему. Его собратья — другие криминальные лорды, остальные из Грешников — вмешались бы незамедлительно. Стоило бы ей нанести ему серьёзный урон и показать себя угрозой, как они бы уничтожили её. Против всех сразу она не выстояла бы. Не тогда, когда их когти так глубоко впились в почву Тейвата. У каждого Грешника были многочисленные связи с влиятельными фигурами власти и фанатично преданные последователи. Нефер была бы обречена в тот момент, когда решила бы пойти против кого-то из них, и немногие согласились бы ей помочь. Это, вкупе с тем, как Мститель ворвался в Кураторий тайн с убийственным предупреждением на языке, оставляло ей слишком мало вариантов, которые не заканчивались бы разрушением и смертью. И всё же она чувствовала, что обязана попытаться. И по крайней мере один путь у неё был. Чтобы Флинс вообще согласился следовать какому-либо плану, он должен был сам захотеть расстаться с ним. А значит, его нужно было убедить в том, что криминальный лорд — плохой выбор, прежде чем отправить его подальше из Нод-Края. Были люди из других стран, способные его укрыть. Это было бы непросто — её друг был слишком запоминающимся, — но возможно. У этого плана было слишком много дыр и рисков. Чёртова уйма. Нефер учитывала всё, что могла, но на кону стояло её благополучие — слишком легко оно могло быть уничтожено. Ей оставалось лишь надеяться, что Мститель будет слишком отчаянно искать Флинса, чтобы тратить время на неё — как это было с Соссием. А если всё-таки доберётся, она притворится, будто даёт ему ответы, и подбросит ложные следы. Её главной целью станет снизить любой возможный вред или намерение убить кого-то, кто не был ею самой или теми, кого она любила. Но в глубине души… Она надеялась, что Флинс не захочет уходить. Это было трудно принять, почти абсурдно, но Мститель, похоже, и правда был безумно влюблён в её друга. Насколько она могла судить, он обращался с Флинсом правильно. Как настоящий, здоровый, преданный любовник. Флинс почти ни на что не жаловался, а единственные следы на его теле были результатом жёсткого секса. Это было странно. Это было… не так, как должно было быть. И это приносило облегчение. Если с Флинсом всё было в порядке, Нефер не нужно было испытывать вину или выстраивать сложный план его спасения. Она могла продолжать жить спокойно, без постоянной тревоги. Её жизнь и жизни всех, кто ей дорог, больше не находились бы под угрозой. Она выполнила свой долг близкого друга и рассказала Флинсу обо всех дурных чертах Мстителя. Несмотря на презентацию и недвусмысленные намёки, Флинс всё равно хотел остаться — уверенный в том, что Лунный Мститель всегда будет с ним мягок и добр. И безумным было то, что Нефер… действительно ему поверила. Если бы это был кто-то другой, она сочла бы его наивным идиотом. Но Флинс не был таким. Если он говорил, что с ним хорошо обращаются, значит, тот и правда обращался с ним очень, очень хорошо. Если бы это было не так, она бы заметила признаки — по крайней мере, ей хотелось в это верить, — или призраки уже вмешались бы. Услышать подтверждение из уст самого Флинса сняло с неё всё это напряжение. И позволило Нефер допустить мысль, которую она прежде отталкивала из-за чувства вины. Если Мститель и правда был влюблён, то её дружба с Флинсом обеспечивала ей и безопасность с его стороны, и деловые возможности. Разумеется, ей всё ещё нужно будет провести свои проверки, чтобы убедиться в искренности его чувств, но если всё сложится? Она получит отличный источник информации в обмен на эксклюзивный контент с Флинсом. Внутренне она злобно хихикнула. Флинс о её мыслях не знал. Ни о хороших, ни о плохих. Вместо этого он сказал: — Я приму это к сведению. А затем, с оттенком веселья, добавил: — Значит, я могу рассчитывать, что ты не будешь так строга к нему и перестанешь оскорблять его при каждом удобном случае? Нефер тихо фыркнула. — Даже не надейся. Он всё ещё в моём чёрном списке. Она отвернулась, на щеках проступил едва заметный румянец. — Но я тебе верю, поэтому я прощу ему его поведение. Эта фраза согрела Флинсу сердце и вызвала лёгкую, искреннюю улыбку. — Это безмерно радует меня, друг мой. Благодарю тебя за доверие. Это то, что я всегда буду беречь. Нефер смущённо кашлянула в кулак. — Не будь таким сентименатльным. Это отвратительно. Он прижал руку к груди и распахнул глаза, изображая уязвлённый вид. — Я всего лишь желаю выразить глубочайшую радость от твоих щедрых слов. Было бы недостойно не отметить доброту дорого друга. — Заткнись, — простонала Нефер, — а то я выполню свою угрозу насчёт фруктового сока. — Как жестоко, — ахнул он. — Так безжалостно лишать меня возможности поблагодарить. Это почти способно наполнить моё сердце печалью. — Ой, да брось, — буркнула она. — Я не твой парень. Твои чары на меня не действуют. Флинс фыркнул от смеха и решил сменить тему. — Как пожелаешь. Но позволь мне кое-что уточнить: мы с Рери ещё не являемся настоящей парой. Нефер смерила его ровным, пустым взглядом. — Я в курсе. И это, если честно, даже удивляет. — Вот как? — Флинс склонил голову. — Я полагал, ты не поддерживаешь мои отношения с ним? — Не поддерживаю, — согласилась она, — но я не слепая. Вы почти всё время рядом. Вы трахаетесь. Вы цепляетесь друг за друга. Вы публично проявляете привязанность. Она с отвращением посмотрела на шею Флинса. — И он дарит тебе подарки. Это ведь он купил тебе это ожерелье? Флинс коснулся основания горла, ощущая цепочку и камни. — О да. Оно довольно прекрасно, не находишь? — Тьфу, — передёрнуло Нефер. — Такая слащавая хрень, а вы всё ещё не пара. Насколько же хуже всё станет, когда станете? Я уже вижу, какими невыносимо приторными вы будете. — Ты, без сомнения, преувеличиваешь. К тому же, даже если бы мы просто держались за руки, ты всё равно назвала бы нас слащавыми, — заметил Флинс. — Нет, поверь, не преувеличиваю. Вы станете ещё хуже, и это будет проблемой всего Нод-Края. Нефер раздражённо вздохнула, уперев одну руку в бок, а другой потирая виски. — Твой мужчина станет общественной угрозой. Если кто-то хоть косо на тебя посмотрит, он тут же включит режим сверхопеки и поведёт себя как типичный территориальный альфа. Архонты, я уже вижу, как тебе приходится его успокаивать, пока он пугает половину населения. Я и так это делаю, подумал Флинс. Но озвучивать это, пожалуй, было бы лишним, так что он промолчал. Что-то явно позабавило Нефер, и она фыркнула. — Кстати о территориальных альфах. Это напомнило мне одну историю, которую Ягода читала в рабочее время. Она усмехнулась. — Полагаю, в этом сценарии ты был бы омегой, которому приходится успокаивать своего, — её голос стал издевательским, — мрачного, но сексуального… — её тут же передёрнуло. — альфу, потому что какой-то бедняга посмел быть грубым с бедным, маленьким тобой. Под нос она пробормотала: — Не могу поверить, что она читает такие истории. Неужели Ягода действительно читала эротику во время работы? Вот уж смело. Он мысленно приносит ей свои запоздалые соболезнования — она наверняка пережила настоящий испуг, когда Нефер об этом узнала. Что до самих слов, тон Нефер был насмешливым, да. Флинс понимал, что, скорее всего, она издевается над стереотипом, однако… — А, ты говоришь, я был бы омегой? — он моргнул, сбитый с толку. Нефер неправильно истолковала его пустой взгляд. — Ну, если бы это было возможно — может быть. Я не знаю, как в том мире работает биология и что вообще это определяет, — она фыркнула. — Но духовно? Ты определённо омега, но не в том смысле, который я описала. Флинс кивнул, словно соглашаясь, а затем сказал: — Ладно, но что вообще означает омега? Термин альфа был ему понятен. Тот, кто считает себя сильным и находящимся на вершине общества. Такие люди часто бывали высокомерны, ощущали своё превосходство над другими и из-за этого обращались со всеми грубо. Их считали лидерами с нарциссическим комплексом. В самом общем виде это, пожалуй, могло бы подойти Рери. Однако Флинс с этим не соглашался. Рери не был нарциссом, и Флинс редко слышал, чтобы тот хвастался своими достижениями. Он был груб, да, но не из-за чувства превосходства — просто такой у него характер. К тому же Флинсу казалось, что в Рери куда больше злости и холода, чем высокомерия. А вот что касается омеги — этого термина Флинс раньше никогда не слышал. Судя по всему, это был человек, на которого сваливалась ужасная обязанность — успокаивать нарцисса. Хотя Нефер говорила, что гнев альфы возникает в ответ на проблемы омеги. Значит, возможно, омега — это исключение из альфьего комплекса? По её формулировкам также выходило, что их обычно считают слабыми, но при этом она сказала, что Флинс под это описание не подходит. И всё же она всё равно отнесла его к омегам. Хотя он и правда умел успокаивать Рери и тот обращался с ним иначе, чем с другими, Флинс не считал, что под определение омеги он подходит. Нефер уставилась на него. — Ты сейчас серьёзно? Флинс кивнул. — Вполне. — … — … Нефер выглядела огорчённой. — Я не буду это комментировать. Забудь, что я вообще что-то сказала. — Боюсь, не выйдет, — ответил Флинс, задумчиво коснувшись подбородка. — Ты меня весьма заинтриговала. Позволь предположить: это нечто противоположное альфе? И их часто ставят в пару? На лице Нефер появилось откровенное раскаяние, она сжала переносицу. — Пожалуйста, перестань говорить. Если тебе так интересно — спроси Ягоду. Она запнулась. — Хотя нет, оставь моего сотрудника в покое. Иди лучше спроси своего парня. Флинс уже открыл рот, чтобы продолжить расспросы, но его прервало открывшееся дверь на заднюю веранду. Раздался тихий звон, и в дверном проёме появилась Лаума с мягкой, доброй улыбкой. — Вот вы где, — негромко сказала она. — Идёмте внутрь. Всё уладили. Инеффа и Ягода всё ещё разговаривают, но, возможно, присоединятся позже. — Как раз вовремя, — с облегчением сказала Нефер и тут же подошла к ней. Стоило ей оказаться рядом, как она, забыв о своей нелюбви к публичным проявлениям нежности, прислонилась к боку Лаумы. Лаума была приятно удивлена. Её взгляд стал невозможным мягким, когда она коснулась губами макушки Нефер. Этого публичного проявления нежности Нефер оказалось более чем достаточно. Она выпрямилась, прочистила горло и окликнула Флинса: — Заходи внутрь. Ты, может, и не мёрзнешь, а вот я — вполне. Пока они возвращались в дом, Флинс заметил, как Нефер скользнула взглядом по груди Лаумы. Не с вожделением — скорее оценивая, сможет ли она устроиться там для сна в ближайшее время. Это чувство было ему хорошо знакомо. Грудь Рери тоже была идеальным местом для сна. Хотя, разумеется, такая привилегия была доступна лишь ему одному.

* * * * *

Вернувшись в гостиную, первым делом Нефер выключила телевизор. Она одарила его брезгливым взглядом и ткнула кнопку питания на пульте. Флинс и Лаума предпочли ничего не говорить, чтобы не навлечь на себя её гнев, и вместо этого завели непринуждённый разговор втроём. Спустя некоторое время Нефер, стараясь выглядеть легко, затронула одну тему. — Кстати, — сказала Нефер, прижимаясь к боку Лаумы, — Варка, возможно, приедет в Нод-Край в гости. Флинс слегка приоткрыл рот от удивления. — Правда? Я полагал, что он задержится в Мондштадте ещё на какое-то время. — Так и есть, — подтвердила Нефер. — Скорее всего, это моя вина. Я написала ему письмо с просьбой о помощи по одному неопределённому вопросу. Он ответил спустя несколько недель, но к тому моменту его помощь мне уже не требовалась. Она пожала плечами. — К моему удивлению, он сказал, что заглянет в гости на короткий отпуск, если у него появится время. — Отпуск, — задумчиво протянул Флинс, откидываясь назад и закидывая ногу на ногу. — Да, полагаю, он давно его заслужил. Он всегда был ужасно занят, и, думаю, возвращение домой дало ему лишь жалкую передышку. Лаума бросила на Флинса взгляд и, поколебавшись, спросила: — Приятно, что Варка собирается навестить нас, хотя Нод-Край — довольно неожиданный выбор. Но мне всё же интересно, не из-за... Она не договорила, но было очевидно, о чём — или о ком — идёт речь. Ох. В памяти Флинса вспыхнул тот ужасный обед несколько месяцев назад и все последовавшие откровения. Он искренне надеялся, что дело не в нём. — Именно поэтому я и заговорила об этом, — сказала Нефер, уже уставшая от потенциальных проблем. Она ткнула пальцем в Флинса. — Контролируй своего парня и отправь Варку во френдзону. А лучше вообще с ним не разговаривай, если сможешь. Да, это было бы к лучшему. Рери, скорее всего, сорвётся и разозлится, если узнает о прошлом Флинса с Варкой. Флинсу хотелось бы избежать этого хаоса, если возможно. Жаль, конечно. Если отбросить прошлое, Варка был отличным другом. Возможно, если Флинс заранее поговорит с Рери, удастся сгладить возможные проблемные углы. Тогда, может быть, он сможет хотя бы раз с ним увидеться. — К счастью, то, что твой парень тебя изолирует, на этот раз играет тебе на руку, — продолжила Нефер. — Ты уже сто лет не был в баре из-за него — вот и продолжай в том же духе. Флинс приподнял бровь и усмехнулся. — Осторожнее, это почти звучит как комплимент в его адрес. Нос Нефер сморщился от возмущения, а Лаума с трудом сдержала смех. Вот так они и переключились на другую тему. Возможно, Флинсу стоило бы обеспокоиться сильнее, но, по его мнению, волноваться было не о чем. Варка был добрым и порядочным человеком, живущим по кодексу рыцарской чести. Он, без сомнений, отнёсся бы с пониманием, если бы Флинс обозначил свои границы. А вот Рери, его будущий возлюбленный, — совсем другое дело… Вздох. С ним определённо нужно поговорить. И, вероятно, потратить немало времени, чтобы развеять его тревоги. — ВЫ ЦЕЛУЕТЕСЬ?! — внезапно завизжал детский голос со второго этажа. — ФУУУ, НЕ ДЕЛАЙТЕ ЭТОГО ПРИ МНЕ! Ох. Флинс с трудом сдержал смех, пока Нефер тяжело вздохнула, а Лаума ахнула. — Они, кхм, довольно быстро продвигаются по этапам, — сказала высокая женщина, прикрыв рот рукой. — Бедная Айно… — Ах ты мелкая, — смущённо заорала Ягода в ответ, — марш в свою комнату! У тебя что, нет конфет?! — Уже нет, — фыркнула Айно. — А были бы — думаешь, я бы тут стояла и смотрела, как вы все такие противные? Фу. — Ты— подожди, Инеффа?! А-а, она перегревается! Айно, нужна холодная вода! — Я шланг принесу! — Отлично! Стой — нет! Просто принеси полотенца! Почему у тебя вообще есть шланг в доме?! — Никогда не знаешь, когда он пригодится, — отозвалась Айно. Пока они препирались наверху, Лаума предложила: — Может, нам стоит подняться и посмотреть, что там происходит? Он и Нефер согласно кивнули, хотя по виду последней было ясно — головная боль уже не за горами. Но, словно хаоса было недостаточно, раздался звонок в дверь. Снова и снова. Без остановки. Теперь их со всех сторон окружал шум — спасения не было. Смело (и заодно чтобы не разбираться с новоиспечённой парочкой) Нефер вызвалась посмотреть, кто там. На обеспокоенный взгляд Лаумы она заверила, что возьмёт с собой карманный нож. На том они и разошлись. Если быть честной, у Нефер была ещё одна причина пойти к двери. Она прекрасно знала, кого увидит по ту сторону. Жаль, что нельзя пустить нож в ход — Флинс расстроится и никогда её не простит. За спиной у неё раздавалась какофония звуков — все собирались наверху. Визг, крики, разговоры вперемешку — всего этого было достаточно, чтобы никто не услышал сомнительный разговор, который вот-вот должен был состояться. Когда она медленно открыла дверь, её кошачьи зрачки встретились с одинокой звездой. В тот же миг оба скривились от отвращения. — Что ты здесь делаешь? — ядовито спросил Рери. — Я могла бы спросить тебя о том же, — огрызнулась она. Он скрестил руки на груди, раздражённый. — Из-за Флинса, — резко ответил он. Представьте его удивление, когда он проверил местоположение Флинса и увидел, что тот не у себя в квартире, а в каком-то случайном доме поздней ночью. Рери едва не раздавил телефон в руке, пока не проверил адрес. Стоявший рядом сопровождающий с облегчением выдохнул, заметив, как его состояние сменилось с смертельно опасного на просто раздражённое. Никто сегодня не умрёт. Кровь слишком сложно отмывать с полов. Нефер прислонилась к дверному косяку и тоже скрестила руки, так, чтобы нож был хорошо виден. — Правда? Но я уверена, Флинс не говорил тебе, где он, — она оскалилась. — Иначе его бы здесь не было, верно, Лунный Мститель? Он не обратил на нож никакого внимания. Зато его глаз сузился в опасную щель, розовый цвет потемнел. — Следи за языком. Будто она позволила бы ему думать, что он полностью над ней властен. Пусть она и не так сильна, но ресурсов у неё более чем достаточно. А главное — когда дело касалось Мститель, у неё был Флинс как возможный буфер. — Ты — классический пример психотичного, токсичного любовника, — продолжила она, обнажая зубы. — Чрезмерно собственнический. Слишком навязчивый. До крайности параноидальный. И всегда, всегда отгораживающий его от внешнего мира и людей, которым он небезразличен. Что дальше? Ты начнёшь распускать руки, если он продолжит делать то, что тебе не нравится? Намёк на то, что она имела в виду под «распускать руки», был предельно ясен. Розовый глаз вспыхнул яростью. Звериный рык исказил его губы, обнажая клыки. Мышцы его тела напряглись, ладони сжались в тугие кулаки. Воздух вокруг стал тяжёлым, удушающим. Чистое намерение убийства обрушилось на неё, почти утопив в кровавом привкусе. Она играла в опасную игру, но Нефер нужно было наверняка убедиться хотя бы в одном. — Никогда, — глухо произнёс он, — никогда больше не смей намекать на подобное, иначе я вырву твой ядовитый язык. Этого было недостаточно. Он мог лгать. Ей нужно было разозлить его настолько, чтобы он отбросил всякую ложь. — Но ты ведь не можешь этого сделать, правда? — Нефер наклонила голову, оставаясь невозмутимой. — Только если не хочешь расстроить своего ненаглядного Флинса. Подумать только — он держит в узде такого монстра, как ты. Ха! Тейват должен аплодировать ему за такую жертву. С тобой он обречён страдать, — последнее слово она выплюнула с чистым ядом. Она не успела увернуться — Рери схватил её за шею и резко дёрнул к себе. Она почти повисла в воздухе, лишь кончики пальцев ног касались земли. Нож взметнулся для удара, но Рери оказался быстрее. Он перехватил её запястье и резко вывернул его, заставив её сдержать крик боли. Нож упал на землю и был отброшен пинком в ночную темноту, прежде чем он отпустил её руку. Обе её ладони вцепились в руку, сжимающую её горло, когда Рери наклонился ближе. Он нависал над ней, казался невозможным огромным. Лунный свет очерчивал его спину, но лицо утопало в глубокой тени. С такого расстояния она видела белизну его острых зубов и убийственное свечение глаза. Он и правда был человеком из кошмаров. — Он никогда, никогда не будет страдать со мной! — прорычал он, усиливая хватку. — Нравится тебе это или нет, он хочет меня по собственной воле. Он будет любить меня по собственной воле. Нефер издала сдавленный смешок. — Не если я расскажу ему об этом, — прохрипела она. — Ты уверен, что он вообще сможет тебя любить, если узнает, как ты обращаешься с его близким другом? Рациональность уступала место безумию — в мужчине нарастала ярость. Она злила его слишком сильно, делала слишком параноидальным, но отступать, скуля и выпрашивая пощаду, она не собиралась. Она улыбнулась — натянуто, хищно. — На твоём месте я бы остановилась. Флинс может появиться с минуты на минуту. Когда он и не подумал отступать, она продолжила: — Ты ему нравишься. Думаю, ты это понимаешь. Как его возлюбленный, — она с трудом подавила рвотный позыв, — разве ты не хочешь, чтобы он был счастлив с тобой? Ты правда хочешь, чтобы каждый раз, глядя на тебя, он чувствовал злость и боль? Это его отрезвило. Хватка на её шее ослабла. Нефер поставили на ноги — она задыхалась, шатаясь, и опёрлась о дверной косяк. Её взгляд не отрывался от него, настороженный, готовый к новой атаке, пока он отступал. Теперь он выглядел спокойнее, смотрел на неё так, будто перед ним была всего лишь надоедливая букашка, которую при желании можно легко раздавить. Для неё подтвердились две вещи: Флинсу он вредить не станет — по крайней мере, пока, и её друг был его неосознанным поводком. Собравшись, она выпрямилась и как бы между делом сказала: — Тебе стоит надеяться, что синяков не будет и покраснение сойдёт. Это будет сложно объяснить Флинсу, не так ли? Мститель снова напрягся, но теперь — с тревогой. Он коротко взглянул на её шею и предупредил: — Ты не скажешь ни слова. — Только если ты с этого момента будешь держать руки при себе, — сладко ответила она. И тут за её спиной раздался встревоженный крик: — Нефер! Это заставило её вздрогнуть — она резко обернулась как раз в тот момент, когда Лаума поспешно подошла к ней. Не успев сказать ни слова, женщина с фиолетовыми волосами быстро увела Нефер себе за спину и встала впереди, в защитной стойке. — Ты не посмеешь коснуться её и пальцем, — твёрдо сказала Лаума, без страха глядя на Мстителя. — Она следовала твоим указаниям, а значит, у тебя нет причин обрушивать на неё свой гнев. Поздновато для этого, мелькнуло у Нефер, но в груди потеплело. — Тогда ей стоит следить за своим языком, — презрительно усмехнулся он. Пальцы Нефер дёрнулись — так хотелось оттащить Лауму назад, подальше. Увести её от опасности, которой был этот криминальный лорд. Она не хотела, чтобы он даже смотрел на неё. — Что тут происходит? Почему вы все кричите? — спросил молодой, наивный голос. О, замечательно. К веселью присоединился ещё один человек. Нефер оглянулась и увидела Айно в конце коридора — та упёрла руки в бока, стараясь выглядеть строгой. Лаума напряглась ещё сильнее. — Айно, пожалуйста, иди в гостиную, — приказала она. — Этот разговор не для тебя. Щёки Айно возмущённо надулись. — Это мой дом! Всё, что вы здесь говорите, я имею право знать! Нефер смотрела вперёд, пока Лаума пыталась её уговорить. Лунный Мститель застыл, неуверенно уставившись на девочку. Он крепко скрестил руки на груди, явно чувствуя себя неуютно, и смотрел на неё. А Айно смотрела в ответ — раздражённо. — Эй, мистер, — беззаботно окликнула его Айно, окончательно устав от попыток Лаумы, — вы зачем сюда пришли? Уже о-о-очень поздно для гостей. Если вам что-то нужно, приходите завтра утром. Или, эм… вообще-то днём! Мужчина явно растерялся, словно не знал, как разговаривать с ребёнком. Он приоткрыл рот — и тут же резко закрыл его, вскинув голову и посмотрев мимо неё, когда до его слуха донёсся голос. Его розовый глаз будто засиял, клыки и когти втянулись. — Айно, это определённо не способ приветствовать гостей, — укорил Флинс, выходя из-за угла с охапкой сложенных полотенец в руках. — Он странный, — фыркнула Айно, не отступая. — Кто вообще приходит так поздно? Только подозрительные типы! Нефер бы поаплодировала этой житейской мудрости — если бы не угроза, стоящая прямо за дверью. Угроза, решившая открыть рот. — Флинс, — хрипло позвал он, как человек, изнывающий от жажды после долгих блужданий по пустыне. Неожиданно жалко. И слишком по-человечески. Он сделал шаг вперёд, ставя ногу в дом без приглашения. Лаума настороженно отступила, уводя Нефер за собой. Флинс резко поднял голову. Его глаза расширились, когда они встретились с взглядом. — Рери, — выдохнул он, и на его лице появилась небольшая улыбка. Нефер не думала, что когда-нибудь видела Флинса таким выразительным. Таким откровенно счастливым. Зов его истинного имени заставил Рери почти вломиться внутрь — он сделал несколько длинных шагов и остановился прямо перед Флинсом. Айно юркнула в сторону, настороженно задирая голову. Она посмотрела на Лауму, и та покачала головой, приложив палец к губам, призывая к тишине. — А, подожди, Рери, у меня в руках… — начал Флинс, но его перебили: беловолосый резко притянул его к себе, сминая в объятиях и его самого, и полотенца. Лица друга Нефер не видела, зато заметила, как он слегка извивался, пытаясь высвободиться. Мститель и не думал отпускать. Он только — фу — уткнулся носом в макушку Флинса. Флинс вздохнул и обмяк, сдаваясь. — Посмотри на себя. Ты так сильно по мне скучал? — поддразнил он. — Прошёл всего один день. — Слишком долго, — пробурчал Рери. Как волк, притворяющийся щенком. Нефер едва могла поверить своим глазам. Когда мужчина наконец отстранился, он положил ладонь Флинсу на щёку. Он смотрел на него какое-то мгновение — выражения лица Нефер всё равно не видела. Затем рука соскользнула к спине Флинса и подтолкнула его в сторону всё ещё открытой двери. — Пойдём, — приказал он. — Уже почти полночь. Тебе не стоит оставаться дольше. Флинс воспротивился и ловко выскользнул из его хватки, остановившись прямо перед ошеломлённой Айно. — Вынужден отказаться, — сказал он с озорной улыбкой и, разведя руки, показал на них. — Как видишь, я сейчас занят. Рери нахмурился. — Кто-нибудь другой разберётся. Он потянулся к нему — и тут же раздражённо зарычал, когда Флинс снова легко ушёл из-под руки. Айно тоже пошла за ним, спрятавшись у него за спиной и осторожно высунув голову. Это снова заставило Рери замяться, выглядя неуверенным. — Дай мне всего несколько минут, — рассмеялся Флинс, спасая его от колебаний. — А потом я буду полностью в твоём распоряжении. Если бы у Лунного Мстителя был хвост, он бы наверняка начал вилять — настолько заметно он тут же оживился. Счастливым он не выглядел, но, по крайней мере, был доволен. Хмурый взгляд смягчился до нейтрального, и он резко кивнул. — Поторопись, — потребовал он, как наглая стерва. Айно нахмурилась и потянула Флинса за рукав. — Подожди, ты уже уходишь? — спросила она. — Так скоро? Флинс посмотрел на неё с тёплой улыбкой. — Боюсь, да, Айно, но мы можем провести время вместе в другой раз. — А я надеялась, что ты останешься с ночёвкой, — захныкала она. — Ты уже сто лет так не делал! Все остальные же остаются! Ни Нефер, ни Лаума об этом, разумеется, не знали. Похоже, решение приняли за них. — Мы можем устроить её в ближайшее время, если ты того желаешь, — пообещал Флинс. — Провести ночь в столь почтенной компании — значит сделать любую пижамную вечеринку незабываемой. Айно тут же просияла, довольно улыбнувшись. — Тогда договорились. — Она выглянула из-за него на Рери, который стоял неподвижно, словно каменное изваяние. — Но ты не можешь привести своего парня! Рери резко вздрогнул, уши покраснели. Лицо Флинса слегка потеплело, и он демонстративно не обернулся к так называемому (не)парню. — Только для крумкейков, — с гордостью заявила Айно. Флинс согласно кивнул и прочистил горло. — Если таково желание великой Айно — да будет так. А теперь пойдём поможем Инеффе, пока она не упала в обморок. — Он повернулся к Рери. — Не мог бы ты немного подождать? Я скоро вернусь. Тот дёргано кивнул, не отрывая от него взгляда. Архонты, он и правда по уши увяз. Отвратительно, подумала она, машинально обвивая руками талию Лаумы, прижимаясь к её спине и выглядывая из-за плеча. Из этого вышел бы идеальный материал для шантажа — если бы он, знаешь ли, не был могущественным криминальным лордом, у которого нет ни малейших колебаний перерезать тебе горло, стоит лишь косо взглянуть.

* * * * *

Флинс попрощался с друзьями, когда Рери потащил его к своей машине. Тот был явно нетерпелив — ворчал и язвил даже тогда, когда открыл для Флинса пассажирскую дверь и аккуратно усадил его внутрь. Как только Рери сел за руль, он сразу завёл двигатель и уехал, явно не желая оставаться у мастерской ни секунды дольше. Его рука потянулась к Флинсу, но вместо того чтобы лечь ему на бедро, развернулась ладонью вверх — пальцы слегка согнуты, ожидая. С довольной улыбкой Флинс положил свою руку поверх и переплёл их пальцы. Тихо Рери спросил: — Почему ты не сказал мне, что сегодня куда-то идёшь? — А ты бы меня отпустил? — легко парировал Флинс. Рери нахмурился. — Нет, но ты бы меня всё равно не послушал, — проворчал он, глядя прямо на дорогу. — Я хотя бы мог тебя подвезти. Флинс рассмеялся. — Засчитано. Ты хорошо меня знаешь. — Он сжал руку Рери. — Я просто не хотел отвлекать тебя, когда ты так усердно работаешь. Уверен, даже сегодня ты был очень занят. — Это неважно. Я могу найти для тебя время, — возразил Рери. — Я всегда найду для тебя время. Ох. — Какой ты бываешь милый, — тихо произнёс Флинс с тёплой улыбкой. Грудь наполнило почти невыносимое тепло, в животе сладко ухнуло. Ах, Флинсу до безумия хотелось забраться Рери на колени и крепко его обнять. Он героически сдержал этот порыв и решил, что сможет прижаться к нему, когда они приедут домой. Если он решит остаться на ночь. Вдруг он снова будет слишком занят. Эта мысль заставила Флинса нахмуриться и надуться, так что он поспешно оттолкнул её. Он не позволит негативу омрачить очаровательные слова Рери. — Всё же я предпочёл бы, чтобы ты сосредоточился на своих обязанностях, — продолжил Флинс. — Чем раньше они будут завершены, тем скорее ты сможешь отдохнуть. И провести время со мной. — Всё в порядке. Я всё закончил, так что я свободен, — как ни в чём не бывало сообщил Рери, будто только что не озарил мир Флинса чистой радостью. — Я остаюсь у тебя на ночь и на воскресенье. Боже, его сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Ах, этот вечер заканчивался просто прекрасно. — Ты снова принимаешь решение без моего участия, — сказал Флинс, пряча жадную радость за лёгкой улыбкой. — Это, между прочим, мой дом. Ты в курсе? — Ты ушёл из своего дома, не сказав мне, так что мне всё равно, — язвительно ответил он. Флинс тихо хмыкнул, явно развеселившись. — Ключевая фраза здесь — мой дом, понимаешь. Я не считаю, что у тебя есть право указывать мне, что я могу или не могу делать в нём. — И что с того? — огрызнулся Рери. — Я стираю тебе простыни. Слежу за твоей одеждой. Готовлю для тебя. И я трахал тебя почти на каждой поверхности в этом доме. У меня есть право. Он не удержался от довольного смешка. — Довольно занятная точка зрения. Однако позволь мне тебя поправить: ты не трахал меня на каждой поверхности. Потолок, к примеру, всё ещё остался нетронутым. Рери бросил на него быстрый, тёмный взгляд. — Я найду способ, — торжественно поклялся он. Пф. Такой серьёзный. Такой нелепый. И что Флинсу с ним делать? Ему пришлось отвернуться, чтобы скрыть, как щёки вспыхнули от радости — счастье почти захлестнуло. — Тогда я желаю тебе удачи, — он едва не хихикнул. — Пусть тебе сопутствует успех в этом великом начинании. Если бы он посмотрел назад, то увидел бы, как смягчилось лицо Рери. Как машина замедлила ход, чтобы он мог подольше смотреть на него, впитывая эту красивую, искреннюю радость, пропитавшую всё его существо. Рери до боли хотелось обнять его. Было трудно не свернуть на обочину и не сделать именно это. Вместо этого он напомнил себе, что может подождать — до того момента, как они вернутся в квартиру. Пока что ему придётся довольствоваться тем, чтобы просто держать Флинса за руку. Со временем Флинс успокоился и расслабился. Откинувшись на сиденье, он смотрел на проплывающий мимо пейзаж с ленивой, довольной улыбкой. В этой тишине Рери сказал: — Возьми отгулы на понедельник и вторник. — О? — Флинс приподнял бровь. — Могу я узнать причину? — Я тебя куда-нибудь приглашу, — рука Рери сжала его ладонь, пальцы приятно вдавились в тыльную сторону. Глаза Флинса загорелись. — Понимаю. И куда же? — Не скажу, — он усмехнулся. — Это сюрприз. Дыхание перехватило — предвкушение и волнение поднялись внутри горячей волной. Рери выводил его. Сам. Без каких-либо намёков со стороны Флинса. И это был неожиданно. — Я с нетерпением жду, — сказал Флинс с полной надежды улыбкой. — Уверен, это будет чудесно. С тобой всегда так.

* * * * *

Чуть позже, уже по дороге, Флинс внезапно кое-что вспомнил. — Ах да, Рери, могу я задать вопрос? Рери не повернул голову, взгляд оставался прикованным к дороге. Впереди медленно появлялось его жилой комплекс. — Конечно. Какой? — Ты случайно не знаешь, что из себя представляет омега? — невинно (на этот раз действительно) спросил он. Рери подавился, машина дёрнулась, когда он резко нажал на тормоз. — Откуда ты вообще услышал это слово? — потребовал он. — Нефер сообщила мне, что я омега, но отказалась объяснять, что именно это значит, — пояснил Флинс. — Потому мне и нужен твой ответ. — Я не буду на это отвечать, — сразу же сказал Рери. — … — Я отказываюсь. — … — Перестань дуться. Это не сработает. — … — Дай мне вести машину. — … Рери раздражённо выдохнул. — Ты даже не омега. Это невозможно. Так что тебе и знать не нужно. Флинс моргнул, глядя на него упрямо и неотступно. — Нефер сказала, что я омега духовно. — …То, что я согласен с этой отвратительной женщиной, бесит меня до невозможности.