Эхо забытого мира

Юлию и переводчика выписали из больницы на следующий день. Николаю, к сожалению, пришлось остаться в больничной палате из-за травмированных костей. Им не стали говорить, кто напал на них, чтобы не удивлять еще больше. Пусть пока остаются в неведении. После противоядия женщины будто бы получили прилив бодрости. Все дела у них шли хорошо и быстро. Мозг думал лучше. Будто обновились до того самого отдыха, о котором все могли только мечтать. И казалось, что эту силу не вычерпать никогда. Они словно заново родились. Николай, может быть, был и сам таким же активным, если бы не сломанные ребра. Ему дышать даже было трудно. Но за коллег радовался и успокаивал, что и он скоро встанет на ноги. Только майор не представлял, насколько скоро. Ближе к вечеру, когда уже посетителей должно было быть меньше, высокая тень прокралась внутрь, незримая для камер видеонаблюдения, и проникла в палату к Николаю Петровичу. У него никого не было. Валентина ушла буквально несколько минут назад. Головокружение так и не прошло, а потому она предпочла отдохнуть, чем караулить сон друга. Адмирал дал понять, что они ему неинтересны, а потому было принято решение убрать охрану у палаты. Казалось, что никакой угрозы уже для них нет. Николай нервно дернулся, заметив панцереносца. Но тело сковала жуткая боль. Он зажмурился, тяжело дыша. Солдат приложил палец к губам, прося быть потише. - Я помочь. - постарался заверить он, вытаскивая из наручей еще одну капсулу. Она была кристально белой и казалась совершенно пустой из-за прозрачности содержимого. - но будет больно. - Что это? - Помощь. Виа Ласте воткнул иглу в капельницу и ввел чудо средство, а после убрал пустую капсулу в отсек на своем поясе. Затем уставился на пейнпад, на котором открылись самые обыкновенные часы, отмеривающие десяток часовых поясов. Адмирал выставил московский и принялся ждать, иногда поглядывая на то, как препарат постепенно просачивается в вену. Вопросы у Николая внезапно закончились. Он просто решил подождать, не понимая, чего конкретно. Ответ пришел сам собой через две минуты, когда препарат начал действовать. Сначала в тело воткнулись сотни игл, затем мышцы начали атрофироваться. Одна за другой. Будто был поврежден позвоночник. Но спустя минуту чувствительность вернулась с двойной силой. - Что это? - смог спросить через плотно сжатые зубы Николай. - Терпите. Адмирал положил руки ему на плечи, вдавливая в кровать майора. И успел перед самым началом конвульсий. От криков и откушенного языка седоволосого спасала ткань из приятного на ощупь (и зуб) материала, вероятно, предназначенная, специально для подобных ситуаций. Солдат держал его так, что торс оставался недвижимым до тех самых пор, пока судороги не прекратились. На их место пришло бессилие. - Болит? - поинтересовался техноариец, вытаскивая ткань. - Нет. - удивленно ответил Николай, осознав, что и дышать стало легче, и ребра больше не болели. И в целом состояние значительно улучшилось, будто у него вдруг забрали всю боль. Адмирал отпустил майора и кивнул. - Набирайтесь сил. - Что это такое? - поинтересовался Николай, увидев в этом шанс поговорить с этим странным созданием. - Наука. - Кто Вы? - Адмирал Виа Ласте, межпланетарные войска. - Рад знакомству, получается. - слабо улыбнулся Николай. Адмирал еще раз кивнул и повторил, что ему надо набираться сил, а в ответ услышал «спасибо». Неожиданный исход событий. Люди умеют быть благодарны даже тому, кто его покалечил... К такому техноариец не был никак не готов. И вот какое заключение о них можно сделать после таких противоречий? Какое клеймо повесить на них? Они добрее многих других существ. Но такие глупые, непросветленные. А, может, потому в них и осталась эта доброта? Им не надо драться за последние изобретения нанотехнологий. Артем сказал правду. Они живут в своем мире и в нем же умирают. Да, может, все-таки не очень хорошо, что люди ни к чему не стремятся и живут в своем маленьком мирке. Но этот мирок защищает их от таких потрясений, с которыми человеческий мозг просто не может справиться. И это же хорошо. Или плохо? Когда Николай Петрович смог уснуть, адмирал спокойно растворился в ночи и никто его не видел после этого достаточно долгое время. Хотя разговоров после этого было немало. Майор был удивлен не меньше других. Коллеги считали, что дружеские узы остановятся на Артеме и его «побеге». Но сам Артем предположил, что ему отдали приказ помочь Николаю. Зачем? Предположений не было. Но это было более правдивым, чем он вдруг вспомнил бы, что они ему друзья. Тукаеву показалось, что техноарийцы больше всего на свете боятся собственных воспоминаний. И не только из-за приказа не вспоминать. А из-за того, что может открыться за кромкой беспамятства. Какой может оказаться их прошлая жизнь. И потому этот приказ они исполняют еще и из собственного страха, которым ни с кем не делятся. Месяц прошел спокойно в общем и целом. Новости о чудо киборге летали по всей стране. ФЭСовцам даже не приходилось их специально искать, чтобы следить за передвижениями их старого знакомого. Он несильно скрывался. Вероятно, верил в свою силу и непросветленность людей. Но через месяц неприятности сами нашли их. Иван разрешил какое-то время пожить у себя Артему, который заметно нервничал от общения не с коллегами. Ему везде казался подвох. А вдруг технологии дошли до такого уровня, что космические создания уже умеют мимикрировать под людей? Да, такое он видел только в фильмах. Но и никогда не думал, что увидит науку, так далеко шагающую вперед. А вечерний звонок в дверь поднял его на ноги с испуганными глазами. Иван попытался успокоить его. Вдруг им показалось? Или звонили соседям? Но звонок повторился именно в их дверь. Тукаев кивнул. Открыть надо было. Если там техноарийцы, то они все равно узнают, что внутри кто-то есть. Не такая уж и сложная задача для них. Иван осторожно заглянул в дверной глазок. За дверью сперва никого не показалось. Но секундой спустя показались кошачьи уши из-под мотоциклетного шлема. А дверь полетела с петель. Хозяин квартиры едва успел прижаться к стене в вещи, висевшие на вешалке. А Артем застыл в дверном проеме кухни, нервно сглотнув. Его тело оцепенело от ужаса и осознания, что этот кошмар будет его преследовать постоянно. Их обоих без особых усилий схватили и, вколов неизвестный препарат в шею, потащили на улицу с мешками на голове. Никто из прохожих не посмел вмешаться или закричать о помощи. Если и был кто-нибудь во дворе, то предпочел уйти в противоположном направлении. Первым пришел в себя Иван из-за тряски и толкнул Артема, который среагировал секундой спустя. Руки их были связаны спереди, но легче от этого не было. Только Тукаев понял, что это вряд ли могли быть техноарийцы, так как те до ужаса любили использовать везде и во всем электрический ток. А эти наручники, может, и были разработкой будущего, но совершенно обычными. Разве что менее удобными в сравнении с привычными из настоящего. Но не менее терпимы. И, кажется, Артем нервно выдохнул, поняв это. Однако, сказать о своем наблюдении брату по несчастью не решился. Их подняли на ноги сразу после остановки и повели по асфальту, утыканного острыми камнями. Девять шагов до дверей, которая с лязгом открылась, впуская приехавших. Их отвели в теплое помещение и  усадили на стулья с высокими спинками. Забота - еще один признак, который никогда не характеризовал техноарийца. - Они неопасны. - послышался приятный голос у входа. Ничего механического. В этот момент даже Иван начал догадываться, что они не у техноарийцев. Такие голоса могут быть только в том случае, если нет на голове шлема. А без шлема они не ходят. И не развязывают руки, что было сделано сразу после слов неизвестного. Да еще и мешки сняли с голов. И сразу же в глаза бросилась женщина средних лет. Лицо толком нельзя было разглядеть из-за шлема на голове. Только виднелись темные глаза и приятные губы в полуулыбке. Они не стеснялись своего лица. А вот ушей на макушке, кажется, да. Они виднелись из-под волос и пытались не шевелиться сами по себе. Иван потер запястья и уставился на существо перед собой. - Я терион, научный эксперимент. - буднично и просто проговорила женщина, слегка наклоняя голову. - Лена, если имя. Это уже местное, с Земли. Другое называть бесполезно, не выговорите. Артем кивнул и тяжело вздохнул, осматриваясь. Но помещение напоминало простую допросную в полицейском участке. Ничего лишнего и не нужного. - Ваши имена мы уже знаем. Так что вам нет смысла представляться. - Кто Вы, я уже слышал, но хотелось бы подробностей. - подал голос Иван и нервно сглотнул, отодвигаясь от неизвестной женщины. Она была одна. Те двое, которые привели мужчин, ушли, оставив их наедине. Пусть переговорят без лишних глаз. Так меньше нервов потратят друг друга. Им надо еще привыкнуть ко всему этому. - Мы первое творение Главного техноарийцев. - пояснил  терион и со вздохом продолжил. - не хочу вдаваться в подробности, чтобы не вбивать голову лишнюю информацию. Поэтому если кратко, то мы выбились из-под контроля, захотев узнать, кем мы были до всех экспериментов. Стали неугодны ему. Устроили бунт, сбежали. И на наше место пришли техноарийцы. Их с людьми не скрещивали. Но память стирали наглухо, чтобы не было лишних вопросов. На нас была открыта охота. Нам пришлось скрываться, затаиться. И Главный приступил к своей изначальной цели. Под предлогом защиты навязывать свои порядки на каждой планете, где побывали. - А почему к Земле такое влечение? - Это отправная точка. Все начал землянин. - невесело отозвалась Елена и приступила к основной теме. - я привезла вас сюда в таком виде, за это я приношу свои извинения. Но долго было объяснять на месте. - Чего Вы хотите? - осторожно спросил Артем. - Мы знаем, что адмирал Виа Ласте когда-то был вам другом. Я не ошибаюсь? - Да, семь лет назад. - подтвердил невесело Иван и опустил голову. - Вы хотите вернуть ему память? - поинтересовалась Елена. - А это возможно? - с надеждой спросил Артем и вскочил на ноги. - Мы сделаем все, что в наших силах. Среди нас уже есть техноарийцы, которые вспомнили свое прошлое. - Он искренне не хочет вспоминать свое прошлое. - огорчил Иван и опустил голову. - Мы это слышали от каждого, кому возвращали память. Они боятся его, как огня. Мы можем и силой его сюда привести. Новости пестрят появлением техноарийца на Земле. Я точно знаю, что это он. И вычислить нам его несложно. У нас в распоряжении более современные технологии, чем у вас. Но нам нужна ваша помощь. Как удачно совпало, что один хакер, а второй врач, пусть и патологоанатом. - Какая помощь вам может понадобится от нас? - Мы не знаем, какие участки мозга надо пробуждать в первую очередь, чтобы память заработала так, как надо. Их знают только близкие. Маму или других родственников мы не рискнули привлекать. Не думаю, что они вообще знают о том, что он еще жив. - Да, мы не смогли им сказать о возвращении Ромы. - признался Артем и прикрыл глаза. - они семь лет пытаются забыть о нем. Елена кивнула. - Вот и не надо. Поэтому остаетесь вы. Мы будем контролировать процесс, показывать воспоминания вам, а вы укажете, какие надо включить в первую очередь, чтобы процесс пошел быстрее. Или вы не хотите, чтобы он вспоминал? Мужчины глубоко задумались. С одной стороны это даже хорошо. Он вспомнит, кто они такие. Но разве против воли можно вспомнить? И каким он будет? Как сильно изменится? Смогут ли смотреть в глаза? А как они устроят его побег? Или показательно убьют? Артем не постеснялся задать вопрос относительно жизни адмирала без космоса и как они ее устроят. Елена не дала однозначного ответа на этот вопрос, но заверила, что через год он не вернется на космический корабль. Мужчинам этого оказалось вполне достаточно. На ее месте они бы и таких гарантий не дали бы. Желание увидеть прежнего Рому в них пересилило, и они дали свое согласие. И только после этого их предупредили, что процесс возвращения памяти неприятный на глаз и небыстрый. Но на попятную ни компьютерный гений, ни врач не пошли. Пусть будет так. Они согласны. Лишь бы увидеть Рому прежним.