Хогвартина

Утро в номере «Дырявого Котла» началось с маленького чуда: на столе, где вчера лежали лишь книги, сам собой появился завтрак. Дымящиеся кружки какао, стопка золотистых тостов и тарелка с идеально запеченными бобами источали такой соблазнительный аромат, что даже Селена, обычно равнодушная к еде, с любопытством к нему принюхалась. За едой царило деловое настроение. Селена, отхлебнув какао, отложила чашку и с серьезным видом открыла учебник по защите. — Эти два защитных заклинания, что мы вчера осилили, — это капля в море, — заявила она, проводя пальцем по строчкам. — «Протего» — это хорошо, но если нас будут преследовать, одной обороной не отделаешься. Нужно уметь и атаковать. Она пролистала несколько страниц и остановилась на параграфе с иллюстрацией, где у волшебника из руг вылетала палочка. — Вот, смотрите. «Экспеллиармус». Разоружающее заклинание. Выглядит... эффективно. Пока Селена строила планы по обороне, Сью с азартом рыскала по кожаному конспекту профессора Гринберга. — А вот это поинтереснее будет! — воскликнула она, тыча пальцем в страницу. — Смотрите, целый раздел: «Заклинания для розыгрышей и бытового применения»! Наконец-то что-то полезное! Она вскочила и, тыча пальцем в страницу, принялась уговаривать подруг: — Давайте попробуем вот это! «Моллиаубиль»! Описание: «Временно изменяет свойства твердой горизонтальной поверхности, наделяя ее эластичностью и вязкостью». Представляете? Можно же сделать горку у бассейна! Или... или супер-мягкий пол! Изи, конечно, тут же высказала статистическую вероятность провала и потенциальный ущерб, а Тео робко спросила, не испортят ли они пол. Но любопытство и утренняя энергия Сью были заразительны. После нескольких комичных попыток и неверных взмахов палочки, у Сью наконец получилось. С легким ш-ш-шлепающим звуком участок дубового пола размером с коврик у ее ног потерял твердость, превратившись в поблескивающую, желеобразную массу, мягко покачивавшуюся, как гигантское фруктовое желе. Первой, с визгом, на него прыгнула Сью, и ее тело мягко погрузилось в массу, которая приятно пружинила. Тео, заразившись ее смехом, осторожно ступила на край, и ее нога утонула по щиколотку в упругой прохладе. Даже Селена, скептически хмыкнув, не удержалась и присела, чтобы потрогать ее рукой, а Изи, забыв на минуту о теории, с научным видом тыкала в субстанцию палочкой, наблюдая, как расходятся круги. На несколько минут комната наполнилась беззаботным смехом и возней. Они прыгали, падали и лежали на спине, глядя в потолок и ощущая, как неведомая сила мягко их поддерживает. Это было их первое по-настоящему волшебное развлечение, и в этот миг все тревоги и неотвеченные вопросы отступили перед простой детской радостью открытия. Они были просто подругами, пробующими крутой новый трюк, и настроение в комнате было легким, как это самое заклинание, и беззаботным, как летний ветер. Идиллия была хрупкой, как стекло, и разбилась в одно мгновение. Тео, которая только что хохотала, прыгая на упругой массе, вдруг замерла. Ее улыбка исчезла, сменившись напряженной сосредоточенностью. Она подняла руку, призывая к тишине. — Тише, девочки! — ее голос был резким шепотом. — Слышите? Остальные затаили дыхание, прислушиваясь. Но в ответ была лишь гулкая тишина старой таверны. Ничего. — Я не слышу, — тихо сказала Сью. В этот момент Лейн поморщилась, будто отвлеклась на что-то внутри себя. На ее языке возник резкий кислый привкус, словно она лизнула лимон. Он был таким ярким, что она даже провела языком по зубам, и тут же вкус сменился на металлический, точь-в-точь как кровь. «Нервы, — тут же отмела она ощущение. — Наверное, прикусила щеку». Но спокойнее от этой мысли не стало. Изи, вопреки всей своей логике, вдруг ясно и отчетливо, будто наяву, представила, как дверь их номера с грохотом распахивается, впуская враждебные силуэты. Никаких предпосылок для этой мысли не было — ни скрипа, ни стука, — только внезапная, леденящая душу картина. Без единого слова она резко встала, ее лицо стало маской холодной концентрации. Пальцы сомкнулись на палочке, и она приняла низкую, устойчивую стойку, направляя острие в сторону двери. Лейн сглотнула, но кислота и металл на ее языке уже сменились на горький, отвратительный и тревожный. Что-то плохое приближалось. Очень быстро. — Тени... — прошептала Сью, указывая пальцем на щель под дверью. — Там кто-то есть... они двигаются... Тео, повернула голову в сторону двери, будто прислушиваясь. Ее лицо было бледным, а голос тихим и серьезным. — Они говорят о нас... — перевела она, ловя каждое слово из-за двери. — «Забрать девиц», «хозяин не потерпит провала»... Они явно не с добром. Как она это услышала, никто разбираться не стал. Воздух в комнате стал густым и тяжелым, словно перед грозой. Беззаботное веселье ушло, его место занял холодный, обжигающий страх. Они были в ловушке. Это был не просто звук, а оглушительный грохот, от которого задребезжали стены. Дверь, едва выдержав удар, отлетела, врезавшись в стену, и в проеме возникли две темные фигуры в масках. Их палочки были уже наведены. — Петрификус Тоталус! — прозвучал хриплый крик. Вслед за ним — ослепляющие вспышки алого и зеленого света, рвущиеся в комнату, чтобы парализовать, оглушить, остановить. Но защита уже была готова. Почти синхронно, перекрывая грохот, два голоса, дрожащие от адреналина, но полные решимости, выкрикнули в унисон: — Протего! Серебристый щит, вырвавшийся из палочки Изи, и мерцающий барьер Лейн слились в один сияющий купол, едва успев образоваться перед самым носом у нападавших. Заклинания ударили в него, отскочили с оглушительным треском и рикошетом ушли в потолок, осыпая их штукатуркой. — Путь отрезан, — холодно констатировала Лейн, ее глаза метнулись к единственному возможному выходу. Окно. Хоть девушки и думали, что их комната была на 20 этаже, но Селена сразу разведала, что окна находятся на уровне 2 этажа. Ее взгляд, полный безжалостной расчетливости, встретился с взглядом Изи. — Окно! Изи, обычно требующая логических обоснований, в этой секунде не задавала вопросов. Ее разум, уже просчитавший траекторию, силу и последствия, мгновенно выдал решение. Единственно верное. Ее палочка описала резкую дугу, целясь в центр стекла. — Конфринго! Стекло не разбилось. Оно взорвалось миллиардом сверкающих осколков, открывая проем в никуда, в свинцовое лондонское небо. Не отпуская палочку, Изи намертво вцепилась одной рукой в воротник оцепеневшей Тео, другой — в куртку Сью. — Прыгай! — крикнула она, не прося, а приказывая, и шагнула в пустоту, увлекая их за собой. Трое девушек кувыркнулись в проеме, их фигурки на мгновение замерли на фоне города, а затем начали стремительное падение. Но Сью, падая спиной к земле, не растерялась. Ее палочка, зажатая в вытянутой руке, была направлена вниз, на неумолимо приближающийся тротуар. — МОЛЛИАУБИЛЬ! — проревела она, заглушая ветер. Эффект был мгновенным. Серый бетон тротуара прямо под ними вздыбился, забулькал и превратился в огромное пятно поблескивающей, упругой, полупрозрачной массы. Они врезались в нее, как пули в желе. Субстанция поглотила их с глухим, обволакивающим хлюпом, погасив всю скорость, и вытолкнула обратно, мягко подбросив, словно на батуте. Они лежали на спине, отдыхиваюсь, целые и невредимые, на невероятно мягком, покачивающемся островке посреди обычного тротуара. — Лейн! — пронзительно вскрикнула Тео, едва отдышавшись и поняв, что четвертой фигуры, падающей рядом с ними, нет. Селена, увидев, что подруги уже выпорхнули в проем, сделала рывок к окну. Но в спину ей уже летело новое заклинание. Резко развернувшись, она на бегу крикнула: «Протего!», отразила очередную вспышку и, не теряя темпа, оттолкнулась от подоконника. Из-за этого толчка траектория ее прыжка сбилась, и теперь она летела не на мягкий, поблескивающий участок тротуара, созданный Сью, а в сторону, на твердую брусчатку. Прямо на пути ее падения стоял молодой человек в безупречном, явно дорогом костюме цвета антрацита. Он смотрел вверх, на разбитое окно, с выражением глубочайшего изумления на лице, пытаясь осмыслить, почему на его глазах из таверны «Дырявый котел» только что выпали три девушки и благополучно приземлились на тротуар. Он слишком поздно заметил четвертую. Лейн врезалась в него на полной скорости. Они с грохотом повалились на мостовую, перекатившись, и на мгновение замерли в клубке конечностей и дорогой ткани. Девушка была оглушена, но быстро пришла в себя, обнаружив, что лежит грудью на его груди, а ее локтем он прижат к земле. Это ее ни капельки не смутило. А вот на лице Тео, наблюдавшей за этой сценой, проступил яркий румянец, будто в столь неловком положении оказалась она сама. — Прошу прощения, — сказала Лейн, слегка запыхавшись, но тут же, поймав себя на неуверенности, выпрямила спину и добавила с привычным высокомерием: — За испорченный костюм. Парень, все еще лежа под ней, уставился на нее с немым вопросом во взгляде. Его мозг, видимо, отказывался понимать, почему она извиняется за костюм, когда настоящей проблемой был прыжок из окна и внезапное воздушное нападение. Селена ловко поднялась на ноги, отряхнулась и тут же бросила взгляд на разбитое окно. В проеме уже маячили силуэты их преследователей, но, заметив собравшуюся на улице толпу зевак, те поспешно отступили вглубь комнаты, растворившись в тенях. Девушка твердой походкой подошла к подругам, все еще сидящим на упругой массе, и протянула им руку, чтобы помочь подняться. — Нужно уйти с улицы, — скомандовала она без тени сомнения. — Идем. Подруги, не раздумывая, поднялись и пошли за ней. — Извини еще раз, пожалуйста! — крикнула Тео в сторону ошеломленного парня, уже догоняя удаляющихся подруг. Он так и остался сидеть на мостовой, поправляя галстук и провожая их взглядом, полным самого искреннего и полного недоумения, какое только можно себе представить. Но его внимание целиком принадлежало одной из них — той, что свалилась на него с неба. Он следил за прямой спиной Селены, за ее уверенной, почти бесстрастной походкой, которая так контрастировала с только что пережитым хаосом. В ее властных командах и холодном взгляде, брошенном на окно, была необъяснимая сила, заставившая его забыть на мгновение о своем испорченном костюме и ошеломляющем падении. Глубокий переулок поглотил их, как темный проглатывающий карман. Воздух здесь был холодным и влажным, пахнущим сырым камнем и мусором. Как только они скрылись из виду, ноги у девушек подкосились, и они прислонились к закопченной стене, пытаясь перевести дух. Тишину нарушали лишь прерывистые всхлипы Тео. Она дрожала, крупные слезы катились по ее щекам, оставляя белые дорожки на запыленной коже. Сью, наоборот, была похожа на разозленную кошку. Она металась из стороны в сторону, сжимая палочку так, что костяшки пальцев побелели, и ее распирал от адреналина. — Я бы их... я бы их... — бормотала она, не в силах подобрать слов. Изи стояла неподвижно, ее взгляд был устремлен в пустоту. — Вероятность успешной обороны при внезапной атаке в замкнутом пространстве, согласно нашим действиям, составила примерно 17%, — отчеканила она, словно зачитывала доклад. — Наиболее эффективным оказалось нестандартное тактическое решение — создание альтернативного пути эвакуации. Коэффициент полезного действия заклинания «Моллиаубиль» в полевых условиях... Лейн не слушала. Она, тяжело дыша, смотрела на вход в переулок, ожидая погони. Ее ум лихорадочно работал. — Кто они? — прошептала она. — Зачем мы им? Этот «хозяин»... Они знали, где мы. Значит, кто-то нас выдал. Или следил с самого начала. В этот момент из темноты в дальнем конце переулка возникла высокая фигура. Пальцы девушек инстинктивно вцепились в палочки, но это был профессор Гринберг. Его лицо, обычно оживленное, было бледным и напряженным, а в глазах читалась тревога, граничащая с яростью. — На вас напали? — его голос был низким и жестким, без обычных ноток легкомыслия. — Здесь, в самом сердце магического Лондона, под носом у Министерства? — Он сжал кулаки. — Это не просто наглость. Это безрассудство... Или отчаяние. Он обвел взглядом четверых перепуганных, грязных, но живых девушек, и его взгляд смягчился на долю секунды. — План вашего «тихого» и незаметного перевода в Хогвартс, увы, провален, — заключил он. — Оставаться здесь нельзя ни минуты. Вам нужно отправляться в школу. Сегодня же. Через час отбывает служебный поезд для сотрудников и особых гостей. Мы поедем на нем. Но нужно торопиться.