Книга спешлов. Я и Ти. Ром Мок

Интервью прошло на удивление гладко. Даже фотографии, которые, казалось, потребуют пересъемки, оказались почти безупречными. Команда, готовившаяся к изнурительному дню, в итоге осталась в легком замешательстве. Представитель журнала, проводивший интервью, с осторожным интересом спросил, насколько близки друг другу оба собеседника, раз согласились на совместное интервью. Это, несомненно, сэкономило команде массу времени. Ивано лишь слегка улыбнулся в ответ, а кхун Ти, с самого начала не проявлявший ни намека на улыбку, нахмурил брови. Вопрос остался без ответа, и все решили оставить ситуацию как есть. Интервьюер тихо выдохнул, когда кхун Ти отвел взгляд. Внутри он мог только мысленно воскликнуть: "Если не хотите давать интервью, зачем тогда приходить?!" Однако, вместо того чтобы озвучить свои мысли, он сдержанно улыбнулся и поспешно сменил тему. В этой сфере иногда лучше притворяться глупым, чем знать лишнее. Тем временем Пич, не обращая внимания на скрытые эмоции вокруг, был полностью сосредоточен на своей камере. Он с энтузиазмом искал идеальный ракурс и фотографировал процесс разговора. Каждый кадр удавался на славу – почти не было неудачных снимков. Это было связано с тем, что один из интервьюируемых постоянно смотрел в сторону камеры, стараясь предстать в наиболее выгодном свете. Правда, порой это вызывало раздражение у Пича, особенно когда тот заслонял кадр, мешая запечатлеть господине Симоне. Но, несмотря на это, фотограф с улыбкой просматривал снимки. Оба собеседника выглядели впечатляюще, источая некую ауру власти. Даже случайные кадры оказались захватывающими. "Это нечестно", – подумал он с легкой улыбкой, поднимая взгляд в поисках своего возлюбленного. Тем временем команда интервьюировщиков уже собирала вещи, готовясь к уходу. Оставалась лишь съемочная группа, которой предстояло сделать еще три серии фотографий с участниками, чтобы завершить день. Кхун Ти сидел на диване, расслабленно беседуя с Ивано. Пич решил подойти, чтобы обсудить детали послеобеденной съемки. Но, приблизившись, он замер, услышав их разговор. – Эту цену снизить нельзя, – твёрдо заявил Ивано, качая головой. Его голос звучал уверенно, как у человека, знающего цену своим словам. – Это редкая вещь. Я рисковал, чтобы её достать, и хочу получить справедливую компенсацию. – Сколько нужно? Говори, – спокойно произнёс Тиракит, его взгляд был холодным и проницательным. Пич, стоявший в стороне, моргнул, собираясь тихо ретироваться, но голос Ти, звучавший резче, чем обычно, заставил его замереть. – Куда собрался? – спросил Ти, нахмурив брови. Его лицо стало ещё более серьёзным, чем в начале разговора. – Думаю, мне не стоит вмешиваться, – сдержанно ответил Пич, стараясь не выдать своего волнения. – Продолжайте, я вернусь позже. – Не надо. Сядь, – коротко приказал Ти. Его тон не оставлял места для возражений. Пич бросил на него тревожный взгляд, но подчинился, заметив лёгкую, едва уловимую улыбку в серых глазах мафиози. – Что именно вы хотите купить? – спросил Пич, пытаясь разобраться в ситуации. – Нефритовую руду, – ответил Ти, его голос стал мягче, но всё ещё сохранял нотки властности. – Господин Симоне владеет акциями в китайских шахтах. Я хочу использовать руду для новой коллекции украшений. Ти сделал паузу, гордо выпрямившись. Его подбородок чуть приподнялся, словно он ожидал одобрения. – Кстати, тайскому языку я учил его сам. Пич сдержал улыбку, но его взгляд стал чуть более тёплым. Он не знал, как реагировать на такую похвалу, особенно учитывая, что весь разговор напоминал скорее сцены из криминального фильма. – Почему вы говорите по-тайски? – неожиданно сменил тему Пич, обращаясь к итальянцу. Мужчина слегка улыбнулся, его акцент звучал забавно, но он говорил уверенно. – Когда ты здесь, нужно говорить на языке, который все понимают, – ответил Ивано. Его улыбка стала шире. – А ещё мне нужно практиковаться ради Паулы. – Паула? – с интересом переспросил молодой человек. – Моя возлюбленная, – с гордостью сказал Ивано. Его лицо озарила широкая улыбка. – Она тайка. Я готовлю для неё сюрприз. Ти, услышав это, едва заметно улыбнулся. Его взгляд смягчился, в голосе появилась тёплая нотка. – Удачи вам. Надеюсь, всё получится. Ивано внимательно посмотрел на Ти, его взгляд задержался на глубоких, почти гипнотических глазах молодого мафиози. Затем он внезапно наклонился ближе к Пичу и произнёс низким, почти шепчущим голосом: – У тебя очень красивые глаза. Ты знал об этом? Фотограф замер, растерянно моргая, не в силах сразу понять, что имел в виду итальянец. Но прежде чем он успел что-либо сказать, Ти резко вытащил пистолет из-за пояса и с глухим стуком положил его на стол. Пич вздрогнул, но Ти, придвинувшись ближе, мягко прикрыл ладонью его глаза, словно защищая от чего-то невидимого. – Он мой, – холодно произнёс мафиози, в его голосе звучала угроза, от которой становилось не по себе. Затем он взял руку Пича, сжал её так нежно, что напряжение фотографа начало спадать. Ревность... Эта привычка проявлялась ещё задолго до того, как они начали встречаться, и, похоже, избавляться от неё Ти не собирался. – Я просто шучу, – сказал Симоне с лёгкой улыбкой, сопровождая свои слова беззаботным смехом. Ти не ответил. Через некоторое время, прозвучал звук, будто кто-то что-то убирает, и рука мафиози спала с его лица. Пистолет исчез со стола. Никто не пострадал, не было ни крови, ни криков. Все сидели на своих местах и словно ничего не произошло, улыбались друг другу. За исключением Пича, который теперь сидел, плотно прижавшись к своему мужу. Сильная рука Ти обнимала его так крепко, что вырваться было невозможно. – Что это было? – Пич наклонился ближе и тихо спросил. Ти слегка скользнул по нему взглядом, а затем, не сдержавшись, быстро наклонился и поцеловал его тонкие губы. – Ивано Симоне – известный ловелас, который не задерживается с кем-то дольше трёх месяцев. Он меняет партнёров почти каждый день, – Ти отодвинулся немного назад и продолжил: – Теперь понятно? – Эй, я всё ещё здесь! Надеюсь, ты не забыл про меня, дружище? – Ивано произнёс с лёгкой усмешкой, его губы искривились в слабой улыбке, а глаза сверкали игривым блеском. – Поцелуи – это ещё можно понять, но разве сплетничать обо мне при мне – это не слишком? Ти остался невозмутим. Он поднял подбородок и равнодушно произнёс: – Я просто говорю правду. Это необходимо, чтобы предостеречь моего любимого от таких опасных людей, как вы. Ивано лишь фыркнул: – О! Он не ожидал, что тот, кого он всегда считал младшим братом — холодным, высокомерным и неспособным на эмоции, – сегодня проявит себя иначе. В его взгляде читались удивление и лёгкое удовлетворение. Пич тихо вздохнул, слегка уставший от происходящего, но уголки его губ всё ещё сохраняли слабую улыбку. Он мягко похлопал по плечу своего возлюбленного, который прижимал его к себе. – Я всё понял. Но сейчас нам нужно работать. В помещении, из посторонних, никого больше не было, но если кхун Ти продолжит так себя вести, их отношения точно перестанут быть тайной. Хотя, если честно, Пич и не рассчитывал, что этот секрет удастся скрывать долго. Тиракит немного поворчал, но всё же нехотя отпустил руку младшего. Пич слегка улыбнулся и тихо поблагодарил, прежде чем встать. Его лицо стало серьёзным, он откашлялся и с деловым видом начал объяснять задание. Ивано слушал, слегка кивая. Этот молодой азиат выглядел профессионально, несмотря на свою юную внешность. Его слова были чёткими и лаконичными, голос – приятным, а забота о комфорте временной модели проявлялась в каждом жесте. Это вызвало лёгкую улыбку на лице взрослого мужчины. "Хороший парень, как и ожидалось. Неудивительно, что Ти так сильно им увлёкся," — подумал он. Краем глаза Ивано обратил внимание двух других молодых людей, стоящих в стороне. Они изображали телохранителей, но на самом деле Кричданай наклонился ближе и шептался с другим азиатским парнем, который был чуть ниже его ростом. Их глаза искрились от смеха, выдавая весёлую беседу. Казалось, что братья Арсени, о которых он раньше беспокоился, наконец обрели свою семью. Подготовка к фотосессии прошла гладко: модели сотрудничали без возражений. Независимо от того, что просил фотограф – двигаться больше или меньше, – они охотно следовали указаниям, не выказывая недовольства. Съёмочная группа вздохнула с облегчением, радуясь, что работа завершилась раньше срока. Этому азиатскому фотографу пришлось взять на себя ответственность за двух влиятельных бизнесменов. Кто бы не почувствовал напряжение? Пич поклонился, искренне поблагодарил всех, а его улыбка оставалась неизменной, несмотря на усталость. Сегодня он превзошел собственные ожидания. Конечно, часть успеха принадлежала и двум моделям. Он стоял перед монитором, сосредоточенно проверяя свою работу, пока не услышал тихий шепот вокруг. Подняв взгляд, он заметил, как в комнату вошла стройная женщина. Ее золотистые волосы были аккуратно собраны в пучок, несколько локонов мягко касались шеи. Голубые глаза блестели, когда она спокойно оглядывала помещение. Ее изящная фигура и утонченное, но заметное присутствие привлекали всеобщее внимание. Это была Нива, бывшая девушка Ти. Красавица быстро осмотрела комнату, задержав взгляд на высоком мужчине с харизмой мафиози, но тут же отвела глаза, словно ничего не произошло. Однако Пич заметил этот момент. Он нахмурился, чувствуя, как внутри поднимается волна недовольства. Ранее он не придавал значения тому, что госпожа Нива была бывшей девушкой Тиракита. Но теперь, наблюдая за ее странным поведением рядом с его возлюбленным, он ощутил нарастающее раздражение. Это было неприятно. Пич отвел взгляд, стараясь вновь сосредоточиться на мониторе. Он напомнил себе, что не стоит придавать этому значения. Он знал своего возлюбленного и был уверен: никакая женщина не сможет пошатнуть их отношения. Но раздражение все равно не отпускало. Молодой человек глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться, и вновь погрузился в работу. Однако вскоре его внимание привлек звук каблуков, ритмично приближающихся к нему. Шаги остановились совсем рядом. Пич поднял голову. Нива не подошла к кхун Ти, а направилась прямиком к нему? – У вас есть какое-то дело? Пич моргнул, удивленный, что не успел ничего сказать. Фразу произнес не он, а бывший секретарь кхун Ти – Мок, который внезапно оказался рядом. Его голос звучал ровно, бесстрастно, а черные глаза пристально смотрели на женщину, не отводя взгляда. Госпожа Нива на мгновение замерла, выражая смесь нервозности и беспокойства. Она попыталась улыбнуться, но в её улыбке сквозила неуверенность. – Прошу прощения, кажется, я поступила невежливо. Пич на короткий миг встретился с ней взглядом, а затем мягко улыбнулся. Его тонкие руки легонько похлопали Мока по плечу пару раз, словно призывая расслабиться. Затем он перевел взгляд на своего возлюбленного, который наблюдал за ним с другой стороны комнаты. В дымчато-серых пылал скрытый огонь, но он старался сохранять самообладание, несмотря на напряженные вены, проступившие на тыльной стороне рук. Молодой мафиози прекрасно знал, что Пич не терпел насилия и не одобрял чрезмерной ревности. Поэтому, несмотря на раздражение, он изо всех сил старался держать себя в руках, хотя его яростный взгляд, казалось, мог бы испепелить женщину перед ним. Пич нежно улыбнулся, чтобы успокоить атмосферу, а затем снова обратился к госпоже Ниве. – Здравствуйте, госпожа Перс. Я сейчас занят проверкой работы, поэтому не смог вас встретить. У вас есть какое-то дело ко мне? Его голос звучал ровно, а уголки губ были приподняты в вежливой улыбке, которая, однако, не достигала глаз. Это ясно давало понять, что её поведение было невежливым и отвлекало от дел. Раз уж её намерения не казались добрыми, он не видел необходимости быть дружелюбным в ответ.