Книга спешлов. Я и Ти. Ром Мок

– Пич, ты правда не хочешь вернуться вместе? Молодой фотограф, склонившись, завязывал шнурки, скрывая хитрую улыбку, пока его возлюбленный ворчал. Подняв голову с невозмутимым выражением лица, он увидел, как Ти стоит с таким видом, будто весь мир вот-вот рухнет. Работа мистера Мафия была настолько напряжённой, что у него не оставалось времени на то, чтобы бездельничать и гоняться за любимым, как это делают герои романов, которые ничего не делают, но всегда находят деньги, чтобы тратить на других. Хотя он громко заявлял, что возьмёт отпуск на месяц, чтобы сопровождать Пича за границу для съёмок, на деле Ти смог выделить всего несколько дней, и теперь пришло время возвращаться. Пич улыбнулся, поправляя длинное пальто любимого человека, его глаза светились весёлым огоньком. – Всего несколько дней, я быстро вернусь. – Но я хочу вернуться вместе, – упрямо возразил Ти, прекрасно зная, что спор проигран. – Моок и Марн скучают. А ты разве не скучаешь по детям? Как ты можешь оставить мужа и детей грустить дома, пока сам наслаждаешься жизнью? Улыбка исчезла и Пич схватился за виски, чувствуя, как начинает болеть голова. Он всерьёз задумался о том, что пора бы отучить любимого от просмотра вечерних сериалов, пока Моок и Марн не заразились этим от него. – Это работа, а не отдых, – вздохнул он. Но стоило встретиться взглядом с Ти, как раздражение сменилось нежностью. Большой мужчина с пистолетом за поясом выглядел таким грустным и беспомощным, словно мокрый щенок. Кто бы смог устоять? Ти стоял у двери, не двигаясь с места, с ещё более обиженным лицом. – Мне кажется, наше семилетнее проклятие сделало тебя холодным ко мне. Но я всё ещё люблю тебя, Пич. Проклятие? Какое ещё проклятие? Пич скрестил руки на груди, уголки его губ дрогнули в лёгкой усмешке. Он начинал догадываться, что творится в голове у его мужа. Это был не первый случай, когда ему приходилось уезжать по работе. Обычно Ти просто звонил, но никогда не бросал свои дела, чтобы следовать за ним. Похоже, он что-то увидел или услышал и начал фантазировать. Молодой фотограф, кажется, придумал, как развеять эту чепуху. Его глаза заблестели, и он, будучи ниже ростом, подошёл ближе. Нежно приподняв подбородок своего большого босса, он прошептал: – Никакого проклятия нет. Даже через семьдесят лет я буду любить тебя, Пи Киан. И, встав на носочки, неожиданно крепко поцеловал мужа. Пич поцеловал его, а затем с азартом прикусил губу. Когда он слегка отстранился, его дыхание сбилось, а кончики их носов почти соприкасались, словно они делили одно-единственное дыхание. – Будь хорошим мальчиком, возвращайся домой и жди меня. Я скоро приеду, – проговорил он с легкой улыбкой. Глаза Тиракита широко распахнулись, в них блеснула искренняя благодарность, а скулы едва заметно порозовели от смущения. Его застенчивость была почти трогательной. Пич улыбнулся шире, внутренне радуясь тому, что смог заставить его покраснеть. Но прежде чем он успел отстраниться, сильные руки обвили его тело, притягивая ещё ближе. Пич вздрогнул от неожиданной близости, но не успел ничего сказать, как его снова страстно поцеловали. Это было похоже на нежное возмездие за предыдущий момент. Через некоторое время, почувствовав лёгкое сопротивление, Ти медленно отстранился. Однако он не удержался и снова нежно коснулся губ Пича, теперь уже покрасневших от поцелуев. Его хриплый голос прозвучал почти шёпотом: – Хорошо. Возвращайся скорее, я буду ждать. Эти простые слова заставили Пича, который считал, что полностью контролирует ситуацию, мгновенно вспыхнуть. Он резко отступил, бросив сердитый взгляд, и почти выбежал из комнаты. Но чем громче за его спиной раздавался низкий смешок, тем сильнее пылали его щеки. "Ну, держись. Я обязательно найду способ отомстить," – подумал он, стиснув зубы. ***** Пич открыл дверь конференц-зала, где ранее проходила встреча. После короткого приветствия с руководителем команды, остальные начали заходить в помещение. Он поздоровался с присутствующими. Многие выглядели напряжёнными и обеспокоенными – казалось, что съемка шла не так гладко, как хотелось бы. Натан стоял во главе стола с планшетом в руках, сосредоточенный и серьёзный. – Спасибо всем за проделанную работу. Мы уже завершили большую часть проекта. Особенно хочу поблагодарить вас, Пич, за помощь с моделями, – сказал он, кивая в сторону фотографа. – Не проблема. Просто удвойте мой гонорар, и всё будет отлично, – с лёгкой улыбкой отшутился Пич. Его слова заставили Натана усмехнуться, и напряжённая атмосфера в комнате немного разрядилась. – Хорошо, но тогда придётся добавить вам немного работы, – ответил руководитель проекта с хитрой полуулыбкой, протягивая фотографу из Таиланда лист бумаги формата А4. Пич взял его с лёгким недоумением. Его глаза тут же широко раскрылись, когда он увидел, что это были детали съёмки моделей для обложки. Пич не был широко известным фотографом на международной арене. Его пригласили в этот проект лишь для работы над одной из колонок журнала. Обычно для съёмки главной и внутренней обложек выбирали фотографов с громкими именами. Почему же вдруг ему поручили такую важную задачу? Натан заметил его удивление. Молодой человек тяжело вздохнул, явно чувствуя себя неловко. А Лоуренс, единственная женщина-фотограф в проекте, тихо хихикала, наблюдая за происходящим. – Джефф, тот самый парень, который оскорблял тебя на днях, должен был заниматься этой съёмкой, – начала она с лёгкой насмешкой. – Но он не успел закончить свою работу в срок, а первый комплект снимков, который он прислал, был отправлен на доработку. Если он узнает, что тебя поставили вместо него, он точно сойдёт с ума. Кажется, его ждут новые неприятности. Но Пич не особо переживал. Хотя он редко пользовался своим влиянием, он прекрасно знал, кто его возлюбленный. Поэтому беспокоиться ему было не о чем. Натан сменил тему, начав говорить о новом проекте. – Хотя это важная работа, это всего лишь внутренняя обложка, а не главная. Так что не стоит переживать, – сказал начальник команды, передавая ещё один лист бумаги. – Здесь указаны все детали съёмки. Модель скоро будет на месте. Если ты готов, можешь использовать студию на нижнем этаже. Пич поблагодарил его, обменялся еще парой слов и взяв документы, направился вниз, читая бумаги по пути. Он внимательно изучал концепцию съёмки, а когда перевернул на вторую страницу, его взгляд замер на имени модели, с которой предстояло работать. – Пи'Пич! Молодой фотограф поднял голову. Его лицо озарила широкая, искренняя улыбка, а глаза весело прищурились. Он помахал рукой, приветствуя красавца-модель, который бежал к нему. Затем они слегка обнялись, демонстрируя дружелюбие. Перед ним стояла его гордость — модель, которую он сам воспитал. — Ран! — радостно произнес Пич, подходя ближе и похлопывая его по спине. — Давно не виделись, как ты? Всё в порядке? Аран, молодой и привлекательный мужчина с мужественной внешностью, был тем, кого Пич привел в мир моды. Сейчас он работал по контракту с агентством «Shohei». Агентство «Shohei» специализировалось на моделях и манекенщицах. Его глава — молодой японский бизнесмен, который переехал в Таиланд ради своей жены, красивой тайской девушки. И эта девушка – младшая сестра Пича. — Всё хорошо, но я немного волнуюсь, — признался Аран, его голос дрожал, а руки были холодными. — Кхун Тач подписал контракт с журналом, и моя первая работа оказалась здесь. Сначала я сильно нервничал, но, увидев твое имя, Пи, в списке фотографов, сразу успокоился. Пич мягко улыбнулся, в глазах читалась доброта. Он нежно коснулся головы младшего. — Я тоже рад снова поработать с тобой, Ран, — сказал он, убирая руку. Затем, приподняв бровь с легким притворным недоверием, добавил: — Кстати, ты сейчас свободен, верно? Щеки Арана слегка порозовели, но он уверенно ответил: — Да, свободен, Пич. Не переживай, никаких проблем не будет. Фотограф кивнул, не задавая лишних вопросов. Он прекрасно понимал ситуацию: в их кругу все знали, что Таван, бывший известный актер, оставивший карьеру из-за травмы и занявшийся семейным бизнесом, серьезно ухаживает за Араном. Пич наблюдал за ситуацией со стороны и немного переживал за младшего. Он боялся, что история может повториться, как это уже случалось раньше. Но теперь Аран состоит в агентстве, и если возникнут проблемы, это может привести к заморозке его контрактов или даже к их расторжению. К счастью, Таван, похоже, изменился. Его мысли, поведение и манеры стали более зрелыми. Даже кхун Ти отметил, что теперь семья Тавана вряд ли окажется на грани банкротства. Хотя в его словах сквозил легкий оттенок сожаления. – Понял, понял, значит, свободен, – с улыбкой заметил Пич, мягко подтолкнув младшего. – Тогда займись работой, одинокий, а я, как женатый человек, хочу поскорее вернуться домой. – Пи'Пич, вы сейчас хвастаетесь? – модель надула щеки, но тут же потянула его за руку. – Пойдем быстрее, а то мой будущий муж мне голову снесет. Фотограф тихо рассмеялся, не споря, и направился в фотостудию вместе с младшим коллегой, которого давно не видел. По дороге он продолжал слышать его веселый голос. Жизнь всегда движется и меняется. Она сталкивает нас друг с другом, создавая главы наших историй – иногда радостные, иногда печальные. А потом судьба разводит нас по разным путям, которые мы выбираем сами. Но однажды, в нужное время и в нужном месте, она снова соединяет наши дороги. Пич мягко улыбнулся, его плечи расслабились. В мыслях он вернулся к своей семье – к мужу и детям, которые, вероятно, уже ждали его дома. Среди всех людей, которых он встретил на своем пути, были те, с кем жизнь свела его и больше не разлучала. Ему действительно повезло встретить кхун Ти. Фотограф глубоко вдохнул, его улыбка стала еще шире. Он решил, что нужно немного больше потрудиться, чтобы скорее вернуться домой. Ведь он уже очень сильно скучал по своей семье.