Дневники Илая / Ilay’s diaries

Комната напоминала глухую каменную яму. Стены замыкались в круг, притягивая взгляд к центру, где цепи звонко ударяли о каменный пол. Вдоль стен стояли охотники, на их форме засохли кровь и грязь, а на лицах застыло пустое выражение. Это был отряд Чон Чан Ина. Перед ними, прямо к каменному полу, был прикован человек, точнее то, что от него осталось. Он извивался, натягивая цепи так, что металл врезался в запястья и лодыжки. — Один из наших, — Альта сказал это тихо, безжизненным голосом. Тэй стоял в проеме, достаточно близко, чтобы услышать эти слова. Он и сам этим утром вернулся с охоты, но выглядел совсем иначе. Все было ясно без слов, кому повезло, а кому нет. Разодранная форма с засохшими кровоподтеками, на шее и руках рваные следы от укусов. Тэй уже видел такое. В день своей первой охоты, когда на одного набросились сразу несколько вампиров. Никто больше не заговорил, и от этого тишина становилась гнетущей. Альта опустил голову, стараясь не смотреть на вампира, но Тэй не отводил глаз. Он продолжал смотреть, как тот шипел, оскалив клыки. За этой жаждой уже нельзя было узнать человека. Они не были близки, но этого оказалось достаточно, чтобы понять, что на его месте мог оказаться любой из них. Дверь за спиной скрипнула. Внутрь вошел Чон Чан Ин, осматривая присутствующих нечитаемым взглядом. Он выглядел опрятно, будто уже успел привести себя в порядок. На его лице не было ни усталости, ни той боли, которая бывает, когда теряешь одного из своих. — Здесь ему не место. Отвести в изолятор. Никто не ответил, и даже не сдвинулся с места. Все понимали, что значит подойти ближе, рискнуть. В этом существе больше не было их товарища. Когда никто так и не отозвался, Чан Ин посмотрел на Тэя. — Сделаешь это. Это не было просьбой. Отчего-то этот ровный голос казался как никогда жестоким. Тэй замешкался на мгновение, но знал, что отказать уже не мог. «Почему всегда так?» Он мог отдать приказ любому, но выбрал именно его. Несправедливость душила изнутри. Тэй посмотрел на клыки, острые как ножи. «Если укусит, будет больно». Не спеша Тэй ослабил цепи и снял крепления. В тот же момент вампир резко дернулся, но сразу замер, будто на секунду в нем вернулось что-то человеческое. Он больше не брыкался, не пытался вырваться или напасть. Тогда Тэй подошел ближе, освободил его ноги, чтобы тот мог самостоятельно идти. Вампир медленно поднял голову и посмотрел на Чон Тхэ Ина: взгляд был пустой и безжизненный. Он покорно встал, звеня цепью на кандалах, и позволил себя вести. Напоследок он даже не глянул на бывших коллег, будто чувствовал перед ними стыд. Тэй сопереживал этим людям, понимал их боль, но они смотрели на него с неприязнью. Среди них он чужак, тот самый иммунный, который не сможет ощутить страх перед обращением в вампира. Тэй вышел, не оглядываясь, чувствуя тяжелые взгляды за спиной. Вампир покорно двинулся за Тэем, а следом вышел и офицер. В комнате осталась та же тишина. *** Тэй чувствовал странное напряжение. Не от вампира, а от человека рядом. С дядей они не виделись с тех пор, как тот ушел на охоту. А потом и Тэй уехал из филиала. Слишком многое прошло за это время, и, хотя оно прошло почти незаметно, недосказнного стало только больше. Это была их первая встреча после кабинета МакКина. Мысль об этом всплыла сама собой. Тэй даже не собирался говорить, но слова вышли сами: — Дядя, насчет твоей просьбы… Чан Ин не дал ему договорить, коротко взглянул и сразу перебил: — Ты же все сделал, что я просил. Это не было вопросом. Тэй замолчал, в тот же миг пришло осознание, что дядю не интересовало, что произошло в тот день. Не интересовало, что он тогда чувствовал и кем был — трэллом или нет. Важен был лишь результат. Тэй не стал задавать следующий вопрос. — Да, я все сделал, — он произнес это ровным тоном, пока изнутри душило острое чувство обиды. — Хорошо, — Чан Ин кивнул. На лице мелькнула легкая формальная улыбка, как будто он точно знал, что за этим ничего не последует. Знал, что обиды, накопленные племянником останутся позади, а несказанные слова растворятся во времени. Они разошлись в коридоре, и каждый пошел в свою сторону. *** Вампир вошел в камеру и сразу за ним скрипнула дверь. Перед заточением ему не дали даже возможности привести себя в порядок, разодранная форма так и висела клочьями, а на теле остались рваные раны. Тэй сразу обратил внимание насколько отличался изолятор от той камеры, в которой сидел он сам. Условия были нечеловеческие, как будто вампиры не заслуживали большего. Не хотелось и думать о том, что давали здесь в качестве еды. Раз уж вампиры не могли питаться человеческой пищей… «Лучше об этом не думать». Он вытащил ключ и уже собирался идти, как вампир вдруг заговорил, тихо, почти неслышно: — Я думал, что успею еще многое… И это глупо, потому что все думают так, но никто не считает, что именно в этот момент все закончится. И я просто не успел, понимаешь… я не говорю о каких-то подвигах, а просто обычные вещи, которые откладывал на потом. А потом вдруг оказывается, что времени больше нет. Он замолчал на секунду, а потом с сожалением добавил: — Прости, я, наверное, глупости говорю. От безысходности видимо, — он хмыкнул под нос, словно насмехаясь над собственной слабостью. — Если ты не против, можно еще немного поговорить? Пока я при памяти. Тэй не ответил вслух, просто остался стоять рядом с решетчатой дверью. Какое-то время он просто слушал все, что рассказывает этот человек. Он был человеком в этот самый момент, когда все его мысли, чувства и слова были настоящими и полными боли. О мечтах, которым не суждено сбыться и о призрачной надежде — вакцине. Никто не знал, когда наступит тот день. Илай сказал, что могут пройти даже десятилетия, прежде чем изобретут вакцину. От этого смотреть на укушенного становилось еще тяжелее, думать о его незавидной судьбе. — …Сейчас я смотрю на тебя и почему-то не чувствую жажды. Не хочется тебя укусить. Вообще. Он нахмурился, прислушиваясь к ощущению внутри себя. — Не знаю, стихло это чувство или что-то изменилось, но если бы я стал нормальным… — он усмехнулся своим словам. — Да, вряд ли. Это давление фоном остается где-то внутри. Он провел языком по клыкам, как по чему-то инородному у себя во рту. — Больно было, когда они росли. Так десна резало, как будто челюсть ломается, и все произошло за сутки. Так странно… Они провели так еще какое-то время, пока тишина не заполнила большую часть разговора, а слова не начали заканчиваться. Напоследок вампир поблагодарил Чон Тхэ Ина и тот ушел, оставив заключенного наедине с собой. *** К тому моменту, как Тэй дошел до своей комнаты, мысли уже не держались в голове. Все распадалось на обрывки, оставляя после себя лишь усталость и головную боль. Он лег в кровать, не раздеваясь. Просто прикрыл глаза и лежал так не двигаясь, пока стук в дверь не заставил его снова подняться. До вечера было еще далеко, так что это вполне мог быть рабочий визит. Когда он открыл дверь, на пороге стоял Шинру. Они давно не виделись, казалось, целую вечность. Едва мягкая улыбка заиграла на красивом лице Шинру, Чон Тхэ Ин не смог сдержать свою. Он сразу пропустил его внутрь как самого желанного гостя, который мог появиться в это время. — Как прошла охота? Он спросил это так ласково, что сердце сразу пропустило удар. Тэй ответил с запозданием, не сразу сообразив, какой именно прозвучал вопрос. Все было хорошо, как нельзя лучше, ведь сейчас в его комнате сидел этот человек. — Тэй-хен, ты нигде не поранился? Давай я осмотрю твои раны. Шинру протянул к нему руки, мягко касаясь спины и плечей. Тэй готов был раниться сколько угодно, только бы Шинру вот так приходил к нему. И все же он отрицательно покачал головой. Они сидели на кровати, улыбаясь друг другу с той нежностью, которая, казалось, давно угасла. В мрачном подземном логове все, что было между ними, словно потерялось во времени, оставив только работу, и на охоту вампиров. И сейчас, в это мгновение Тэй почувствовал себя как в тот день, когда впервые увидел это красивое лицо. — Дай посмотреть, — произнес он тише, подсаживаясь еще ближе. — Это не займет много времени. Пальцы скользнули вдоль спины едва ощутимо, но так, что от этого прикосновения внутри что-то содрогнулось. Это было совсем не так… не так, как в тот раз… Тэй почему-то вспомнил об этом. О бледных пальцах, скользящих по его спине. О следах, которые наверняка остались на теле. Тэй едва заметно напрягся. Он не мог позволить Шинру увидеть это. До этого момента все, что случилось между ними с Илаем казалось до какой-то степени приемлемым, и что хуже привычным. Но сейчас мысль об их связи звучала почти постыдно. И этот стыд он чувствовал именно перед Шинру. — Что такое..? Шинру одернул руку и нахмурился, пристально вглядываясь в его лицо. — Все в порядке, — Тэй нервно выдохнул и снова натянул улыбку. — Правда. Тебе не о чем беспокоиться. Он попытался подавить неловкость, но Шинру сразу это почувствовал. Это только сильнее зацепило его, и он продолжил задавать вопросы один за другим, словно проверяя, где Тэй оступится. «О чем я не должен беспокоится?» «Что произошло на охоте?» «Он что-то сделал тебе?» Когда Тэй понял, что становится только хуже, он взял его за руку и мягко произнес: — Шинру, давай не будем об этом говорить, ладно? Ничего не случилось. Шинру только сильнее сжал губы, молча вглядываясь в его лицо. Все было ясно без слов: неровное дыхание, пульс и то, как Тэй отводит глаза. — Ты врешь, — он произнес это тихо, без обвинения, и в тот же момент его лицо исказилось. — Я не хотел верить… в эти гадкие слухи. О тебе и Риглоу… Вы спали? Слова прозвучали как пощечина, внутри все перевернулось. Тэй не мог вымолвить ни слова, просто застыл, смотря Шинру в глаза. И это была его вина. От начала и до конца. Он сам позволил этому случиться, позволил начальнику пользоваться своим телом и даже получал от этого удовольствие. Тэй поднялся с кровати неосознанно. Просто в какой-то момент сидеть рядом стало слишком невыносимо, а эта близость между ними только усиливала это чувство. Какое-то время они молчали. — Это ведь неправда, скажи мне? Ты ведь не делал этого… Риглоу заставил тебя? Этот ублюдок, я оторву ему голову! Тэй, не молчи, пожалуйста. Но если ты сам захотел, то… я не понимаю. Злость накрыла волной так, что Шинру довел себя до дрожи. В глазах уже стояли слезы. — Я не хочу, чтобы ты оставался рядом с ним! Ты можешь покинуть работу под его началом, никто не сможет тебя принудить. Я сделаю что угодно, только бы ты не оставался там! — слова срывались, и Шинру уже не контролировал собственный голос. — Я знаю, что в тот раз получилось плохо, я сделал все не так… набросился на тебя. У Тэя болезненно сжалось в груди. Слова Шинру звучали правильно, слишком так, как он хотел их услышать. И от этого становилось только хуже и невыносимее. Он не мог поверить, что этот очаровательный и до безумия красивый парень еще корил себя за тот раз. Тот раз, когда они расстались в Гонконге после неудачной ночи. «Ах да… как же я мог забыть об этом…» Ночь, когда ему захотелось пить. Губы сами произнесли вопрос: — Ты же наполовину вампир, да? Шинру застыл. Лицо стало пустым и потерянным, а потом что-то надломилось в нем, и из глаз покатились слезы. — Тэй-хен… теперь ты боишься меня? Я тебе больше не нравлюсь..? — Это не так! — ему казалось, что он тоже сейчас заплачет. Это и правда было не так. Шинру был красив до невозможного, даже сейчас с влажными глазами и дрожащими губами красота его была нечеловечески совершенной. Может потому, что он полукровка? Иначе как объяснить, что человек может выглядеть так… когда плачет? Шинру поднялся с кровати и медленно приблизился к Чон Тхэ Ину. Его рука осторожно коснулась запястья, так медленно, словно он проверял, можно ли. — Я покажу тебе, что это может быть приятно, тебе нечего бояться, Тэй-хен. Голос стал тихим и сладким. — Это лучше, чем обычный секс… я сделаю так, чтобы тебе было хорошо даже с этим. «С чем, с этим..?» Его вдруг охватило чувство дежавю. Как и в тот раз, в отеле, Чон Тхэ Ин сразу ощутил тревогу, возникшую на уровне инстинкта. Казалось, что за сладкими словами Шинру скрывается что-то неправильное. Он отдернул руку и слегка отстранился. — Знаешь, я так устал за день. Думаю, мне нужно сейчас отдохнуть. Можешь, пожалуйста, уйти? Шинру смотрел на него сначала удивленно, с непониманием, а потом глаза наполнились обидой. — Шинру, прости. Сейчас, правда, не лучшее время… — начал Тэй… Но Шинру не дал договорить. — Хорошо. Ты просто устал после охоты, я понимаю, — он замолчал на несколько секунд, а потом посмотрел на Тэя так, будто хотел прожечь в нем дыру. — Ты ведь не думаешь, что все закончится вот так? Я тебя не отпущу. Тэй так и остался стоять, даже когда дверь за спиной захлопнулась. По спине пробежали мурашки. Он вдруг вспомнил разговор с дядей: «— Что может быть хуже, чем влюбиться в вампира? — Хуже, если он влюбится в тебя, я полагаю». *** — В прошлый раз я сильно рисковал, показывая тебе свои глаза. Но вижу, ты держал рот на замке. Это славно. Присядь. МакКин сидел в глубине комнаты, в тени. Все вокруг было до неприятного знакомым, за это время кабинет офицера совсем не изменился. Тэй неспешно подошел ближе и присел на кресло напротив стола. Несколько секунд в воздухе висела тишина, и Тэй, недолго думая, задал вопрос, который волновал его с момента их последней встречи: — Что именно вы хотите от меня получить? Офицер сложил руки в замок и прямо посмотрел на Чон Тхэ Ина. В этот раз в его глазах не было золотого свечения, только естественный оттенок человеческих глаз. — Получить? Ты ведь иммунный. Кто знает, что от тебя можно получить. Пока только догадки, — он развел руками. Тэй молчал. Мысль была слишком очевидной. Кровь иммунного была единственным, что отличало его от остальных. Единственное, что могло представлять ценность. — Я не собираюсь пить твою кровь, если ты подумал об этом, — продолжил МакКин. — Но говорят, ее можно использовать иначе. Чон Джэ Ин рассказывал что-то о своих исследованиях? Тэй замешкался. Имя брата прозвучало слишком неожиданно. Не впервые этот человек упоминает Чон Джэ Ина в разговоре. «В прошлый раз было что-то о «хорошей службе на благо организации». Вот только что именно сделал Джэ Ин? Неужели что-то связанное с разработкой вакцины?» На ум больше ничего не приходило. Вряд ли талантливый химик посвятил бы себя охоте на вампиров. Они давно не общались. И даже сейчас, спустя несколько месяцев после отъезда, Чон Джэ Ин не отправил в организацию ни одного письма для Чон Тхэ Ина. Наверняка записка, которую он оставил на столе, так и не была прочитана. Это тревожило еще больше. Он по-прежнему не знал, где находится его брат. — Я не в курсе того, чем занимается брат. Причем здесь он? — Ты же знаешь, что он работал в UNHRDO? В таком возрасте придумать нечто подобное… — он задумчиво глянул перед собой. — Действительно уникальный склад ума. МакКин расслабленно раскинулся в кресле, будто это была простая беседа с одним из коллег. Но Тэю так не казалось. Он слушал, пытаясь понять, что на самом деле скрывается за этими словами. И все же офицер был предельно честен: — Но видимо в какой-то момент что-то пошло не так, и он просто ушел, так и не завершив начатое. Вакцины все еще нет. Он сделал короткую паузу. — К счастью. Тэй нахмурился. В организации, где с вампиризмом борются как с болезнью, эти слова прозвучали цинично. — Вы не хотите, чтобы изобрели вакцину? МакКин кивнул. «Такое действительно мог сказать только вампир». — Ты слышишь «вакцина» и думаешь об этом как о спасении. Но вопрос не в этом. Вопрос в том, в чьих руках она окажется и что произойдет после. Польза и вред не всегда очевидны. Тэй только сильнее нахмурился, пытаясь уловить смысл. — Организация не уничтожает вампиров как вид, она их изучает… а это куда страшнее. Люди реже стремятся уничтожить, чем подчинить и использовать в своих целях. МакКин внимательно посмотрел на лейтенанта. — Если ты особенный, тебя захотят использовать. Тебе ведь знакомо это чувство? Тэй усмехнулся. Пока МакКин не использовал свои глаза, можно было не притворяться. Он посмотрел на него с вызовом. — Разве это не то, что я должен чувствовать сейчас? Офицер МакКин, это ведь вы тот, кто хочет использовать меня. — Да, но ты об этом знаешь. Я показал тебе свои глаза, и в этом разница. А твой офицер, думаешь, почему держит тебя рядом? — Что..? Он на мгновение растерялся. «Джэ Ин, Илай… к чему здесь они?» — Вы говорите об офицере Риглоу, но я не понимаю причем здесь он. Хотите сказать, есть причина, по которой он держит меня рядом? — Та же причина, по которой ты здесь. Он произнес это так, будто речь шла о чем-то очевидном. — Ключ к вакцине — это иммунный. Раз существует организм, способный противиться яду, то может существовать и вакцина. Уже есть исследования и попытки, и этого достаточно, чтобы в какой-то момент дело довели до конца. Черты на лице чуть смягчились, офицер слегка подался вперед. — И вот мы возвращаемся к тому, с чего начали, о том, в чьих руках окажется вакцина. Даже сейчас в организацию поставляют препараты только одной фармацевтической компании. И кому же она принадлежит?.. Он на миг замолчал, словно давая Тэю самому догадаться. Тэй не ответил. — Семье офицера, под которым ты ходишь. Риглоу хорошо к тебе относится, насколько я знаю. МакКин больше ничего не сказал. Просто наблюдал. Тэй пытался ухватиться за какую-то мысль, но на ум уже приходила другая, и все становилось только запутаннее. Другие охотники и раньше говорили об этом, что Риглоу держит рядом иммунного, чтобы питаться им. «Кто бы мог подумать, что МакКин придумает еще одну причину…» — Очередной бред… — тихо пробормотал Тэй. МакКин только усмехнулся. — Даже если ты не осознаешь этого, ты уже втянут. Иммунность это переменная, которая может повлиять на баланс сил. Чон Чан Ину не следовало привозить тебя в организацию. Он должен был хорошо подумать о последствиях, и о тех, кто захочет тебя получить. — И все же, я никак не возьму в толк, что нужно от меня именно вам? Раз вы не хотите, чтобы вакцина существовала… Он замолчал на полуслове. «…Следовало меня убить». — Мы с тобой сделаем все возможное, чтобы вакцина никогда не существовала. Тэй смотрел в пол, как будто искал там ответ. А когда поднял голову, на него уже смотрели яркие янтарные глаза. Золотистые нити переливались и поблескивали на радужке. Это было удивительное и в то же время пугающее зрелище, от которого трудно отвезти взгляд. Даже Чон Тхэ Ин, который имел иммунитет к гипнозу, чувствовал насколько притягательны такие глаза. Глаза высшего вампира. — Чон Джэ Ин оставил записи об исследованиях. Они хранятся в закрытом отделе архива, куда не могу попасть даже я. Но вот охрана там меняется часто, и ты вполне подходишь на эту роль, лейтенант. Они пристально смотрели друг на друга. — Тебе не нужно это оценивать: хорошо это ли плохо. Выбора у тебя все равно нет. МакКин медленно поднялся с кресла, поправляя китель. Золотистые пуговицы сверкнули от света лампы. — Ни твой дядя, ни твой офицер не смогут тебе помочь. У них нет таких глаз. И никогда не будет. Эта разница в силе, которую ты никогда не переступишь. Он слегка пожал плечами. Так что не нужно себя корить за это, просто держи в уме, что делаешь это на благо. Ты понял меня, Тэй? — Да, я понял.