Дым между нами

Неделя незаметно слилась с другой. Каждое утро заканчивалось по-разному, но начиналось одинаково спокойно: Йоичи, который просыпался не от тревоги, а от того, что рядом тихо дышит кто-то тёплый. Берлин полюбил его слишком легко — шумом рынков, хлебными лавками, запахом дождя на камне, бесконечными витринами и ощущением города, которому всё равно, кто ты, но который готов приютить, если умеешь смотреть. Они гуляли много — иногда втроём, иногда вдвоём. Иногда Йоичи и Михаэль пропадали на полдня, заходя в музеи, магазины пластинок, уютные книжные. Иногда просто сидели на скамейке у воды, наблюдая за лодками. Иногда возвращались в номер слишком поздно и слишком довольные, чтобы объяснять Нессу, почему именно. И да — между ними было всё. Не каждый день, не постоянно, не бездумно. Иногда тихие поцелуи утром, когда солнце ещё не решилось подняться. Иногда лёгкое, ленивое касание пальцев, когда они шли рядом.Иногда долгие вечера, когда до рассвета оставалось слишком мало, чтобы тратить его на сон. Эти моменты Йоичи не описывал никому, но они отражались в том, как он улыбался: мягко, расслабленно, будто изнутри. Зато всё остальное он отправлял Рину и Бачире: фотографии улиц, еды, странных немецких вывесок, селфи с кривым ракурсом — те самые, за которые друзья потом дразнили бы его бесконечно. Ответы приходили так же хаотично: Рин — лаконично: «Ты идиот. Уберите язык из кадра.» «Ты снова потерял шарф?» «Надень шапку. Там ветер.» Бачира — восторженно: «Ты там такой счастливый!!!» «Смотри, мы в Киото!» «Мы нашли такую лапшу, ты упадёшь!!» (фото, где Рин пытается спрятать лицо, а Бачира сияет и обнимает его за шею) Иногда приходили их совместные видео — храм вдалеке, смех Бачиры, Рин, который смотрит на камеру с той смесью раздражения и нежности, которая выдаёт слишком многое. Йоичи сохранял почти всё. Так прошёл ещё один день, потом второй. Недели складывались в общий рисунок — тёплый, насыщенный, беспорядочный, как чьи-то быстрые штрихи на наброске. Михаэль работал по вечерам за ноутбуком, Йоичи лежал рядом, читал, листал телефон или просто смотрел в окно на огни. Иногда они говорили, иногда молчали. Эта тишина была одной из лучших частей поездки. Берлин стал похож на мягкую паузу между двумя бурями. Но, как и любая пауза, она однажды привела их к новой точке. Это случилось в середине недели, когда они гуляли по оживлённой улице, где куча магазинов менялась, как кадры в старом фильме: одежда, игрушки, косметика, странные лавки, о которых Йоичи не мог догадаться по вывеске. И вот — большой, яркий, чересчур красный магазин, который маячил на углу так вызывающе, будто специально ждал их. Вывеска была кричащей. Окно — очень красноречивым. Йоичи — очень неподготовленным. Он замедлил шаг, не веря собственным глазам. Михаэль тоже остановился, слегка наклонил голову и, будто самым обычным тоном в мире, сказал: — Секс-шоп. — Я… вижу, — сказал Йоичи, чувствуя, как уши начинают гореть. Кайзер посмотрел на него спокойным взглядом, в котором уже мелькала опасная нотка предвкушения. — Хочешь зайти? — Что? — выдохнул Йоичи, чуть не поперхнувшись воздухом. — Посмотреть, — уточнил Михаэль абсолютно невозмутимо. — Просто посмотреть.  Йоичи уставился на дверь магазина, на людей, выходящих оттуда с пакетами, иногда — очень счастливыми, иногда — слишком смущёнными. И успел сказать только: — А если там… люди? — Обычно они там есть, — ответил Кайзер. — А если они… увидят нас? — Они нас не знают. — А если узнают? — Тогда у них отличный вкус. Йоичи почувствовал, как внутри что-то странно приятно переворачивается. И тут Михаэль наклонился ближе, чуть коснувшись губами его уха, и почти шепнул: — Пойдём. Ты не пожалеешь.  И улыбка была такой мягкой и уверенной, что у Исаги не осталось ни одного аргумента. Дверь секс-шопа закрылась за ними с тихим звоном, отрезав уличный шум. Внутри пахло сладковато — смесью ароматических свечей, ванили и чего-то стыдливо-клубничного. Всё пространство подсвечивалось неоновыми полосами, которые делали витрины чуть театральными, а товары — слишком откровенными. Исаги застыл на входе так, будто попал в секретный зал библиотеки, куда случайных посетителей не пускают. Он стоял, сглотнув, и пытался смотреть куда угодно, кроме полок. Но полки сами смотрели на него. — Не тормози, — тихо сказал Михаэль и взял его за запястье, проводя чуть дальше в зал. — Мы же просто смотрим. «Просто» было самым наглым словом в этой ситуации. Первой витриной оказался стеллаж с вибраторами. Формы, размеры, цвета — Йоичи сразу пожалел, что не взял солнечные очки: может, тогда было бы не так… много. — Ого, — произнёс он слабым голосом. — Это… это же… — Технический прогресс, — холодно-спокойно заключил Кайзер. И взял один из вибраторов в руку, будто изучал образец на выставке медицинского оборудования. — Ты бы испугался? — спросил он, покачав игрушку, как меч-катану. — Я… я не боюсь! — рефлекторно огрызнулся Йоичи. Кайзер повернул к нему голову, медленно, лениво, с той хищной улыбкой, которая всегда означала: сейчас будет что-то, что оставит Исаги без кислорода. — Правда?  Михаэль наклонился ближе, пока Йоичи не почувствовал теплоту его дыхания на своей щеке. — Потому что у меня есть несколько идей, — прошептал он, поднося игрушку к его уху, как будто демонстрировал микрофон, — как бы ты стонал, если бы я использовал это на тебе… Йоичи забыл, как дышать и, кажется, покраснел. Не просто покраснел — вспыхнул. Казалось, даже кончики ушей горят. Он отступил на шаг, но Кайзер поймал его за талию рукой, крепко, властно, и снова приблизился так, что их бёдра почти коснулись. — Сначала провёл бы по внутренней стороне твоего бедра, — голос был шелковым, нежным, но наполненным обещанием, — вот так… Пальцы лёгко скользнули по указанному месту, точно в ту точку, где кожа тоньше всего. Йоичи едва не выдохнул слишком громко. — Потом — ближе, — продолжил Михаэль, будто рассказывая о технике массажа, — но не касаясь по-настоящему. Просто дразня. Ты бы извёлся быстрее, чем сам думаешь. — М-Михаэль, — прохрипел Йоичи. Михаэль ухмыльнулся. Положил вибратор обратно — с таким видом, будто уже мысленно оставил «заказ». И повёл Йоичи дальше. Следующая стена — лубриканты.  Страшно много лубрикантов. Йоичи уставился на ряд тюбиков так, будто это витрина с ювелиркой, в которую его загнали силой. — Почему их… столько? — спросил он, сглотнув. — Люди разные, — философски заметил Кайзер, взяв один из тюбиков, на котором было написано «warm effect». Он медленно повернул тюбик в пальцах. — Вот этот бы тебе понравился. — С чего ты взял?! — возмутился Йоичи. — Потому что ты реагируешь на тепло, когда я прикасаюсь к тебе здесь, — Михаэль провёл двумя пальцами по пояснице, чуть выше резинки штанов. У Йоичи подкосились колени. — И здесь, — добавил он, медленно скользнув к впадине между шеей и плечом. — Ты всегда выгибаешься. — Я не… — начал Йоичи, но голос предал его, срываясь. — Угу, — усмехнулся  Кайзер. — Конечно. Он взял ещё один тюбик — с надписью «tingle». — Этот тоже любопытный, — прошептал Михаэль.  — От него всё чувствуется… сильнее. Намного. Йоичи зажмурился. Ему нужно было хотя бы три секунды покоя, но Кайзер явно был против. — Хочешь попробовать? — мягко спросил Михаэль. — Здесь?! — сорвалось у Йоичи почти писком. Кайзер тихо, коротко рассмеялся. — Нет. Не здесь. Но взгляд… пообещал слишком много. Третья витрина была ещё опаснее — плети, наручники, кожаные ремни. Йоичи остановился ровно на одном метре дистанции — ближе не решился. — Даже не начинай, — предупредил он, чувствуя, как сердце ушло куда-то в желудок. — А я и не буду, — слишком спокойно ответил Кайзер. И, конечно же, подошёл к стене. Он снял чёрные наручники — мягкие, меховые. Повернулся к Йоичи. — Знаешь, — сказал он, ласково щёлкнув застёжкой, — тебе бы очень шло, если б я пристегнул твои руки… вот так. Щёлк. Щёлк. Два полукольца сошлись. Йоичи почувствовал, как по спине прокатилось что-то горячее. — И что бы было потом? — спросил он слишком тихо, чтобы это звучало уверенно. Михаэль подошёл ближе — настолько, что их дыхания перемешались. — Потом, — прошептал он, почти касаясь губами его губ, — я бы поставил тебя на колени. Медленно. Так, чтобы ты чувствовал каждое движение.— Он провёл пальцами по линии его подбородка. — И сказал бы: смотри только на меня. Мир у Йоичи плавно съехал куда-то вниз. Ноги перестали слушаться. — Или, если бы ты захотел… — продолжил Кайзер, слегка наклонив голову, — я бы посадил тебя на себя. Крепко держал за талию. И заставил бы двигаться… пока ты не умолял остановиться. — Михаэль, — сорвался голос Йоичи, но это было уже не предупреждение. Это было что-то между просьбой и потерей ориентации. Михаэль коснулся его губ лёгким, почти невесомым касанием. — Тише, — прошептал он. — Мы в магазине. Мы же «просто смотрим». И тут Йоичи понял: его заводят не витрины. Его заводит, как Кайзер смотрит на него среди этих витрин. Они купили пакет — не один, к ужасу Йоичи. Содержимое было тщательно не озвучено у кассы, но взгляд продавца говорил: «Вы хорошие клиенты. Вернитесь.» Йоичи шёл по улице с видом человека, который несёт в сумке либо дипломат с кодами запуска, либо собственный позор. Михаэль же шёл спокойно. Слишком спокойно. — Можешь перестать улыбаться? — буркнул Йоичи. — Нет, — ответил Кайзер. — Я представляю, как ты будешь выглядеть, когда я использую то, что мы купили. Йоичи чуть не споткнулся. — Ты… ты ужасный. — Зато честный. — И невозможный. — Но желанный, — подсказал Михаэль. Йоичи покраснел так, будто солнце взорвалось прямо у него в груди. — Заткнись, — прошептал он. — Даже не надейся. Они дошли до отеля уже под вечер — город выдохся, небо затянулось мягким серым, а улицы стали тише, чем пару часов назад. Каждый раз, когда пакет шуршал, Йоичи вздрагивал. Каждый раз, когда Михаэль косился в его сторону — краснел. — Ты можешь… не смотреть на пакет? — проворчал Йоичи, отворачиваясь. — Могу. — Кайзер на секунду задумался.— Но не хочу. — Ты издеваешься. — Я наслаждаюсь, — спокойно уточнил Михаэль. Йоичи фыркнул, но улыбку удержать не смог. Они поднялись на этаж, прошли по коридору и ровно в тот момент, когда подошли к своему номеру, из комнаты напротив вышел Несс. Вид у него был такой, будто он собирался просто спуститься в лобби за чаем, но при виде пакета в руках Йоичи он застыл… как животное, неожиданно встретившее хищника. Глаза метнулись на логотип магазина. Потом — на Йоичи. Потом — на Кайзера. Пакет. Кайзер. Пакет. И Алексис выдал звук, который был похож на стон, икоту и молитву о спасении. — О… нет.Нет-нет-нет. Я даже… я даже не хочу знать. — Он поднял руки, как преступник на задержании. — Я сейчас развернусь и уйду. На улицу. Куда угодно. Хоть в лес.Вы делайте что хотите, но я НЕ хочу быть рядом. Я НЕ хочу слышать, видеть, понимать! Он снова посмотрел на пакет и осел морально. — Господи, вы ещё и большой взяли… — Алексис, — сказал Кайзер спокойно, — иди. — Да ИДУ Я! — прорычал Несс и взмыл по коридору прочь так быстро, будто спасал свою психику бегством. Йоичи смотрел ему вслед с лёгким чувством вины… и сильным желанием провалиться сквозь землю. — Он теперь нам месяц в глаза смотреть не сможет, — пробормотал он. — Так даже лучше, — ответил Кайзер, отбирая у него пакет лёгким движением. — Меньше комментариев. Он поднёс карточку к замку, дверь щёлкнула, и Йоичи переступил порог — сначала осторожно, всё ещё смущённо, потом глубже, пока за ними не закрылась дверь. Комната встретила их мягким светом, но стоило Кайзеру нажать кнопку на стене — лампы приглушились, стали теплее, интимнее. Йоичи успел повернуться только наполовину, прежде чем почувствовал руку на своей талии.  — Михаэль…? Кайзер поставил пакет на стол, подошёл ближе и коснулся его подбородка пальцами, поднимая взгляд на себя. В голосе не было ни тени шутки. И ни капли сомнения. — Раздевайся. Йоичи застыл. — Ч-что? — выдохнул он едва слышно. Кайзер наклонился, губами скользнул вдоль его уха — не целуя, а именно касаясь, так, чтобы дыхание оставило мурашки. — Я сказал, — прошептал Кайзер. — Раздевайся. Йоичи не успел ответить — Михаэль уже накрыл его губы своими. Поцелуй был голодный, требовательный, с привкусом «я слишком долго ждал». Язык Кайзера вторгся сразу, без разрешения, и Йоичи невольно выдохнул ему в рот, цепляясь пальцами за ворот его рубашки. Михаэль отстранился ровно настолько, чтобы посмотреть ему в глаза. — Я не буду повторять третий раз, — тихо сказал он. — Раздевайся. Медленно. Хочу видеть всё.  Йоичи задрожал. Он потянулся к пуговицам своей рубашки, пальцы не слушались, первая пуговица выскользнула дважды. Михаэль не помогал. Просто стоял, скрестив руки на груди, и смотрел. Взгляд был тяжёлый, почти физически ощутимый, как прикосновение. Рубашка соскользнула с плеч. Потом футболка. Йоичи остался в джинсах, кожа покрылась мурашками, то ли от воздуха, то ли от того, как Кайзер медленно облизнул нижнюю губу. — Продолжай. Джинсы упали к лодыжкам. Бельё — последним. Йоичи стоял голый посреди комнаты, чувствуя себя одновременно уязвимым и безумно желанным. Член уже полутвёрдый, предательски выдавал всё, что он пытался скрыть.  Михаэль подошёл ближе. Не спеша обошёл его кругом, будто оценивал. Пальцы скользнули по позвоночнику — от шеи до копчика, лёгко, едва касаясь. Йоичи вздрогнул всем телом. — На колени, — сказал Кайзер. Йоичи опустился. Ковёр был мягкий, но колени всё равно почувствовали давление. Он поднял глаза — Михаэль стоял перед ним.  — Руки за спину. Йоичи послушался. В следующую секунду холодный мех наручников, которые Кайзер достал из пакета, обхватил запястья. Щёлк-щёлк. Исаги дёрнулся рефлекторно, но Михаэль уже затянул до конца. Не больно. Просто невозможно вырваться. — Хорошо, — прошептал Кайзер, проводя большим пальцем по нижней губе Йоичи. — Не двигайся без разрешения.  Михаэль вернулся к пакету. Он не спешил. Каждый его шаг был размеренным, будто он специально растягивал время, чтобы Йоичи успел прочувствовать каждый удар своего сердца. Кайзер достал вибратор — чёрный, матовый, с плавным изгибом и тремя уровнями мощности. Включил самый слабый. Низкий, глубокий гул заполнил комнату, будто внутри кого-то запустили мотор. Он провёл игрушкой по внутренней стороне бедра Йоичи — не касаясь ничего важного, просто дразня. Кожа покрылась мурашками, член дёрнулся, уже полностью твёрдый, головка блестела от предэякулята. — Смотри на меня, — приказал Михаэль. Йоичи поднял глаза. Кайзер стоял перед ним, всё ещё полностью одетый — рубашка расстёгнута на две верхние пуговицы, рукава закатаны, брюки сидят идеально. Контраст был невыносимым: один голый, связанный, дрожащий; другой — спокойный, властный, с едва заметной улыбкой. Михаэль присел на корточки. Взял тюбик с «warm effect». Выдавил густую прозрачную жидкость прямо на ладонь, растер между пальцами. Потом — медленно, очень медленно — провёл по соскам Йоичи. Сначала вокруг, не касаясь, потом — прямо по ним, надавливая. Тепло вспыхнуло мгновенно, будто кто-то приложил горячие ладони. Йоичи выдохнул со стоном, голова запрокинулась. — Нравится? — спросил Кайзер, не прекращая круговых движений. — Да… боже, да… Михаэль наклонился, обхватил один сосок губами, слегка прикусывая зубами. Йоичи вскрикнул, бёдра сами подались вперёд. Кайзер отстранился. — Я сказал — не двигаться. Он встал и достал второй тюбик — «tingle». Выдавил каплю прямо на головку члена Йоичи. Сначала холод — резкий, почти обжигающий. Потом — покалывание, будто тысячи крошечных искр. Йоичи задохнулся, всё тело пошло волной. — Михаэль… я… — Замолчи. Кайзер обхватил его член ладонью — медленно, до самого основания, потом вверх, размазывая смазку. Каждое движение было пыткой: тепло и покалывание смешивались, усиливая друг друга в разы. Член дёргался в его руке, предэякулят стекал по пальцам Михаэля. — Смотри, как ты течёшь для меня, — прошептал он. — Такой мокрый… такой готовый. Он отпустил. Йоичи чуть не заскулил от пустоты. Михаэль подошёл сзади. Пальцы, всё ещё скользкие от смазки, прошлись между ягодиц — лёгко, дразняще. Потом — сильнее, нажимая на вход. Йоичи напрягся инстинктивно. — Расслабься, — тихо скомандовал Кайзер. — Дыши. Один палец вошёл медленно, до конца. Тепло от смазки растекалось внутри, усиливая каждое ощущение. Второй — и Йоичи уже стонал в голос, голова упала вперёд. Михаэль нашёл простату сразу — надавил. Йоичи задрожал всем телом. — Вот здесь, да? — прошептал Кайзер, добавляя третий палец. — Когда я касаюсь тебя здесь, ты весь течёшь. Йоичи уже не мог отвечать. Только хрипел, пытаясь дышать. Михаэль вынул пальцы и в следующую секунду вибратор прижался к входу. Кайзер включил среднюю мощность. — Дыши глубже. Головка вошла медленно. Вибрация отдавалась внутри. Михаэль ввёл глубже — сантиметр за сантиметром, пока игрушка не вошла полностью. Потом начал двигать, каждый раз задевая нужную точку. — Чувствуешь, как он тебя трахает? — голос Кайзера был почти ласковый. — Медленно… глубоко… вот так. Йоичи дрожал, слёзы выступили на глазах от переизбытка ощущений. Член тёк непрерывно, капли падали на ковёр. — Хочешь меня ? — спросил Михаэль вынимая вибратор почти полностью, оставив только головку внутри, потом снова ввёл резко. — Да… пожалуйста… Михаэль… хочу тебя… Кайзер вынул игрушку совсем. Поднял Йоичи, легко, будто тот ничего не весил, прижал к стене спиной. Ноги Йоичи сами обхватили его талию. Член Михаэля упёрся в вход — горячий, твёрдый, намного толще вибратора. Он вошёл одним движением. Йоичи закричал, впиваясь ногтями в свои же запястья в наручниках. Михаэль замер на секунду, давая привыкнуть, потом начал двигаться — жёстко, глубоко, каждый толчок прижимал Йоичи к стене. — Ты мой, — прорычал он, кусая шею. — Только мой. Слышишь? — Да… твой… только твой… Кайзер ускорился. Одна рука сжимала бедро, оставляя синяки, другая — горло, не сильно, но достаточно, чтобы Йоичи чувствовал его контроль. Оргазм накатил внезапно. Исаги кончил между их животами, крича имя Михаэля, всё тело сотрясалось, сперма лилась горячими толчками. Михаэль кончил за ним следом. Несколько секунд они просто дышали. Потом Кайзер осторожно опустил его на пол, расстегнул наручники. Запястья были красные, но Йоичи даже не заметил — он просто вцепился в Михаэля, уткнулся лицом в его шею. — Устал? — тихо спросил Кайзер, уже совсем другим голосом. — Ещё… — выдохнул Йоичи. — Пожалуйста… Михаэль рассмеялся. — Жадный. Кайзер подхватил Йоичи под бёдра, будто тот ничего не весил, и одним движением уложил на кровать. Исаги упал лицом вниз, щека уткнулась в подушку, руки всё ещё свободны, но тело настолько размякло, что он даже не попытался встать. Михаэль навалился сверху.  — Ноги шире, — коротко приказал он. Йоичи послушался, раздвигая колени.  Простыни были прохладные, контраст с раскалённой кожей почти обжигал.  Михаэль схватил его за бёдра, потянул назад так, что зад Йоичи оказался высоко, спина прогнулась дугой. Колени скользили по простыне, но хватка Кайзера была железной. — Не двигайся. Он вошёл одним резким толчком — без предупреждения, до самого основания. Йоичи вскрикнул в подушку, пальцы вцепились в простыню. Михаэль не дал опомниться: сразу начал двигаться. Звук тел, бьющихся друг о друга, заполнил комнату. — Вот так, — прорычал Кайзер, впиваясь пальцами в бёдра так, что завтра точно останутся синяки. Йоичи только стонал — прерывисто, надломленно. Член болтался между ног, снова твёрдый, качаясь в такт толчкам. Михаэль наклонился, прижал грудью его спину, зубами вцепился в мочку уха. — Чувствуешь, как глубоко? — прошептал он хрипло. — Да… да… ещё… Кайзер ускорился. Одна рука скользнула под живот Йоичи, обхватила член, просто дроча в такт своим толчкам. Йоичи задёргался, но Михаэль прижал его сильнее, не давая вырваться. — Кончишь, когда я разрешу. Йоичи всхлипнул — не от боли, от переизбытка. Всё тело горело, внутри всё пульсировало, простата отзывалась на каждый удар электрическими разрядами. Михаэль вдруг вышел — резко, до конца. Йоичи выдохнул с жалобным стоном пустоты. Но не успел опомниться: сильные руки перевернули его на спину, раздвинули ноги ещё шире, закинули себе на плечи. Кайзер вошёл снова — ещё глубже, под другим углом, и Йоичи закричал в голос. — Смотри на меня, — приказал Михаэль, не сбавляя темпа. Глаза горели тёмным огнём. — Хочу видеть твоё лицо, когда ты кончишь. Йоичи не мог отвести взгляд. Он смотрел, как Михаэль трахает его. Одна рука Кайзера легла Йоичи на горло — не давила, просто держала, напоминая, кто здесь хозяин. — Хочу сверху… — выдохнул Йоичи, сам не понимая, откуда взялись силы просить. Михаэль замер на секунду, потом усмехнулся. — Проси красиво. — Пожалуйста… хочу сверху… хочу сам… Кайзер вышел, лёг на спину, потянул Йоичи за руку. Тот с трудом поднялся на колени, ноги дрожали. Михаэль помог ему сесть сверху — медленно, направляя член. Йоичи опустился сам — до конца, с первого раза, задохнувшись от того, как глубоко он вошёл под таким углом. — Двигайся, — коротко сказал Кайзер, кладя ладони ему на бёдра. Йоичи начал — сначала неуверенно, потом всё смелее. Он поднимался почти до конца, потом опускался резко, чувствуя, как член Михаэля скользит внутри, задевая всё самые чувствительные точки. Михаэль смотрел на него снизу вверх — глаза в глаза, не отрываясь. — Красиво, — выдохнул он. — Ещё быстрее. Йоичи ускорился. Руки упёрлись в грудь Кайзера, ногти впились в кожу. Он двигался быстро, отчаянно, чувствуя, как оргазм снова подкатывает — уже второй за вечер, но такой же сильный. Михаэль схватил его за бёдра, начал подталкивать снизу — жёстко, в такт. — Кончай, — приказал он. — Прямо сейчас. Йоичи кончил — громко, долго, сперма выплеснулась на живот и грудь Михаэля горячими толчками. Тело содрогалось, внутри всё сжималось, выдавливая из Кайзера низкий, протяжный стон.  Михаэль толкнулся в него ещё пару раз и кончил тоже, заполняя Йоичи. Исаги рухнул вперёд, уткнувшись лицом в шею Михаэля. Тот обнял его крепко-крепко, одной рукой гладя спину, другой — волосы. — Всё, — тихо сказал он. — Хватит. Ты молодец. Йоичи только кивнул, не в силах говорить. Михаэль осторожно вышел, перевернул его на бок, прижал к себе спиной. — Спи, — прошептал. — Я рядом. Йоичи закрыл глаза. В комнате пахло сексом, потом, их общим теплом. Он чувствовал, как Михаэль дышит ему в волосы, как сердце Кайзера стучит ровно и сильно у него под лопаткой. И уснул почти мгновенно — уставший, счастливый, с ощущением, что всё тело всё ещё вибрирует от пережитого.  Михаэль подтянул одеяло повыше, обнял крепче и тоже закрыл глаза. За окном Берлин шумел тихо, будто тоже устал. А в номере было только их дыхание — ровное, спокойное, общее.