Мир, увиденный сквозь стекло.

Следующий день начался с того, что горничная, войдя в комнату, чтобы раздвинуть шторы, удивленно фыркнула, уловив странный запах — паленых листьев и ночной прохлады, въевшийся в кофту на стуле. Эдвард, уже одетый в свежую, безупречную форму, сидел за завтраком с каменным лицом, но внутри все пело. Отец бросил на него беглый взгляд поверх газеты. —Ты что, вчера окно на ночь оставил открытым? Выглядишь простуженным. — Нет, отец, — автоматически ответил Эдди, и впервые за долгое время его не мучила совесть из-за этой лжи. Это была не ложь. Это была конспирация. В школе все было иначе. Теперь он не просто боязливо следовал за Астером — он искал его глазами в толпе. И когда их взгляды встречались, Астер подмигивал ему своим зеленым глазом, и по лицу Эдди расплывалась неуверенная, но самая настоящая улыбка. На перемене они снова укрылись под лестницей. И на этот раз Эдвард, озираясь, чтобы убедиться, что никто не слышит, достал из кармана не бумажку, а свой телефон. —Я... я запомнил номер, — тихо сказал он. — Бумажку спрятал. Астер расцвел от гордости, словно Эдди только что сдал экзамен на звание суперагента. —Вот это да! Молодец! — Он вытащил свой телефон. — Ну, давай, проверяем. Набирай. Эдвард с замиранием сердца набрал цифры, которые всю ночь повторял про себя. Через секунду телефон Астера тихо завибрировал у него в кармане. На экране горел незнакомый номер. — Принято, «Облепиховый», — Астер сохранил номер под именем «Сосед по дереву». — Теперь ты на связи. Только, черт возьми, не звони мне среди ночи с вопросом про домашку. Они рассмеялись, и этот смех был их общим, новым оружием против скуки и одиночества. — Так, насчёт твоего дяди-супермена. Ты хоть знаешь, где он живёт? Хоть примерно? Эдвард грустно покачал головой, принимая свою половину угощения. —Нет. Я знаю, что он где-то в городе. Но адреса... Отец вычеркнул его не только из своей жизни, но и из всех домашних записей. Мама однажды обмолвилась, что у него мастерская где-то в старом центре, но это всё. Астер задумался, энергично чеша затылок. —Мастерская... Это уже что-то. Художник, говоришь? Значит, где-то в районе с этими... арт-лофтами и барами для хипстеров. — Он произнёс это слово с лёгким пренебрежением, но глаза его горели азартом сыщика. — Ладно, способ первый — допрос с пристрастием. Ты уверен, что в твоём дворце нет ни одной завалящей бумажки? Старая открытка? Может, он тебе когда-то свою визитку сунул, а ты её спрятал? — Нет, — Эдди с сожалением вздохнул. — Отец сразу бы всё нашёл. У меня остались только... воспоминания. — Воспоминания — это не улика, — констатировал Астер. — Способ второй — цифровой. У него должно быть имя-фамилия? Клаус... а как дальше? — Пейдж, — тихо сказал Эдди. — Как и у нас. — О, чёрт, — Астер скривился. — Значит, просто вбить в поисковик не выйдет. Твой папаша наверняка все результаты о себе забивает. Надо искать тоньше. «Клаус Пейдж» + «художник» + «мастерская» + «Город NN». — Они могут отслеживать мои поиски на домашнем компьютере, — с сомнением заметил Эдди. — А ты не дома! — Астер хлопнул его по колену. — В школьной библиотеке. Или с моего телефона. Это будет наша операция «Поиск дяди». — Он посмотрел на Эдди с решительным блеском в глазах. — Не волнуйся, мы его найдём. Никто не должен быть отрезан от своей семьи из-за какой-то... зависти. В его голосе прозвучала та самая боль, которую Эдди слышал прошлой ночью. И в этот момент Эдвард понял, что эта миссия важна не только для него. Она важна для них обоих. Это был их общий бунт против несправедливости, пусть даже маленький и пока что виртуальный. Их «операция» началась в тот же день, после последнего урока. Вместо того чтобы идти к лимузину, Эдвард, с замирающим сердцем от собственной дерзости, прошептал водителю, что задержится в библиотеке для доклада. Тот кивнул с безразличным видом, и Эдди почувствовал прилив победы. Он встретился с Астером в самом дальнем углу компьютерного класса, куда редко заглядывали учителя. Астер уже сидел за одним из мониторов, его пальцы быстро стучали по клавиатуре. — Так, «Клаус Пейдж»... — бормотал он, вбивая запрос. — Как я и думал — сплошные новости про твоего батю. Ничего. — Попробуй «Клаус Пейдж художник», — тихо предложил Эдди, заглядывая ему через плечо и озираясь, как настоящий шпион. Астер набрал запрос. На экране появилось несколько ссылок. Большинство из них были старыми, датированными несколькими годами назад. Одна вела на сайт небольшой, давно не обновлявшейся галереи, где в списке участников прошлой выставки значилось его имя. — Есть! — прошептал Астер с триумфом. — Смотри, тут даже работа есть. «Без названия, холст, масло». Эдди прильнул к экрану, разглядывая маленькое, размытое изображение абстрактной картины в синих и золотых тонах. В груди что-то екнуло — это был почерк дяди, тот самый взрыв цвета и свободы, который он помнил. — Но адреса нет, — с разочарованием констатировал Астер, пролистывая страницу. — Ладно, не беда. Есть еще способ. — Он открыл карты города и указал на район старого центра. — Вот тут, вокруг этой улицы, куча всяких мастерских и студий. Мы можем... просто прогуляться. В выходные. Как два обычных парня, которые гуляют. Ты же никогда не гулял просто так, да? Эдвард сглотнул. Выходные. Выехать из дома без сопровождения, без предлога... Это был немыслимый риск. — Я... я не знаю, смогу ли я... — Сможешь, — Астер закрыл вкладку браузера и очистил историю поиска с ловкостью, свидетельствующей о большом опыте. — Придумаешь что-нибудь. Скажешь, что идешь в библиотеку. Или в музей. Для учебы. Они же это любят. Он повернулся к Эдди, и его взгляд был серьезным. —Ты хочешь его найти? Эдди посмотрел на размытое изображение картины дяди, все еще горящее на сетчатке его глаз. Он вспомнил его смех. Его объятия. —Да, — он выдохнул. — Хочу. — Тогда всё решаемо, — Астер встал и снова стал тем самым беззаботным сорванцом. — А теперь беги к своему злодейскому лимузину, пока тебя не начали искать с собаками. Я тебе вечером напишу. Обсудим детали побега. И Эдди побежал. Не потому, что боялся, а потому, что у него был план. Цель.

***

Вечером, запершись в своей комнате, Эдвард услышал тихую вибрацию спрятанного в ящике стола телефона. Сообщение было от «Соседа по дереву»: «Итак, операция «Дядя Клаус». Суббота, 11:00. Место сбора — парк у реки. Придумай железное алиби. Я буду с картой и едой. Не подведи, Облепиховый.» Сердце Эдди забилось чаще. Суббота. Всего через два дня. Он подошёл к окну, глядя на огни города, которые теперь казались не просто огнями, а миллионами возможностей, и одна из них вела к его дяде. Железное алиби... Он перебирал в уме варианты. Библиотека? Музей? Оба варианта были правдоподобны, но их могли проверить. Горничная могла «случайно» зайти в библиотеку, а музей... отец мог позвонить администрации, его лицо было слишком известно. И тогда его осенило. Книжный магазин. Большой, старый, в центре, где он мог легко затеряться. Он мог сказать, что готовит доклад и ищет редкие издания. Это звучало солидно и не вызывало лишних вопросов. На следующее утро за завтраком он, стараясь, чтобы голос не дрожал, объявил: —В субботу я поеду в центр. В антикварный книжный магазин. Мне нужны материалы для эссе. Отец поднял на него взгляд поверх газеты. —Какой именно магазин? — «Старый переплёт», на Академической, — Эдди выдавил название, которое он проверил прошлым вечером. — Там есть отдел исторических карт. Артур медленно кивнул, его взгляд был оценивающим. —Хорошо. Водитель отвезёт тебя к дверям и будет ждать. Ледяная глыба упала в желудок Эдди. Ждать у дверей. Это рушило все планы. — Но... это может занять несколько часов, — попытался он возразить. — Неудобно заставлять его... — Его работа — ждать, — холодно отрезал отец и снова углубился в чтение. План провалился, не успев начаться. Эдвард чувствовал себя раздавленным. Весь день в школе он был рассеян, а когда встретился с Астером, то сгоряча выпалил: — Ничего не выйдет! Водитель будет дежурить у входа! Он меня никуда не отпустит! Астер, вместо того чтобы расстроиться, лишь хитро прищурился. —Успокойся, паникёр. Мы это учтём. Значит, нам нужен отвлекающий манёвр. — Он понизил голос до заговорщицкого шёпота. — Слушай внимательно.. — Астер придвинулся ближе, его глаза горели азартом заговорщика. —Слушай. Ты приходишь в этот книжный. Ты действительно заходишь внутрь, чтобы водитель это видел. Минут через пять... нет, лучше десять, чтобы он расслабился... ты выходишь через ЧЕРНЫЙ ХОД. Эдди уставился на него. —А он есть? — В таких старых лавках он всегда есть! — с уверенностью заявил Астер. — Или через служебный выход. Или через подвал! Главное — найти его. Ты же у нас мастер по побегам через окна, справишься. — А если... если меня поймают? — голос Эдвард дрогнул. — Скажешь, что искал туалет и заблудился. Или что тебе стало душно и ты вышел подышать. Главное — ты будешь уже снаружи, а не в машине. А я буду ждать тебя в условленном месте. Ровно в 11:20. Если тебя нет — я жду еще 10 минут и ухожу. Понял? Эдди кивнул, сглатывая комок в горле. План был безумным, полным дыр, но это был ЕДИНСТВЕННЫЙ план. — А... а что насчет водителя? — спросил он. — Он же будет ждать. — Пусть ждет, — пожал плечами Астер. — Подумает, что ты зачитался. Через пару часов, если ты не вернешься, он, может, и забеспокоится. Но к тому времени... — он многозначительно ухмыльнулся, — ...мы уже будем далеко. Или найдем твоего дядю, или просто классно проведем время.

***

Вечером Эдди, лёжа в постели, репетировал в уме предстоящий побег. Он представлял себе каждый шаг: вот он выходит из машины, вот заходит в магазин, вот крадётся между стеллажами в поисках заветной таблички «Выход» или «Для персонала». Сердце бешено колотилось от страха, но под ним шевелилось и другое чувство — предвкушение. Предвкушение приключения. Он посмотрел на смятый фантик от конфеты, который теперь хранил как талисман. «Никто не должен быть отрезан от своей семьи». Эти слова Астера грели его сильнее любого отопления. Он достал телефон и одним пальцем, медленно и осторожно, вывел сообщение: «Понял. Буду. 11:20.» Ответ пришел почти мгновенно: «Не подведи, Сосед по дереву. Удачи.» Суббота. Всего через один день. Его первый настоящий побег.