Багшэйд

      К моменту, когда Мидория вернулся домой из школы, усталость накрыла его с головой, от чего он едва стоял на ногах и был бы не против завалиться спать прямо так, в школьной форме.       — Изуку! — мама вышла на звук открывающейся двери и встретила его с тёплыми объятиями. — Бог ты мой, ты только посмотри на себя! — она подошла ближе, чуть суетливо кружась вокруг него и помогая снять куртку. — Сходи в ванную, умой руки и садись за стол, ужин я уже приготовила.       Мидория кивал болванчиком, испытывая лёгкое чувство стыда и, куда больше, благодарности. Он смог кое-как дойти до ванной, умыть руки с мылом и после прошёл на кухню. Как только Изуку сел за стол, мама поставила перед ним тарелку с горячим супом, а рядом овощи.       — Cпасибо, мама, — пробормотал он, опустив взгляд на тарелку.       После сытного ужина мама отпустила его в комнату с привычным:       — Ладно, иди, отдыхай, но сначала сделай уроки. И не задерживайся до полуночи, ладно?       — Да, мам. И спасибо...       Изуку поднялся из-за стола, и, поцеловав мать в щеку, ушёл к себе в комнату. Закрыв дверь за собой, он направился к столу. Уроки он сделал быстро, почти машинально. Рука сама выводила формулы, переписывала определения. Никаких мыслей о школе, о шёпотах, о Бакуго, о Ватанабэ-сенсее. Словно мозг решил дать себе передышку.       Когда со всеми домашними уроками было покончено, Мидория позволил себе пару минут на передышку, попросту развалившись в кресле и пялясь в потолок. Где-то на периферии сознания по прежнему продолжали мельтешить маленькие огоньки импульсов, от чего потихоньку у Изуку даже начинала раскалываться голова.       Но любой отдых рано или поздно подходит к концу. Мидория поставил рюкзак себе на колени и достал из него несколько тетрадей. После сам рюкзак аккуратно повесил на крючок, сбоку стола. День был долгим, но теперь ему предстояло самое спокойное, и в то же время самое важное.       Изуку разложил перед собой тетради, блокнот и ручку. Сегодня вечером ему нужно было собрать мысли, разобрать детали своей новой причуды и понять, как она могла бы работать на практике.       Он давно хотел заняться этим по-настоящему, обстоятельно. Но на выходных всё пошло не так, как он хотел бы.       Во-первых, его забрали в больницу для обследования. Врачи проверяли внешний контроль, реакции, наличие побочных эффектов, но почти всё сводилось к сухим, минимальным тестам, не касавшимся реальных особенностей его силы.       Во-вторых, после выписки он почти всё время провёл с мамой. После того, как она узнала через что пришлось пройти её сыну в пятницу и в какой ситуации он пробудил причуду, она сочла своим долгом матери окружить его заботой и вниманием.       А когда выпадала свободная минута... Изуку понимал, что не может сосредоточиться. То мучали воспоминания о слизневом злодее, то терзал страх, что всё произошедшее было лишь сном и когда он всё же проснётся, то никакой причуды у него снова не будет. Гул мыслей глушил всякую попытку анализа.       И только сейчас, в тишине своей комнаты, когда день закончился, уроки были сделаны, а мама наконец успокоилась и пошла смотреть телевизор, Мидория почувствовал, что способен работать головой.       Управление насекомыми... Это словосочетание казалось таким странным, почти фантастическим, когда он произносил его про себя. Казалось бы что в этом такого? Но это была его сила, его уникальная возможность! И теперь нужно было научиться контролировать её.       Изуку открыл тетрадь на чистой странице и аккуратным подчерком вывел заголовок:       «Анализ и возможности причуд №28».       Мидория прикусил колпачок ручки, начав гипнотизировать глазами свежую надпись. Он пытался придумать с чего начать, благо, из-за опыта заполнения подобных тетрадей долго в размышлениях он не просидел. Уже спустя пару минут он активно строчил в тетради.       Сначала он решил записать свои базовые наблюдения.       «1. Причуда активируется в моменты стрессового состояния».       «2. Контакт осуществляется преимущественно с примитивными существами: осами, комарами, шершнями, пауками, тараканами и прочими насекомыми».       «3. Радиус действия причуды ограничен: на данный момент он составляет не более пятидесяти метров».       Мидория нахмурился, запнувшись на этом моменте. Он попытался вытянуть из памяти ещё какие-нибудь данные, которые успел подметить за прошедшие несколько дней... да только ничего путного не выходило.       Тогда он решил сменить направление, и попробовал зайти с другой стороны.       «Возможные применения причуды».       «1. Использовать насекомых при слежке за противником или в разведке местности».       Изуку поставил жирную точку и задумался. Он ещё раз перечитал написанное и, почесав висок задней стороной ручкой, медленно написал следующий пункт.       «2. Поиск людей под завалами, обнаружение очагов пожара (некоторые насекомые реагируют на тепло)».       А потом, не медля, ещё один.       «3. Помощь при эвакуации: можно направлять насекомых как «маячки» — они могут показывать путь пострадавшим через дым или завалы, если натренировать точный и стабильный контроль».       И ещё.              «4. Насекомые могут временно ослепить или дезориентировать противника: например, рой мошек, шершней или пчёл».       Мидория снова вздохнул, откидываясь в кресле и, повернув голову, посмотрел на окно, за которым медленно наступали сумерки. Он представлял, как мог бы использовать насекомых в боевых ситуациях, при спасении людей или даже просто для сбора информации.       Изуку понимал, что впереди долгий путь тренировок. Но впервые за долгое время он не чувствовал себя растерянным или одиноким. Напротив, ощущение контроля, пусть и маленького, давало уверенность.       Изуку опустил взгляд обратно в тетрадь. Страница постепенно заполнялась его аккуратным почерком и в нём медленно, но верно росла решимость. Он чуть наклонился вперёд, коснувшись зубами корпуса ручки и принялся размышлять дальше над возможным применением своей силы.       «5. Перенос миниатюрных грузов. В теории насекомые могут перемещать небольшие предметы: ключи, флэшки, записки...»       Он задумался.       "...может даже лекарства какие-нибудь?"       Мидория на мгновение прикрыл глаза, пытаясь представить у себя в голове подобную, фантастическую картину. Но стоило ему чуть расслабиться, как в висках болезненно шевельнулся знакомый импульс. Изуку открыл глаза. Он почувствовал где-то на границе восприятия, на нижнем этаже или совсем рядом с домом движение. Крошечное и беспорядочное.       Он поморщился и потер виски.       "Надо учиться фильтровать это..."       Он, почти не глядя, вывел чуть кривоватыми буквами:       «Дополнительная информация (требует отдельного изучения): фильтрация сигналов. Умение «глушить» лишнее».              Страница оказалась уже почти заполнена. Изуку ещё несколько минут посидел, гипнотизируя свои прошлые записи взглядом, но ничего больше ему на ум так и не пришло. Поэтому он решил на сегодня закончить. Изуку тут же закрыл тетрадь, положил ручку на неё сверху и встал из-за стола.       Спина тут же отозвалась ноющей болью из-за долго сидения в сгорбленном положении над столом. Мидория тихо простонал, выгибаясь назад и медленно вращая плечами. Позвонки негромко щёлкнули, будто возвращаясь на место, но облегчение пришло лишь частичное.       Он потянулся руками вверх, затем в стороны, будто стараясь выдавить из тела накопившуюся за день усталость. Ещё несколько движений — осторожный наклон, лёгкая растяжка — и напряжение стало спадать. Но всё равно тело оставалось тяжёлым, как будто его набили мокрым песком.       — Хаа, — выдохнул Изуку, позволяя себе короткую передышку.       Спустя мгновение он просто плюхнулся на кровать, позволив матрасу пружинно принять его вес. Мидория перекатился на спину, раскинув руки в стороны и застыл, уткнувшись взглядом в потолок. Белый, безмятежный потолок, на котором от света уличного фонаря проступали мягкие тени.