Blackwing

      Рождественские дни обернулись пустыми вечерами и напряженными ожиданиями. Все это время он настойчиво пытался выведать у отца, с какой целью пожаловал молодой господин в их обитель, на что Натан лишь раздраженно отмахивался. Возможно, причина ему не ясна, а возможно, молодой господин вполне доходчиво объяснил, что означала перестройка организации. Зная своего отца, Натаниэль почти уверен, что условия Ичиро услышаны не были. Натан всегда был сам себе хозяином, не зная границ дозволенного. Кенго спускал с его рук достаточно много косяков, из-за которых Мясник ни раз попадал на мушку. Жизнь не знает уроков для таких, как он. До этого времени Натан не чувствовал угрозу от пока еще действующего главы клана, однако совсем скоро иерархия перейдет в другие, более независимые руки.       Говоря о независимых руках.       С того дня не проходило ни минуты без мыслей о Морияме. Он засел в голову так плотно, что Натаниэль начал раздражаться по любому поводу. Находиться в семейном особняке стало сродню пытки, однако до тех пор, пока рождественские праздники не пройдут, он не мог въехать в общежитие. В таком случае пришлось бы признать правоту Рико: он и недели не смог бы прожить в доме детства. Так что приходилось убивать время чем угодно, лишь бы сократить его до минимума. Каждый день не особо отличался от вчерашнего или завтрашнего: отец приводил редких жертв, из подвала слышались резкие возгласы, после которых в течении часа следовали несколько трескающихся звуков — ломание костей. Звук выстрела был спасительным. Натаниэль успел устать. На счастье, отец перестал обращать на него внимание, прекрасно зная о том, что взрослый сын отныне может дать отпор. Он уже не тот запуганный ребенок, который уезжал из дома Натана восемь лет назад.       В последний день его пребывания в Балтиморе было дождливо. Как в тот самый день. За окнами с самого утра нескончаемо лил ливень, сильный и холодный, придавая сил выдвигаться из особняка как можно скорее. Пасмурную погоду Натаниэль не любил: было сыро и неприятно, туман заволок почти весь обзор на особняк. Он покидал его в третий раз и это самый лучший момент, который можно прожить.       Первый раз был в десять: Тецудзи дал ему шанс вступить в Малую лигу вместе с Кевином и Рико, которые сражались за место в команде два дня. Натаниэль с детства знал о экси и почти любил его, пока тренер не отбил желание иметь хоть что-то общее с этим спортом. Второй раз случился буквально через месяц: его мать желала сбежать от мужа-тирана, прихватив с собой единственного сына. Тогда им даже не удалось пересечь границу; люди отца были везде — они не позволили Мэри уйти. В тот день Натан изрядно поиздевался над его детской психикой, когда убивал маму прямо на глазах у сына. Это был последний день, когда Натаниэль позволил себе слезы.       За воротами стояла черная и затонированная машина, ожидая его прихода. Натаниэль задерживаться не решился; даже не попрощался с отцом. Без надобности его вышла провожать лишь Лола, которая не могла упустить шанс напоследок как следует оглядеть младшего сына босса двояким взглядом.       — Вылезай из своей норы почаще. Маленький господин наверняка захочет увидеть тебя вновь, — растянув ярко накрашенные губы в ухмылке, Лола только хотела прикоснуться к нему, как Веснински невозмутимо отошел на шаг назад и открыл дверь авто. — Твоего папочку он все равно видеть не желает. Может тебя захочет.       Слова Малькольм заставили задуматься лишь на секунду. Это все — не больше, чем подстрекательство, через которое женщина прощупывала почву. Он не позволит. Натаниэль без слов закрыл перед ее носом дверь и отдал водителю требование ехать. Дом Веснински остался позади. Через пару минут тот и вовсе потерялся с поля зрения, позволяя Натаниэлю по дороге в аэропорт прикрыть глаза и расслабиться, оперевшись головой о холодное стекло машины. Как бы не было плохо в Гнезде, там есть те люди, из-за которых ему хотелось возвращаться. В доме Натана таких не будет никогда.       В моменте захотелось позвонить Жану и справиться о его делах. Вот только рука так и не дотянулась до телефона, ибо Натаниэль просто не знал, что говорить. Перед отъездом он потребовал у Кевина, чтобы тот следил за Жаном, так что сомневаться в его целостности было бессмысленно. Пусть Дэй и вел себя донельзя раздражающе, однако давать Жана в обиду не станет. Только сейчас, возвращаясь в Эвермор, у него проскользнула мысль о беспомощности Дэя. Тот едва ли себя мог защитить, а Веснински доверил ему следить за собственным напарником.       «Не доверил», — мысленно исправил себя Натаниэль. Во всяком случае тренировок стало вдвое меньше, потому Веснински успокаивал себя тем, что причин прикапываться к Жану нет.       Из Балтимора до Западной Вирджинии он долетел быстро и спокойно. В середине января штат как всегда по унылому мрачен; на снег не было ни намека. Иногда Нату казалось, что в Вирджинии была одна и та же погода: увидеть солнце здесь почти невозможно, пусть климат располагал к теплу. Некоторые из Воронов, особо восприимчивые к холодным временам суток, первые пару месяцев буквально выживали — с отоплением в Гнезде туго. Именно поэтому большинство игроков были несомненно довольны выездными мачтами или мероприятиями, и ухватывались за них, как за спасительную лазейку.       Ната подвезли к Гнезду, когда он ухватился за промелькнувшую мысль: выездная игра против Лисов. Одна из самых слабых команд дивизиона, которую комитет перевел в их округ совсем недавно. Первая игра Лисов из Пальметто должна пройти против одной из самых сильных команд — Воронов — совсем скоро. Это весьма взбудоражило фанатов по словам игроков, которые следили за жизнью вне стен Эвермора.       В коридоре привычно тихо. Лишь редко встречались настежь открытые двери комнат, когда он проходил мимо Черного Крыла. Свита находилась в отдельном — Красном — по желанию Тецудзи, потому никто из других членов команды не тревожил покой четверых Воронов. Рико этот факт заставлял ощущать себя еще более величественнее.       Нат за временем не следил, но хотелось бы увидеть Жана в комнате, а не на стадионе. Он бы не удивился, ибо Рико как минимум три раза за день выводил их на поле во время рождественских каникул.       На счастье, Жан оказался в своей части комнаты, сидя за письменным столом. Его сторона была не тронута, кровать идеально застелена, стол прибран, а шкаф раскрыт настежь — забыл закрыть. Небрежно скинув дорожную сумку на пол, он упал на свою постель с усталым и громким вздохом, привлекая внимание француза.       — Нат? — его английский за эти две недели подтянулся. Хотя Веснински уверен, что это просто из-за того, что он впервые не слышал напарника дольше, чем пару часов. — Рико говорил, что ты должен был приехать через два дня.       Так и есть, но через два дня приезжают все, а Натаниэль хотел отдохнуть хотя бы пару дней в относительно пустом Гнезде.       — Рико слишком много говорит, — хмыкнул он, смотря на черный потолок. Низкий и привычный, без выведенной золотой гравировки. — Я специально приехал раньше.       Некоторое время Жан молчал. Спустя минуту послышался скрипящий звук, когда напарник повернулся к нему лицом.       — Как провел рождественские праздники в доме отца? — серьезным тоном поинтересовался Моро, от чего захотелось рассмеяться. Словно не знал.       — С кровью, ножами и пытками, — в сердцах вздохнув полной грудью, Натаниэль сдержал дрогнувший в груди смех. Жан вдруг оказался прямо над ним, стоило только открыть тяжелые веки. — Пожалуй, самое чистое, что я видел за эти две недели — это Ичиро и вычурный костюм на нем.       Брови француза подскочили вверх, а тихое ругательство вырвалось изо рта прежде, чем он успел его остановить.       — Ты виделся с молодым господином? Что он делал у вас дома?       — Виделся. Понятия не имею, что ему нужно было от отца, однако молодого лорда стоит предупредить, что он не из терпеливых, — фыркнул Веснински, удобно подкладывая руку под голову. — Натан выглядел недовольным, когда вышел с ним из кабинета. Зато Ичиро явно знает, чего добивается. Будет заниматься реорганизацией, а в новом правлении не видит рядом с собой моего отца.       — А как же Кенго? — не понял Моро.       Натаниэль лениво поднялся на локтях, наклонив голову так, что его медные пряди слегка заволокли обзор на напарника.       — Кенго плохо, болеет он. Я слышал, что уже со вторым приступом слег в больницу. Врачи держат все в строжайшей тайне, но ему явно осталось недолго. Это объясняет тот факт, почему Ичиро стал ошиваться по партнерам тет-а-тет.       — Поверить не могу, что ты разговаривал с ним. Рико не имеет право даже видеться с братом.       Натаниэль призадумался. Он был фактически уверен в том, что Морияма не захочет иметь дело с Натаном Веснински, ибо все старое рано или поздно становится недееспособным. Натан человек Кенго. Ичиро захочет видеть рядом с собой такого же сильного и разумного партнера, который будет идти с ним нога об ногу. Морияма не из тех людей, что будут идти на поводу у устоявшихся устоев. Натан становится опасным, его все меньше волнует анонимность и ФБР не раз заводили на него дела. Ему всегда удавалось выйти из воды сухим, только потому что ему это позволяли. Только потому что Кенго прикрывал. Однако стоит Ичиро щелкнуть пальцем, как от отца избавятся, словно его и не было. Быть может, от Натаниэля тоже. Скорее всего у Ичиро есть план, и слова Лолы могли быть не бессмысленным тряпьем.       — Натаниэль! — кажется, Жан звал его не в первый раз. Веснински лениво промычал, направляя на Моро вопросительный взгляд. — Рико просил зайти тебя, когда ты приедешь. Я думаю, он сейчас один. Кевина сегодня вызвали в университет.       Натаниэль тяжело вздыхнул. Ну конечно.       Глянув на часы, он подумал, что успеет вздремнуть перед вечерней тренировкой где-то часик, если покончит с Рико быстрее. Встав с некогда удобной постели, он хлопнул напарника по плечу, прежде чем выскользнуть в коридор. Комната Мориямы находилась буквально в двух шагах, так что оттянуть встречу не вышло. Резко дернув двери, Натаниэль даже не удосужился постучать, считая это формальным. Словно и не уходил никуда. Комнаты в этом месте настолько однотипны, что отличались друг от друга только вещами владельцев. В части Рико было все педантично разложено по полочкам, тогда как часть Кевина была более живая за счет развешенных плакатов и некоторых фотографий стран.       Разглядывая картинку яркой Италии, Нат заметил приближение Мориямы не сразу. Только когда хлопнула дверь ванной: он вышел в одних шортах, невольно заставляя Веснински проанализировать его сверху до низу. Вдруг в голову пробралась мысль о его брате. Они были на одно лицо, однако Рико все еще был ребенком во взрослой шкуре. Черты его лица не отличались особой аристократичностью, волосы оставались не уложены, а запах от него всегда исходил более сильный — резкий, почти агрессивный. Таким же показательным, как и он сам.       — Стоит стучаться, когда заходишь не на свою территорию, — желваки Рико заиграли от злости, которую Нат пропустил мимо ушей. Он присел на стул Кевина, разваливаясь на нем с заметной скукой в глазах.       — Стоит не вырывать людей после изнурительного перелета для разговора, Рико, — подхватив первую попавшуюся под руку ручку, Натаниэль стал прокручивать ее между пальцами. — Что ты хотел? У тебя есть три минуты заинтересовать меня, прежде чем я свалю отсюда.       Рико соизволил надеть на себя футболку с цифрой «1», прежде чем подойди к месту Натаниэля. И даже находясь снизу, в сидячем положении, Веснински не ощущал себя уязвленным. Тогда как Рико напротив чувствовал явную власть над ним, терроризируя своим привычным взглядом. Морияма не воспользовался выгодным условием Натаниэля про три минуты и он уже намеревался встать, дабы уйти. Однако Рико усадил его жестким движением обратно, опустив тяжелую руку на плечо.       — НССА недавно приходили к Хозяину. Они говорят, что обеспокоены тем, что я затмеваю Кевина на поле. Говорят, что Хозяин заставляет Дэя играть не в полную силу, чтобы казаться слабее меня, — каждое слово, судя по выражению лица, давалось Рико с невероятным трудом. Ведь все подозрения не были беспочвенными. Натаниэль как-то высказывал свою мысль о том, что рано или поздно болезненное желание Мориямы быть первым заметят.       — Это печально, но ожидаемо, — совсем без печали сказал он, ни на каплю не выглядя заинтересованным. Единственное, что хоть немного интересовало — почему же Рико решил высказаться ему? — Что ты ожидаешь от меня? Навряд ли ты решил пожаловаться мне о своей несправедливой жизни. Жалеть я тебя не буду.       — Хозяин сказал, что проведет реванш перед заседателями. Нас с Кевином столкнут лбами и я должен одержать победу над ним, чего бы это не стоило. Но регламент не должен больше приходить с этим вопросом к тренеру, — продолжил Ворон, выглядя еще более напряженным. Это переставало нравиться Нату все больше.       — Я не понимаю, что ты хочешь от меня. Говори с Кевином. Говори, чтобы он в очередной раз поддался тебе. Ведь все мы знаем, что обвинения регламента правдивы, — губы едва заметно дрогнули в ухмылке. Нату придавал разгневанный вид Рико эстетическое наслаждение. Его рука до сих пор не замахнулась, а нож мирно лежал в одной из тумб. Значит ему непосредственно что-то нужно.       — Ты никогда не задумывался о том, что мог бы стать на ступень выше? — вкрадчиво спросил Рико, медленно усаживаясь на стул позади себя. Теперь они говорили наравне. — Не топтаться в третьих номерах с никчемным напарником, не быть всегда в тени? Тебе бы не помешал более сильный союзник для будущего. Тот, с кем ты будешь на одном пьедестале.       Во время пафосной речи в голове Натаниэля почему-то промелькнул образ Ичиро. Он был тем, с кем хотелось стоять «на одном пьедестале».       — Как вы с Кевином? На одном пьедестале, — Натаниэль глуп не был. Он понимал, к чему клонил Морияма. Он предлагал то, чего дать был не в силах. Рико ни с кем не сможет разделить власть, будь то действительно умелый игрок, или просто тот, кто был сильнее физически и морально. Вот только Натаниэля задавить не так-то просто. — Или мне тебя со ступеньки сдвинуть? Стать Королем вашей шайки? Ты ведь и сам можешь убрать Кевина, он тебя слушает, как послушная шавка. Я тебе незачем.       Скорее всего, у Рико было что-то другое на уме. Специально ходил вокруг да около, тем самым отбирая у Натаниэля намного больше, чем условленные три минуты.       — Ты сильнее, чем Кевин. Ты бы справился с его местом куда лучше, — Морияма наклонил голову набок. Его слова, пропитанные лестью, были не больше, чем обыкновенным блефом. Рико никогда так не считал. — Я предлагаю тебе стать своим напарником.       Догадка пришла в голову почти сразу: он не жил игрой так же, как Кевин. Он не любил, не вожделел ее, не зависим от побед и места в свите. Он абсолютно просто откажется от места в сборной страны, если будет такая возможность, и никогда не затмит Рико Морияму. Потому что он не видит в этом будущего. Кевин же, насколько бы не боялся Рико, будет идти до конца во чтобы то ни стало. Войдет в сборную страны и будет добиваться своих целей. Это довольно разумный ход, однако все еще не совсем понятный, ибо Дэй все равно навсегда останется номером «2». И неважно, будут ли они на поле работать в паре или будут жить раздельно. Или Морияма просто хочет отстранить от себя Кевина как можно дальше, чтобы тот стал слабее?       — Ты хочешь, чтобы мы стали напарниками? Зачем? Ты думаешь, что я помогу тебе уничтожить Кевина, как игрока, и стать твоей ручной псиной? — предположил Натаниэль, встречаясь взглядами с Рико. Его глаза не напоминали ему о Ичиро. Они не были такими, как у него. Тяжело вздохнув, Нат откинулся на спинку стула и стал разъяснять Королю едва ли не на пальцах, как маленькому ребенку: — Видишь ли, в этом мире ничего не делается просто так. Я не собираюсь тебе помогать до тех пор, пока это не будет в моих интересах.       Рико на этот раз выглядел задумчивым. Веснински считал, что он слишком неразумен для таких диалогов, однако Морияма точно перебрал несколько вариантов, как можно его заинтересовать. А заинтересовать Натаниэля весьма сложно.       — Что ты хочешь? Машину, популярность, всемирную известность? — Рико был слишком многословен для человека, который действительно мог организовать перечисленное. Натаниэль рассмеялся грудным смехом. Это становится немного интереснее.       — Я не нуждаюсь в папочке, Рико, — остановив смех, Нат покачал головой и закинул ногу на ногу. Ему не нужна машина, не нужна тем более слава и богатство. Потому решая не сильно затягивать, он начал диктовать свои правила: — Мне нужна свобода, птенчик. Всего-то.       Рико чувствовал подвох. И не зря.       — Что ты имеешь ввиду?       — Это не все. Твои уроды достают Жана, а я не могу быть с ним всегда. Мне нужна неприкосновенность Моро. Полная. Так же мне нужен пропуск на смотровые башни. На все, — настоял на последнем слове Нат, не обозначив, что нужна ему именно Восточная; та, что была сделана под семью Морияма и ее деловых партнеров. Это не стоило уточнять перед Рико, который уж явно не сильно обрадуется, узнай, для чего это нужно. Видя злостные колебания парня от таких условий, Натаниэль медленно к нему приблизился, прошептав более убедительными для Мориямы словами: — Это малая цена для безопасности твоего места, не правда ли, Рико? Ты ведь всегда хотел быть номером один. Королем.       На последнем слове темные глаза загорелись. Рико точно был помешан на своем величии, если ему хватило лишь одного предложения для того, чтобы убедить и не задавать лишних вопросов. Натаниэль все ожидал, когда же он спросит про смотровые Башни, однако тот не подумал об этом в насущное время. Натаниэль был уверен, что Рико исполнит все, что потребует он, стоит лишь изредка подкармливать убеждениями о его надобности. С Мориямой будет несложно.       — Это не проблема, — ответил наконец-то он, заставляя Ната мысленно похвалить себя. — Однако от тебя я жду не меньшего. Ты мой напарник. Я думаю, ты понимаешь, что это означает.       Конечно, понимает. Рико ждал от него не только полного подчинения, но и сотрудничества. Ждал, что Натаниэль сделает для него все, чтобы удержать корону на голове за небольшую плату. Натаниэль знал, для чего соглашался на такую провокационную сделку, ибо был уверен, что злость Рико на Кевина обуздать не получится. Нат будет продумывать каждый свой шаг и сделает это искусно, получая в первую очередь выгоду для себя. Ему нужно это в первую очередь.       «Будь полезен», — звучал в голове чужой голос.       Натаниэль будет.        Веснински считал, что его план не без недостатков, однако он точно выйдет к результату. Если ему нужно быть полезным, он станет полезным в первую очередь для себя, ведь Рико на своем месте весьма задержался. Морияма фактически подал на блюдечке то, что и без того планировал взять Натаниэль. Чем ближе он находился к врагу, тем легче его уничтожить. Быть еще более бдительным и обеспечить безопасность Жану.       — Скоро игра против Лисов. После нее, через три дня, тренер предложил устроить между нами с Кевином поединок. Регламент будет присутствовать и там, и там.       Если Тецудзи хоть на мгновение ослабит хватку, вести дойдут прямиком до главной ветви. Можно было не сомневаться.       — Я тебя услышал, — протянув руку, Веснински сам пожал вяло протянутую ладонь Мориямы, прежде чем рывком встать со своего места. Один взгляд на часы: он задержался на тридцать минут. — Обдумывай свой ненадежный план, Рико. Мы внесем некоторые коррективы немного позднее.       — Остановись, — внезапно напряженный голос не позволил Натаниэлю дернуть ручку. Еще секунда. — Зачем тебе пропуск к VIP-частям? Мне нужна причина, чтобы достать его.       Ложь. Рико никогда не нужна причина, он всего добивается без пояснений. Но упустить возможность поиздеваться над названным Королем он не мог.       — Я планирую затащить твоего брата в постель, — Морияма громко задохнулся воздухом от такой наглости, позволяя скрыть тихий смешок. Нужно соврать — скажи правду. — Это не важно, Рико. Пропуск нужен мне в личных целях, а еще лучше, чтобы охрана ничего не видела и не слышала.       — Что ты хочешь сделать? Скажи мне правду.       — Ничего такого, что может навредить твоей команде, — этого оказалось достаточно для капитана.       Оставляя Морияму наедине с собой, Натаниэль смог в полной мере прочувствовать, во что шагнул. Он не жалел о своем шатком решении, однако с этой минуты стоит быть настолько бдительным, насколько возможно. Расслабляться нельзя. Любое неверное движение может стать началом конца, и Рико раздавит его прежде, чем Нат успеет оглянуться. В Гнезде у него своих приспешников нет, они все лишь опасаются его, однако стоит Морияме указать пальцем, как Вороны могут стать опасным не только для него. Иронично, что старший брат Рико по щелчку пальца может вогнать в ужас, а младший может лишь управлять другими. Играть лишь на страхе, а не на расчетливости и статусе. Статус имеют оба, пользуются же совершенно по-разному. Натаниэль подозревал, что Ичиро не знал и половины того, что происходило в Гнезде. Кенго знал больше, но о многом Тецудзи умалчивал — Нат уверен.       Долго ли удастся скрывать?       Жану он не сказал ни слова. Доверял, но не сказал, потому что все еще знал, что в Гнезде есть свои уши, а подставлять напарника не хотелось. Натаниэль лишь прервал его, когда Моро попытался что-то расспросить про причину разговора с Рико. Отмахнулся. Но отмахнуться не получилось даже на вечерней тренировки, когда они наворачивали уже четвертый круг по стадиону. Жан сравнял с ним быстрый шаг, из-за чего они плелись почти последними. Бегать Натаниэль очень любил, но не после изнурительного перелета и не имея в себе ни грамма еды.       — Что он тебе сказал? — не унимался француз, звуча немного сбито. Натаниэль заметно вырвался вперед, впервые желая нагнать Кевина настолько сильно.       — Лучше бы на тренировке сосредоточился. Через неделю матч, — закатил глаза Натаниэль, не прерывая своего уже быстрого темпа. Жан вновь сравнялся с ним, при этом совершенно не выглядя уставшим, словно информация о разговоре с Рико подпитывала его силы.       — И об этом мне говоришь ты? — преувеличенно фыркнув, Жан всё же прекратил попытки вытрясти из него информацию.       Как оказалось, влиться в прежний режим не составило труда. Больше с Рико, помимо тренировок, они не пересекались, и на время Нат даже полностью перестал об этом думать. Дальнейшие семь дней он провел в подготовке к игре против команды Пальметто: изнурительно и долго. Морияма гонял их по полю так, словно они готовятся сражаться с наисильнейшими игроками округа, будто бы сами ими не являлись. Рико с тренером всегда относились к мачтам со всей серьезностью, но всему был предел. В последние пару дней оба Мориямы сорвались с цепи: наказания звучали все чаще, крик Рико разносился по стадиону эхом, а Вороны играли заметно жестче, чем обычно. Он зацепился за команду Лисов, как за самых опасных игроков. Натаниэль тоже это чувствовал. Чувствовал, что в команде был глубоко закопан потенциал, когда они выделили часть тренировки для изучения тактики противника. Казалось, Лисы играли без какого-либо плана действий, наотмашь передавая друг другу мяч.       — Вратарь у них имеет потенциал. Сильный, — вынес мысль Кевин, пока они устало сидели в комнате отдыха перед телевизором. Разложившись на одном из кожаных кресел, Веснински лениво покачивал ногами, даже не следя за игрой.       Если присмотреться, некоторые даже позволяли себе переговариваться во время пересмотра игры, ибо как правило в теоретической части участвовала только свита. Точнее ее часть: Кевин и Рико. Жан изредка бубнил под нос некоторые комментарии, на которые, по правде говоря, не обращали внимания. Про Натаниэля и говорить не стоило, он априори никогда не обсуждал экси. На диване можно было лишний час вздремнуть, пока Кевин с Мориямой были заняты спором про то, насколько хорош или плох игрок чужой команды. Некоторых из них они так же вербовали — Рико всегда ценно мнение Дэя, даже несмотря на потребительское отношение. Кевин же только рад продемонстрировать знания первому номеру.       — Натаниэль, — гаркнул над ним Морияма, разгоняя легкую дрему. Лениво потянувшись, он не удостоил Рико взглядом и потянулся за бутылкой воды. — Ты не смотришь. Игра на носу, а ты ни черта про команду соперников не знаешь. Ответь ты хоть на один вопрос, я бы удивился.       — Мне совсем необязательно знать, по какому настроению играет их вратарь. Своя позиция у меня отработана без косяков, так что замолкни и продолжай смотреть.       — Как тебе вратарь, Нат? — прерывая передернувшегося Рико, спросил Кевин.       — Слишком низкий.       — Он высоко прыгает и ловкий, — подметил Жан.       — Половину игры стоит без дела и кривляется. Ничего особенного. Но когда играет в полную ногу, то неплох, — озвучил свою мысль Натаниэль, только потому что Кевин верно подметил его интерес к игроку. — Наверное, он ушатывается таблетками или наркотой.       — Я предлагал Кевину взять его к себе. Но тогда у тебя появится дружок. Будете стоять и кривляться вместе, — скривившись, Рико выключил телевизор. — Осмотр окончен. Встречаемся на вечерней тренировке в обычное время. Не опаздывать.       Как только дух Воронов пропал и осталась лишь Свита, Рико покосился на Кевина. Тот все еще хотел обсудить нашумевшего вратаря Миньярда, чьей игре уделил особое внимание; даже где-то нарисовал траекторию, по которой должен двигаться мяч при разных обстоятельствах. Натаниэля ни на шутку удивляло его помешательство. Неудивительно, с самого детства Тецудзи растил из него звезду, желая окупиться как следует — весь заработок Кевина идет в карман семьи.       — В нем есть талант. Он его просто не раскрывает, — подорвавшись вслед за Рико, Кевин заглянул ему в глаза, на что тот по дороге к выходу лишь отмахнулся. — Рико.       — Кевин, мы уже проходили этот разговор. Я не буду держать у себя на привязи психопата.       — Ему хватает тебя, — поддакнул Рико Натаниэль, на что получил предупреждающий пинок от Жана и яростный взгляд Кевина.       Насколько Нату известно, Миньярд однажды отклонил их заявку. Пока Эндрю был первым и последний человеком, который отказал Королю играть с ним на одном поле. Все игроки готовы драться за место в Эверморе, тогда как вратарь захлопнул дверь перед их носом и даже не захотел слушать. Натаниэль здесь был согласен с Рико: им не нужен психопат на привязи, просто потому что этой самой привязи у них не имелось. Эндрю не хотел славы, не хотел денег и фанатов. Словно что-то заставляло его бегать по полю, подобно Нату. Интервью, естественно, у него тоже не было. Даже у Веснински, который не очень-то и хотел, было пару неприятных встреч с Кэти на утреннем шоу. После нескольких нелестных слов о комитете его перестали выпускать под камеры.       Через несколько дней наступил момент матча. Все были донельзя взбудораженными, билеты раскупили за несколько часов после публикации и стадион был заполнен до предела. Подумаешь, событие: самая слабая команда дивизиона и сильная будут соревноваться между друг другом. Складывалось впечатление, что не все заранее знали, чем закончится игра.       Выпустили их на разминку раньше Лисов. Представив весь основой состав под бурные аплодисменты, ведущий взялся за университет Пальметто, чья команда была в три раза меньше. Среди их абсолютно темной экипировке, лисья одежда выглядела по-смешному нелепо. Натаниэль не смог сдержать тихого фырканья, когда Рико буквально продемонстрировал его мысли. Протянув руку для пожатия капитану команды Лисов, он выглядел в этот момент невероятно самодовольно. Это будет быстрая игра, и Нат уже предчувствовал, как отдыхает сегодня вечером, пока остальные будут обмывать победу.       Разминались они по разные части поля. Кевин частенько поглядывал во время бега на соперников, из-за чего стал ловить на себе предупреждающие взгляды не только от Рико, но и от тренера. Тот держался сегодня на приличном расстоянии, наблюдая за всеми издалека. Тецудзи уже давно раздал своим игрокам поручения, потому влазить в игру дальше не собирался. И пока Рико красовался перед камерами с пламенной речью, они поравняли шаг с задумчивым Кевином.       — Летаешь в облаках? — Натаниэль, по-дружески хлопнул парня по плечу, стоило одной из камер направиться в их сторону.       — Нет. И тебе не советую.       — Я прислушаюсь.       Основная экипировка была уже давно надета. По завершении разминки объявили начало матча, после которой игроки переместились на скамью, чтобы выбрать основной состав на первом тайме. У Лисов выбора было не так много: тренер Ваймак говорил им что-то подбадривающе, судя по достаточно расслабленным лицам Лисов. Напряжение между ними можно было резать ножом, но Ваймак справлялся достаточно неплохо. Состав Воронов был распределен так же быстро и первый тайм начался по щелчку пальцев. Огни вспыхнули, гудок заревел.       — Удачи, — послышался через толстый шлем от напарника. Нат хмыкнул. Удача всегда на его стороне.       Стадион затаил дыхание, когда мяч вошел в игру. Жребень решил, что сегодня начинают Лисы. Натаниэль стоял чуть поодаль, лениво опираясь о свою новую клюшку, и невольно наткнулся взглядом на такого же незаинтересованного вратаря. Нат уже мог сказать, что тот играть сегодня не намерен — уж лучше бы поставили Уокер, которая откидывала мячи менее остервенело. Натаниэль подключился к игре уже на третьей минуте, перехватив мяч от Рико. Пересекаясь с ним взглядом в движении, он отбил мяч от толстых бортов так, чтобы попасть в клюшку Кевина. Едва ли не сталкиваясь во время невысокого прыжка с защитником — Бойдом — ему удалось обойти его ловким разворотом. Мэтт играл осторожно, и применять силовые движения решил только тогда, когда первым начал Ричер. У громилы не было никакого понятия о нормальной игре без придавливания чужих туш.       Комментатор разгорячил подбадривающих фанатов провокационными высказываниями, на которые во время игры они привыкли не реагировать. Клюшка рассекала воздух с уверенной точностью, пока он успевал краем глаза смотреть на табло — счет вырывался вперед на пять очков в пользу Воронов. Лисы сдаваться тем не менее не планировали. Они ожесточенно пытались вырваться вперед, но было заметно, что это не получается у них по одной простой причине — отсутствие слаженности действий. Нападающий постоянно сталкивался с полузащитником, применяя злость и грубую силу даже к собственной команде. Сет Гордон не приносил команде боевого духа, только ниже опуская ее.       Натаниэль, не особо имея связь с игрой, понимал это из-за Кевина. На поле они не ладили, но тактику всегда придумывали и оттачивали, благодаря чему играть становилось проще. С капитаном было сложнее — Король мало взаимодействовал с командой, только после предупреждающих стуков тростью о пол позволял себе вспомнить про командую игру. Натаниэль вырвался вперед как раз в ту секунду, как Морияма перехватил с пола мяч. Пас не планируется — они о нем просто знают. Натаниэль встал на ту точку, куда один взгляд Рико только начинал падать; он передал ему мяч и тем самым закрыл своим корпусом перед Мэттом. У Ната вышло забить с первого раза. Вспыхнул красный свет. Счет 13:7 в их пользу.       Как только ведущий объявил пятнадцати минутный перерыв, все выдыхают. Ваймак надежды не теряет: он приобнял Дэн за плечи и повел ее к их, судя по виду, командному медику, говоря что-то о несносных болванах. Вороны же направились к Тецудзи молча, параллельно готовясь выслушивать свои ошибки и дальнейшие действия. Остался последний тайм, заключительный, который поставит точку в матче. Все игроки сменились, кроме Рико и Натаниэля — тренер решил, что они должны доиграть два тайма, несмотря на то, что состава хватало, чтобы поменяться без повторений раз десять.       — Они отвратительно играют, — пробурчал Жан на французском, пока они стояли в стороне от журналистов, напавших на Кевина.       — Не отвратительно, а просто неслаженно, — поправил Нат, ослепительно улыбаясь команде на другой стороне поля. Те выглядели явно недружелюбно, мрачнее самого стадиона Эвермор.       Моро в немом согласии кивнул.       Пятнадцатиминутный перерыв закончился слишком быстро. Выйдя на поле вновь, ему пришлось встать в пару с Мориямой, ибо других, более достойных сокомандников не нашлось; Кевин с Жаном в этом тайме не участвовали по наставлению Тецудзи. Старый мудак. Сигнал о начале прозвучал над головой. Корпус ринулся вперед, а клюшка замахнулась для удержания мяча. Что бы тренер не говорил, Натаниэль действительно важен этой команде. Он качественное вложение. Веснински был хорош в игре, но, по мнению Ичиро, не был в своем любимом деле.       Взгляд невольно метнулся на вышки. На поле горел во всю свет, но ложе оставались неизменно тихими и незаметными. Был шанс, что Ичиро мог там пребывать, но навряд ли ради игры. Территориально удобное расположение для обтирания дел мафиози. У него это вызывало противоречивые эмоции: пока он бегал за мячом, кого-то в Башне могли убивать. Быть может, дорогой ковер был застлан дешевым брезентом, а Ичиро направлял на кого-то дуло пистолета. Натаниэль даже не знал, завидовать этому человеку или нет.       — Веснински! — из мыслей его вырвал громкий голос Рико.       Матч был доигран. Они выиграли Лисов с отрывом в целых пятнадцать очков, не оставив ни единого шанса на реванш. Стадион загудел, плакаты с эмблемой Эдгара Аланна гордо поднялись, а фанаты выкрикивали в поддержку любимой команды громкие поздравления. Журналисты едва ли не ломились через плексиглас, вспышки камер слепили глаза, когда Воронов запечатлели на общий план без какого-либо предупреждения. Ему вынужденно пришлось натянуть обманчиво приветливую улыбку, когда СМИ один за другим стали лезть с вопросами, даже не давая закончить с честью игру. «С честью» — это бросить в лицо проигравшей команде про обязательный реванш.       — Ждем не дождемся реванша, Лисы, — Рико пожал руку удивительно спокойной Дэн Уайлдс, которая совершенно не была опечалена проигрышем со столь большим отрывом. — Первая игра в новом кругу была впечатляющая.       — Первая игра в новом кругу была у вас, — заметил рядом стоявший Бойд, успев снять защитный шлем. Пот скатывался с его висков, а вид был убитым — как и у большинства Воронов, которые просто качественно это скрывали.       — Точно, — щелкнув пальцем, словно это действительно имело хоть какое-то значение, капитан почти брезгливо убрал ладонь из руки Дэн. Так, чтобы камеры не запечатлели столь трогательный момент. — До встречи.       Дружелюбной из всей команды был только один игрок — Рене. Девушка с разноцветными кончиками волос мягко улыбнулась Натаниэлю, стоило ему подольше задержать на ней взгляд. Веснински на проявление доброты к своей скромной персоне не обратил должного внимания — был утянут Кевином и Жаном в сторону раздевалок. Оказывается, все уже находились там, пока Рико в очередной раз за сегодня давал интервью, пытаясь отвлечь журналистов от мимо проходящего Веснински. Тецудзи строго настрого запретил ему говорить на камеру без позволения. Вот только отвлечь падких на сплетни журналистов тренер не мог. Не успел он и шагу сделать к раздевалке, как в лицо Веснински уткнулось сразу несколько микрофонов. Камера переключилась.       — Какое у вас впечатление от игры против самой низкой по рейтингам командой?       — Как вы связаны со Свитой? Вы тоже названный брат Рико Мориямы?       — Какие отношения вас связывают?       От изобилия вопросов у Ната невольно закружилась голова. Он терпеть не мог, когда его личное пространство столь грубо нарушают. Пытливый взгляд Мориямы, умоляющий Кевина и резкий хват Моро — не дали плодов. Веснински резко убрал микрофон от себя, сказав лишь с сарказмом:       — Очень близкие. У всей Свиты очень близкие отношения с Рико Мориямой, вы можете не утруждать себя расспросами.       Ожидаемый гвалт вопросов последовал за провокационным ответом, но Веснински как след простыл. Следующие расспросы посыпались на обескураженного, но более подготовленного Кевина Дэя, который всех журналистов взял на себя. Его ответы были сдержанными и четкими, однако посыл он так и не уловил. В раздевалке ужасно пахло по́том и мужским одеколоном, потому Нат поспешил переодеться под активные разговоры о том, как отпразднуют победу. Некоторые Вороны только ради этого успешно играли — иногда так казалось. Натаниэля это никогда не интересовало, на вечеринке он быть не намерен, как и Жан.       Ощущая на себе взгляд напарника, Нат понял, что планы у них были другие.