Дочь Фэна Риорсона?

Лететь шесть часов подряд ради нашего приза — недельной командировки на далёкий форпост — меня не сильно вымотало. Ведь если Малл не налетается вдоволь, она становится слишком невыносимой, а полёты на огромные расстояния — мой обычный день. Когда я летала? Всё просто: на уроках полёта профессор отпускал нас после того, как Малл чуть не сожгла его. — Я сейчас умру, — сойдя на землю, Надин сломалась пополам, упираясь в колени. — Очень тебя понимаю, — Ви потянулась, явно страдая от этого полёта. — Почему я даже не удивлён, что ты себя чувствуешь отлично… — проворчал Ридок, подойдя ко мне. — Я бы не сказала, что прекрасно. Ужасно ломит спину и болит голова из‑за болтовни Малл… — Ну, это хоть как‑то меня радует! — Ридок ухмыльнулся, и я ударила его по ноге. — Ты жестока! — Лучше посмотри на нашего командира отряда! — ткнула я его в бок и кивнула в сторону. Даин, к его радости, всего лишь чуть более неуклюже двигался, когда они с профессором Деверой приветствовали человека в чёрной форме всадника, который, видимо, был командиром форпоста. — Милости прошу, кадеты, — произнёс командир с профессиональной улыбкой, сложив руки на груди, защищённой лёгкой кожаной броней. Из‑за седины, что уже тронула волосы, определить его возраст становилось непросто: у него был осунувшийся, матёрый вид, как у всех всадников, слишком долго служивших на границе. — Думаю, вы бы сперва хотели расположиться и переодеться во что‑то, подходящее для нашего климата. А потом мы покажем вам Монсеррат. — О‑о‑очень хотелось сюда попасть на первом курсе… — проворчала я, и Ридок ухмыльнулся. Через двенадцать пропитанных потом минут, за которые нам показали наши комнаты в казармах (у всех были пары, а мне не досталось), я в гордом одиночестве освежилась и, надевая доспехи — кстати, с открытыми рукавами, — наконец услышала стук в дверь. — На выход, второй отряд! — скомандовал Аэтос, и я, закатив глаза, положила последний кинжал в ножны. Я присоединилась к остальным, и майор Квэйд устроил нам экскурсию по форпосту. Честно? Вообще не впечатлил, и энтузиазма не прибавилось к моему «светлому» будущему… Крепость, по сути, представляла собой четыре мощные стены, казармы, башни по углам и большой арочный проход с шипастыми подъёмными воротами, готовыми рухнуть в любую секунду. В одном конце двора — конюшня, кузница и арсенал для расположенной здесь пехоты, в другом — столовая. — Как видите, — объяснял нам майор Квэйд, когда мы встали посреди грязного двора, — мы строились на случай осады. В случае нападения мы можем прокормить всех удовлетворительное время. — «Удовлетворительное»? — одними губами произнёс Ридок, подняв брови. Я хмыкнула, а Даин одарил нас взглядом, который явно грозил возмездием. Я лишь ему улыбнулась. — Мы — восточный форпост, а значит, у нас тут полный отряд из двенадцати всадников. Трое сейчас в патруле, трое ждут своей очереди, готовые на случай, если потребуется срочно вылетать, а оставшиеся шестеро отдыхают, — продолжал Квэйд. И тут внезапно от каменных стен отразился рёв драконов. — А вот и один из наших патрулей, — произнёс Квэйд с улыбкой, которая была бы искренней — если бы у него в принципе хватило сил широко и искренне улыбнуться. — Итак, мы вас накормим и уложим спать, а потом решим, кого вы будете сопровождать эту неделю, — проговорил Квэйд. — Мы поучаствуем в боевых действиях? — спросил Хитон, чуть ли не дрожа от возбуждения. — Ни в коем случае! — рявкнула Девера. — Если вы увидите схватку, значит, я не поддержал звание самого безопасного поста на этой границе, — ответил Квэйд. — Но хвалю за энтузиазм. Дайте угадаю. Третий год? Хитон кивнул. Тут Квэйд повернулся и улыбнулся при виде трёх силуэтов в чёрном, вошедших в ворота. — А вот и они. Эй, вы, трое, не хотите познакомиться с нашими… — Вайолет? Я с интересом повернулась, и от удивления мои брови взлетели. Это была Мира. Вайолет побежала к ней, а та, в свою очередь, поймала и крепко обняла. Девушка не изменилась с тех пор, как я её видела перед парапетом. Только вот от мочки уха к ключице тянулся новый шрам, хотя её это только украшало. Они что‑то говорили, но я даже не пыталась прислушиваться — ведь знала, как дороги эти секунды встречи, — и просто стояла в стороне, глядя в сторону. Вдруг они расхохотались, чем и привлекли моё внимание вновь; их глаза сверкали от слёз. — Странные всё же эти Сорренгейлы, — сказала Имоджен, и я усмехнулась. — Джен, ты можешь хоть сейчас помолчать! — с улыбкой я ткнула её в бок. Вдруг Мира подняла взгляд на меня и прищурилась, явно догадываясь, кто я, но не веря. — Твои догадки верны… — ухмыльнулась я и кивнула. После моих слов она поджала губы, но всё же кивнула в знак приветствия. *** Через день меня к себе в комнату пригласили Рианнон и Вайолет и рассказали, что задумали вылазку в деревню Ри. Я не была в восторге от их выбора, но поддержала — всё‑таки дружба. И поэтому рано вечером, два дня спустя, сразу после ужина, наша компания вылезла в окно спальни Ви и Рианнон на первом этаже и спрыгнула на землю. Как сказала Серебрянка, другого шанса у нас не будет — ведь Мира не даст нам это сделать. Хотя я ей говорила, что она точно заподозрит что‑то и всё пойдёт не по плану. –"Глупая затея, и вряд ли средняя Сорренгейл такая глупая. Надо всё ещё раз продумать…" — пробурчала Малл. Проигнорировав драконицу, я воспользовалась второй печатью — чтобы, если что, можно было вырубить того, кто нам помешает. Мой план по обезвреживанию помех явно провалился: я поняла, что нас поджидает Мира. В эти дни она со мной не разговаривала и как можно меньше обращала внимания, а меня это не заботило. И если я благодаря печати очнулась вовремя, то Ви врезалась со всей силой в сестру. — Блин! — воскликнула Рианнон, поймав Серебрянку. — Даже за угол не выглядываем? — отчитала нас Мира, сложив руки на груди и смерив Вайолет строгим взглядом. — Я же говорила… — закатив глаза, пробурчала я, чем привлекла внимание Сорренгейл. — А её‑то зачем потащили? — снова уставилась она на Ви. — В своё оправдание — я и не думала, что ты здесь, — медленно сказала Серебрянка, проигнорировав вопрос по поводу меня. — Ведь ты же в патруле. — Ты слишком уж странно вела себя за ужином, — Мира склонила голову набок и пригляделась к ней. — Вот я и поменялась. Не хотите рассказать, что вы делаете за стенами? — Мы хотим слетать к Рианнон, — я повернулась к Маттиас и добавила: — Она бы всё равно догадалась, так что молчать бессмысленно. Ри тяжело вдохнула, но кивнула, явно тоже понимая это. А Мира же побледнела. — Что‑что вы делаете? — Мы летим к ней в деревню. Тэйрн говорит, тут не больше пяти минут, и… — начала Серебрянка. — Ни за что, — покачала головой Мира. — Нет. Тут нельзя улетать, как в отпуске. А если с вами что‑нибудь случится? — В гостях у её родителей? — медленно произнесла Вайолет. — Нас там поджидает засада на тот крайне вероятный случай, если мы заскочим? Мира прищурилась. — У её родителей явно безопаснее, чем в Басгиате, — вставила своё слово я. Мира поджала губы и перевела взгляд на меня: — Признаю, твоя правда. — Полетели с нами! — выпалила Серебрянка. — Серьёзно. Давай с нами, Мира. Она просто хочет проведать сестру. Мира уронила плечи, и я поняла, что она почти сдалась. — Когда Рианнон уехала, Рейган была беременна. Ты вот можешь представить, что будешь далеко от меня, пока я рожаю? Ты бы не сделала всё от тебя зависящее — даже если надо сбежать из тяжело охраняемой крепости, — если бы смогла подержать в руках племянника или племянницу? — Ви наморщила нос, готовясь к её ответу. — К тому же, если с нами будет герой Стритмора, что такого может случиться? — Так, даже не начинай! — Она посмотрела на Ви, затем на Рианнон, затем на меня, при этом чуть поджав губы, снова на Вайолет и раздосадованно простонала: — Ох, ну ладно, ладно. — Она выставила палец, погрозив нашим ухмыляющимся лицам. — Но если надумаете кому‑нибудь рассказать, будете жалеть об этом до конца жизни. — Вы здесь только два дня, а уже нарушаете правила, — пробормотала Мира. — Идёмте, быстрее будет здесь. Спустя час Вайолет с Мирой вытянули ноги на мягких скамьях по сторонам от обеденного стола в доме Рейган и глядели, как Рианнон качает своего племянника у камина и, забыв обо всём, беседует с сестрой под присмотром родителей и зятя. Я сидела в отдалении, при этом копошась в своих мыслях. Может, это оттого, что Басгиат далеко, а может, из‑за дома Ри — но в душе было странно. Я видела, как относится к Рианнон её семья и как сёстры Сорренгейл проявляют заботу друг к другу. Вспомнился Бреннан и то, как он говорит о Вайолет. В голову не пришла, а прилетела — причём со всей силы — мысль о том, что я стала более ледяной по отношению к людям. Я уже не так громко реагировала на оскорбления, на недостаток внимания, перестала вообще думать о тепле со стороны близких. Басгиат — не место для привязанностей и вообще чувств, а когда ты меченный, то эти оковы становятся ещё сильней. Спрятав лицо в ладони, я закусила губу до крови, чтобы в глазах не появились ненавистные слёзы. В семь лет я бы расплакалась, но сейчас не имею права — ведь обещала себе. Чёртова семейная обстановка… Взлохматив волосы, я быстрым шагом покинула комнату. Никто бы не смог дать мне того самого нужного сейчас тепла в этой комнате. Выйдя на улицу, я присела возле двери и покорно стала ждать ребят. Тут было намного лучше, чем там: холод, тьма и тишина. Вдруг что‑то коснулось моей ноги. Посмотрев вниз, я ничего не обнаружила. — Почему здесь сидишь? — раздался до боли знакомый голос справа, и я тут же повернула голову. — Там всё слишком тёплое и семейное… — проворчала я. — И ты решила сбежать в холод? — спросил брат, внимательно осматривая меня. — Ты и сам всё понимаешь, придурок. И не неси чушь, что Сгаэль не продержалась и трёх дней без Тэйрна… — Ладно, ты раскусила меня. А про холод… — он замолчал на мгновение, а потом обнял меня. — Тепло есть везде, просто не всегда его можно увидеть. Я обняла его в ответ, прижавшись к нему как можно крепче. Он был единственным, кто понимал меня на 100 %, и я была рада, что этот придурок не продержался без Вайолет и трёх дней. Мы решили перейти ближе к драконам — и, поскольку Малл была самой спокойной, обосновали свой лагерь около неё. Болтая, мы смеялись, шуточно дрались и просто отдыхали от масок. Наверно, этот вечер стал самым тёплым после нашей встречи на парапете. И именно сегодня я поняла, что в холоде тоже есть тепло — просто его нужно отыскать. Когда вышли сёстры Сорренгейл, на их лицах явно читался шок. Дождавшись Рианнон, мы полетели обратно на форпост. Ксэйдана распорядили ко мне в комнату, и я прыгала от счастья: ведь с братом же лучше, чем одной. И вообще, теперь я могу его подкалывать целый вечер. В эту ночь я, как обычно, залезла к нему на кровать, а он, уже явно привыкший, просто обнял меня — и так мы заснули.