ПРОСТИ, СТАНИСЛАВСКИЙ!

Перечитала для очерка главу книги Станиславского “Работа актёра над собой” - “ЭМОЦИОНАЛЬНАЯ ПАМЯТЬ” не без удовольствия. И дело не только в том, что тема эмоций и памяти одна из самых любимых мной, и не только в том, что Станиславский здесь поднимает несколько любопытных и спорных моментов в творчестве, но в том, что описывая механизмы работы эмоциональной памяти, автор приводит несколько красочных, самих по себе любопытных примеров из жизни своей и своих знакомых. Надо заметить, что в целом в книге “Работа актёра над собой”, которая считается первым учебником для актёров, так сказать - учебником младших классов, Станиславский говорит о вещах наиважнейших в творчестве. Но объясняет эти практически необъяснимые механизмы творчества если не путанно, то очень тяжеловесно, примеров больше чем формул, а сами формулы подаются часто малоубедительно. Но в этой главе, объясняя один из важнейших механизмов в творчестве, а именно - как работает эмоциональная память и почему она так важна для развития психотехники актёра, а потом - для создания героя, персонажа, Станиславский приводит массу самих по себе интересных мини-историй. Именно поэтому эта глава книги мне так нравится. Ну, ещё, естественно тем, что в ней говорится о теории творчества и способах применения её на практике. Начинается глава как и большинство других с ошибки, совершенной учениками театральной студии: они играют уже знакомый им этюд, но именно потому что он для них знаком, они играют его скучно, неестественно, наигрывают. Их Учитель разбирает эту неудовлетворительную работу и обращает внимание, что: “лучшим возбудителем творчества нередко является неожиданность, новизна творческой темы.” Вот так, через тень на плетень, Станиславский подводит к важнейшему составляющему в любом творчестве: эмоциональная память даёт нам материал для постоянного возбуждения в себе чувства новизны и неожиданности. Я не буду обсуждать эту неуклюжую подводку к столько важной теме. Прости, Станиславский! На мой взгляд основная задача эмоциональной памяти это не возбуждения чувства новизны, не средство для творчества, и даже не его основная задача, а цель. Станиславский здесь как будто путает, - и делает это несколько раз в течении главы, - причину со следствием. И таким образом, у него эмоциональная память - это топливо для паровозика, везущего актёра к подлинным переживаниям и правде чувств в предлагаемых обстоятельствах. Учитель учит своих студийцев копить воспоминания, опираясь на все пять органов чувств: что я слышал, что видел, что чувствовали мои пальцы, какие были запахи и вкус? “Чем обширнее эмоциональная память, тем больше в ней материала для внутреннего творчества, тем богаче и полнее творчество артиста. Это, я думаю, само собой понятно и не требует дальнейшего пояснения.” Но Учитель предупреждает, что “пользуясь довольно распространенным сравнением, я скажу, что мы не можем распоряжаться воспоминаниями наших чувствований, как книгами в своей библиотеке.” Более того, Станиславский через своего персонажа Учителя даёт важное наставление: “Одно досадно: не мы владеем моментами первичного переживания, а они владеют нами; поэтому нам ничего не остается, как предоставить вопрос о них самой природе и сказать себе: если первичные чувствования могут зарождаться – пусть сами являются, когда им это нужно.” Итак, есть уже два противоречия в учении Станиславского относительно самого главного и важного элемента творчества. Первое: чувства, воспоминания надо накапливать, но мы не можем ими пользоваться по своему желания. Они, - Станиславский этого слова в книге не произносит, но так как она явно продолжает многие открытия психоанализа, мы можем использовать этот термин, - появляются спонтанно ассоциативным путём: первое, что приходит в голову и вызывает чувства при столкновении с тем или иным заданием, и есть верное, его подкидывает подсознание. Следующее противоречие в воззрении Станиславского на эмоциональную память: первично пережитое нельзя пережить заново. Да, конечно, каждый раз рассказанная одна и та же история, будет обрастать у рассказчика всё новыми и новыми “воспоминаниями”, часто не имеющими ничего общего с тем самым явлением или событием, которое воспоминаний описывает. Но на мой взгляд, это нисколько не умоляет ценность этого разрастающегося “воспоминания”! Оно оснащается новыми подробностями, обогащается новой реальностью, углубляется новыми определениями. В моменте человек может многое не заметить сознательно, но его бессознательное сделает мгновенный оттиск, который потом, при рассматривании и можно более подробно описать. Увы, но криминалисты и детективы тоже осведомлены о таком вывихе нашего сознания, поэтому проводят следственные эксперименты, в которых часто выясняется, что свидетель не мог физически видеть или слышать чего-то, что потом “дополнило” его бессознательное. И третье противоречивое или во всяком случае очень сомнительное утверждение Станиславского в этой главе: творец, актёр или писатель, может чувствовать только свои переживания, быть только самим собой. Это краеугольный камень системы Станиславского: Я в предлагаемых обстоятельствах. Это то, в чём Станиславский на определённом пути разошёлся и со своим любимым актёром, Михаилом Чеховым, и со своим соратником, которому и посвятил книгу “Работа актёра над собой” - Николаем Демидовым. Вот что пишет Станиславский в этой главе на эту тему: “Артист может переживать только свои собственные эмоции. Или вы хотите, чтоб актер брал откуда-то все новые и новые чужие чувствования и самую душу для каждой исполняемой им роли? Разве это возможно? Сколько же душ ему придётся вмещать в себе? Нельзя же вырвать из себя собственную душу и взамен взять напрокат другую, более подходящую для роли. Откуда брать её? У самой мёртвой, не ожившей ещё роли? Но она сама ждёт, чтоб ей дали душу. Можно взять на подержание платье, часы, но нельзя взять у другого человека или у роли чувства. Пусть мне скажут, как это делается! Моё чувство принадлежит неотъемлемо мне, а ваше – вам. Можно понять, посочувствовать роли, поставить себя на её место и начать действовать так же, как изображаемое лицо. Это творческое действие вызовет и в самом артисте аналогичные с ролью переживания. Но эти чувства принадлежат не изображаемому лицу, созданному поэтом, а самому артисту.” Да, Станиславский предлагает обогащать эмоциональную память актёра через чтение, изучение произведений искусств других мастеров, через общение и через сопереживание. Но Станиславский раз и навсегда отказывает в праве на существование театра ПЕРЕВОПЛОЩЕНИЯ, для него есть только “плохой” театр ПРЕДСТАВЛЕНИЯ, и “хороший” театр его системы, театр ПЕРЕЖИВАНИЯ. Заканчивая этот очерк, хочу рассказать вкратце, что я уже более пятнадцати лет провожу тренинги по развитию эмоциональной памяти, эмоционального интеллекта и эмоциональной выразительности. Эмоции - это совершенно недавняя область исследований в психологии. Пока о них известно немного, хотя даже уже снимают мультики, где детям пытаются объяснить что-то про базовые пять эмоций - страх, гнев, радость, печаль, отвращение, и то как они управляют человеком изнутри. Из практического овладения эмоциями известно пока только то, что они имеют обратный механизм действия на человека, который в вульгарной псевдо-психологии уже давно звучит как предложение: хочешь быть счастливым? - улыбайся! Да, мышцы и дыхание напрямую связаны с эмоциями. Можно через физическое, через воспоминание о том, как мы дышим и какие мышцы лица, рук, тела у нас зажимаются или наоборот, разжимаются при тех или иных эмоциях, добиться вызова нужного эмоционального состояния, но если это всё не подкрепляется воспоминанием или воображением какой-то ситуации, пережитой, прочувствованной, то эта эмоция, вызванная и возникшая физически, проскочит очень быстро, иногда незаметно, а ведь нам надо с ней работать. Поэтому, прости, Станиславский, но мы копим “библиотеку воспоминаний”, мы, авторы, погружаемся в воображаемые миры, где испытываем настоящие эмоции и пытаемся своим творчеством, через описание пережитого опыта, не в реальности, а в воображении, где проходим перевоплощение в другого человека, мы пытаемся вызвать необходимые нам эмоции у читателя или зрителя, и через это обретаем власть над ним и его мыслями, чувствами, мировоззрением. Как всегда - буду рада интересной беседе в отзывах, если у моих читателей возникают какие-то мысли по этому поводу.