Просто так

Ледяной дождь стучал в окна старого питерского дома,где в просторной,но неуютной гостиной собрались гости.Повод был – день рождения общего друга,Степана.Нугзар стоял у подоконника,медленно потягивая виски со льдом и наблюдая,как капли воды сливаются в причудливые ручьи на стекле.Он пришел одним из первых,отбыл номер,поздравил Степана,и теперь его единственной целью было продержаться до приличного времени,чтобы уйти,не вызывая вопросов. Он чувствовал себя чужим на этом празднике жизни.И дело было не в компании.Здесь были хорошие,проверенные люди.Дело было в нем.В той пустоте,что разъедала его изнутри уже несколько месяцев.Пустоте,которую он прикрывал корректными улыбками и механическими движениями. Его мысли прервало легкое движение у двери.Он узнал ее по силуэту,еще до того,как она сняла пальто.Наташа.Бывшая.Та самая,с которой они расстались полгода назад на удивленно мирной ноте,без сцен,упреков и выяснения отношений.Они были слишком взрослыми и уставшими для этого.Их отношения длились год,и за этот год между ними не было ничего,кроме поцелуев,объятий и прикосновений.Они были идеальной парой на бумаге: общие интересы,схожее чувство юмора,взаимное уважение.Но платоническими И вот она здесь.В платье темно-бирюзового цвета,которое подчеркивало каждый изгиб ее тела.Нугзар отвел взгляд,почувствовав знакомое,ненавистное себе возбуждение.Оно всегда накатывало при виде нее,глупое и неконтролируемое,как у подростка.Он сделал большой глоток виски,надеясь,что алкоголь притупит и это ощущение,и общую тяжесть в душе. Наташа,заметив его,коротко кивнула,и он ответил тем же.Их взгляды встретились на секунду и тут же разошлись,словно обожженные.Она направилась к столу с напитками.Он невольно проследил за ее походкой,за тем,как ткань платья обтягивала ее упругие ягодицы.Черт.Он снова это сделал. Вечеринка набирала обороты.Музыка стала громче,воздух – гуще от смеси запахов еды,алкоголя и парфюма.Нугзар пил больше,чем планировал.Он говорил с кем-то,смеялся над чьими-то шутками,но его сознание было приковано к Наташе.Он видел,как она танцует,как смеется,запрокинув голову,как ее пальцы перебирают край бокала.Она тоже пила.Больше,чем обычно. В какой-то момент они оказались рядом на кухне,где было чуть тише.Стояли у столешницы,каждый со своим стаканом, и смотрели в окно на мокрый,темный город. — Как дела? — спросил он,потому что молчание становилось оглушительным. — Нормально.Работа,все как всегда.А ты? — Тоже.Ничего нового. Очередная порция мертвого молчания. — У тебя кто-то есть? — неожиданно для себя выпалил Нугзар.Он не планировал этого.Алкоголь развязал ему язык. Наташа взглянула на него с удивлением,затем опустила глаза. — Нет.А у тебя? — Тоже нет — Жаль, — тихо сказала Наташа.Он не был уверен,расслышал ли он правильно сквозь гул музыки. Он не спросил,что именно ей жаль.Жаль,что у него никого нет? Жаль,что они расстались? Жаль,что между ними так и не случилось того,сто должно было случиться? Они вернулись в гостиную.Алкоголь продолжал свое дело.Нугзар чувствовал,как границы реальности начинают расплываться.Он видел,как Наташа становится все более раскованной.Ее смех звучал громче,движения – размашистее.Их взгляды стали встречаться чаще,задерживаться дольше.В воздухе повисло невысказанное,давно забытое напряжение,которое он помнил по первым месяцам их отношений. Случилось это почти случайно.Они снова столкнулись в узком коридоре,ведущем в санузел.Разминуться было невозможно.Они оказались лицом к лицу так близко,что он чувствовал тепло ее тела и запах ее духов с нотками апельсина и жасмина. — Прости, — пробормотала она,пытаясь протиснуться. Вместо того чтобы отступить,он взял ее за руку.Его пальцы сомкнулись вокруг ее запястья.Он почувствовал,как ее пульс участился.Или это стучало в его висках? — Наташа, — произнес он ее имя.Оно прозвучало как заклинание. Она подняла на него глаза.В них не было ни удивления,ни страха.Было то же самое возбуждение,что клокотало в нем,смешанное с вызовом и какой-то древней,животной решимостью. Он не помнил,кто из них начал это.Возможно,он потянул ее к себе.Возможно,она сама сделала шаг навстречу.Но в следующее мгновение их губы слились в поцелуе.Это был не нежный,исследующий поцелуй,какими они были раньше.Это был грубый,жадный,отчаянный поцелуй,полный непролитых слез,невысказанных обид и года подавленного желания.Его язык вторгся в ее рот.Ее руки вцепились в его волосы,прижимая его к себе еще сильнее. Он толкнул ее в ближайшую дверь.Это оказалась гостевая комната,темная и тихая.Он захлопнул дверь,повернул ключ,и мир сузился до размеров этой комнаты,до запаха ее кожи,до звуков их прерывистого дыхания. В темноте они были слепы,но их руки видели все.Его пальцы нашли молнию на ее платье и резко дернули ее вниз.Ткань соскользнула с ее плеч,упала на пол.Он слышал,как она торопливо расстегивает пуговицы на его рубашке.Ее ногти царапали его кожу.Они не говорили ни слова.Говорили только их тела,взбешенные годами ожидания и морем выпитого алкоголя. Он откинул ее на кровать.Она упала на прохладную ткань покрывала.Его руки скользнули по ее бедрам,срывая с нее последние преграды.Ее кожа горела.Он видел смутные очертания ее тела в полумраке,ее грудь,изгиб талии,гладкую промежность.Его член,твердый и болезненно напряженный,пульсировал в такт бешеному ритму сердца Он давно и безнадежно хотел ее,но никогда с такой яростной,разрушительной силой. — Кончается, — хрипло прошептал он,не в силах больше ждать Она ничего не ответила,лишь раздвинула ноги шире,приглашая,принимая.Ее пальцы впились в его плечи. Он вошел в нее одним резким,грубым толчком.Она вскрикнула коротко,глухо,от боли или от наслаждения,он не понял.Ее тело на мгновение застыло,напряглось,а затем обмякло,приняв его.Ее внутренности были тугими,влажными,обжигающе горячими.Он замер,наслаждаясь этим ощущением,этим моментом,который, казалось,длился вечность.Это было то,чего он так долго ждал.То,чего он так боялся. Затем он начал двигаться.Сначала медленно,неловко,будто заново учась ходить.Потом все быстрее,жестче,отчаяннее.Он не искал ее удовольствия.Это не было про любовь или нежность.Это было про ярость.Ярость из-за того,что они потеряли.Ярость из-за того,что нашли это только сейчас,в пьяном угаре,на чужой квартире Его бедра двигались в неистовом ритме.Его живот шлепался о ее упругие ягодицы с влажным хлопком,который казался неприлично громким в тишине комнаты.Он смотрел,как ее тело подрагивает под его ударами,как ее грудь колышется в такт его движениям.Ее лицо было искажено гримасой,в которой смешались боль и наслаждение.Ее ноги обвились вокруг его поясницы,притягивая его глубже, Он чувствовал,как нарастает волна внизу живота,неотвратимая,всесокрушающая.Он наклонился,прижался губами к ее шее,зарылся лицом в ее волосы. — Наташа... — простонал он.Это было похоже на стон утопающего. Он кончил внутри нее,содрогаясь в спазмах,которые казались бесконечными.Его семя било в нее горячими струями,заявляя права,которые он давно утратил.Через несколько секунд он почувствовал,как ее тело сжалось вокруг его члена в собственном,тихом оргазме,отголоске его бури. Он рухнул на нее,весь в поту,с тяжелым,хриплым дыханием.Его член, все еще пульсирующий,медленно вышел из нее. И тогда,в ледяной тишине,пришло осознание. Он поднялся на локти и посмотрел на нее.Она лежала с закрытыми глазами,но он видел,как по ее щеке стекает слеза.Не слеза экстаза.Слеза стыда.И отчаяния. Он откатился от нее,сел на край кровати,спиной к ней.Его спина, его плечи – все было напряжено до предела. — Что мы натворили? — тихо спросила она.Ее голос прозвучал хрупко и надтреснуто. Он ничего не ответил.Что он мог сказать? Что это была ошибка? Что они оба этого хотели? Это было бы правдой,но правдой никчемной и бесполезной. Они молча оделись в темноте,избегая прикосновений,избегая взглядов.Каждый звук – шелест ткани,звон молнии – казался обвинительным приговором. — Мне пора, — сказала она,когда была готова.Ее голос снова был ровным,холодным.Голосом той Наташи,которую он знал до этого безумия. — Я провожу. — Не надо. Она вышла из комнаты,не оглядываясь. Он слышал,как щелкнула дверь в прихожей.Он остался один.В комнате, пропитанной их позором.Его член все еще пах ею,и этот запах сводил его с ума. Они возненавидели друг друга в ту же ночь.Ненавидели молча,без сцен и выяснений отношений.Эта ненависть была обратной стороной того дикого влечения,что их свело.Она была следствием стыда,предательства и понимания,что они разрушили хрупкий мир,который так старательно выстраивали после расставания. Через пару дней он написал ей.Сухо,официально: «Нам нельзя больше видеться.То,что произошло,было ошибкой». Она ответила так же холодно: «Согласна.Не звони и не пиши мне больше». Они ссорились через общих друзей,передавая друг другу колкости и упреки.Он сказал кому-то,что она была ужасна в постели.Она пустила слух,что он несостоятелен как мужчина.Это была ложь,злая и беспочвенная,но она помогала заглушить ту правду,которую они оба знали: секс был отвратительным не физически,а духовно.Это был акт взаимного уничтожения. Но память тела оказалась сильнее разума. Нугзар нашел девушку,Алину.Он пытался быть нежным,внимательным.Но когда он касался ее,когда целовал,перед его глазами вставал образ Наташи – растрепанной,плачущей,страстной.Ее запах.Ощущение ее влажной,тугой промежности вокруг его члена.Ее стоны. Он избегал близости с Алиной под разными предлогами.А по ночам,лежа рядом со своей спящей,ни о чем не подозревающей девушкой,он тихо пробирался в ванную,запирался и,глядя на свое отражение в зеркале,полное отвращения,принимался наяривать свой член.Он дрочил яростно,безжалостно,вспоминая ту ночь.Не поцелуи,не ласки.А грубые толчки,хлопки по ее ягодицам,ее подавленный стон,когда он вошел в нее, влажную и готовую.Он представлял,как его сперма вытекает из нее.Это зрелище вызывало у него новую волну возбуждения.Он кончал в раковину,в унитаз,в полотенце,с тихим,бессильным стоном,ненавидя себя,ненавидя ее,но не в силах остановиться. Он погружался в депрессию.Работа перестала его интересовать.Друзья раздражали.С Алиной он был пустой оболочкой.Единственной реальностью,единственной яркой точкой в сером мраке его существования был тот пьяный,грязный секс с Наташей.Он ловил себя на том,что ищет ее в социальных сетях,просматривает ее фотографии,ревнуя к незнакомым мужчинам на подписях.Он знал,что у нее серьезные отношения с тем самым Максимом.Эта мысль сводила его с ума.Он представлял, как Максим касается ее,целует.И его член снова наполнялся кровью,а в душе поднималась черная,удушающая волна ревности. Он не знал,что Наташа делала то же самое. С Максимом она старалась быть идеальной.Она готовила ему ужины,смеялась его шуткам, ходила с ним в кино.Но когда он ее обнимал м гладил,она закрывала глаза и представляла,что это не нежные руки Максима ласкают ее,а грубые,требовательные пальцы Нугзара.Она трогала себя,лежа рядом со спящим Максимом,и доводила себя до оргазма,вспоминая веснушки на плечах Нугзара,запах его пота,боль и наслаждение от того,как он заполнял ее всего,без остатка.Она ненавидела себя за эти мысли,но не могла их остановить.Нугзар стал ее тайным,постыдным фетишем,ее проклятием. Прошло четыре месяца.Депрессия Нугзара достигла дна.Он перестал ходить на работу,почти не вставал с кровати.Алина,исчерпав все ресурсы своего терпения,ушла от него,хлопнув дверью.Ее уход он пережил с облегчением.Теперь ему не нужно было притворяться. Однажды ночью,в очередной приступ бессонницы и отчаяния,он сел в свою машину и поехал,не зная куда.Рулил на автомате,пока не понял,что стоит под окнами ее дома.Окно ее спальни было темным.Было три часа ночи. Он не помнил,как поднялся.Не помнил,как нажал кнопку домофона.Он стоял на лестничной площадке,трясясь от холода и нервного истощения,когда дверь открылась. Она стояла на пороге в длинной футболке,с растрепанными волосами,с лицом,опухшим от сна.Она выглядела потрясающе. — Нугзар? — ее глаза расширились от изумления. — Что ты здесь делаешь? Что случилось? Он не мог говорить.Он просто смотрел на нее.Все его существо,вся его израненная душа тянулась к ней,как к единственному источнику света. — Я не могу без тебя, — выдохнул он.Это была не просто фраза, а крик его измученного сердца. — Я пытался.Я старался жить дальше.Но я пуст без тебя. Она попыталась закрыть дверь,но рука ее дрогнула. — Уходи.Пожалуйста.Это неправильно.У меня отношения.У тебя... — Никого нет, — перебил он он. — Алина ушла,потому что поняла,что со мной кто-то всегда в комнате.Ты.А твой Максим... он здесь,в этой квартире? Он дарит тебе то тепло,которого ты ждешь? Он видит тебя настоящую? — Не говори так, — прошептала она.В ее глазах блеснули слезы — Он был с тобой? — тихо спросил Нугзар,заглядывая в ее глаза. — Близко? Так же,как мы? Она молча покачала головой,опустив взгляд. — Нет.Я не могла.В моей голове... всегда был ты. Это признание развязало ему руки.Он осторожно,давая ей время отступить,шагнул вперед.Дверь закрылась за его спиной.Они стояли в тесной прихожей,и напряжение между ними было густым и сладким. — Я не пришел сюда,чтобы ненавидеть тебя,Наташа, — сказал он.Его голос был низким и искренним. — Я пришел,потому что понял.Та ночь... она была ужасной и прекрасной одновременно.Она была неправильной,потому что мы пытались заглушить боль алкоголем.Но то,что я почувствовал... то,что было между нашими телами... это была не ненависть.Это была правда.Правда,которую мы боялись признать все эти месяцы. Он коснулся ее щеки,и она прикрыла глаза,прижавшись к его ладони. — Я люблю тебя, — прошептал он. — Все это время.Даже когда мы расстались.Даже когда пытались быть с другими.Я люблю только тебя. — И я тебя, — выдохнула она.Словно камень свалился с ее плеч. — Я так пыталась это забыть,вычеркнуть.Но каждую ночь я просыпалась и искала тебя во сне. На этот раз их поцелуй был иным.Не жадным и яростным,а медленным,бесконечно нежным,полным осознания и обещания.Это был поцелуй воссоединения, исцеления.В нем было прощение себе и друг другу. Он на руках перенес ее в спальню,в царство ее запахов,в ее святилище.Они раздевались неторопливо, с благоговением,открывая друг другу заново знакомую,но такую желанную кожу.Он покрывал ее тело поцелуями,словно заново нанося на карту свои владения. Когда он вошел в нее,это было не грубым вторжением,а возвращением домой.Ее тело приняло его с тихим стоном блаженства,не боли.Он двигался внутри нее с почтительной нежностью.Его толчки были не яростными,а глубокими и уверенными,словно он вновь и вновь подтверждал: «Я здесь.Я твой.Это навсегда». Она смотрела ему в глаза.Ее взгляд был чистым,без тени стыда или отчаяния.Ее пальцы мягко переплелись с его пальцами,прижимая его ладони к подушке.Ее ноги обвились вокруг его бедер,притягивая его ближе,глубже,в самый ритм своего сердца. — Я так по тебе скучал, — шептал он,касаясь ее лба своими губами. — Моя Наташа.Только моя. — Только твоя, — отвечала она,закидывая голову назад,отдаваясь нарастающей волне наслаждения. — Я всегда была твоей. Их оргазм нахлынул не как взрыв,а как полноводная,спокойная река,смывающая всю боль,все сомнения,все месяцы разлуки.Они замерли,слившись воедино,слыша,как бьются их сердца в унисон.Он лежал на ней,не желая шевелиться и боясь разрушить хрупкое волшебство этого момента.Ее руки нежно гладили его спину. И в этот самый момент,когда мир сузился до размеров их кровати,до их дыхания,щелкнул замок входной двери. Нугзар приподнялся,но не с испугом,а с спокойной уверенностью.Наташа прикрыла их одеялом.Ее взгляд был не паническим,а решительным. В дверях спальни стоял Максим.Высокий,ухоженный,с букетом цветов.Его лицо,сначала озаренное улыбкой,помертвело Он видел их сплетенные тела,разбросанную одежду,счастливое,умиротворенное выражение на лице Наташи.Он видел,как ее рука лежала на спине Нугзара — Наташа? — его голос был пустым. Она медленно села,придерживая одеяло у груди,но ее поза была прямой. — Максим.Я не ждала тебя сегодня — Я... хотел сделать сюрприз, — он механически опустил цветы. — Вижу,сюрприз уже есть. Он перевел взгляд на Нугзара,который сидел рядом с ней на кровати,не пытаясь прикрыться,спокойный и собранный. — Так это он? — тихо спросил Максим. — Тот самый «никогда»? — Да, — тихо ответила Наташа. — Это он. Максим сглотнул,собираясь с силами.Он посмотрел прямо на Наташу.В его глазах была боль,но и понимание. — Хорошо.Тогда выбор за тобой.Прямо сейчас.Либо он, — он кивнул на Нугзара, — либо я. Комната замерла.Но на этот раз в воздухе не было мучительного напряжения.Была лишь тихая ясность.Наташа посмотрела на Нугзара.Она увидела в его глазах не одержимость и не пустоту,а любовь.Полную,безоговорочную,взрослую любовь.Ту,ради которой стоит рискнуть всем. Затем она повернулась к Максиму.Ее лицо выражало сожаление,но не сомнение. — Прости,Максим.Ты замечательный человек,и ты заслуживаешь того,кто сможет подарить тебе все свое сердце. А мое... — она снова посмотрела на Нугзара и улыбнулась такой нежной,светлой улыбкой,какой он не видел у нее никогда, — мое сердце уже много лет принадлежит ему.Я выбираю Нугзара. Максим постоял еще мгновение,медленно кивнул,словно подтверждая что-то самому себе. — Я понял.Желаю вам... счастья. Он развернулся и вышел,на этот раз закрыв дверь совсем тихо. Когда они остались одни,Нугзар повернулся к Наташе.Он взял ее лицо в свои руки — Ты уверена? — спросил он тихо. — Это навсегда.Я больше никогда не отпущу тебя. — Я уверена, — ответила она,прижимаясь щекой к его ладони. — Это было всегда.Мы просто слишком долго шли к этому. Он слез с кровати,все еще не веря своему счастью,и опустился перед ней на одно колено.Он не готовил кольца,не продумывал слова.Но сейчас,в этот момент,это было единственно верным решением,которое он принимал в своей жизни абсолютно уверенно. — Наташа, — сказал он,глядя в ее сияющие,влажные от слез глаза. — Ты мое самое большое заблуждение и моя единственная правда.Ты человек,без которого мой мир не имеет красок.Я потратил полжизни,чтобы найти тебя,и еще полжизни,чтобы понять,что ты – мое все.Выходи за меня.Стань моей женой.Позволь мне просыпаться с тобой каждое утро и засыпать,обняв тебя,каждую ночь.Позволь мне любить тебя до конца своих дней. Слезы потекли по ее щекам,но это были слезы очищения,счастья,долгожданного облегчения. — Да, — прошептала она.Это было похоже на самую прекрасную музыку,которую он когда-либо слышал. — Тысячу раз да. Он встал и заключил ее в объятия,такие крепкие и надежные,в которых не было места прошлым обидам и страхам.Они стояли,прижавшись друг к другу,в лучах утреннего солнца,пробивавшихся сквозь шторы.Их близость с другими людьми так и не состоялась,потому что их тела и души всегда хранили верность друг другу,даже когда их разумы пытались бунтовать.А теперь они были свободны.Теперь они были дома.