Молитвы не помогут. [Кашенцовы]

Отведя в сторону уже пошатывающегося парня, Кашин нелепо кладёт в бледные ладони телефон, на экране которого отображались пропущенные звонки. Несколько секунд шатен смотрит то на мобильный, то на рыжего, наконец задавая вполне логичный вопрос. - Чё это? - Вглядываясь в мелкие буквы на экране он замечает до боли знакомый номер, увидев который, парню показалось, что он и вовсе протрезвел. - И зачем тебе звонил.. мой отец? Данила усмехается, глядя на растерянного Тушенцова, однако второму было вовсе не до смеха. Пока Руслан перебирал все возможные варианты, откуда у старшего может быть его номер, Кашин не долго думая отвечает на немой вопрос, виднеющийся в карие глазах. - К нам же сегодня должен был батёк твой прийти, ты не в курсе? - Собственные слова заставляют младшего опомниться, и замереть, глядя на циферблат телефона. - Твою ж мать.. Мне уже как час домой надо. - Мне так-то тоже! - Руслан дёргает парня за руку, глядя на того перепуганным взглядом. Кареглазый неуверенно, но быстро кивает, пока Данила, закинув телефон в карман, прощается с каждым из друзей, особо не объясняя причину ухода. В это время Тушенцов пытался растормошить Илью, мирно сопящего на лавочке. - Пойдём уже, - рыжий одёргивает встревоженного Руслана, давая понять, что времени у них итак не много, - его ребята тут не кинут, не переживай. Пенсионерка собиралась возразить вновь, уже не первый раз за вечер, однако её слова оборвали громкие шаги и знакомый голос внука в подъезде. Сергей, видимо, тоже это услышал, ведь в ту же секунду он повернулся ко входной двери, различая из подъездного эха голос собственного сына. Гнев разъедал изнутри, благо, священник умел держать лицо, и не показывать настоящих эмоций. Впрочем, такая «способность» неоднократно помогала ему в работе, где достаточно часто приходилось выслушивать душещипательные истории стариков, стоя с каменным лицом. По мере приближения шагов к квартире, голоса подростков затихали, в итоге полностью перейдя на шёпот. И вот, спустя пару мгновений, ключ начинает неспеша проворачиваться в замочной скважине, заставляя женщину всплеснуть руками. Когда дверь наконец открывается, за ней, как ни в чём не бывало, стояли слегка растерянные подростки, один из которых придерживал другого под руку, дабы тот не расшиб голову о бетон в процессе поднятия по ступеням. Женщина хватается за сердце, присаживаясь на небольую стойку для обуви. Пенсионерка наскоро закивала, прикрывая за священником дверь, пока тот осторожно спускал своё чадо по ступеням. И как только ключ в замке щёлкнул дважды, и, судя по шаркающим шагам, женщина начала отдаляться вглубь квартиры, Тушенцов старший тут же снял с себя маску заботливого и понимающего отца. Холодная рука на шее и сильная боль, разлившаяся по всему телу моментально заставили Руслана прийти в себя. Глаза широко распахнулись, и до шатена дошло, что его голове пришлось встретиться с кирпичной стеной, осыпав с неё часть краски. Тело свалилось на бетонный пол, по инерции взявшись за голову, вероятно, ожидая, что в неё придутся последующие удары, но уже ногами. Однако вместо этого раздался лишь раздражённый голос отца, тут же разнесённый эхом по всему подъезду. Голова раскалывалась, а глаза были вынуждены открыться из-за дикой боли по всему телу. Интересно, что она решила только сейчас потревожить спящего юношу. Настенные часы неохотно тикали в привычном ритме, показывая около шести часов утра. И с чего бы ему просыпаться в такую рань? Однако сильнейшая жажда оказалась намного требовательнее сонливости, и, наверное первым и единственным фактором, побудившим шатена приподняться на кровати. Совсем не помня вчерашних событий, подросток неспешно направился к деревянной двери, потирая слезящиеся глаза. Однако и без того весьма короткий путь прерывается, как только он замечает свой силуэт в крупном зеркале, висевшем напротив двери. И внимание его привлекает совсем другое. А именно множество крупных ушибов и ссадин, которые, впрочем, были видны даже издалека. Пытаясь хоть немного разобраться в причине их появления, в сознании Тушенцова младшего невольно всплывает наверное самое запоминающееся за вчерашний вечер. А именно, его пьяная туша, следующая к собственному дому и разъярённый отец, который, наверняка, был готов избавиться от него прямо в чужой квартире. Долго думать не пришлось, и составив вполне логичную цепочку событий, и ещё раз дотронувшись до пары крупных синяков, тем самым убеждаясь в их реальности, Руслан направился за спасительной минералкой, тихо опуская ручку двери. Оказавшись в коридоре, взгляд карих глаз падает на крупную фигуру отца, стоявшую у порога. Сердце тут же замирает, и инстинктивно парень начинает готовиться к худшему, небольшими шажками отходя назад. - Ничего хорошего. - В голосе слышится слабая насмешка, тут же исчезнувшая за пеленой серьёзного взгляда. - Но не переживай, я со всем разберусь. Подросток слегка приподнимает руки, как бы обращая внимание отца на синяки и ссадины. Задавать вопросы было слишком неловко, учитывая то, в каком положении он сейчас находился. Однако Руслану не приходится долго ждать ответа, ведь старший почти сразу замечает немой вопрос, застывший на лице сына. - Вчера ты несильно отличался скромностью. Впрочем, матери твоё поведение не очень понравилось, как и твой перегар. В дальнейших объяснениях кареглазый не нуждался, отчего он понимающе закивал головой, не желая больше беспокоить отца вопросами. Ведь по быстрым и дёрганным движениям, обычно не свойственным родителю, было легко понять, что он на нервах. Поэтому лишний раз тревожить старшего, а тем более вновь попадаться под горячую руку парню не хотелось от слова совсем. Застегнув последнюю пуговицу пальто, Сергей разворачивается к сыну, ещё раз оглядев его с ног до головы. - Завтракай и отправляйся в школу. Не дай бог узнаю, что прогулял. Вернувшись в привычную, грубоватую манеру общения, Сергей попрощался со своим чадом и негромко закрыл за собой дверь, зачем-то дважды провернув ключ в замке. Хоть что-то в жизни Тушенцова было стабильно. Маленькими шажками обойдя всю квартиру, до парня дошло, что дома он находится один. Признаться, после вчерашнего дня этот факт был как бальзам на душу. Заполнив пустующий желудок первым попавшимся продовольствием, которое удалось найти в холодильнике, и запив головную боль небольшой таблеткой из аптечки, шатен наскоро собрался, закинув в сумку самое основное, положив на учебники и тетради огромный болт. Поэтому помимо ключей и телефона туда полетели лишь пару ручек и маленький блокнот. Благо, на лице побои не были видны, а кофты с длинными рукавами сделали своё нехитрое дело, защищая шатена от странных взглядов как ровесников, так и учителей. *** Неохотно перебирая ногами, рыжий прикрывает глаза от летящего в лицо снега, и как только неподалёку становятся заметны силуэты товарищей, он прибавляет шаг, вскоре окончательно к ним приблизившись. - Ты думаешь, я помню? Я на улицу, вон, кое-как вышел. Если бы не звонки ваши, вообще не проснулся бы наверное. Все обернулись на блондина, пока тот прикрывал ладонью зажигалку от летевшего в неё снега. - Колян, какая шарага? Дома не сидится что-ли? - Мне хуеву тучу предметов исправлять надо, - обиженно произносит Коля, - тут до конца четверти осталось всего ничего. На самом деле, его никто не ругал и не отчитывал, просто собственная совесть пожирала парня изнутри от осознания того, сколько проблем он доставил бабушке, да и самому отцу Сергию. Да и от одного похода в церковь вряд-ли ему станет хуже, по-крайней мере так думал сам рыжий. Возможно, он был в чём-то прав. *** Последний урок длился особо медленно, и казалось, совсем не собирался заканчиваться. У шатена складывалось отчётливое впечатление, что часы нарочно встали на одном месте, будто пытались оттянуть момент встречи подростка с чем-то нехорошим. Однако из не самых приятных мыслей напряжённого подростка вытаскивает Илья, теребя рукав его кофты. *** - Не верю я, что это он, - рассматривая хлопья снега под ногами произносит Шабанов, - вы его видели вообще? - А кто ещё? Сам подумай. - Семенюк на секунду прерывается, когда в дверях обшарпанного здания появляется силуэт нужного им человека. - Сейчас и узнаем. Брюнет махнул рукой, призывая друзей следовать за собой. Набравшись смелости, ребята двинулись за Владимиром, ведь их также, как и его беспокоило исчезновение товарища, и просто ждать они уж точно не собирались. Через пару минут после прощания с Коряковым позади шатена послышался свист, явно не предвещавший ничего хорошего. Неохотно обернувшись, парень замечает приближающуюся компанию. Лица казались знакомыми, но вспомнить их Тушенцову казалось нереальным. Какого хрена им надо?