Наследие боли

Проходили недели. Даниэлла постепенно осваивалась в новой роли, но стены Вольтерры не спешили становиться для неё домом. Слишком много теней таилось в углах, слишком много взглядов прожигало спину. Но самое удивительное происходило с теми, кто ещё недавно были её врагами. Аро первым сделал шаг. Однажды вечером он пригласил её на прогулку по внутреннему саду — месту, куда доступ был лишь у избранных. Даниэлла ожидала провокации, очередной попытки прощупать слабые места. Но Аро говорил о другом. — Знаешь, Кай всегда был самым закрытым из нас, — его ало-золотистые глаза смотрели куда-то в прошлое. — Даже когда мы только начинали, он держал дистанцию. Сила требовала одиночества, говорил он. А теперь... — Аро улыбнулся. — Теперь я вижу в нём то, чего не видел никогда. Спокойствие. Ты дала ему это. Даниэлла молчала, не зная, как реагировать. — Я не говорю, что доверяю тебе, — добавил Аро, и его взгляд снова стал острым. — Но я начинаю понимать, почему он выбрал тебя. Это чего-то стоит. Маркус оказался проще. Он просто перестал её игнорировать. Теперь, встречая её в коридорах, он мог коротко кивнуть, а однажды даже сказал: — Ты хорошо держишься. Для той, кто должна была быть сломлена. Даниэлла усмехнулась в ответ. — Меня трудно сломать. Я сама ломаю. Маркус хмыкнул, и в его глазах мелькнуло нечто, похожее на уважение. Сложнее всего было с Джейн. Их противостояние длилось веками — в каком-то смысле. Джейн видела в Даниэлле угрозу своему положению, своей уникальности. Её дар боли, которым она так гордилась, померк на фоне способностей Даниэллы. Всё изменил случай. Во время одной из тренировок молодой вампир из гвардии потерял контроль и напал на Джейн. Даниэлла, оказавшаяся рядом, не раздумывая применила свой дар, обездвижив нападавшего прежде, чем он успел коснуться Джейн. Джейн стояла, тяжело дыша, глядя на корчащегося вампира, затем перевела взгляд на Даниэллу. — Зачем? — выдохнула она. Даниэлла пожала плечами. — Он был ближе ко мне. И потом... — она посмотрела Джейн прямо в глаза, — мы не враги, Джейн. Мы просто две женщины, которые слишком долго были одинокими. В тот вечер они впервые сидели вместе, пили кровь и молчали. Но это молчание было другим. Оно было молчанием перемирия. Кай наблюдал за этими переменами с тихим удовлетворением. Его план созревал медленно, но верно. Он хотел, чтобы она была принята. Чтобы Вольтерра стала её домом не на словах, а на деле. И теперь, когда стены вокруг неё начинали таять, пришло время для главного. Однажды ночью, когда они лежали в постели, он сказал: — Через две недели в тронном зале будет бал. Официальный приём в честь заключения союза с восточными кланами. — Я помню, — она зевнула, прижимаясь к нему. — Моё присутствие обязательно? — Обязательно, — он поцеловал её в висок. — И я хочу, чтобы ты была в чём-то особенном. Она приподнялась на локте, удивлённая. — Ты никогда не интересовался моими нарядами. — Всё бывает впервые, — его лицо оставалось непроницаемым, но в глазах плясали чёртики. За следующие две недели Даниэлла заметила, что Кай часто исчезает по вечерам. Он отговаривался делами, встречами, но что-то в его поведении было странным. Он нервничал. Кай Вольтури, древнейший Владыка, нервничал. Она не спрашивала. Она ждала. Наряд прибыл за день до бала. Платье было невероятным — чёрный шёлк, расшитый серебряными нитями, глубокое декольте и разрез, открывающий бедро. Оно сидело идеально, будто шитое по её меркам. — Кто это выбрал? — спросила она у служанки. — Владыка Кай, — последовал ответ. — Он лично утверждал каждую деталь. Даниэлла смотрела на своё отражение и чувствовала что, что-то происходило. Что-то большое. Ночь перед балом Кай был особенно нежен. Он касался её так, будто она была сделана из тончайшего стекла. А когда они лежали в темноте, он прошептал: — Завтра всё изменится. — В хорошую сторону? — спросила она. — В самую лучшую, — ответил он, и в его голосе звучала такая уверенность, что она поверила. Она не знала, что в его кармане уже лежала маленькая коробочка с кольцом, которое он создал тысячу лет назад для той, кого никогда не надеялся встретить. И что завтра в тронном зале, перед всеми Владыками и гостями, он встанет на колено — Кай Вольтури встанет на колено — чтобы просить её стать его на вечность. Война закончилась. Начиналась новая история.