Джин Ман и Хонда

Джин Ман сделал глубокий вдох и стер все эмоции с лица. Он вошел на базу “Вавилона”на следующий день, как ни в чем не бывало. Его отчет был лаконичен и профессионален. Джин Ман даже взял новое задание - нейтрализацию мелкого торговца оружием. Он выполнил его с присущей ему холодной эффективностью. Для всех он был прежним Чон Джин Маном-стальным, безэмоциональным инструментом. Но на самом деле он высматривал малейшие изменения в поведении начальства или других наемников и собирал информацию. Параллельно Джин Ман вел свое расследование: · Проверил авиарейсы и камеры аэропортов за ближайшие дни: пассажир с документами Хонды нигде не числился. Значит, он все еще в стране. · Проанализировал камеры: недалеко от их дома Джин Ман нашел запись, где Хонда садился в черный микроавтобус без номеров. Его поза была не похищенного - он шел сам, но плечи его были напряжены, а голова опущена, его вели угрозой. Но больше видеозацепок не было. · Раскинул свою сеть: Джин Ман вышел на старых знакомых и их контакты - воров-медвежатников, уличных дилеров, фальшивомонетчиков, мелких контрабандистов, тех, кто ненавидел “Вавилон”. Он давал им мелкие поручения и платил из своего запаса, собирая мозаику слухов. И вот через неделю после похищения, глубокой ночью, сидя в своей комнате на базе (Джин Ман не мог заставить себя вернуться в ту квартиру, где они были счастливы, ведь теперь она пугала зловещей тишиной), он достал из тайника свой личный ноутбук. Джин Ман подключил антенну для прослушки эфира и запустил программу, которая круглосуточно пинговала номер того самого, вербовочного телефона. Много дней экран был пуст. Но сегодня... сегодня программа выдала слабый, но стабильный сигнал. Телефон был включен. Сердце Джин Мана бешено заколотилось. Хонда все же нашел способ послать весточку! Джин Ман стал отслеживать сигнал. Через томительные несколько минут координаты вывелись на карте. Это был не Сеул, а удаленный, малонаселенный остров у побережья Южной Кореи. Место, идеально подходящее для секретной тюрьмы или лаборатории. Джин Ман откинулся на спинку стула, в глазах зажегся холодный огонь. Теперь охота началась по-настоящему. “Держись, Дэ А, - мысленно пообещал он. -Я уже в пути.” Теперь его задачей было придумать, как исчезнуть самому, не вызвав подозрений у “Вавилона”, и добраться до этого острова. И он знал, что это будет миссия, на кону которой - всё. Время ожидания, растянувшееся почти на месяц, стало для Джин Мана адской пыткой. Каждая ночь заканчивалась одним и тем же образом -Хонда, вглядывающийся в темноту с безмолвным вопросом в глазах: “Ты идешь?”. Джин Ман сжимал кулаки и мысленно отвечал: “Держись. Я уже в пути”. Когда пришел приказ на сопровождение морского груза, да еще с легальным оформлением, он понял, что это тот самый шанс. Увидев маршрут корабля, Джин Ман не мог понять, это ловушка, проверка руководства или просто удача на его стороне? Самое сложное в безумном плане Джин Мана было не запомнить морские пути или уговорить Мага выплатить должок, а за сутки найти спасательный дыхательный аппарат: маленький баллончик с воздухом на 5-10 минут, которого хватит, чтобы отплыть на безопасное расстояние от корабля и нырнуть глубже, где его не увидят. К счастью, в наше время деньги и даркнет значительно облегчают жизнь. За день до отплытия Джин Ман встретился со знакомым контрабандистом и передал ему маленький водонепроницаемый маячок и координаты. Взамен - только долгий, тяжёлый взгляд. Никаких гарантий. Но Пасин кивнул, он помнил долг. Этого пока было достаточно. И вот наступила первая ночь после отплытия. Как подарок небес- штормовая погода- идеальное прикрытие. Джин Ман нашел Мага у поручней. -Помнишь, что должен делать? - тихо спросил он. -Помню, - кивнул Маг, его лицо было бледным от страха, но решительным. Фальшивая ссора была короткой и переросла в яростную драку. По сигналу Джин Мана, Маг нанес удар -точный, контролируемый, и лезвие вошло в мышцу над левой лопаткой. Острая, жгучая боль, но ничего жизненно важного. Джин Ман громко вскрикнул для правдоподобности, сделал шаг назад, перевалился через борт и исчез в черных, пенистых волнах. Холод обжег его, как удар током. Он нырнул глубже, задержал дыхание, достал свой мини-аппарат и сделал несколько спасительных вдохов, пока над ним проносились огни корабля и стихающие крики. Потом начал плыть. Боль в спине сливалась с леденящим ознобом, проникавшим в кости. “Надо продержаться ради Хонды”, - стучала мысль. Сознание начало плыть. И тут, сквозь шум волн, Чон уловил другой звук - приглушённый рокот мотора. Из темноты вынырнула низкая рыбацкая лодка. Сильная рука вцепилась в его куртку, втащила на борт. Джин Ман рухнул на дно, его трясло крупной дрожью. - Пей. Медленно, - знакомый низкий голос говорил на ломаном английском. Под нос Джин Ману сунули термос. Обжигающе сладкий чай с имбирём и чем-то крепким обжег горло, разливаясь по телу слабым, но спасительным теплом. Пасин не тратил слов. Он набросил на Джин Мана грубое шерстяное одеяло, сменил курс и дал полный газ. Лодка летела, подпрыгивая на волнах. - Остров примерно в семи километрах на запад. Дальше - сам. Пасин подвёл лодку максимально близко к гряде подводных скал, окружавших остров как естественный барьер. Дальше был только штормовой прибой. -Удачи, - сказал контрабандист, прежде чем Джин Ман перевалился через борт. Следующие пару часов стали испытанием на прочность. Джин Ман плыл, ориентируясь по звездам. Боль в спине сливалась с болью в мышцах. Соленая вода разъедала рану. Но Джин Ман плыл. Потому что впереди, сквозь пелену дождя и брызг, уже маячил тёмный силуэт берега острова, где был Хонда. Джин Ман терял силы, чувствуя, как холод проникает в кости. “Хонда верит в меня, -повторял он про себя, как мантру. - Он знает, что я не брошу”. На одной силе воли и упрямстве Чон продержался еще почти час. Но последние несколько сотен метров стали настоящим адом. Штормовые волны швыряли его, как щепку. Джин Ман не плыл - он боролся, тратя последние силы, чтобы просто не захлебнуться и не разбиться о черные зубы скал, которые то и дело возникали из пены перед самым лицом. Ледяная вода высасывала остатки тепла из уставшего тела. Его бросило о камень - тупой удар в бок, вспышка боли. Любое тело имеет свои пределы- сознание начало меркнуть. Очертания острова поплыли перед глазами. Последней мыслью, перед тем как все поглотила тьма, был образ Хонды. Не испуганного или несчастного, а улыбающегося. Каким Джин Ман видел его тем последним утром, когда они пили кофе, и их ноги переплетались под столом. Чон пришел в сознание от того, что его рвало соленой водой. Он лежал на твердой, мокрой поверхности. Сквозь туман в глазах виднелся песок и нависающие скалы. Волны с тихим шипением накатывали на его ноги. Каким-то чудом, течением его прибило к берегу острова. Джин Ман попытался встать, но тело не слушалось. С трудом перекатившись на спину, Чон увидел чистое ночное небо. Боль была всепоглощающей, но сквозь нее пробивалось одно ясное чувство - он был на месте. Истекая кровью и почти без сил, Джин Ман все же криво улыбнулся в ночь. Самое сложное было позади. План сработал, он выжил и сбежал. И теперь, где-то здесь, на этом клочке земли, был Дэ А. Его Хонда. Джин Ман лежал на спине, и небо над ним плыло, расплываясь в тёмные круги. Боль, холод, истощение - всё слилось в один сплошной гул. В глазах потемнело.