Новенький

      После полудня на Лондон обрушился страшный ливень. Улицы превратились в реки грязной воды, а лужи казались невероятно огромными. Холод пробирался под кожу, заставляя дрожать.       Утро было спокойным, ясным, довольно тёплым и без тумана. Ничего не предвещало такого ливня, и никто его не ожидал. А прогноз погоды соврал — дождя не обещали.       Вся школа собралась на крыльце под крышей, прощаясь с друзьями или ожидая своих родителей на машинах.       Франко не был исключением — он вышел на крыльцо и поёжился от холода. Хлопковое худи было бессильно против уличного холода. Он не ожидал, что погода поменяется так быстро. Аргентинец написал отцу с вопросом, сможет ли тот забрать его на машине, но ответ сильно разочаровал его — у отца было много задач и не было возможности отлучиться с работы. Франко не знал, что ещё можно было сделать в данной ситуации. Идти пешком домой прямо сейчас — он промокнет до ниточки сразу же. Поэтому он стал ждать, вдруг ливень закончится. Но просто стоять без дела ему было скучно, поэтому он решил осмотреться и сильно удивился — всю дорогу и парковку забили спортивные и люксовые автомобили, каждый из которых стоил целое состояние. Франко замер с открытым ртом, разглядывая эти произведения искусства с невообразимой мощью и силой под капотом.       Но неожиданно на крыльцо вышли они — Макс и Шарль. Они остановились прямо в центре крыльца, абсолютно игнорируя всех вокруг. Аргентинец решил уйти в самый дальний угол, чтобы не попасться им на глаза. Но ему было очень интересно, что они будут делать и к какой машине пойдут, поэтому он просто стал наблюдать за ними издалека, как за опасными тиграми в зоопарке. Единственная отличие было в том, что в зоопарке тигры за решёткой, а здесь они на свободе, а значит Франко может в любую секунду стать их жертвой.       Машину Макса Франко знал, но на удивление нигде её не видел. А на счёт машины Шарля у него не было никаких предположений. Но одно он знал точно — он отдал за неё кругленькую сумму.       Шарль стоял немного позади Макса, и со стороны выглядело так, словно в их паре есть негласная иерархия: Макс главный, он идёт всегда впереди, а Шарль немного на заднем плане и идёт всегда за его спиной. “Впрочем, кто сказал, что это не так…” — пронеслось в голове аргентинца.       Вокруг всё ещё царил хаос, причём как на крыльце, так и на дороге: ученики у дверей школы болтали, смеялись и прощались до следующего дня, а на дороге постоянно мелькали машины: кто-то просто проезжал мимо, а кто-то останавливался, чтобы забрать ребёнка и тогда уже уехать.       Однако как только яркие фары какой-то чёрной длинной машины пронзили толщу капель воды своим светом, вся эта суета притихла. Другие автомобили стали прижиматься к обочине и стараться скрыться с её пути. Франко ещё не видел, что это за машина, но у него было подозрение, что она может принадлежать семье Макса. Тем более если судить по реакции окружающих. Он видел и запомнил это затишье при появлении Макса и его автомобиля ещё с первого дня в этой школе.       Впрочем, его чуйка его не подвела: через пару мгновений он наконец смог разглядеть ту самую машину, и это действительно оказался Rolls-Royce Phantom Extended Black Badge Макса. Он ехал медленно и почти бесшумно, словно хищник, который крадётся к своей жертве. У Франко сжалось сердце, а по спине пробежал холодок — он вспомнил, как в первый день перед тем, как познать весь ад этой школы и этих леденяще-голубых глаз, он стоял перед этим же Фантомом, который тогда так же тихо и медленно подъехал к крыльцу. Франко встряхнул головой, чтобы вернуться в реальность из своих страшных воспоминаний.       Машина снова остановилась прямо напротив крыльца. Из неё вышел водитель, одетый в чёрный дорогой костюм, и достал такой же чёрный и широкий зонт. Водитель пошёл прямо к Максу и Шарлю, оставив дверь открытой и даже не заглушив мотор. Франко заметил и ещё одну деталь: он не включил аварийку, но при этом никто ему не сигналил, хотя водитель встал прямо на дороге; никто не пытался объехать его; никто даже не двигался. Это показалось Франко очень странным, но, с другой стороны, он до конца не знает, на что способен Макс, если ему что-то не понравится.       Однако всё же появилась одна машина, которая осмелилась подвинуться и припарковалась прямо за Роллс-Ройсом Макса. Это была чёрная матовая Ferrari SF90 с красными элементами. Франко залип на безумно красивые и при этом агрессивные изгибы и линии спорткара. Эта Ferrari напомнила ему Шарля — такая же изящная и красивая, но очень опасная… А лошадиные силы под капотом были равны силе гнева Шарля. “Забавно будет, если окажется, что это его Ferrari” — подумал Франко и улыбнулся своим же мыслям, а потом перевёл свой взгляд на водителя, который не спеша подошёл к Максу и Шарлю.       Макс собственнически положил руку на талию Шарля, и они вместе пошли к Фантому под одним зонтиком, который бережно держал над ними водитель Макса. Они почти дошли до машины, когда Шарль в последний момент отбежал к той самой Ferrari, которая стояла за Роллс-Ройсом, и сел в неё. “Забавно, получается…” — Франко тихонько посмеялся. Как только дверь чёрного Фантома закрылась, отсекая Макса и белоснежный салон машины от внешнего мира, машины тронулись. На этот раз Rolls-Royce сорвался с места резко и быстро, а за ним почти сразу же поехала Ferrari. Франко проводил их взглядом и в последний момент обратил внимание на номера: если «MV33» Макса он уже знал, то вот номера Шарля он видел впервые. И каково же было его удивление, когда он обнаружил такое же короткое «CL16». “У них что, ещё и парные номера на машинах?” — удивлению Франко не было предела. Но он решил не думать об этом — это было слишком странно.       Но ещё более удивительно было то, что как только Rolls-Royce и Ferrari скрылись за углом, а шум их моторов затих, вся суета на крыльце и на дороге возобновилось, словно ничего и не было.       Пока Франко приходил в себя после всей этой картины, он не заметил, как на крыльцо начали выходить и его одноклассники. И первым из них был Кими. Но он вышел не один, а с их классным руководителем — Тото Вольффом. Однако на этом странности не закончились. Франко думал, что это просто совпадение или Кими наконец-то отвели в директору за его поведение, и вот они вместе с классным руководителем выходят из школы после неприятного разговора с господином Хорнером. Но была одна деталь, которая указывала на то, что это не так. Не Тото ругал Кими, а Кими ругал Тото. “А это вообще как так получилось?” — Франко не верил своим ушам.       — Нет, я не буду делать домашку по математике! — истерический крик Кими прозвучал очень неожиданно для Франко и немного даже напугал его.       — Тише, тише, сынок, не кричи…       Чего-чего, но вот обращения “сынок” от Вольффа к Кими Франко совсем не ожидал услышать. С другой стороны, это всё объясняло: и поведение парня, и то, что никто с этим ничего не делал. “Значит он твой отец… понятно” — Франко отметил это в своей голове и зафиксировал, что с Кими лучше не ругаться — всё равно тебя сделают виноватым. Но аргентинцу было очень интересно также и то, какая у них машина.       Кими продолжал возмущаться и истерить, но отец ничего не отвечал. Он резко дёрнул сына за руку и потащил его к дороге, вдоль которой были припаркованы разные автомобили. Кими упрямился идти, но Вольфф был сильнее него. Они побежали прямо под дождём, но, как оказалось, бежать нужно было недолго — прямо напротив школы был припаркован чёрный Mercedes AMG GT 63 в лимитированной версии. На боках автомобиля, прямо над задними колёсами, красовалось множество маленьких серебристых значков Mercedes, а вся машина пестрела разнообразными бирюзовыми элементами: очертания дисков, тормоза, диффузоры, сплиттеры… Франко с восторгом рассматривал этот Mercedes, ведь именно такой он видел впервые.       Тото и Кими сели в машину, и через секунду после того, как дверь пассажирского сидения закрылась, шины спорткара взвизгнули и автомобиль сорвался с места. Франко обратил внимание и на их номер. На этот раз он был длиннее, но совсем без цифр — “Wolff”. “Интересно, сколько миллионов стоят все эти номера…” — эта мысль крутилась в голове у Франко, пока он не услышал знакомый голос, от которого у него пробежал холодок по спине.       — Ладно, пока, народ! До завтра! — Льюис махнул рукой группе парней-старшеклассников и направился к ярко-красному Ferrari Purosangue. Он сел в машину, причём именно за руль, развернулся и уехал в противоположную от Макса, Шарля и Тото с Кими сторону. Франко выдохнул — все “враги” уехали, а значит, бояться больше нечего. Наверное.       Через пару минут на крыльцо вышла небольшая, но очень шумная компания. Франко обернулся и увидел своих одноклассников, которым, судя по всему, было плевать на плохую погоду: они смеялись и веселились. Джордж рассказывал какую-то шутку ребятам, Ландо и Алекс умирали от смеха, а вот Оскару, кажется, вовсе не было весело. Он совсем слегка улыбался, будто только для вежливости. Рядом с ним стояла очаровательная милая девушка — Лили, которая тоже смеялась с шуток Джорджа. Казалось, всё хорошо, но Франко видел в глазах Оскара какое-то напряжение, однако он не знал, с чем оно связано.       Неожиданно, даже для самого Джорджа, ему позвонил отец. Разговор продлился всего около минуты, после чего он повернулся к ребятам и стал прощаться с ними.       — Ребят, мне сейчас папа позвонил и сказал, что уже ждёт нас за углом.       — Нас? Кого нас? — Ландо резко перестал улыбаться и озадаченно посмотрел на блондина.       — Ну, меня и Алекса. Мы его подвезём, чтобы его родителей не гонять. Тем более нам всё равно в одну сторону, — Джордж всё терпеливо объяснил, а потом спросил Ландо: — Теперь понял?       — По-о-онял, да… — шатен шипперски улыбнулся и перевёл взгляд на пальцы ребят, которые были переплетены.       — Ой, да иди ты! — Джорджа всегда бесило, когда кто-то из его друзей в шутку (или не очень) шипперил его с Алексом. Хотя в каждой шутке есть и доля правды… — Ладно, всё, мы пошли. Пока, увидимся завтра!       Алекс тоже попрощался со своими друзьями, и они с Джорджем побежали под дождём за угол здания. А через минуту Франко услышал очень низкое рычание, словно из преисподней, что заставило его обернуться и увидеть, как мимо школы проплывает (в переносном, но из-за луж и в прямом смысле этого слова) голубой Mercedes G63 AMG. Заднее окно плавно открылось, и оттуда выглянули Джордж и Алекс, которые помахали Ландо, Оскару и Лили. Ребята ответили им тем же.       Франко улыбнулся, наблюдая за этой сценой. Это было так мило и так дружелюбно. Ему очень хотелось быть частью этой замечательной компании, но он знал, что ни Шарль, ни Макс не допустят этого. Да и Оскар… Франко чувствовал, что что-то не так. Может, австралиец ничего и не говорил и не делал ничего плохого, но вот напряжённые и полные скрытой боли взгляды в моменты, когда Ландо уделял внимание аргентинцу, говорили сами за себя.       Зато вот Ландо… он был только рад общению с Франко. Всегда поддерживал и старался помочь, чем может, за что аргентинец был ему бесконечно благодарен.       Пока Франко смотрел вслед уезжающему Гелику и мечтал попасть в эту компанию, он не заметил, как к нему со спины подошёл Ландо.       — О, Аргентина, ты чего тут стоишь? — Ландо говорил очень бодро и весело.       — Я… ээ… Я жду, — Франко растерялся и не знал, что ответить.       — И чего же ты ждешь? Есть кому тебя забрать? — голос шатена резко поменялся, он прозвучал неожиданно тревожно и испуганно.       — Нет… Папа на работе, — Франко сдался перед обезоруживающей заботой Ландо. Однако затем он поспешил его успокоить: — Но я вызову такси, не переживай.       — У тебя 2% на телефоне, дурачок, — Ландо слегка посмеялся и показал взглядом на верхнюю часть экрана, — сейчас он у тебя разрядится, и ничего ты не сделаешь.       Франко промолчал в ответ. Ему было нечего сказать, ведь Ландо был абсолютно прав. Сам Ландо уже думал, что может сделать в данной ситуации, а Оскар и Лили решили подойти к ним.       — Всё хорошо? Ландо, выглядишь задумчивым и озадаченным… — Оскар заметил смену настроения своего друга.       — Да, всё хорошо, — Ландо поспешил успокоить его и старался, чтобы голос звучал бодро и убедительно.       Оскар ненавидел, когда Ландо тратил нервы и напрягался из-за Франко. Хотя на самом деле не только из-за Франко. Из-за любого человека. И именно это так сильно напрягало самого Оскара. Он понимал, что это ненормально — быть таким привязанным, зависимым и ревнивым к другу. Другу же?...       Австралиец понимал, что долго он не продержится, но вдруг, словно услышав его молитвы, за их спинами раздался шум мощного мотора, лошадей на 680. Никто, кроме Франко, даже не дрогнул. Все сразу поняли: это машина Оскара. А вот Франко было очень уж интересно, как выглядит автомобиль с таким мощным мотором. Его удивление достигло предела, когда он, повернувшись, увидел ярко-оранжевый McLaren Artura, а затем услышал слова Оскара.       — О, мои приехали… — Оскар постарался звучать отстранённо, чтобы ребята не поняли, как сильно ему хотелось сесть в машину и уехать домой.       “Ты кто такой, Оскар?! Откуда у тебя такая машина?!” — мысли в голове Франко в этот момент пролетали со скоростью света, а каждый вопрос сменялся новым, ещё более интересным и загадочным.       — Ладно, мы с Лили, наверное, пойдем. Пока! — Оскар поспешил попрощаться с Франко и Ландо и взял свою девушку за руку.       Однако Ландо не хотел так просто отпускать друга. Он подошел к Оскару и по-детски его обнял, пряча свое лицо в изгибе его шеи. Это было так мило и искренне, что Оскар не выдержал и счастливо посмеялся.       — Теперь пока! — тогда уже Ландо был готов отпустить Оскара уехать домой.       В одной руке Оскар держал только что открытый зонт, а в другой — руку Лили. Они направились к машине, и, пока они шли, Франко отметил в своей голове, что Оскар и Лили прямо как идеальная пара и прекрасно смотрятся вместе. Когда они дошли, Оскар сначала заботливо открыл своей девушке дверь и только после этого сел сам. Машина тронулась довольно плавно, но очень шумно из-за рёва двигателя. Лили помахала парням через стекло, а вот Оскар предпочёл даже не оборачиваться.       Провожая машину, взгляд Франко невольно упал на интересный и креативный номер «P1ASTRI». Он сначала даже и не обратил внимания на то, что вместо одной “I” там стоит “1”, но когда заметил это, его прямо осенило: “P1” — это же “Position 1”. Он всегда первый, всегда победитель, во всём.       “Не, реально, Оскар... кто же ты?” — Франко уже окончательно запутался, ведь с виду Оскар был обыкновенным старостой класса и председателем ученического совета школы, и Франко никогда бы и не подумал, что у него в гараже стоит такой зверь с такими-то номерами. А еще у него самая классная и красивая девушка не только во всём классе, но и среди параллели в целом. С каждой минутой вопросов к Оскару становилось всё больше, а вот ответов совсем не находилось.       Из этих мыслей Франко вывел его телефон, который быстренько провибрировал и погас.       — Разрядился… — аргентинец шёпотом констатировал факт в пустоту, вспоминая слова Ландо о том, что он не успеет вызвать такси.       — Я так и думал… — Ландо ответил так же, а потом уже повернулся к Франко и добавил: — Зонта у тебя нет, я так понимаю?       — Нет… — Франко обессилено вздохнул.       Они постояли так в тишине пару минут, но потом Ландо поднял глаза со своих кроссовок и пола и увидел свой чёрный Lamborghini Urus. На его лице сразу же появилась хитрая улыбка, словно он что-то задумал.       — Я знаю, как тебе помочь! — сказал Ландо довольно и тут же взял Франко за руку. Они побежали под холодным дождём к Урусу, и от этой неожиданности Франко развеселился и почувствовал невероятную свободу и облегчение. Парни, смеясь, добрались до машины, и Ландо открыл Франко дверь, приглашая его в мир роскоши и кожи с алькантарой. Они буквально влетели в чистый и сухой салон автомобиля прямо под ошарашенным взглядом отца Ландо.       — Ландо, кто это? — отец повернулся к ним. Он говорил спокойно и, на удивление Франко, совсем без презрения или неприязни.       — Это мой друг, пап. Его зовут Франко, он новенький, — Ландо, всё ещё веселый, выпалил всю информацию отцу, а затем решительно добавил: — Мы подкинем его до дома. У его отца сейчас нет возможности приехать и забрать его, а идти пешком под этим ливнем я его не пущу! Да и, в конце концов, он мой друг, а друзьям надо помогать, — шатен говорил так решительно и убедительно, что отец понял, что смысла возражать нет. Ему, на самом деле, и не особо хотелось. Оставалось только надеяться, что этот друг живёт не на другом конце города.       — Хорошо, у меня всё равно есть время, — Ландо обрадовался, что его папа не был против. —Ладно, Франко, говори, куда тебя везти.       Отец приготовился набирать адрес в навигатор на экране Уруса, ожидая услышать какой-нибудь обычный и простой район. Но каково же было удивление обоих Норрисов, когда после паузы Франко очень тихо назвал свой район — Кенсингтон, а затем улицу и дом. Палец отца застыл над клавиатурой, ничего не набирая. Он обернулся, посмотрел на Франко ещё раз и переспросил название района. Поняв, что Франко не ошибся, отец оказался в замешательстве, ведь визуально никто и никогда бы не сказал, что такой парень может жить в одном из самых элитных и богатых районов Лондона. Но ещё удивительнее было то, что этот район был совсем недалеко от места жительства Ландо. Они были, так сказать, соседями.       — Так ты, получается… не такой, как кажется на первый взгляд… — Ландо первый прервал молчание, отмечая это в своей голове вслух.       Отец вышел из приложения навигации и объяснил Франко, почему они так среагировали. Он прекрасно знал, где находится его улица, и совершенно не нуждался в навигации: она располагалась в южной части района — самой элитной. А если проехать оттуда 5 минут на машине, то начнётся уже другой, соседний район — Челси, в котором живёт Ландо.       Первые несколько минут они ехали в абсолютной тишине, прерываемой одним лишь рёвом четырёхлитрового двигателя Уруса.       Однако Ландо эта тишина не очень нравилась. Он начал сначала разговаривать с Франко про школьный день и про математику и похвалил его за его смелость и то, что он смог решить то уравнение. А потом, всё ещё разговаривая с Франко, Ландо аккуратно и, насколько мог, бесшумно стал доставать из кармана рюкзака небольшую, но очень сильно шуршащую упаковку мармеладных мишек Haribo.       Его отец что-то всё-таки услышал и уже заподозрил, что его сын хочет снова есть в дорогом салоне машины. Он всегда ругал Ландо, когда тот ел в автомобиле или перебивал аппетит вредной едой, вместо того чтобы дождаться нормального обеда или ужина. Он кинул предупреждающий взгляд на сына через зеркало заднего вида. Ландо выпрямился и сделал вид, что ничего не делал.       Шатен шёпотом объяснил и рассказал Франко, что отец ругает его за такие выходки и вообще следит за питанием сына, стараясь не давать ему много сладкого, которое ему так нравилось.       Через секунду Ландо решился открыть упаковку. Она с сильным шумом порвалась, и Ландо понял: надо действовать быстро. Он запихал несколько мармеладок в рот, а затем протянул упаковку Франко, угощая его. На первом же светофоре отец медленно повернулся, строго смотря на Ландо. Шатен сделал по-щенячьи милые и виноватые глазки, замерев с мармеладкой во рту, от чего Франко не смог сдержать искреннего и весёлого смеха. Отец тоже улыбнулся, глядя на своего сына, и махнул рукой: “Ладно, сегодня можно”.       В Урусе наконец наступила такая приятная и по-домашнему уютная атмосфера. Ландо очень хотелось, чтобы Франко находился в подобной обстановке и настроении всегда, но пока что это было, к сожалению, невозможно из-за таких друзей, как Шарль и Макс.       Франко наконец почувствовал себя по-настоящему счастливым. Он никак не ожидал, что Ландо станет тем, кто способен развеселить аргентинца и помочь ему в любой ситуации. Франко понял, что Ландо очень скоро может стать его личным safe space и тем самым человеком, с которым можно просто быть собой.