Алая фея и её господин

      Сяо Хуан волновалась о том, что рассказала воспоминания незнакомцу, но стоило признать, что ей стало легче. Будто цепи, что сдерживали часть её души, разомкнулись, и теперь она могла дышать свободно, не беспокоиться, что кто-то узнает неприглядную правду. Тем более, что Лю Янь не стал насмехаться над её чувствами.       Он приходил каждый день, применял акупунктуру, чтобы запустить ци и не позволить крови застояться, давал ей травы, теперь их запах Сяо Хуан узнала бы сразу. Такой привычный, как и эта рутина. Боль иногда возвращалась, но реже. И Сяо Хуан впервые за всё время поверила, что сможет стать по-настоящему здоровой.       Она освоилась в его обществе, и если поначалу боялась, то теперь даже ждала. Он так ничего и не рассказал, а на все её вопросы отшучивался. Но Сяо Хуан не настаивала. Теперь она всё равно не вернётся домой, а значит рано или поздно откроет его тайны. Он тоже хранил боль и не скрывал этого, не боялся показать чувства, но и не объяснял их.        Она не вернётся домой... пожалуй, это единственное, о чём она по-настоящему грустила. Ей было жаль родителей. Наверняка они думали, что она погибла. Вот бы передать им весточку, что с ней всё хорошо. Хотя бы это.       В один из дней Лю Янь делал привычный массаж ног, однако сегодня он длился дольше. Пальцы скользнули выше лодыжек к коленям. Мягкие плавные движения вызывали тепло под кожей и расслабляли мышцы. Сяо Хуан уже привыкла к его рукам и больше не вздрагивала от игл или случайных касаний, полностью ему доверяя.       — Тогда, четыре года назад, отец как-то вызвал меня к себе и объявил о нашей помолвке. Сказал, что в скором времени я перееду в дом к своему... мужу, - задумчиво произнесла она. Теперь эта история не порождала в ней тревогу и неприязнь. Всё как будто осталось далеко позади.       Лю Янь на удивление оказался внимательным слушателем, не отпускал язвительных замечаний и продолжал лечить, позволяя ей собраться с мыслями.       — Может, всё бы было иначе,  если б не его равнодушие. Холодность.       Она поёжилась, словно сюда и правда ворвался холодный ветер. Однако на улице по-прежнему светило палящее солнце, заставляя жителей прятаться в тени. Сяо Хуан вздохнула. Теперь она видела связь её прошлого с настоящим и будущим, о которой говорил Лю Янь. Едва ли она сама бы додумалась до этого.       — Неужели мои чувства привлекли эту болезнь? – спросила Сяо Хуан. — Тогда сейчас… мне должно стать лучше?       — А вот это мы сейчас и проверим, - Лю Янь поднялся, протянув ей руки. — Вставай.       В его глазах мелькнули озорные искорки.       — Что? – удивилась Сяо Хуан.       — Уже расхотелось ходить на своих ногах? - усмехнулся он. - Понравилось, что я ухаживаю за тобой?       Сяо Хуан села на край кровати, осторожно спуская босые ноги на деревянный пол.       Яркие нити ци застыли под её кожей, поблескивая узорами и отмечая рисунок энергетических каналов. Она смотрела, как свет жидким золотом струился внутри, пульсировал, отмечая ритм её дыхания.       — Не волнуйся, со временем они исчезнут. Не полностью, но всё же. Пока что энергия свежая и только лишь приспосабливается к твоему телу.       Сяо Хуан спохватилась и вложила свои ладони в его. Суставы ещё побаливали, но без движения их не восстановить. Она вздрогнула, когда он сжал её пальцы.       — Ты уже можешь, не бойся, - улыбнулся Лю Янь.       Судорожный трепет разлился в её сердце. Вот сейчас её первые шаги на здоровых ногах, в новую жизнь. Без боли и сожалений, без страхов... без...       Она поморщилась, когда вес тела распределился по ногам. Они стали такими чувствительными, ци мелкими иголками пробегала под кожей, покалывая вдоль каналов. Казалось, былые силы покинули её. Пускай их и было немного, но сейчас она не чувствовала даже этого.       — Ощущения пройдут, когда мышцы окрепнут, - сказал он, опуская взгляд на её ноги. – Теперь нужно заняться их восстановлением.       — По крайней мере… нет той боли, - сказала она, поведя плечом и возвращая лицу спокойное выражение, хотя внутри мешались тревога и радость.       Сяо Хуан сделала пару шагов, ощущая, как напрягаются мышцы, как пальцы касаются прохладного дерева, как суставы ноют от непривычных движений. Казалось, в комнате стало ещё жарче, дыхание участилось.       То, что для многих было обыденным и незаметным, для неё превратилось в момент, знаменующий свободу. Совсем скоро она забудет о навязчивой боли навсегда и сможет пойти, куда захочет и делать, что вздумается.       — Если бы не я, этого бы не случилось, - сказал он, словно обращаясь к самому себе.       — Я благодарна, - выпалила она, ощущая, как левая нога ослабела. Перелом в ней был сложнее и лечить её пришлось дольше. Он поддержал её под локти, ощущая, как она впилась в его руки.       Сяо Хуан не могла не признать, что в его словах была правда. Он много времени проводил с ней, приготовил столько лекарств. Его наставления не всегда были понятны, но она следовала им, надеясь, что они принесут результат.       — Безусловно, – улыбнулся он. В его глазах мелькнул ироничный блеск.       — Господин, вы знали, что сможете вылечить меня, ведь так? – спросила она, внимательно посмотрев ему в глаза.       — Несомненно, я лучший целитель, который у тебя был, но мы не всесильны, - сказал он, нахмурившись.       Сяо Хуан снова увидела тень, мелькнувшую на его лице. Что он видел в этот момент? Прошлое, настоящее, будущее? Человека, которого любил и потерял?       Кем он был? Сяо Хуан ещё помнила окровавленную сталь в его руках и ожесточение в лице, что так противоречило образу целителя. Однако ей удалось увидеть и другую сторону – с какой заботой и вниманием он отнёсся к её недугу, как точны были его указания, принеся желанное облегчение. Лю Янь не сомневался в своих словах, безошибочно знал, что делать, и эта уверенность передалась и ей. Она часто подмечала, насколько же он был не похож на других целителей, которые давали столь пространные обещания, что их следовало сразу же выставить за дверь, однако их семья хваталась за любую возможность исцеления, давая шанс всем, кто дарил хрупкую надежду. Как показывало будущее – ложную.       — Ты здорова, - сказал он, медленно отпуская её.       Сяо Хуан не сразу осознала его слова. Они ничего не значили, пока…       Она осторожно сделала шаг. Внутри всё сжалось от трепета — чуть больше уверенности, чуть меньше боли. Её ноги только недавно казались чужими. Каждое движение было новым, ярким ощущением. Она чувствовала всё — от легких покалываний по коже до долгожданной лёгкости в ногах.       — Здорова, - прошептала она. Без поддержки тело казалось хрупким.       Её глаза наполнились теплом и благодарностью. Шаг, второй, третий… страх и дрожь уходили, уступая место ощущению свободы.  Сердце забилось быстрее.       — Я … я смогла, — прошептала она, с трепетом и удивлением в голосе, глядя на него. — Благодаря вам…        Он наблюдал за ней с лёгкой улыбкой, его карие глаза казались теплее, чем обычно.        — Хорошо, - сказал он, глядя ей в глаза. — Теперь ты свободна от недуга, нужно лишь дать время мышцам окрепнуть. Но не перетрудись – всё хорошо в меру. Ты мне нужна полностью здоровой.       Сяо Хуан чувствовала, как внутри разрушалась стена из тревог и страхов, воздвигнутая в душе за период болезни. За столь долгое время они стали её частью, томительной, истязающей, но привычной. Они спасли её от нежеланного будущего, но не позволяли двигаться вперёд. Из-за них она отказывалась от долгих прогулок, интересных встреч, тренировок с отцом – тех простых вещей, которые вместе делали жизнь радостной и приятной. Теперь же Сяо Хуан могла наполнить её, чем хотела. И именно в этот момент она поняла, что его слова о свободе, — это не только о здоровье – о чём-то большем, о возрождении, которое изменит всю её жизнь.        Следующие несколько недель она внимательно следила за ощущениями в ногах, вставала, пыталась делать больше шагов. Иногда внезапно наваливалась усталость. Лю Янь предупреждал об этом, но ей казалось, что худшее позади. Сяо Хуан хотелось побыстрее распрощаться с остатками болезни и забыть прошлое. Лю Янь всё реже приходил к ней, иногда справляясь о здоровье, а затем и совсем пропал.       Сяо Хуан теперь могла заботиться о себе сама. Она оглядела помещение, в котором поселилась. Бай Су Че рассказала, что его называли Домом Цветущего Пиона, рядом раскинулся сад слив. Её новый дом располагался на небольшом острове посреди водоёмов, часто здесь бывали туманы, так что забрести сюда случайно было невозможно. Никто её здесь не найдёт, даже если постарается. Однако мысли о прошлой жизни всё же посещали Сяо Хуан, невидимая тонкая нить словно держала её. Ей стало скучно бродить вокруг, Лю Янь исчез и даже ничего не сказал, не спросил долг за лечение. Не обмолвился о том, что ей нужно делать дальше. Ничего.       Сяо Хуан поняла, что за эти несколько месяцев привязалась к нему и теперь скучала. Каким бы ироничным и едким Лю Янь порой не был, он исцелил ей. Спас тогда, когда никто не мог. Безграничная благодарность в её сердце окрасила его образ в мягкие тёплые оттенки, делая таким живым и близким.       Она гуляла между сливовыми деревьями, в очередной раз поражаясь, сколь же много здесь растений, а затем остановилась и взглянула на ноги. Теперь она часто ходила босиком, хотя раньше никогда бы так не сделала. Ей нравилось ощущать мягкость травы, прохладу росы, твёрдость камней – что угодно, кроме боли.       Узоры поблекли, однако в лучах солнца всё ещё были видны. Сяо Хуан подняла подол платья, оголяя ноги до колена, а затем прижала ладонь к коже. Свет пробивался сквозь пальцы, озаряя тело мягким сиянием. Лю Янь сказал, что они останутся с ней навсегда, но это лишь малая плата за её здоровье. Она погладила подвеску лотоса на груди. Богиня всё же услышала её.       Спасибо тебе, спасибо… без тебя бы…       — Вижу, ты уже восстановилась.       Она вздрогнула и обернулась. Рядом стоял Лю Янь и смотрел на свою ладонь, над которой парили несколько фиолетовых жучков.       Сяо Хуан улыбнулась и подошла к нему.       — Господин, вы так надолго пропали, я волновалась…       Один из жуков приблизился к ней. Она протянула руку, желая коснуться его.       — Они ядовитые. Как и всё здесь. Разве Бай Су Че тебе не говорила? — Лю Янь поднял на неё взгляд и убрал ладонь. Жуки разлетелись в разные стороны, прячась в синие цветы. Сяо Хуан опустила руку.       — Что ж, мне придётся многому тебя научить. Настало время вернуть долг.       Сяо Хуан долго раздумывала над словами Лю Яня. Признательность в её сердце растворяла все сомнения в его мотивах. Он просто не мог оказаться плохим человеком. Злые люди не лечили других, не спасали жизни, не ухаживали за больными, не сидели у их кроватей всю ночь напролёт… Что бы он не попросил её сделать, она исполнит это. Последует за ним через любую тьму и ожившие кошмары, лишь бы спасти его, как он когда-то.       — Господин, - сказала Сяо Хуан, опускаясь на колени. — Отныне моя жизнь принадлежит вам.       Она сложила руки в ритуальном жесте и опустила глаза.       Жизнь за жизнь – больше ей нечего ему отдать.       Тишина заполнила долину. Сяо Хуан боялась поднимать взгляд, боялась увидеть пренебрежение или недовольство в его глазах. Ей было всё равно, что думали о ней люди, однако сейчас нечто мимолётно изменилось.       Он погладил её по запястьям, спускаясь к локтям и помогая встать.       — Я принимаю твой дар, - сказал он, и лукавая улыбка играла на его губах.