Дочь Келла тьмы

Неомуна была странной. Пустой город. Ни души на улицах. Только голограммы и роботы-уборщики. — Где все? — спросил Ворон (по связи, он остался на Земле). — В матрице, — ответил я, идя по неоновому проспекту. — Они загрузили себя в Облачный Ковчег (CloudArk). Их тела спят в бункерах, а сознания живут в VR. — Удобно, — хмыкнул Маркус. — Не надо бояться бомб. Нас сопровождали Облачные Бродяги. Рохан был молчалив. Он сканировал периметр. А Нимбус... Нимбус был проблемой. Он летел на своем борде, делая трюки. — Оу-е! Смотрите, как я пролетел между теми турелями! Стиль! Мы остановились, чтобы взломать терминал Теневого Легиона. Нимбус подлетел ко мне. — Эй, четырехрукая! Дай пять! Мы надерем задницу Калусу, да? Это будет эпично! Как в кино! Я не выдержал. Стресс от перелета, страх за город, молчание Странника — всё навалилось. — Это не кино! — рявкнул я, отталкивая его руку. — Люди умирают, Нимбус! Мои друзья на Земле могут быть уже мертвы! А ты ведешь себя как подросток в парке аттракционов! Нимбус опешил. Его улыбка сползла. — Эй, полегче. Я просто держу настрой. — Настрой? — я ткнул пальцем в его хромированную грудь. — Калус сотрет этот город в порошок. Твой "настрой" не остановит ракеты. — Ирикс, хватит, — спокойный голос Рохана. Гигант подошел к нам. Он возвышался надо мной на две головы. — Он не беспечен, — сказал Рохан, глядя на своего ученика. — Он спешит жить. — В смысле? — Облачные Бродяги — это киборги, — объяснил Рохан. — Мы добровольно модифицируем свои тела нано-технологиями, чтобы защищать город. Но цена этих улучшений — жизнь. Он постучал по своему реактору в груди. — Наши импланты убивают нас. Срок службы Бродяги — 10 лет. Мне осталось... несколько дней. Нимбусу — 9 лет. Я замолчал. Стыд обжег меня. Они были как свечи, которые горят с двух концов, чтобы дать максимум света. Нимбус веселился не потому, что был глуп. А потому что у него не было времени на грусть. — Прости, — тихо сказал я Нимбусу. — Я... я сужу по своим меркам. Я привык выживать любой ценой. А вы... вы живете, чтобы умереть. Нимбус пожал плечами, снова натягивая улыбку, но теперь она была грустной. — Все норм, Артист. У каждого свой таймер. Просто мой тикает громче. Я посмотрел на его ховерборд. — Давай сюда свою доску, — буркнул я. — Я видела, у тебя стабилизатор барахлит на поворотах. Починю. Чтобы ты мог делать трюки еще круче. Нимбус просиял. — Реально? Ты лучшая! В этот момент я понял: этот город стоит того, чтобы за него драться. Не ради технологий. А ради этих безумных парней, которые меняют десятилетия жизни на возможность защитить свой дом. Интерлюдия IV: Рохан [Крыша небоскреба] Рохан наблюдал, как Ирикс возится с бордом Нимбуса. Её четыре руки работали с невероятной скоростью, перепаивая нано-цепи. Старый Бродяга чувствовал усталость в каждом суставе. Его время истекало. — Она похожа на меня, — подумал он. — Чужак. Она не Эликсни и не человек. Она инструмент, который обрел душу. Она понимает цену жертвы. Он знал, что ему придется сделать. Радиальная Мачта должна быть уничтожена. И он знал, что не вернется с этого задания. — Нимбус еще не готов, — вздохнул Рохан. — Но с такими друзьями, как она... может быть, он справится.