Цена свободы

      Тоби резко распахнул входную дверь. В лицо ударил леденящий кожу ветер. Воздух пробрался под воротник куртки, заставив плечи непроизвольно сжаться. Вокруг кружила листва, сухая и тонкая, зато по лицу била она отменно, прилипая к щекам. Неподалеку шумели ветки, раскачиваясь под порывами ветра, где-то скрипело старое дерево. Определенно стало холоднее, чем обычно, и в целом на улице было довольно пасмурно. Хотя жары здесь и не могло быть…       Тоби это, кажется, совсем не волновало. Даже не шелохнулся от мороза, наоборот, снял свою клетчатую рубашку и завязал на серых рваных джинсах. Парень весело бормотал себе под нос мелодичные мотивы, бодро шагая за угол дома в одной черной футболке. Ты, в свою очередь, поежилась, спрятав руки глубже в карманах потрепанной аляски. Черт, как же холодно в этих обносках…       Вот сколько ты ещё будешь ходить в одних и тех же вещах? Если так подумать, то Оператор даже не подумал выдать тебе новую одежду. Да, у тебя появилась целая отдельная комната, причем, довольно приличная. Кровать, тумбочка, даже шкаф, все на месте! Но на этом вся гостеприимность и закончилась. Знакомься со всеми сама, готовь сама, думай во что одеваться — тоже. А ведь каждый человек хочет комфорта, особенно в таких стрессовых условиях. Почему он не подумал об этом?       Забавно, как изменилось твое отношение к Оператору. Как сильно ты дрожала от страха некоторое время ранее, и как незаметно начала придумывать претензии, словно он был не ужасающим безлицым монстром, а халатным начальником, который совсем не заботился о своих сотрудниках.       — Мне нужны новые вещи. Я не могу ходить в одном и том же, — ты толкнула Тоби в плечо, чтобы он наконец отвлекся от своего пения. Он остановился и осмотрел тебя с ног до головы, медленно, не торопясь, будто оценивая реальную значимость твоих желаний. Будто твои грязные кеды и дырявая аляска не говорили сами за себя!       — П-потом, — он махнул рукой и развернулся, — у нас е-есть дела поважнее.       Тебя каждый раз удивляло его безразличие к жизни. Тоби будто не волновало ничего — ни ты, ни его соседи, ни его босс, одни лишь топоры были ценнее его собственного существования. Он продолжил насвистывать глупые песни, будто попугай, пока ты не могла поверить, что такие люди действительно существуют.       Ты вытащила руку из кармана куртки и осмотрела ее. Жутко, но следы его пальцев до сих пор украшали твое запястье красноватым оттенком. Надо же было так схватить… Наверное, завтра окрасятся в фиолетовый, если метка не сработает. Отстой.       Вы прошли к узкой дорожке, украшенной опечаленными нежными ивами. Их листья, будто мертвые, приобрели необыкновенный сероватый оттенок. Вам приходилось разгребать листву руками, чтобы увидеть, куда идти. Помимо деревьев, тебе в глаза бросились роскошные бутоны глубокого кровавого оттенка. Кусты роз активно цвели в этом прекрасном готическом саду, несмотря на непогоду. Кажется, у всего живого этого поместья были свои правила.       В конце аллеи вы обнаружили дряхлое кирпичное сооружение. Одноэтажное старое здание покрылось мхом и не представляло из себя ничего особенного. Впрочем, домик выделила его покрытая сажей толстая труба, уходившая далеко в небо. Густой серый дым сочился из ржавого кончика, намекая на предназначение этого хрупкого здания.       — Ну и что мы тут забыли?       — Да там камеры вы-вырубились, нужно их включить.       Тоби с усилием пробился через крепкую металлическую дверь. На секунду показалось, вот-вот, и парень вырвет ее со старыми скрипучими петлями.       Внутри вас ждал терпкий запах гари, моментально заполнивший ноздри. На стенах сажа, вокруг контейнеры мусора и оставленная старая мебель. Столы, ещё один необычный диван, даже разломанная пополам дверь…       Посреди воцарилась огромная печь с чугунной дверцой, вокруг которой даже металл оплавился от жара. Это настоящий мусоросжигатель.       Как много всего тебе предстоит ещё увидеть здесь? Справедливости ради, ты даже не думала о том, как они утилизируют всякий хлам.       — Ну, что с камерами? — ты поморщилась от мерзкого запаха и заткнула нос рукавами.       — Да в-вот… Бля, — его тон резко поменялся на усталый и раздраженный, — Смотри.       Ты проследила за его взглядом. Сверху в углу висела старая камера, вся грязная и пыльная. Но вот незадача — объектив покрылся длинными трещинами, словно паутинкой, где-то откололось стекло. На полу валялись маленькие осколки. Кажется, кое-кто его разбил.       Ты толкнула один из маленьких осколков ногой и опустилась на корточки. Что-то подсказывало тебе осмотреть их. И не зря — свежая капелька крови упала со стеклышка на холодный бетон. Сердце пропустило удар. Дерьмо. Почему она такая свежая? Тоби посмотрел на тебя и нервно ухмыльнулся.       — Кажется, у нас г-гости.       Как только он проговорил эти слова, где-то позади мусоросжигателя послышались шорохи. Тихие, совсем не заметные, ты даже не обратила на это внимание. И быстро пожалела.       Осколки завлекли тебя настолько, что ты и не заметила, как к Тоби подлетел незнакомец. Грязный, окровавленный худой мужчина выбежал к твоему напарнику, держа в руке что-то острое. Его одежда висела на нем оборванными тряпками, волосы висели запутанными клоками, будто он давно тут поселился.       Мужчина выглядел напуганным и безумным, словно это вы пришли на его территорию. Его зрачки сузились, а тело двигалось будто по инерции. Тоби успел отмахнуться и отбежал в сторону, схватившись за топор. Черт, только этого не хватало.       — СДОХНИТЕ, ПОДОНКИ! — мужчина визжал как свинья, громко и пискляво, размахивая ножиком. Слюни летели с его губ, глаза налились кровью. Он явно потерял рассудок… Страх и голод сделали свое дело. Даже если раньше он и был человеком, то теперь перед вами стояло лишь подобие загнанного зверя. Нет времени думать, нужно действовать!       Пока он махал ножиком как сумасшедший, ты рванула вперед и толкнула его в поясницу, сбив с ног. Он рухнул на бетон, глухо ударившись и завыв от боли, а ты села на его спину и прижала его плечо коленом к полу. Левой рукой схватила за волосы, фиксируя голову, правой заломила руку с ножом за спину.       Сколько ещё раз тебе придется благодарить себя, папу и Всевышнего за армейские навыки? Сколько раз ты используешь их на практике? Сердце билось в груди как бешеное, но уже не от страха, а от сладкого ощущения победы, спасения. Ты даже улыбнулась, но не ожидала подставы.       Ты думала, что решила проблему, но напористый мужик кряхтел, извивался и, наконец, смог дернуть пальцами, державшими нож. Один момент и твое запястье залилось кровью. Боль пронзила все тело.       — СУКА!       Это была ошибка! ОГРОМНАЯ ОШИБКА!       Ты отпустила его и отпрянула назад, спохватившись за свежую рану. Этого хватило, чтобы безумец смог перевернуться и вновь накинуться на тебя. Когда нож вновь полетел в сторону твоего лица, ты осознала, что у тебя есть лишь один шанс выжить.       Здоровая рука метнулась к карману, схватила уже знакомую рукоять и полетела вперед. Секунда и летевший в твое лицо нож остановился у твоих волос. Что-то горячее потекло по щеке.       Твое блестящее лезвие вошло слишком мягко в мужскую грудь. Рука будто провалилась в этой горящей теплом плоти. В этот раз все было совсем не так, как с Ричардсоном… Слишком быстро, слишком глубоко, слишком страшно. Твое сердце остановилось в момент, когда ты проткнула сердце незнакомца, будто разделяя его боль.       Он замер. Его очередной вопль перешел в бульканье, он захлебывался своей собственной подступившей к горлу кровью. Из его рта хлынула бордовая жидкость с запахом металла, залив всю твою шею, грудь и живот.       Нож звонко рухнул на окровавленный бетон, будто отрекаясь от своего хозяина. В конце концов, свою работу он точно выполнил и служил мужику верой и правдой до самого конца.       Голова гудела и твой взгляд намертво закрепился на лице неизвестного мужчины. Ты видела, как душа постепенно покидала его дико искрившиеся глаза, а рот перестал раскрываться в поисках кислорода. По телу прошел жутчайший мандраж. Он все еще сидел на тебе. Тяжелый, теплый, но уже мертвый.       И вдруг его голова дернулась.       Неестественно, резко, будто кто-то потянул его в сторону. Это был топор, быстрый и молниеносный, рассекавший воздух своим острейшим металлом. Мгновение, и голова с громким хрустом полетела прочь. Из шеи хлынул очередной фонтан крови и из твоего горла вырвался истеричный крик. Ты моментально сбросила с себя измученное тело в сторону.       Взглянув вверх, ты увидела стоявшего над тобой Тоби, уже покрытого потоком хлынувшей крови. Он улыбнулся слишком мягко и заботливо для той ситуации, в которой вы находились, а затем наклонился. Ты почувствовала резкое жжение, как только брюнет коснулся пальцами твоей щеки.       — Успел резануть, в-вот же уб-блюдок, — его беспокойный, но безумный и удовлетворенный взгляд вновь переметнулся на вашу жертву. Он переступил через тебя и подошел к обезглавленному телу. Выпрямившись, он занес топор за спину и…       Хруст!       Бах!       Удар за ударом, Тоби разделял тело бедного мужчины по кускам, конечности, шею, живот, все отдельно и кропотливо. Кровь разлеталась по стенам, раскрашивая серые, покрытые сажей стены в яркий алый цвет. Ты сидела в паре метров от ужасающей сцены убийства и не могла поверить своим глазам.       Неужели ты такая же?       Заброшенная военная база и окровавленное тело Майкла Ричардсона предстали перед глазами. Его форма лежала в черном мусорном пакете, готовая для сожжения, а его голое тело развалилось на холодной старой плитке, в луже своей же крови. Ты долго просто смотрела на него, в панике бегая из стороны в сторону, вырывая волосы на своей голове и царапая кожу, не зная, что делать. Но сколько бы ты не металась, в голове висело лишь одно решение.       Избавиться.       Нужно избавиться.       И так, ты хлестала его таким же мощным топором направо и налево, покрываясь кровью ненавистного человека. Ты рвала и метала, проходясь острым лезвием по одним и тем же местам сотни раз, крича и плача от злобы и обиды. Ведь это ОН сделал тебя такой! Это ОН виноват в том, что тебе пришлось рубить его на куски!       Ты помнила, как все вокруг покраснело. Как все твое лицо залилось этим ужасающим цветом, как долго тебе чудилась его кровь на своих руках, как бы тщательно ты не терла руки мылом и всеми иными очищающими средствами. Как боялась, что тебя определенно найдут.       И то, каким ты видела Тоби сейчас… Определенно ничем не отличалось от тебя в прошлом. Ты поступила точно так же с человеком, который, вероятно, заслуживал любого другого наказания, кроме жестокой смерти. И пускай не привыкла показывать свои эмоции, в душе ты точно насладилась своей расправой. Абсолютно так же, как и он…       Тоби, наконец, закончил свое грязное дело и вздохнул полной грудью, прежде чем подойти к тебе. Ты отвернулась, пройдясь пальцами по своей щеке. Кожа вновь защипала. Кажется, он и правда успел задеть тебя. Отлично, теперь у тебя появилось напоминание о втором убийстве прямо перед глазами, если останется шрамом…       Брюнет присел перед тобой на корточки, схватил тебя за подбородок и повернул к себе. Тебя ужаснуло количество крови на его щеках, веках, на лбу. Как мерзко она пахла и текла по его скулам вниз, вдоль шеи. Он безумно оскалился, раскрыв тебе красоту своих зубов.       — Поздравляю с п-первым. Или со в-вторым? Забыл, — он хихикнул, улыбнувшись ещё шире. Ты медленно поднялась на ноги, опираясь о его крепкие, липкие от крови руки. Порезанное запястье продолжало ужасно неприятно жжечь.       Но когда ты встала, твое внимание привлек пластырь на его щеке. Тот самый, грязный и потресканный, так и просил, чтобы его уже отклеили. Ты молча и резко сдернула пластырь, не задумываясь, о чем сразу пожалела.       — Охуеть.       Тоби не пытался остановить тебя, но и не ожидал, что ты сделаешь это. Ему стала интересна твоя реакция. Он хотел увидеть весь твой ужас и отвращение. Ведь ты определено не была готова к тому, что увидела.       За пластырем скрывалась огромная мерзкая ДЫРА. Рваные края, торчащее изнутри мясо, виднеющиеся зубы сквозь ее прорезь. Когда Тоби улыбнулся, дыра растянулась, и было видно, как задвигались мышцы под кожей. От отвращения свело скулы.       Причем, нельзя сказать, что кто-то вырезал это отверстие на его щеке. Нет, хуже всего было то, что она выглядела… прогрызенной. Будто он прикусил щеку и перестарался с напором. Боже, как же мерзко.       Вот зачем нужен этот гребанный пластырь. Конечно, не могло быть ещё одного парня с обычной человеческой внешностью, кроме Тима. А зачем? Так не интересно. Вон, держи напарника с дырой в щеке, будет очень-очень весело!       Но, если честно, после всего увиденного, эта погрызанная дырочка удивила тебя меньше всего. Ты лишь горько усмехнулась, разочаровавшись в своей очередной мерзкой находке. Все равно худшее, что могло произойти, уже случилось.       — Стр-рашно? — Тоби наклонился вперед, прямо к твоему лицу, и ты теперь не могла отвести взгляд от отверствия в его щеке. Казалось бы, он улыбался, сжав губы, но ты все равно видела его зубы… Удивительный, но не самый приятный случай.       Ты огляделась по сторонам. На смену строгому бетонному минимализму пришло кровавое месиво, залившее все стены. От мужика так совсем ничего не осталось, ты не могла больше отличить, на какую часть тела ты смотрела. Тяжелый вздох наполнил твое сердце ужасным бременем. Ты запомнишь этот день на всю жизнь.       — Знаешь, после всего сегодняшнего дерьма, твоя щека… Просто мелочь, — ты отвернулась, борясь с кашей в голове.       Ты старалась не смотреть на труп, лежавший прямо под разбитой камерой. Не смотреть на осколки, полностью забрызганные кровью и не вспоминать угасающую искру в глазах незнакомца. Он хотел выжить, вернуться к своей обычной жизни… Поэтому так боролся. Но вы не оставили ему и шанса. Вернее ты не оставила ему и шанса. Потому что ты положила начало конца, когда достала свой нож. Тоби лишь доделал неизбежную работу. Ты — истинная убийца этого бедолаги.       А в глазах Тоби появился голод. Его взгляд скользил по тебе медленно и жадно, от красивых ножек в коротких шортиках к торчащей из-под майки груди. Он проследил за тем, как темная капля медленно проползла вниз, от подбородка вдоль шеи до глубокого выреза.       Ты была вся в этой крови, ты была пропитана ею. Пахла железом и смертью, стояла в паре шагов от разрубленного тела, и смотрела куда-то сквозь него, да так эстетично, что у Тоби аж перехватило дыхание.       — Как т-тебе ид-дет кровь, — он выдохнул это прямо в твой рот. Его липкие холодные губы соприкоснулись с твоими и вы почувствовали вкус металла на своих языках.       Он игриво облизнул твою нижнюю губу, прежде чем укусить и оттянуть ее, настойчиво напрашиваясь внутрь. Он впивался руками в твою талию и прижимался так близко, будто жаждал слиться воедино, почувствовать тебя полностью.       Ты не сопротивлялась, но и не отвечала. Конечно, ощущала прикосновения, сбитое дыхание и твердый бугор в его джинсах, что становился все больше с каждой секундой. Но не могла ответить… Ведь краем глаза видела отрубленную руку, лежавшую в луже крови. Чувствовала запах крови, знала, что за вами лежит расчлененный труп. Ты смотрела на эту чертову руку, пока он целовал тебя, и чувствовала себя ужасно за то, что позволяла Тоби посреди всего этого ужаса.       Но парень не сдавался. Он становился все настойчивее, прижимался сильнее, схватив тебя за волосы. Он делал это не больно, скорее приятно, будто знал, что сделать, чтобы ты сдалась. Он перешел на твою шею и покрыл ее мокрыми поцелуями, слизывая застывшую кровь. Его губы щекотали кожу, невесомо и мягко касаясь нежной шеи. С твоих уст слетел стон наслаждения, и стыд моментально накрыл с головой. Ведь ты знала, чью кровь он сейчас убрал с твоей шеи.       Впрочем, для Тоби это была настоящая победа. Ты проиграла, даже не подозревая об этом, ведь накрыв твои губы во второй раз, он все-таки добился углубления поцелуя. Ты, слабо, но раскрыла рот и вы обменялись кровью на своих языках, от которой сразу же закружилась голова. Он стонал в твой рот, прижимаясь и медленно двигаясь в такт вашего поцелуя. Он открыто ублажал себя об твои шортики и ты не собиралась ему препятствовать. На это совсем не осталось сил. Зато силы были на то, чтобы зарыться руками в его волосах и в очередной раз обкусать его губы чуть ли не до крови.       Все равно все плохое уже свершилось. Рядом уже лежал труп, вы уже обменялись его кровью на своих языках и при желании могли бы зайти намного дальше, несмотря на куски мяса по всему мусоросжигателю и открытую нараспашку дверь.       Вы отпрянули друг от друга, он максимально возбужденный, а ты растерянная и отстраненная. Вся твоя одежда была в красных пятнах, особенно после окровавленных рук Тоби, а металлический вкус прилип к языку намертво. Было неловко смотреть ему в глаза, ты знала, чем это обернется. Поэтому перевела взгляд на… безжизненную, отрубленную голову.       — Т-ты пахнешь с-смертью, Т/И, — шепот Тоби пустил дикую волну мурашек по твоей коже.       Дикий страх засел в груди. Тяжелый, холодный, он скрутил желудок и сдавил горло. Ты молчала. Не потому, что говорить нечего, а потому что слова застряли где-то между глоткой и ртом, не в силах пробиться наружу.       Ты просто стояла и смотрела, как кровь капала капля за каплей с твоих шорт на бетон. Лужа подбиралась все ближе, липла к подошве, смешивалась с тем, что осталось от человека, которого ты убила. Нельзя представить себе день ужаснее.       Но хуже всего было то, что тебе определенно понравилось.