Календарь страха и привязанности, или Как Олень спас Новый год

Четырнадцатое окошко разлетелось с таким грохотом, будто кто-то решил встретить Новый год при помощи динамита. Из клубящегося облака пыли вылетел парень на метле, украшенной гирляндами и конфетти. Он выглядел так, словно Гарри Поттер пережил тяжёлое утро после ещё более тяжёлой ночи: растрёпанные волосы, как будто он пытался оседлать торнадо; круглые очки, треснувшие в трёх местах; мантия, щедро усыпанная блёстками, которые осыпались при каждом движении, как надежды на спокойный декабрь. Метла под ним скрипела и носила гордое название «Последняя надежда на магию». Пах он смесью тыквенного пирога, радостных слёз и лёгкого отчаяния. — Привет, смертные! — прокричал он, пролетая под потолком по опасной траектории. — Я — Ким Тэхён, повелитель эмоциональных качелей и специалист по душевным травмам! Юнги устало выдохнул: — Специалист по чему? — По превращению вашей жизни в американские горки, конечно! — Тэхён сделал сальто на метле. — Только без страховки и с просроченным билетом! Он взмахнул палочкой, и пятнадцатое окошко распахнулось с треском, будто кто-то решил открыть пиротехнику без согласования с пожарной инспекцией. За ним появилась дверь с табличкой «Вход для слабонервных», которая словно насмехалась над каждым, кто осмелится войти. Тэхён спрыгнул с метлы с видом экскурсовода в самом странном доме ужасов: — Ну что, готовы нырнуть в пучину своих чувств? Намджун сглотнул и поправил прядь волос: — Там случайно не завёлся какой-нибудь монстр? Не знаю… паук размером с холодильник? — Только если монстр — это твои невысказанные обиды, — подмигнул Тэхён. — Они вполне тянут на холодильник. Юнги, закатив глаза, распахнул дверь. За порогом скрывалась комната, похожая на ночной клуб для чувств на последней стадии вечеринки. Стены пульсировали всеми оттенками сразу, будто кто-то устроил дискотеку внутри хамелеона. В углу плакала Радость, причитая о потерянных надеждах. По потолку ползали мелкие, но крайне назойливые Страхи с огромными глазами-наблюдателями. В центре комнаты танцевала Неуверенность, спотыкаясь о собственные сомнения. Эмоциональная атмосфера комнаты была настолько густой, что ее можно было резать ножом. Герои замерли. Юнги хотел развернуться и уйти, но решил, что это будет слишком по-детски. Намджун попытался сохранять серьёзный вид, но вышло так, будто он увидел призрака и теперь пытается притвориться, что ему это понравилось. Тэхён ходил вокруг, как опытный психолог, и делал заметки в воображаемом блокноте. Комната начала меняться. Радость неожиданно запела — голос у неё был, как у кошки, которой наступили на хвост. Страхи на потолке попытались танцевать и делали это даже хуже, чем Юнги на школьной дискотеке. Неуверенность же двигалась так, будто только что вышла из бара. Герои оказались втянуты в странный танец эмоций. Юнги игнорировал всхлипы Радости. Намджун избегал взгляда Страхов. Тэхён наслаждался происходящим, как зритель в первом ряду театра абсурда. Постепенно парни осознали: каждое чувство в комнате — это их собственные переживания. И чтобы выбраться, придется принять их все, даже самые неприятные. Чувства вдруг сплелись в один эмоциональный вихрь, вынуждая каждого взглянуть на себя по-новому. Принять всё сразу они не смогли — но первый шаг сделали. Когда они вышли, их взгляды стали другими — не просветлёнными, но более честными. Не успели они опомниться, как шестнадцатое окошко распахнулось, показывая зеркало, которое отражало не внешность, а истинные чувства. В отражении Юнги увидел себя плачущим от счастья, что было настолько неожиданно, что он лишь слегка улыбнулся. Намджун увидел себя одиноким, но счастливым от этого одиночества, что было ещё более странно. — Что за бред? — недоверчиво спросил Юнги. — Это не бред, — хихикнул Тэхён. — Это ваша правда. Приправленная щепоткой магии и двумя ложками сарказма. Парни уже понимали правила, поэтому просто приняли увиденное. Их подбросило в семнадцатое окошко. Перед ними раскинулся лабиринт страхов: одиночество в виде огромного осьминога, Неуверенность, которая как маленький щенок, постоянно писающийся. Боязнь быть отвергнутыми, в образе толпы кричащих фанатов. И самое главное — это страх открыться перед близким и любимым человеком, который был, как застёгнутая на все пуговицы рубашка. Тэхён парил над лабиринтом: — О, смотрите! Ваш страх перед публичными выступлениями. Такой милый таракашечка! Они прошли испытание с неожиданным достоинством. — Что там дальше? — выдохнул Юнги. Он мечтал вернуться к своей тихой жизни. Восемнадцатое окошко открыло комнату, наполненную мягким светом. Кресла-качалки, тихие звуки природы, уют — словно мир дал им передышку. — Здесь вы принимаете себя, — сказал Тэхён, спрыгивая с метлы. — Если хотите. Хотя Юнги всё ещё пытался понять, почему его страх перед публичными выступлениями выглядит как таракан в балетной пачке. Он чувствовал покой, которого так долго ждал. Но счастье было недолгим… Девятнадцатое окошко распахнулось под звуки органа — им предстоял урок танца. Юнги двигался так, будто его било током в такт музыке. Намджун — как робот без обновления прошивки. Тэхён же кружился, как звезда сцены. — Красота! — воскликнул он. — Юнги, ты танцуешь так, будто наступил на лего! — Лучше так, чем как ты, — буркнул Юнги. — Будто метла решила от тебя сбежать. Музыка усилилась, и постепенно они начали расслабляться. Их движения становились более естественными, а улыбки искренними. Даже Тэхён перестал пародировать их танцы и начал просто наслаждаться моментом. — Итак, финальное испытание, — произнёс Тэхён. Взмахнул палочкой, и через секунду двадцатое окошко открылось, показывая портал, светящийся всеми цветами радуги. Только вот радуга была какая-то унылая, с оттенками серого и чёрного. — Пройдёте — и примете себя полностью. Со всеми тараканами и демонами, — сказал Тэхён. — Не захотите — останетесь здесь. Тоже вариант. Правда, скучный. Как быть единственным трезвым на вечеринке. Юнги вдохнул и шагнул. Намджун последовал. Ослепительный свет — и они оказались в комнате, сотканной из собственных душ: стены-воспоминания, пол-надежды, потолок-мечты. Тэхён появился последним: — Ну что, к финалу готовы? Или сначала обсудим, почему Юнги так странно танцует? Они рассмеялись искренне, впервые за весь путь. — Знаете, — сказал Намджун, — возможно, весь этот безумный квест был нужен, чтобы понять… — …что мы не такие уж лохи? — подсказал Юнги. — Именно! — засиял Тэхён. Он взлетел, но метла тут же задымила. — О, кажется, она снова решила уйти на пенсию… Тэхён исчез в клубах дыма, оставив конфетти и записку: «Вы сильнее, чем думаете. И да, ваши танцы всё ещё ужасны. Но это ваша уникальность. С любовью, ваш личный мучитель, Тэхён» Дым рассеялся. Парни остались одни, но уже другими: немного честнее, немного смелее и гораздо добрее к себе. Где-то в параллельной вселенной Тэхён уже готовил новые испытания для следующих героев. Но это — совсем другая история.