НЕПРОСТОЕ РЕШЕНИЕ

Джин проснулся рано, солнце только-только взошло, но уже было жарко. Не зря он взял пару литров солнцезащитного крема — совсем не хотелось сгореть. Он встал, рядом спящий Чонгук даже не шелохнулся, лежал на животе, обняв подушку. Крепкие плечи и гладкая спина… он был хорош, даже слишком. Джин быстро отвернулся. Да что, чёрт возьми, с ним происходит? Это же Чонгук. Чонгук, мать его… Может, это смена обстановки так повлияла, а может, он просто наконец заметил, что макне вырос. Джин вышел на балкон. Кафе внизу уже было открыто, оттуда доносился изумительный запах свежесваренного кофе — это тебе не капсулы “Неспрессо”. Он закрыл глаза и поднял голову навстречу солнцу. Всё же здесь хорошо, а главное — спокойно. Вдруг он почувствовал, как крепкие руки обхватили его за талию. Ещё недавно Джин не придал бы этому значения, но сейчас холод пробежал по всей длине позвоночника. Чонгук прижал его сильнее, и Джину стало тяжело дышать. — Что ты делаешь? — спросил он почти шёпотом. — Говорю “доброе утро”, — ответил Чонгук и прижался щекой к его спине. — Странный способ… — попытался отшутиться Джин. Но Чонгук прижался ещё сильнее, и Джин ощутил ком в горле. Нет, это неправильно. Он не должен был почувствовать утреннюю естественность каждого мужчины — твёрдую и волнующую. И прижимался к нему не какой-то парень, а Чонгук, и Джину совсем не хотелось чувствовать его настолько явно. Это неправильно. Но он не двигался, просто стоял, закрыв глаза. Что с ним происходит? Почему он ничего не делает? Почему не оттолкнёт, не уйдёт в ванную? Почему продолжает стоять? — Тебе стоит принять холодный душ… — Джин попытался говорить мягко, непринуждённо, но это было чертовски сложно. Последние отношения он закончил два месяца назад, и после никого у него не было. Разум справлялся, а вот тело — не очень. И сейчас оно изнывало от желания. Чонгук был слишком близко, дышал ему в спину, как будто специально провоцируя… но это невозможно. Чонгук бы не стал. Зачем ему это? — Ты уже там был? — макне всё ещё прижимал его, ни на секунду не ослабив хватку. Джин чувствовал его горячее дыхание у основания шеи. Это становилось невыносимым, но почему же он не отступает? — Нет, сейчас иду. Он собрал всю волю в кулак, расцепил руки макне на талии и резко повернулся, ожидая, что Чонгук сделает шаг назад. Но тот не пошевелился, и Джин буквально уткнулся ему в грудь. Повисла тишина на пять секунд — достаточно, чтобы Джин увидел то, что увидел. Этот взгляд. Чонгук понимал, что делал, и действительно провоцировал его. Он опустил глаза, а потом резко поднял. От этого взгляда Джин занервничал ещё больше. Никогда Чонгук так на него не смотрел — вызывающе, даже нагло. Взгляд прямо говорил: “Ну и что ты сейчас сделаешь?” А Джин бы сделал. Обязательно бы сделал. Но это был Чонгук. С любым другим он бы не церемонился, но не с ним. Он взял его за плечи и отодвинул, одарив взглядом, от которого у многих побежали бы мурашки. Но не у Чонгука — тот лишь усмехнулся. — Хён, ты слишком напряжён. Тебе нужно расслабиться. Джин тоже усмехнулся: — Да неужели? А ты, значит, решил мне в этом помочь? Он спокойно пошёл к ванной, но ответ Чонгука заставил его остановиться. — А почему нет? Я не достаточно хорош для тебя? Джин резко обернулся. Вид у Чонгука был впечатляющий — на нём были только боксёры, плотно обтягивающие бёдра. И больше ничего. Идеальное тело… — Ты серьёзно? — Джин попытался прогнать непотребные мысли, которые влетали в голову бесконтрольно, сметая всё на пути. — Что это вообще было? Чонгук, ты с каких пор такой резвый? У тебя прицел сбило? Он чувствовал, как начинает закипать — от злости, возбуждения, негодования, и от бессилия. Чонгук опустил глаза, и Джин понял, что сейчас они оба могут наломать дров. Он сделал глубокий вдох и выдох. — Давай сделаем вид, что ничего не было. Я пойду в душ, потом ты, а после мы спустимся завтракать. На этом всё. Он вошёл в ванную и закрыл дверь. Нужно успокоиться — и дать успокоиться Чонгуку. Всё это неправильно. Так не должно быть. Он включил холодную воду и встал под струи. Тело ныло, разум гудел. Что, чёрт возьми, с ним происходит? --- Через час они сидели в кафе. Горячий кофе, круасаны с тёмным шоколадом, присыпанные миндальной крошкой. Джин молчал, но он знал — говорить первым должен он, как старший. Но стоило ему открыть рот, заговорил Чонгук. — Прости, хён. Знаю, ты сказал забыть, но я должен извиниться. Не знаю, что на меня нашло. Может, смена обстановки, свобода… просто прости. Он опустил голову, а Джин наоборот смотрел прямо, пытаясь понять — он правда так думает или просто пытается загладить? — Хорошо. Будем считать это пьянящий воздух свободы и испанское солнце напекло тебе голову. Нас слишком много связывает. Я не хочу, чтобы подобное разрушило нашу дружбу. Макне поднял глаза и, чуть подавшись вперёд, взял Джина за руку. Старший вздрогнул. Почему теперь каждое прикосновение Чонгука вызывает у него такую реакцию? Неужели так будет всегда?.. --- После завтрака они поднялись наверх, обмазались солнцезащитным кремом и направились к замку на горе. Вчера туристический паровозик провёз их только понизу — Джину хотелось забраться на самый верх. Они много фотографировали. Это было старое сооружение с каменными круглыми башнями и ужасно неудобным проходом. Камни были настолько гладкими, что Джин почти скатился вниз, но Чонгук вовремя его подхватил — и Джина снова словно током ударило от прикосновения. На самом верху оказался небольшой бар с террасой и фантастическим видом на Средиземное море. Они устроились за столик и заказали холодную колу. — Это того стоило, — улыбнулся Чонгук, и Джин сфотографировал его на телефон. — Да, мы почти час сюда шли, но стоило. Люди за соседними столами разговаривали, не обращая на них внимания. Официантка была приветлива, улыбалась, тараторила по-испански без остановки. Джин заметил, что испанцы любят поговорить и обниматься — для него это было слишком. — Послушай, — сказал Чонгук. — Мы вчера, когда катались, видели красивый ресторан, похожий на джунгли. Давай поужинаем там? — Мы ещё не обедали, а ты уже про ужин, — усмехнулся Джин. Напряжение, кажется, прошло, и он вздохнул с облегчением. — Пообедать можем возле дома, там куча баров. Я, кажется, видел китайский buffet libre. — Нет, лучше не ходить в китайские, японские или корейские. Опасно — нас могут узнать. — Ладно. Тогда паэлью или фидеуа где-нибудь. — Хм… рис или вермишель. Тяжёлый выбор. — Можно и то, и другое. — Хах, нет, нас не поймут. — Да фиг с ними. Мы туристы. Раз приехали отдыхать — будем отдыхать. Закажем всё, а ещё тапас и сангрию. Ты обещал. — Ладно. А теперь пошли вниз. Хочется искупаться, а потом пойдём обедать.