A Clock With No Numbers | Часы без циферблата

Остаток недели прошел для Гермионы на удивление спокойно. Хьюго с трудом, но заработал «Удовлетворительно» за Рябиновый отвар. ​​Малфой отбыл во Францию, чтобы прощупать почву для проекта «Плановед Париж». Джастин постарался минимизировать количество предвыборных мероприятий, пока сотрудники штаба с головой погрузились в подготовку к предстоящему митингу. В мире большой волшебной политики было не все так гладко. Гермиона не могла не задаваться вопросом — как долго Министерство сможет скрывать тот факт, что избранный лидер нации ведет подводный образ жизни где-то в Эгейском море? «Пророк» и «Ведьмополитен» больше не верили отговоркам о драконьей оспе и принялись публиковать полные домыслов и сенсационных подробностей статьи о пропавшем Министре. Гермиона находила их теории весьма изобретательными, но все же не столь нелепыми, как истинное положение вещей. Отсутствие Кингсли также подтолкнуло некоторых членов Визенгамота к продвижению подозрительно специфических законов в своих интересах. Затем последовала серия изнурительных, но безрезультатных дебатов, подпитываемых враждующими фракциями. Всерьез разозлившись, Эрни Макмиллан насмешливо предложил выделить десять тысяч галлеонов на установку гигантской мраморной буквы «М» в честь всех волшебных семей, чья фамилия начинается с этой буквы. К ужасу Эрни, законопроект действительно дошел до Визенгамота при поддержке Элоизы Миджен и Кормака МакЛаггена. Затем последовала жаркая дискуссия, пока Малфой — к которому Кормак по глупости обратился за поддержкой — не прислал из Парижа серию громовещателей с угрозами, после чего законопроект быстро сняли. Узнав об этом, Гермиона смеялась до слез, а затем выпустила нейтральное заявление о пользе проведения дебатов для волшебной демократии. Гермиона была рада не участвовать в обсуждении мраморных букв «М» или предложения владельца «Простоблеска» субсидировать их шампуни для собак. Представители предвыборного штаба Франта тоже держались в стороне, и даже КРУЖКА проявила благоразумие, не став подливать масла в огонь требованиями профсоюзов. Спокойствию этой недели также способствовало благословенное отсутствие Уизли. Гарри тоже не давал о себе знать — единственным напоминанием о его существовании стала сова с посланием касательно субботней ярмарки в Косом переулке. В уведомлении, скрепленном официальной печатью Главы Аврората, сообщалось, что присутствие Гермионы на данном мероприятии «нежелательно». Гермиона лишь презрительно фыркнула и отбросила тяжелый свиток пергамента в сторону. Ежегодная ярмарка была значимым событием в волшебном мире . Ради того, чтобы посетить ее, в Лондон съезжались семьи со всех концов страны. Джастин ни за что не позволил бы Гермионе пропустить такое мероприятие. Субботним утром Гермиона беспокойно расхаживала по квартире, что-то бормоча себе под нос и раздражая этим Мистера Болячку. Она уже облачилась в длинную, нежно-голубую мантию с черной отделкой. Темные кудри, сдерживаемые черным ободком, извивались у Гермионы за спиной, словно змеи на голове Медузы Горгоны. Из окна гостиной можно было увидеть стекающиеся потоки людей, яркие шатры и время от времени вспышки неподалеку от магазина «Всевозможные волшебные вредилки». Гермиона высматривала характерные клубы белого дыма, указывающие на местоположение ее собственного агитационного стенда — сооружения в форме паровоза с лозунгом «Снова на верном пути!» Но, судя по всему, вид закрывало здание «Гринготтса». Забрать ее должны были в одиннадцать часов, но Гермиона спустилась вниз пораньше, не в силах ждать. В вестибюле она застала только сидящую на диване Тану в длинной черной мантии с капюшоном, скрывающим лицо. — Приближается тот, кто обманул смерть, — произнесла Тана вместо приветствия. И оказалась права. Секунду спустя распахнулась входная дверь, впуская в дом приглушенные звуки музыки и разговоров с улицы, и внутрь решительным шагом вошел Гарри — в черной аврорской мантии с красной окантовкой. Увидев Тану, он закатил глаза, а затем сурово посмотрел на Гермиону. Ей показалось, что сегодня волшебник выглядел даже более напряженным, чем обычно. Гермионе много лет приходилось выслушивать подколки Уизли по поводу того, какая она дерганая и зажатая. Но сама Гермиона считала, что на самом деле именно Гарри так и не смог расслабиться после войны. Более того, с годами язык его тела становился все более скованным и оборонительным. — Привет, Гарри, — сказала она, стараясь звучать весело. — Тебе пока нельзя выходить, — заявил Гарри. — Мы еще не закончили проверять торговцев. Вот же морока! Кто бы мог подумать, что у продавцов тыкв может быть такое темное прошлое? Гермиона одарила Гарри своей лучшей фальшивой улыбкой. — Спасибо, конечно, но я все равно иду. — Ты видела, какая там толпа? Сотни людей! — Хорошо, — сказала она, стараясь не морщиться от ожидаемого количества чужих мыслей. Гарри обреченно вздохнул. — Тебя будут… — он осекся, когда Тана внезапно встала и, словно призрак, бесшумно выскользнула из вестибюля, так и не сняв черный капюшон. Мерлин, какая же она странная. — Ты что-то говорил, Гарри? — Эм, да. Тебя будут сопровождать двое, и я привлек нескольких гражданских в помощь Аврорату. Ей это точно не понравится. Гермиона прищурилась. — Каких еще гражданских? Гарри поправил манжеты с красными пуговицами. Ох, это была плохая идея, но Джинни убеждала, что… Входная дверь распахнулась, и вплыла высокая, знакомая фигура в черной мантии со сверкающим красным значком «ОХРАНА КОСОГО ПЕРЕУЛКА». Гермиона повернулась к Гарри. — Рон? Ты привлек Рона? — Он прошел базовую подготовку авроров, — ответил Гарри. — ДВАДЦАТЬ ЛЕТ НАЗАД! — Эй! Я все еще в отличной форме, между прочим! — Рон выхватил палочку и начал размахивать ею, изображая то, что он явно считал защитной связкой. Даже Гарри вздрогнул. — Рон, — рявкнул он, — убери палочку. Ты же обещал! Рыжий подчинился с недовольной гримасой. — Нам придется внимательно за ней присматривать, Гарри. Этот хорек поставил свой шатер прямо рядом с ее стендом! Малфой? Гермиона попыталась не обращать внимания на участившийся пульс. — Я думала, рядом стоит шатер гадалки мадам Футуры. — Должно быть, Малфой перекупил место, — пожал плечами Рон и повернулся к Гермионе с широкой улыбкой. — Не волнуйся, я тебя защищу. Гермиона чуть не застонала. Она надеялась, что ее выходка на дне рождения Роуз отвадила Рона раз и навсегда, но, очевидно, шанс поиграть в аврора перевесил любые обиды. Мерлин, теперь же на каждой фотографии в прессе он будет выглядеть как образцовый бывший муж. — Давайте присядем, — предложил Гарри, вытаскивая из кармана карту. — И я обрисую вам план действий. Гермиона вздохнула, но не смогла придумать веской причины для возражений, поэтому устроилась на диване, на котором только что сидела Тана. Рон плюхнулся рядом, закинув руку на спинку дивана, а Гарри занял кресло напротив. Гарри развернул карту района вокруг Косого переулка и подвесил в воздухе так, чтобы все трое могли ее видеть. Косой переулок и его новое ответвление — Горизонтальный переулок — извивались, словно реки, сливаясь у здания «Гринготтса». — А это что за полоса? — спросила Гермиона. Толстая красная линия тянулась посередине обеих улиц, повторяя каждый их изгиб. — Твой коридор безопасности, — ответил Гарри. — Три метра в ширину, магически защищен. Гермиона удивленно вскинула брови. — Дай-ка уточню. Я должна идти по Косому переулку внутри этого защищенного коридора и что — просто махать толпе ручкой? «Черт, — подумал Гарри. — Я так и знал, что ей это не понравится». — Мы не отойдем ни на шаг, — гордо заявил Рон. — Будем высматривать подозрительных личностей. — Полагаю, было бы слишком наивно надеяться, что вы двое окончательно спятили, — заключила Гермиона, — и что вас вот-вот заберут санитары Мунго. — Гермиона, прояви благоразумие… — начал Гарри. — Я иду на уличную ярмарку, а не на сафари с взрывопотамами! — Все ради твоей безопасности, — настаивал Гарри. — Послушай, я знаю, что ты переживаешь, после того как… — Гермиона осеклась, когда Гарри мотнул головой в сторону Рона. Не надо. — После чего? — спросил Рон. — После того как Франт потребовал выделить ему охрану, — быстро нашелся Гарри. — Гермиона, у меня есть веские причины для беспокойства. Гермиона знала, что он прав, и была приятно удивлена ​​тем, что Гарри не рассказал Рону про письмо с угрозами. — Мы расстелили длинную ковровую дорожку, — продолжил Рон, — ярко-красную, чтобы не сбиться с маршрута. — Он подался ближе. — Так мы с Гарри сможем обыскивать любого, кто захочет с тобой поговорить. Рыжий позволил себе положить руку Гермионе на плечи. — Мы не позволим, чтобы с тобой что-то случилось, Миона, — пробормотал он. Ммм, она пахнет все так же, ванилью и… Резкий удар локтем в бок прервал ход мыслей Рона, и он отшатнулся. — Ай! Женщина! — Я начинаю видеть преимущества трехметрового коридора, Рональд, — произнесла Гермиона. — При условии, что ты будешь находиться за ограждением. Гарри тоже недовольно взглянул на Рона. Он как обычно заходит не с той стороны… Гермиона одарила обоих волшебников своим фирменным прищуром, что заставило Гарри снова поправить манжеты, а Рона — отодвинуться подальше. Затем встала с дивана и указала на карту. — Этот план, — объявила Гермиона, — абсолютно нежизнеспособен. Даже если не принимать во внимание, как это будет выглядеть со стороны, когда кандидат в Министры Магии прошествует по Косому переулку по чертовой красной дорожке. И, догадываюсь, по пути мне надлежит приветствовать стоящую вдалеке толпу подобно английской королеве и вести светские беседы с избранными счастливчиками. В то время как авроры будут сбивать с ног и обстреливать проклятиями подозрительных посетителей ярмарки. — Именно так! — довольно подтвердил Рон. — Гермиона, ты говоришь глупости, — начал Гарри. О Мерлин, это будет выглядеть просто ужасно, а Рон так и рвется проявить себя… черт… — Уверен? — спросила Гермиона. — Что ж, как я уже говорила, забудем о том, как это будет выглядеть. То, что ты предлагаешь, сорвет всю ярмарку. Сейчас не 1998 год, Гарри. Люди уже отвыкли от подобного. — Мы разберемся, — упрямо заявил Гарри. — Твоя безопасность прежде всего. — Гарри, мне нужно смешаться с толпой, поговорить с людьми, узнать, о чем они думают. Не то чтобы я и так этого не знаю. Знаю даже слишком хорошо. — Разумеется. Мы просто будем держаться чуть в стороне. — Я против такого сопровождения, — предупредила Гермиона. — Это не тебе решать, — отрезал Гарри. — Вам обоим нужно… Рон вскочил на ноги и выхватил палочку. — Я тебя не брошу, Гермиона! Я люблю тебя! «О господи, Рон…» — мысленно простонал Гарри. — Ты бы рискнул ради нее сыграть со Смертью, волшебник? — вопросил знакомый звонкий голос. Все обернулись и увидели в дверях Тану, скинувшую капюшон, но все еще закутанную в черную мантию. Рон чуть не выронил палочку. — Что за хрень? Кто это? Гремя цепями на руках, Тана вошла в комнату. — Опасности подстерегают эту ведьму на каждом шагу, — произнесла Тана, — призраки сопровождают в последний путь. Голубые глаза Рона распахнулись. — Э-э-э, Гарри? Гермиона широко улыбнулась. — Ах да, Рон, ты не знаком с моей хорошей подругой Таной. Она Невыразимец из Комнаты Смерти. Тана, это Рональд Уизли. — Ты закроешь ее своим телом от смертельного проклятия? — спросила Тана Рона. — Прольешь свою кровь к ее ногам? — Она воздела тонкие руки. — Рискнешь? РИСКНЕШЬ? Рон побледнел. — Гарри… — Э-э-э, Тана… — начал Гарри. Тана опустила руки, и цепи зазвенели. — Не бойся, волшебник, — она тонко улыбнулась Рону. — Я прослежу, чтобы Гермиона не споткнулась о твое обезглавленное тело. — Обезглавленное? — пискнул Рон. Гарри бросил взгляд на Гермиону. Сделай что-нибудь. Гермиона только улыбнулась в ответ. — Видишь, Гарри? Я в полной безопасности. — Она подхватила Тану под руку и направилась к выходу из башни. — Мы идем на ярмарку!

***

Гарри оказался прав насчет толпы. Косой переулок заполонили ведьмы и волшебники всех возрастов — они ели, пили и танцевали под живую музыку на каждом углу. Вдоль тротуаров выстроились лавочки — в одних продавали товары ручной работы, в других раздавали листовки. Выйдя из башни, Гарри поднял палочку, чтобы очертить вокруг трехметровый защитный коридор, который мягко, но настойчиво оттеснял гуляющих в стороны. Вскоре вокруг их четверки образовалось свободное пространство, а по толпе прокатился раздраженный ропот. Гарри и Рон выглядели довольными, пока Гермиона послушно шагала вперед по ковру. Она незаметно извлекла палочку и, держа ее прижатой к боку, принялась испытывать чары Гарри на прочность. Заклинание оказалось на удивление сложным — Гермиона не смогла ни пробить его, ни даже сузить радиус действия. Любопытно. Должен же быть какой-то другой способ… ах да, конечно. Они прошли мимо кафе-мороженого Флориана Фортескью, когда толпа гуляющих снова начала напирать, выкрикивая имя Гермионы. К счастью, в последнее время отгораживаться от чужих мыслей стало легче. — Миссис Грейнджер! Миссис Грейнджер! Вы… — Она доктор Грейнджер, Бернард, ну в самом деле… — Миссис Уизли! ВОЗВРАЩАЙТЕСЬ К МУЖУ! — Это разве не ее муж? — Не очень-то похож на… — Приветствую! — громко повторяла Гермиона, пожимая руки. — Зовите меня просто Гермионой! — Что ж, это как-то неправильно! — Гер…миома? — Гермиона, Бернард! В самом деле! Гарри внезапно выскочил перед Гермионой, пытаясь закрыть ее своим телом. — Коридор! — прошипел он. — Он исчез! — Он не исчез, — возразила Гермиона. — Я просто расширила его. — Заклинание Гарри теперь накрывало всю ширину улицы, позволяя людям свободно передвигаться внутри. — Что происходит? — спросил Рон. — Почему все стоят так близко? Глава Аврората выглядел разъяренным. — Верни все обратно! — Нет, — спокойно возразила Гермиона и двинулась вперед в толпу, Тана и Гарри следовали по пятам. Рон шел за ними, стараясь держаться в стороне от Таны. Он нервно оглядывал толпу, зажав в руке палочку. Тана бросила на Рона немигающий взгляд. — Этот боится Смерти, — неодобрительно заметила она. Гермиона с трудом удержалась от закатывания глаз. Причин для неприязни к Рону Уизли было предостаточно, но страх смерти к ним не относился. Они уже продвинулись достаточно далеко, когда Рон попытался проклясть крупного волшебника, который поднял вверх длинный тонкий предмет. Проклятие пролетело мимо и взорвало уличный фонарь, вызвав небольшую панику. Тут же появились несколько авроров, но исчезли по сигналу Гарри. Гермиона восстановила фонарь с помощью Репаро и заставила Рона помочь несчастному пекарю собрать все рассыпанные хлебные палочки, а Тана принялась громко перечислять все способы, как можно убить человека хлебной палочкой. После этого Рон потерял энтузиазм к аврорским обязанностям и начал заглядывать в каждый киоск со сливочным пивом, а затем, у витрины со сдобными котелками, и вовсе отстал . Мрачный Гарри, все еще расстроенный тем, что не может сузить коридор оцепления, упрямо держался рядом с Гермионой. (Гермиона добавила крошечный, незаметный временной элемент в заклинание, ограничив действие двумя часами.) Когда они почти дошли до ее агитационного стенда, находившегося за углом, Гермиона начала замечать, что многие посетители ярмарки держат в руках зеленые желеобразные капли. Ведомая любопытством, она остановилась у лавки Олливандера и с помощью Акцио подняла с тротуара дрожащую каплю, чтобы рассмотреть ее. — Дай сюда, — прохрипел Гарри, — это может быть бомба… да не сжимай, ради Мерлина… Слишком поздно. Гермиона сжала зеленую каплю в руке, и появился широкий, похожий на лягушачий рот, из которого раздался писклявый голос: — Жижешмель жужжит — Грейнджер победит! Гермиона была так шокирована, что выронила желеобразную каплю ​​(хлюп!). О нет.