Хроники шаманского рода

– Крепкая, – заключила Майя, дернув верёвку, свисающую с сосновой ветки. Вероятно, раньше это была ловушка для дичи, но теперь верёвка послужит для их многострадальной палатки. Майя попробовала перерезать ножом, но он оказался бесполезен. В последнее время она совсем расслабилась, даже нож не наточила перед выходом. – Держи, – Александра достала меч из-за спины и подала рукоятью вперед. Майя взялась за меч, но не ожидала, что он такой тяжёлый. Меч выскользнул из рук, обе попытались поймать его, и так вышло, что Майя потянула за рукоять, а Александра в этот момент обхватила лезвие. – Прости, – Майя бросила меч, взяла Александру за руку и провела пальцами по ладони, отыскивая рану. Гладкая, бархатистая кожа была невредима, будто секунду назад не столкнулась с лезвием. Майя подняла глаза, хотела что-то сказать, но не успела начать. Александра выдернула руку и одним точным движением разрубила верёвку, та сложилась кругами в сугробе. Ветка с хрустом переломилась и упала рядом. На ходу Александра сложила меч в ножны. Майя обмотала верёвку вокруг запястья и двинулась следом. – Что это за палки? – Август балансировал на нескончаемой железной балке. – Рельсы? По ним раньше поезда ходили, перевозили людей. – Вот это бы сейчас не помешало, – усмехнулся Август. Места были живописные, впереди виднелся широкий мост в белоснежном одеяле. – Следы! Чьи это? Такие маленькие, – завопил Август восторженно, подражая походке животного, и тут же замолк. Вспомнил, что ещё обижается. – Заяц, наверное. – Ты сегодня нормальная, – подметил Август. – Я рада отправиться в путь. Такая красота, – несмотря на легкое волнение, лёгкая улыбка не покидала губ Александры. – Я раньше не любил зиму. Терпеть не мог сидеть дома у печи. А теперь каждый день – приключение, – Август тепло улыбнулся. – Но лучше бы снег растаял к дню рождения. – Уже скоро? – Через две недели. – Что хочешь? – Вместе отпраздновать, – Август смущенно улыбнулся. Впервые на его дне будет две гостьи. Александра потрепала мальчика по волосам. Они взошли на мост. Александра посматривала назад, переживая, как Майя осилит ледяную наклонную дорожку на подступах к мосту. Майя справилась превосходно, даже не пошатнулась. Как ей это удавалось – загадка. Майя была в своём обычном настроении, разве что чуть мрачнее. Немногословна, как всегда. – Александра, – прежде чем продолжить, Август убедился, что сестра достаточно далеко, – ты разбираешься в людях? – Не сказала бы, – пожала плечами Александра. – Некоторых людей можно понять за день, а других – лишь за долгие годы. – Четырнадцати мало? – Тут я не помогу. Понятия не имею, о чем Майя думает. – Стойте! – закричала Майя. Она остановилась, пройдя всего несколько метров по мосту. Александра с Августом к тому времени достигли середины. – Что? – улыбка ещё играла на губах Августа, когда он обернулся. Майя глубоко вдохнула. – Мост провалится, – коротко проговорила она. – Что?! – Август посмотрел вниз: сквозь щели между рядами бетонных плит шумела бурная река. – Ты шутишь, да? Майя, скажи, что ты шутишь. – Нет, – ещё один вдох. – Что делать? – спросила Александра. Всего три ряда бетонных плит. В видении провалилась средняя, на которой сейчас стояли Александра с Августом. Майя сделала ещё один вдох. Право или лево? – Перейди налево, – сказала Майя. Август ловко перепрыгнул. Он ни секунду бы не сомневался, ведь сестра всегда была права. Бетонная балка распалась на куски с одного края и, лишившись опоры, пошла ко дну. Майя услышала плеск воды, сердце упало. Август даже не кричал, все произошло слишком быстро. Александра без раздумий прыгнула следом. Услышав второй всплеск воды, Майя напрягла глаза. Перед ней только размытые пятна деревьев. Она впала в оцепенение. Эти несколько тихих секунд Майя с лицом, полным неописуемого ужаса, смотрела на темную воду под собой. А потом мост заскрипел, будто напевал прощальную мелодию. Сердце больно билось в груди. Послышался всплеск воды, затем оглушительный скрежет. Левая подпорка пошла на дно вслед за бетонной плитой, мост накренился и сбросил Майю в воду. Она ударилась о дно, течение стремительно уносило ее. От ледяной воды вмиг онемели руки, а ноги стали такие тяжёлые, что тянули камнем на дно. Плавать Майя не умела, у неё выходило лишь всплыть на пару мгновений и сделать вдох. Кажется, Александра взяла её за руку. Майя не чувствовала прикосновения, но вода вокруг начала сильнее давить, будто её тащили против течения. Августу повезло зацепиться рюкзаком за корни поваленного дерева. Так он и висел поперек течения все это время, но не мог подать голос. От паники даже дышать не получалось. Но тут неподалёку показалось светлое пятно в воде. Август задержал дыхание, прежде чем крикнуть: – Хватайтесь! – одной рукой он обхватил корень, а вторую протянул. Брызги безжалостно хлестали его по лицу и руке. Александра схватилась за руку мальчика, притянула Майю и вытолкнула из воды, затем поднялась сама. Август вскарабкался на ствол и несмело пошёл к берегу. Рюкзак снесло течением, как только натяжение ослабло. После Августа ствол дерева вымок и стал скользким. Майя, едва не падая, осторожно шагала по стволу. Александра поддерживала её со спины. Август выбрался на берег, лёг на снег и пытался отдышаться. Легкие болели. – Вставай, замерзнешь, – сказала Майя, протягивая брату руку. – Нужно найти убежище. Вот эта черта Августу всегда нравилась в сестре: что бы ни произошло, она не отчаивалась, не отдыхала, а искала решение проблемы. При этом выглядела гордо и уверенно. Казалось, ей даже не холодно. Август, в отличие от сестры и Александры, был простым смертным. Он весь дрожал. Одежда быстро заледенела и стала такой жёсткой, что натирала руки и ноги до ссадин. Они нашли место за ветром, у крутого земляного обрыва меж двумя соснами. Все их вещи сгинули в реке: палатка, одеяла, еда, одежда, лук Майи. – Карта пропала, – сказал Август, чуть не плача. По пути Александра срубила мечом веток и свалила их в кучку. – Нечем разжечь, – Майя провела рукой по волосам, которые превратились в ледышки и хрустели от прикосновения. – Вот, – Август достал из внутреннего кармана куртки отцовскую зажигалку. Александра взяла её и принялась возиться с костром. – Молодец, – Майя приобняла брата за плечи. От объятий ледяная одежда плотнее прилегала к телу и обжигала, будто раскаленное железо. Но только поначалу, а потом от тепла лёд начал таять, и Август почти перестал дрожать. Разгорелся костер. Брат с сестрой, не расцепляя объятий, сели к костру. Майя жестом позвала Александру, та скромно присела рядом. Майя притянула девушку ближе. С волос капала вода, объятия не согревали, даже жар костра не помогал. Майя не чувствовала все тело от холода, только по животу разливалось тепло. – Коллекция, – дрожащими губами произнесла Майя. – Соберу новую, – сказал Август, сильнее прижимаясь к сестре. Майя повернулась к Александре, чуть наклонила голову и сощурилась, чтобы увидеть её лицо. Майе привиделось, что Александра улыбается. Конечно, она не могла. Вероятно, она также тряслась от холода. Голова упала на плечо Александры. Дело шло к ночи, похолодало. Пожалуй, это был самый холодный день за последнюю неделю. – Что нам теперь делать? – спросил Август. Обычно такие вопросы предназначались Майе, она не ответила. Оставалось ждать. Майя, как всегда, придумает что-нибудь. – Ветер усилился?! – удивился Август. – Небо смеется над нами! Хоть лицо и колени мальчика обжигало от огня, но все внутри никак не оттаивало. – Если ангелы существуют, спасите нас, пожалуйста, – шептал мальчик, смотря в небо. Никто не спустился. Александра убрала прядь волос с лица Майи и заправила за ухо. И вдруг заметила странность: бледность лица была пугающей. Даже при теплом свете огня, кожа Майи была с голубоватым отливом. – Майя? – позвала Александра. Она не отзывалась. Александра похлопала её по щекам. – Майя? Александра потрясла её за плечо. Август отстранился и в ужасе взглянул на руки, что обхватывали сестру: они были в крови. Мальчик застыл в немом ужасе. Он в жизни не видел столько крови. Александра уложила Майю головой себе на колени и расстегнула пальто. Подняла разорванный и густо пропитанный кровью свитер. Сбоку на животе была рваная рана, из которой торчали ошмётки кожи. Александра зажала рану руками. Пальцы утонули в крови. – Господь милосердный… – прошептала Александра. Августу от вида двух расползшихся краев кожи стало дурно, даже показалось, что из раны торчало нечто похожее на дождевого червя. Против воли он представил, как этот толстый розовый червь ползает внутри сестры. Краска вмиг сошла с лица, мальчик упал без сознания. – Этого ещё не хватало, – сказала Александра. – Что делать? – Александра судорожно пыталась придумать что-то. – Майя, скажи, что делать? Александра мельком заметила фигуру в деревьях. Лишь призрачный образ. Девушка в изодранной одежде. Гнилые незаживающие раны на коже. Шляпа, скрывающая почти лысую голову. Девушка сделала шаг навстречу, но её ноги были так слабы, что тут же неловко распласталась на земле. Больно смотреть. Александра зажмурилась. – Не сейчас, – она посмотрела на Майю. Александра взяла себя в руки и поразмыслила. Кровь не останавливалась. Что-то было неправильно. Александра расстелила пальто и уложила Майю на спину. Ей показалось, что лучше поднять ноги повыше, согнуть в коленях. Это сработало. Кровь заполнила рану, как маленькое озеро, но наружу больше не выливалась. А что дальше? Вещей нет. Перевязать рану нечем. Александра взглянула на себя. Под свитером была синяя рубашка, которую Майя дала взамен белой блузы с рюшами. Она разделась, сняла рубашку и надела свитер на голое тело. Рубашку разорвала на лоскуты и держала у костра до высыхания. Затем сложила в несколько слоев на рану, а сверху положила кусок обледенелого снега. Спустя пару минут Август поднялся. Сначала он не понял, где очутился, а потом увидел сестру и все вспомнил. Майя лежала на спине, свитер поднят, открывая белый живот. Поверх раны был компресс. Она дышала так слабо, грудь почти не вздымалась. Александра рядом держала своё пальто у огня. – Александра… – Не смотри, – сказала она. – Все нормально, – мальчик с силой прижал кулак ко рту, его лицо было таким же мертвецки бледным, как у Майи. – Как она? Натуральный мех быстро высох. Александра переложила Майю на край дубленки, накрыла другим. Затем повесила пальто Майи на одну из ветвей, поближе к костру. – Рану нужно зашить. Александра выглядела совсем иначе. Обычно дружелюбное лицо стало отрешенным, будто она была где-то далеко. Август понять не мог, как она так сильно переменилась за несколько минут. Чем-то она сейчас даже напоминала Майю. Александра закатала рукава до локтя и принялась отмывать снегом руки от крови. В воздухе ещё стоял металлический запах. Голова снова закружилась, Август все же отвернулся. – Как ты поняла, что делать? – Я делала это раньше. Действительно, Александра ничуть не волновалась при виде раны. Бесстрастно отмывала руки. – Когда? – спросил мальчик. – Не помню, – Александра стряхнула руки. – Я испугался, ничего не мог поделать, – сказал Август пристыженно. – Все позади. – Если бы тебя здесь не было… – Август сильно сжал кулаки. – Никто не мог быть готов к такому. – Я стану сильнее, обещаю, – сказал Август. В воздухе держался металлический запах крови. Его лицо позеленело, он едва сдерживал рвотный позыв, но ему хотелось выглядеть мужественно. Александра не стала его переубеждать. Не стала говорить, что рано взрослеть. К сожалению, они живут в страшном мире, и даже ребенку нужно быть сильным. А если бы такое случилось с ним и никого не было рядом? Так и истёк бы кровью в обмороке. Майя делала все, чтобы Август как можно дольше оставался ребёнком, может, теперь ему пришла пора повзрослеть? – Александра, ты ангел? – Что? – Почему ты помогаешь нам? – Я люблю тебя и... – она запнулась и продолжила совсем тихо, – её тоже. Александра промокнула губы Майи талым снегом, убрала волосы с лица, но не отняла руку, нежно гладила Майю по щеке. – Я тоже люблю тебя, Александра, – Август смотрел на её руку. – Майя другая. Она только терпит любовь, но ответить не может. – Сможешь найти людей? – Александра убрала руку. – Да! Я найду! – пылко сказал Август. – Все в голове, только надо вспомнить. Он снял все, кроме брюк, и на вытянутых руках держал перед костром, пока все не высохло. Рукав он чуть подпалил, но это мелочи. Пока Майя спала, Александра ни на шаг не отходила, держала за руку. Даже взгляд не отводила. Августу как-то неловко стало рядом с ними. Закралось смутное подозрение, что Александра говорила совсем не о той любви, какую испытывают братья и сестры. Но эта мысль показалась ему такой дикой, что он тут же себя пристыдил. Как он мог подумать хоть на миг, что Александра, милая, добрая Александра, образец порядочности, будет думать о такой низости? Переодевшись в сухую одежду, Август отошёл от костра и принялся рисовать карту палкой на снегу. Сначала извилистая река, рухнувший мост. Дальше дорога идет на северо-запад. Они по реке проплыли метров двести к югу. Что же там было? На востоке два поселения на разных берегах реки, на западе – Арена, куда Август хотел добраться, а на юге... Август тряс головой, бил себя по щекам. Как же так? Он рассматривал карту дни и ночи напролет, и все впустую? Если он не сможет помочь сейчас, можно ставить крест – он совершенно бесполезен. Александра ждет. Август взглянул на расслабленное лицо сестры: во сне она помолодела лет на десять: морщины на лбу разгладились, челюсть расслабилась. Август решил идти на запад. Если повезет, через пару часов они попадут на ту же дорогу, с которой сошли, а к утру будут в поселении. Александра сделала тугую повязку из лоскутов рубахи, запеленала Майю в два пальто, как младенца. – Давай помогу, – Август взял сестру за руку, намереваясь помочь нести её. Но Александра легко подхватила Майю на руки, будто та весила не больше пушинки. Август застыл в изумлении, а потом опомнился. – Идем туда, – он побежал впереди. Ночью ориентироваться было тяжело. В школе он пренебрег изучением созвездий и сейчас помнил лишь то, что самая яркая звезда указывает на север. Правда, ярких звёзд было две, и мальчику оставалось лишь надеяться на удачу. Август очень хотел есть и спать, а холод щипал лицо, руки и даже ляжки под одеждой. Не время жаловаться. Август бежал быстрее и бил себя по щекам, чтобы не задремать. Все просто: они должны идти на запад, пока не увидят дорогу. Но все оказалось не так просто. Прошло два часа. Они давно должны были выйти к дороге. Неужели течение унесло их гораздо дальше? Август только вспомнил, что река повернула несколько раз, должно быть, это километр или больше. Значит, до Арены не добраться. Хуже того, Август наконец вспомнил, что на юге ничего нет. Ни поселений, ни старых городов, только неизведанный дикий лес. От осознания сердце пропустило удар. Они остановились отдохнуть. Александра не отчитывала Августа, но явно была разочарована. Майя все еще не просыпалась. – Как Майя? – осторожно спросил Август. – До утра не протянет, – прямо сказала Александра. – Есть еще один способ, но только на крайний случай. – Какой? Александра достала из ножен меч и поднесла лезвие к огню. Август нервно сглотнул. – Это больно? – Хуже всего – заражение крови. Сомневаюсь, что хоть в одном поселении найдутся антибиотики, – Александра воткнула меч в сугроб, с шипением поднялось облако пара. – Что это? – О том и речь. Проще найти спирт и иглу. Послышался протяжный вой где-то вдали. – Волки? – удивился Август. Мальчик сел рядом с сестрой. Она сейчас выглядела такой хрупкой, будто сломается от лёгкого прикосновения. – Александра просила меня извиниться, тогда я не хотел. Прости меня. С этого дня я не скажу и слова плохого. Клянусь, – Август наклонился к сестре и говорил шепотом. – Знаешь… это я на самом деле жалкий. Я обязательно стану сильнее. Ему вдруг стало противно от этих слов и от самого себя. Сколько раз он повторял это, но ничего не делал. Стало тошно от своего же нытья. Как он смеет сейчас просить прощения, будто это конец? Август нашёл самую высокую ель и начал карабкаться на неё. Ветки ломались под весом, мальчик допрыгнул до толстой ветки у себя над головой и подтянулся наверх. – Что ты делаешь? – спросила Александра. – Посмотрю сверху. – Ты разобьешься, давай лучше я, – Александра подошла к дереву. – Нет, я должен... – Август карабкался изо всех сил, пот стекал по затылку и спине. Свитер снова вымок. – Должен сам... Александра встала под деревом на всякий случай. Август вскарабкался так высоко, что увидел верхушки других деревьев. Бескрайний лес тянулся во всех направлениях. И вдруг среди сплошных заснеженных деревьев выглянуло высокое здание. У Августа сердце быстро забилось. В окнах горел свет. – Вижу! Вижу! Совсем рядом! – он готов был расплакаться. Он слез на землю, точнее, скатился. – Я знаю, куда идти. Я видел дом, – сказал он, задыхаясь. Александра вымученно улыбнулась. Август вдруг обнял её и не смог сдержать слез. – Она поправится? – Конечно. Вот увидишь, через неделю будет радостно бегать, – сказала Александра. Август не помнил, чтобы Майя когда-либо радостно бегала. Раньше он и не задумывался, что сестре может хотеться веселья. Но в эту ночь столько странных и неприятных мыслей посетили голову. Август шмыгнул носом. – Александра! Кровь... – Август заметил, как на светлом пальто Александры выросло темное пятно. Александра размотала пальто, рана открылась. – Проверь пульс, – попросила Александра, вкладывая руку Майи ему в ладонь. – Ой! – Август машинально одернул руку. – Ледяная, – сказал Август, обхватывая запястье Майи. – И пульс слабый. Майя приоткрыла глаза и рассеянно оглядела окружающее. Следующие день она помнила лишь урывками: звёздное небо, нескончаемые деревья, светлые пушистые волосы. Ей еще показалось странным, что волосы светлые, ведь у неё темные. Подумалось, что поседела. Майя все хотела встать и посмотреться в зеркало, но не могла пошевелить и пальцем. Сердцебиение звучало в ушах, оно было слишком громким. А звуки снаружи, наоборот, пропадали, будто она была под толщей воды. Она забылась, и во сне казалось, что наступил конец. Майя улыбнулась этой мысли.